Love be a Vulture Tonight

— Анна, мы не можем вдруг сделать Джимми настолько похожим на меня. Особенно, если планируем продолжить посещать Конвенции. Кастиэль раздраженно потер лоб, нависая над сестрой, пока та работала над их последним томом Падшего Ангела. Последнее время он навещал ее гораздо чаще. Она отмахнулась от его замечания. — Можем и сделаем, и когда вы с Дином поженитесь, фанаты будут в восторге оттого, что мы так сделали. — Или они сочтут это неприемлемым… — Кастиэль вскинулся посередине фразы, не давая этому разговору пойти дальше, — и мы с Дином не женимся. Он ясно дал понять, чего хотел от… Анна резко перебила его: — Нет, не дал! И ты тоже. Боже, вы оба такие мужики в этой ситуации. — И какого черта это значит? — Это значит, что вы оба идиоты, — ответила она, поворачиваясь в кресле к нему лицом, на котором было жесткое выражение, которым она запугивала Каса еще в детстве. Обычно, когда тот был особенно упрямым. — А теперь, либо найди телефон Дина и позвони ему, либо оставь меня в покое. Я работаю. Кастиэль драматично удалился, направившись обратно в темное святилище своей квартиры, чтобы удариться в тягостные раздумья. И возможно провести немного времени, зарывшись лицом в шерсть своего кота. Это правда, что он чувствовал себя несчастным и жалким на протяжении нескольких недель после конвенции, где он встретил Дина. Мужчина был идеальным, и Кастиэль был так уверен, что они идеально подходят друг другу, и чувствовал себя глупо из-за того, что позволил этому закончиться таким образом. Он должен был чувствовать себя глупо оттого, что оказался так захвачен мужчиной, с которым провел всего одни выходные, но не чувствовал. Каса не волновало, что они провели вместе так мало времени, этого было достаточно для него, чтобы понять, что они должны быть вместе и прямо сейчас. Он знал, что поведение Дина после их последнего поцелуя не было искренним. Он чувствовал, что Дин не хотел, чтобы все закончилось так, что у него просто не хватило смелости сказать об этом. Но опять же, Кастиэлю ее тоже не хватило. И все еще не хватает, к огорчению его сестры (и даже Бальтазара), он недостаточно смел, чтобы теперь связаться с Дином. Он не может представить, как находит телефон Дина и позвонит ему. Хотел тот закончить и отбросить в сторону то, что было между ними, или нет, Кастиэлю все еще было обидно, и, возможно, по большей части именно гордость удерживала его от первого шага. Однако, сейчас, когда он разочарованно стонет, уткнувшись носом в своего пофигистичного на его страдания кота, к нему закралась мысль, что гордость уже не имеет значения. Может, ему и не хватит смелости, самому позвонить Дину, но было кое-что, что Кастиэль мог сделать. Он позвонил своей сестре, поблагодарил за ее блестящий талант и великолепные идеи и сказал, что хочет добавить еще кое-что в следующий выпуск Падшего Ангела. =***= — Боже мой, — начала Чарли. — Охренеть! — закончил Сэм. Дин застонал с дивана, где сидел и пытался смотреть какую-то бессмысленную передачу. — Что? — Чувак, ты читал новый выпуск Падшего Ангела? — Нет, — проворчал Дин, закатив глаза. С того Кона, он совсем перестал их читать. Он не зашел настолько далеко, чтобы убрать серию из своего списка покупок, но если Чарли с Сэмом продолжали это обсуждать, он всерьез над этим задумается. — Что ж, этот ты прочитаешь, — небрежно сказала Чарли, бросив журнал на колени Дина. Тот упрямо отодвинул его на пустое место рядом с собой. — Нет, спасибо. — Дин, — упрекнули оба, а потом Сэм продолжил, — если не собираешься никогда больше читать ни одного выпуска, прочти этот. Пожалуйста, чувак. Ты не пожалеешь. Вздохнув, Дин, наконец, отвел взгляд от телевизора и надулся. Сэм