Прикасаясь к судьбе

Едва за Гарри закрылись ворота, улыбка сползла с лица Драко. Ему сразу же стало так тоскливо. Поттер был как лучик света, как его личное солнышко: светлый и теплый. Он не спеша побрел в сторону мэнора, ведь то, что его мать вернулась с приема раньше времени, вовсе не означало, что она захочет его увидеть. В голубой гостиной он нашёл отца. — Приём закончился раньше? — Нет. Я просто уже завершил свои дела, сын. — ответил ему Люциус, даже не оборачиваясь. Всё его внимание было сосредоточено на старинном магическом хьюмидоре. Выбрав наконец себе сигару, его отец устроился в глубоком кресле. — У тебя найдется для меня минут десять? — спросил Драко. Люциус кивнул, и тихо стукнул костяшками пальцев по темной столешнице низкого столика подле него. На столе появился пузатый стакан с огневиски, и тарелочка со льдом и щипцами. — У меня есть идея, как прижать Артура Уизли. Правда, не факт, что это сработает. Есть эффект неожиданности, как в лотерее. — Я тебя внимательно слушаю, сын, — сказал Люциус, выпуская колечко дыма. — В его доме нужно произвести обыск, под благовидным предлогом, разумеется. О его манипуляциях с магловскими вещами не знает разве что глухой. Дело в том, что в их, гм… Норе живёт анимаг. Возможно незарегистрированный. Само забавное в том, что они и сами об этом не догадываются. Я целый год жил с Рональдом Уизли в одном общежитии, и о своей крысе, Коросте, он поговорить очень любит. Крыса живет у них в семье вот уже двенадцать лет, и передается от одного брата к другому. А что было двенадцать лет назад, ты помнишь. Тогда многие разбегались, как крысы с тонущего корабля. И прятались, кто где мог. — Значит, скорее всего это беглый пожиратель. Неплохо, Драко. Совсем не плохо. Откуда информация, от Поттера? Драко вскинул на него гневный взгляд. — Но ты ведь не думал, что я не узнаю, правда? Это пока мой мэнор. Кстати, ты мог бы и не прятаться. Ситуация изменилась, и ты об этом прекрасно знаешь. Я больше не против вашего общения. — Я могу пригласить его погостить? — спросил Драко. Это был явно перебор, и он ждал ответа отца с надеждой и страхом. — В гости — да. Погостить — нет. Это был бы mauvais ton. И ты прекрасно знаешь об этом. По традиции приглашают погостить только потенциальных будущих родственников. Тех, с кем рассчитывают породниться. — Но он сейчас гостит у Уизли! — гневно выкрикнул Драко, прежде чем понял, что сказал. Люциус засмеялся так, что поперхнулся огневиски. — Манеры, сын. Se comporte comme il faut. Веди себя, как подобает. Ты сейчас не в общей гостиной. Он с интересом рассматривал лицо сына, которое теперь залил румянец стыда. — А ты значит, против того, чтобы Уизли породнились с ним, да? Интересно почему, хотел бы я знать? — Джинни Уизли ему не пара. — А тебе до этого какое дело? Мезальянсы случаются. C’est la vie. Драко покраснел ещё сильнее. Но не мог же он и правду сказать отцу, что он претендует на Поттера сам. Он знал, какой ответ получит. Малфои всегда вступали в брак только с женщинами. Такова традиция рода. И хотя магическое общество было отнюдь не против однополых браков, их рода это не коснулось ни разу. — Что ж. Я должен заняться организацией обыска. — Уизли сейчас в отъезде. Они уехали в Египет всей семьей. — С Поттером? — с любопытством спросил Люциус, пытливо глядя на сына. — Нет. Но я обещал, что его имя не будет фигурировать в этой истории. — Так это он — инициатор? Неужели он хочет подставить будущего свекра? — Гарри… Я не думаю, что он понимает ситуацию. Он уверен, что его просто так позвали в гости на всё лето. В благодарность за спасение Джинни. — Так просвети его!

***

А потом тоскливые каникулярные будни, прерванные кратким визитом Гарри, вернулись и погрузили Драко в пучину тренировок и уроков. Фехтование, верховая езда, французский, латынь, финансы, политология, а также ведение дел рода — вот неполный перечень того, чем ему приходилось заниматься, пока другие отдыхали. Но вот однажды за завтраком Люциус сказал: — Нарцисса, дорогая, я должен сообщить тебе приятную новость. — Что случилось, дорогой? — Дело твоего кузена, Сириуса Блэка, будет пересмотрено. Появились неоспоримые улики. Похоже, что он невиновен. — Это очень хорошо, Люциус. А что за улики? — Маг, в убийстве которого обвиняли Сириуса, жив и дает показания: он признался в убийстве тех маглов и в том, что это он устроил взрыв. — Мы должны предоставить Блэку нашего семейного адвоката. — Я уже занимаюсь этим, Нарси. — Кстати, а где же этот человек прятался все эти годы? — В доме Артура Уизли. — О! Я надеюсь, он пойдет как соучастник. — Возможно, но он, скорее всего, здесь ни причем. Но его репутации, тем не менее, придет конец. И Люциус посмотрел на Драко, подмигнув. Жест был настолько нетипичен для отца, что мальчик на какое-то время выпал из беседы взрослых.