с Чарли стояли перед ним, глядя самыми умоляющими щенячьими глазками, какие Дин у них когда-либо видел. — Господи, ладно, хорошо, хорошо, — проворчал он, отводя взгляд прежде, чем увидит их реакцию. Дин закатил глаза и снисходительно посмотрел на журнал рядом с собой, а потом вернул его обратно на колени. Устроившись, он открыл первую страницу, чувствуя себя, мягко говоря, некомфортно. Сэм с Чарли так и стояли, нависая над ним, а Чарли прикрывала рот ладонями. Дин поднял взгляд на них обоих. — Могу я спокойно прочитать этот комикс? Отвалите! Оба тут же пробормотали извинения и супер-неуклюже отвернулись, Чарли переминалась с ноги на ногу, а Сэм, скрестив руки на груди, покашливал и постукивал пальцем по подбородку. Дин ясно выказал свое раздражение, снова вымученно застонав, и быстро ушел в свою комнату. Захлопнув дверь, он выдохнул прежде, чем опуститься на кровать. Перед тем, как снова хотя бы взглянуть на комикс, он как можно удобней устроился на своей кровати, слегка жалея, что не налил себе стакан виски. Раз Сэм с Чарли развели такую суматоху вокруг этого выпуска, то, должно быть, там произошло что-то невероятное. Но что? Падший Ангел выходил уже так долго, они перепробовали уже все, что можно. Что там такого случилось, что вызвало такой шок у искушенного читателя? Не то чтобы Дин жаловался, даже если последнее время он не следил за историей, он все еще любит ее и любит персонажей. Еще раз глубоко вздохнув, он открыл журнал. Начало было очень похоже на самый первый выпуск, показывая безлюдные пейзажи с рассказом главного героя, Джимми. В итоге, как и в первом выпуске, показался силуэт Джимми, идущего по пустынным равнинам, закат согревал страницы и задавал настроение. Рассказ Джимми был меланхоличным. Он говорил о том, что, несмотря на то, что он нашел многих своих падших братьев и сестер, и как много хорошего они сделали вместе на Земле за время его странствий, он все еще чувствовал себя неполноценным. Все еще чувствовал себя одиноким. Дин улыбнулся про себя и кивнул, думая, да, чувак, тебе нужен секс. Джимми всегда был одиночкой, но ему пришло время найти себе жену или еще кого. Черт, Дин бы с удовольствием женился на этом парне. Дин перевернул страницу, чтобы, может быть, увидеть, что так удивило Чарли с Сэмом. Там оказался большой фрейм с лицом Джимми, и Дин отметил, что тот выглядит даже притягательней, чем обычно, а потом заметил, что он, черт возьми, выглядит точно, как Кастиэль. У Джимми всегда были темные волосы и голубые глаза, но в этот раз было добавлено что-то новое к чертам его лица, что дало ему странное сходство с его создателем. Дин неловко поерзал, не зная, что об этом думать, так что продолжил читать. В середине монолога Джимми на него напала группа рассерженных Восставших. Они яростно атаковали его, и Джимми атаковал в ответ, используя свой фирменный клинок. Дин чуть покраснел, потому что было что-то невероятно сексуальное в том, чтобы смотреть, как он сражается, выглядя таким похожим на Кастиэля. Восставшие были демонами, выбравшимися из ада и ставшими людьми, так же, как и Падшие были ангелами с Небес, которые теперь превратились в людей. В данной части истории, Восставшие отлично знали Джимми и ненавидели его, таким образом, избивая в свое удовольствие. Обычно Джимми мог справиться с ними, но в этой битве их было слишком много. Под шквалом проклятий и ударов, Джимми был сбит на землю своими противниками. Двое врагов возвышались над ним, но, когда уже собирались атаковать, их затылки насквозь прошили две пули, и Дин точно знал, что произойдет дальше. Он перевернулся страницу, и на развороте был Майкл, охотник за головами, ковбой истребляющий Восставших, он держал два дымящихся револьвера, а на его губах играла его фирменная ухмылка. — Привет, радость, — сказал Майкл, — эти парни пристают к тебе? — Охрененно круто, — пробормотал Дин, тут же смутившись, что вслух разговаривает с комиксом. Прежде всего Майкл протянул Джимми руку, чтобы помочь ему подняться. Парень был настоящим южным джентльменом. Как только Джимми оказался на ногах, они быстро расправились с остальными Восставшими. Дин обожал подобные сцены, ему нравилось, когда эти двое сражались вместе. Из них всегда выходила потрясающая команда. На этом моменте Дин все еще не понимал, почему Сэм с Чарли так настаивали, чтобы он прочитал этот выпуск. Это обалденная глава, но все еще ничего нового, кроме небольших изменений во внешности Джимми. Хотя Дин думал, что это могут быть просто остатки его тоски по писателю. Может, ему это только показалось. Снова обратив внимание на книгу, он перевернул страницу на новую сцену, происходящую в номере мотеля. Майкл обрабатывал свои раны, а Джимми стоял рядом с ним, уже перевязанный. Конечно, Майкл сначала позаботился о его ранах. Атмосфера этой сцены заставила Дина заерзать на кровати. Сцены, когда Майкл с Джимми оставались наедине, всегда были такими: они стояли слишком близко, смотрели друг на друга слишком долго. Они пьянящие и напряженные. В этот раз, однако, все казалось иначе. Во-первых, в это время Майкл обычно уже уходил. Они делили свой маленький момент, а потом расходились в разные стороны. Но сейчас, судя по тому, куда заводил их разговор, тому, как они прикасались друг к другу, тому факту, что прямо за ними была кровать… Да, Дин точно знал, к чему все идет, и как-то не мог в это поверить. Он поймал себя на том, что глубоко вздохнул, и его сердце забилось чуть быстрее. Аккуратно, он подцепил край страницы и перевернул ее. И практически ахнул, увидев двухстраничный разворот со страстно целующимися Майклом и Джимми, обрамленный панелями с изображением различной степени их обнаженности и близости. Анна действительно чертов профессионал: нарисовать подобную сцену со своим братом и парнем, выглядящим, ну, во многом, как Дин. Да, Дин заметил похожую прическу, зеленые глаза и добавление веснушек на лице Майкла. Действительно выглядело, будто это они с Касом предаются разврату на простынях в этом мотельном номере, и Дин почти хотел повесить это в рамку на стену над кроватью. Когда он перевернул следующую страницу, он был готов к моменту, когда они расстанутся. Дин всегда понимал, что Майкл из тех кто «любит и уходит», учитывая, как он приходил и уходил из жизни Джимми раньше. Но вместо этого он с удивлением обнаружил, несколько страниц с разговором этих двоих, лежащих в постели. — Тебе больше не придется быть одному, — сказал Майкл, и Джимми взял его за руку: — Как и тебе. Последние страницы выпуска были очень похожи на те, с которых он начинался, только теперь там было два силуэта идущих по дороге вместе. Это было одновременно концом одной арки и началом следующей, которую Дин уже не мог дождаться. В его груди разлился жар, когда он откинул голову назад и закрыл глаза. Теперь Дин понимал, о чем говорили его брат и Чарли, вот только, он не думал, что они представляли, насколько это убьет его. Он уставился в потолок, снова глубоко вздыхая. Черт, он скучал по Касу. Как он мог настолько все испортить? Как он мог позволить Касу уйти, когда, судя по комиксу, Кастиэль действительно хотел быть с ним? В любом случае это не имеет значения. Что Дину с этим делать? Написать ему письмо? Он закатил глаза и покачал головой, эта мысль напомнила ему, что он еще не посмотрел на обложку сзади, на которой обычно были письма от фанатов? Иногда их было интересно читать, Кас, естественно, великолепно отвечал на них. Однако когда он взглянул туда, писем не было. Последняя страница была полностью черной с белой надписью посередине, говорившей: «Этот выпуск посвящен Дину. Я скучаю по нему.