***

Сириуса Блэка и, правда, очень быстро оправдали. А Питера Петтигрю, наоборот, очень быстро посадили. Артур Уизли отделался несколькими допросами под Веритасерумом, но его всё же уволили из Министерства. Гарри, который после возвращения семьи Уизли из Египта, продолжил отбывать свое заключение в Норе, писал панические письма, потому что теперь всё семейство рассчитывало, на то, что он сделает Джинни предложение, и возьмет на себя их материальные проблемы. Это просто витало в воздухе. Поэтому, как только Сириуса официально освободили, Гарри отправился к нему в гости, попросту сбежав. Лето всё никак не заканчивалось, и Драко считал дни до начала семестра в школе. Мальчик понимал, что его эмоции к Гарри навеяны видением в зеркале Еиналеж, но поделать с собой ничего не мог: его чувства уже выходили за рамки дружеских. И ему было страшно: что же будет дальше?

***

Гарри очень нравился дом на Гриммаулд Плэйс, 12. Его странная готическая красота пленила сердце мальчика. Все кругом дышало древней магией, а каждая вещь имела свою историю. — Я смотрю, тебе больше всего нравится это старое барахло? — спросил его Блэк. — Да, очень. Знаешь, Сириус, я бы хотел стать артефактором. Но я не знаю, где этому учат. — Закончишь Хог, и мы найдем хорошего Мастера, который согласится взять тебя в ученики. Но в магической Британии артефакторов нет. Точнее есть, но они специализируются на квиддиче. А это, должно быть, не то, что ты хочешь? — Нет, совсем не то. И я бы начал заниматься уже в следующие каникулы. — А ты, я смотрю, книжный червь? — Я люблю учиться, Сириус. Я ведь когтевранец. Блэк потрепал его по волосам и исчез в глубине поместья. А Поттер в очередной оглянулся по сторонам: дом был очень запущен. А его знания в области бытовой магии были весьма скудны. Как же ему тут нравилось, несмотря на грязь, пыль и магических паразитов, оккупировавших занавески! Парню казалось, что древнюю магию, которой был пропитан дом, можно было потрогать руками.

***

— Скажи мне, Гарри, — завёл как-то Сириус разговор на весьма щекотливую тему, — А нравится тебе кто-нибудь? — Мне же только тринадцать исполнилось! — Ну и что! Сейчас самое время подумать об этом. В волшебном мире принято заключать ранние помолвки, и если долго ждать, то всех хорошеньких расхватают. И придётся потом присматривать тебе невесту-иностранку! — Ж-ха, — тихо пробормотал Гарри и покраснел. — Что? Что ты бормочешь? Я не понял. — Жениха. Мне нравятся мальчики. Точнее один конкретный мальчик. — Ого. Вот это да! И кто же он? Давай, я напишу его родителям официальное письмо с предложением о магической помолвке. Так принято. Меня, конечно, рано выгнали из дома, но кое-чему меня всё-таки успели научить. Я знаю обычаи. — А ты можешь? Написать такое письмо? — ошарашенно спросил его Гарри. Сердце подростка забилось быстро-быстро. Он и не мечтал, что подобное возможно. Хотя его ужасно смущало то, что они с Драко никогда об этом не говорили. С одной стороны, его охватила жгучая надежда, а с другой обуял страх — вдруг он не нужен, вдруг ему откажут? Как же он будет смотреть Драко в глаза после этого? Ведь, если Малфои скажут Блэку «нет», он потеряет и его дружбу тоже. — Я твой крестный и опекун, это моя обязанность, — твердо сказал Сириус. — Ну, кому писать, Сохатик? — Люциусу Малфою. По поводу Драко. Гарри поднял глаза на Сириуса, ожидая, что тот начнёт возмущаться. Но тот только улыбался. — Люциус всегда был чертовски красив, наверняка и его сын тоже весьма хорош собой. Ну, ладно. Я пошел писать письмо. Надеюсь, портреты предков помогут мне с формулировкой. И Сириус пошел куда-то вглубь дома. Душа Поттера ушла в пятки, и он забегал по комнате. Что же ему делать? Он не сможет просто так сидеть и ждать ответа! А вдруг Люциус просто решит отказать, и даже не спросит мнения Драко? Нужно написать ему! При мысли от том, что будет в этом письме, Гарри похолодел. Ему никогда ещё не было так страшно! Изорвав в клочки несколько черновиков, Гарри наконец, написал хоть что-то приличное: «Привет, Драко! Я сейчас у Сириуса. Он сказал, что у магов принято заключать ранние помолвки, и спросил, кто мне нравится. Я сказал, что мне нравишься ты. Действительно, очень нравишься. Сириус сейчас пишет письмо твоему отцу. Я просто хотел, чтобы ты знал об этом. Гарри.» Прошел целый день. Потом ещё один. Гарри ничего не понимал и устал ждать. Внутри у него словно зажималась пружина, и всё его существо сконцентрировалось на ожидании решения Малфоев. «Ну ладно Люциус. В таких делах, понятно, нужно время, чтобы принять решение. Он думает. Но Драко? Почему он не отвечает? Или это тоже какая-то дурацкая традиция?» Блэк поддерживал крестника как мог, ему было понятно состояние Гарри. Это было нетерпение сердца. И вот наконец прилетел семейный филин Малфоев. Дрожащими пальцами мальчик отвязал конверт. Едва взяв его в руки, он уже знал ответ. Письмо было на имя Блэка, и Гарри не решился вскрыть его сам. — Сириус! Сириус! Письмо! Найдя крестного, он нетерпеливо впихнул ему в руки конверт. Сириус открыл письмо и бегло пробежал глазами текст, продираясь сквозь витиеватые формулировки старшего Малфоя, а потом широко улыбнулся Гарри: — Ответ положительный! Собирайся! Мы отправляемся в Малфой-мэнор!