* Кас». Глаза Дина распахнулись. Он последовал за звездочкой вниз страницы. Там пояснялось: *Дин не умер и ничего такого, но это мужчина, который, я очень надеюсь, позвонит мне. А потом шел номер Кастиэля. Номер его телефона, напечатан в комиксе, где его увидит весь мир. Дин скатился с кровати и схватил свой телефон, быстро набирая номер, намериваясь назвать Каса сумасшедшим за то, что тот так просто сдал свой телефон, но потом до него дошло, что он звонит Кастиэлю, и они наконец-то поговорят спустя миллион недель, и о, черт. Что ему сказать? — Алло? — поприветствовал его хриплый голос, и Дин оказался захвачен всеми чувствами сразу. — Эм, привет, Кас. =***= Кастиэль заметил его, как только вышел из аэропорта. Он увидел Дина Винчестера, стоящего, облокотившись на потрясающий классический автомобиль, он ждал его, чтобы забрать отсюда. Когда Дин его увидел, у Кастиэля едва ли был шанс целиком насладиться его видом прежде, чем они кинулись навстречу друг другу. Они столкнулись, поймав руки друг друга и смеясь, теряя дыхание. — Дин, — начал Кастиэль, он должен сделать все правильно, — я прошу прощения за то, как все тогда кончилось между нами. Думаю, я просто… испугался. — Я тоже. И то, и другое. Я был придурком. Мне жаль, Кас. Кастиэль покачал головой. — Все в порядке. Я… я хочу тебя, Дин. Хочу быть с тобой. Хочу, эм, — Кастиэль подыскивал слова, которые обдумывал снова и снова, пока летел на самолете в Канзас. Он поднял на Дина решительный взгляд, — я хочу провести с тобой больше, чем выходные. Я хочу ходить с тобой на свидания и хочу быть в отношениях с тобой. Дин взмахнул длинными ресницами, эти прекрасные губы, которые так жаждал Кастиэль, изогнулись в яркой улыбке. — Хорошо, — просто ответил он, согревая сердце Каса. — Но сначала, ты встретишься с моим братом. — С удовольствием. — И еще кое-что, Кас. Кастиэль подался ближе в объятия Дина. — Да? — Какого черта, ты не целуешь меня? Кастиэль сразу же исправил свою ошибку, а, вскоре, они вдвоем исправили и остальные, которые успели натворить. =***=

Эпилог.

— Поздравляю, Дин Винчестер, — сказал Кастиэль, скатившись со своего мужа, оба довольно и радостно пытались отдышаться. — Благодарю, Кастиэль Винчестер, — Дин подался ближе для еще одного поцелуя, а затем они устроились в привычной позе, обнимая друг друга. Рука Кастиэля была перекинута через грудь Дина, а Дин обнимал Каса за плечи. Дин опустил на него взгляд. — Я серьезно, Кас. Спасибо. За все. Я не смог бы это сделать без тебя. Дин с Чарли только что выпустили последний том их самой первой серии комиксов, опубликованной в той же компании, что и книги Кастиэля. Продажи росли, и это было справедливо, серия была превосходной. Кастиэль не мог не гордиться ими. — Дин, все, что я сделал, это указал тебе верное направление. Это твоя фантазия и твой талант привели тебя туда, где ты есть сейчас. Дин нежно улыбался ему пару мгновений, а затем улыбка превратилась в ухмылки, и он вскинул брови. Кастиэль точно знал, что будет дальше. — Знаешь, что еще привело меня туда, где я сейчас, прямо здесь, сегодня? — Что? — Это, — Дин перевернул их, прижимая Кастиэля к постели и глубоко целуя. Кас одобрительно замычал, вспоминая первый раз, когда Дин оставил нежный поцелуй на его щеке, затем их свадьбу, Кастиэля еще никогда не целовали так жарко на глазах у стольких людей. Он покраснел и улыбнулся, теперь он был счастливее, чем за всю жизнь, особенно, когда видел напечатанное на своих книгах имя — Кастиэль Винчестер.