Воспитание

Всю неделю Дженсен вел себя тише воды, ниже травы, осторожно шныряя по универу. Нет, конечно теперь он стал посещать все занятия мистера Коллинза, и даже записывал его лекции. Но все другие предметы по прежнему игнорировались. «В конце концов, он мне не папочка, - думал парень, - не собираюсь я жить по его правилам». Вольный гуляка совсем не хотел менять свой образ жизни. Но видимо Эклз совсем упустил из виду тот момент, что мистер Коллинз являлся не только профессором истории, но также и его куратором. И он прекрасно был осведомлен о всех его пропусках. Поэтому для парня стало полной неожиданностью, когда его снова попросили пройти в кабинет Миши. - Что-то не так, сэр? – преувеличенно бодро сказал Эклз с порога, даже не здороваясь. Миша только покачал головой. Этот мальчишка однажды доведет его своей наглостью. - Мистер Эклз, мне кажется, вы совершенно не усвоили урок, который я преподал вам неделю назад. - Но что я сделал?! – возмущенно крикнул Дженсен, подходя ближе к столу куратора. – Не прогуливал ваши занятия, никому не хамил, не предлагал взяток! - Начнем с того, мистер Эклз, что вы хамите прямо сейчас. Мало того, что вы зашли в мой кабинет, не поздоровавшись… вы повторяете все свои ошибки. - И что же вы сделаете? – насмешливо произнес студент, - снова выпорете меня? Как банально. - Помнится, неделю назад вы орали, прося меня прекратить это «банально», - рыкнул преподаватель, - но не беспокойтесь. В этот раз я просто нажалуюсь вашему отцу, и пусть он разбирается с вами. Дженсен сглотнул. Это уже стоящая угроза. Алан никогда серьезно не бил и не наказывал сына, но что с него станется в свете последних событий?.. Он ужасно огорчен тем, что теперь его главный конкурент начал открытую борьбу против него. Так что, может быть всякое. - Я смотрю, вы изменились в лице. Не хотите приплетать ко всему этому отца? - Мистер Коллинз… может обойдемся без этого? – осторожно спросил Дженсен. - И что вы предлагаете? – Коллинз сложил руки на груди, уставившись на парня. Дженсен задумался. Менять свой образ жизни ой как не хотелось. Но не хотелось также и того, чтобы отец вмешивался в это дело. Мало ему что ли денег, которых его лишили… - Я не знаю, сэр. Может быть, мы как-нибудь договоримся? - Дженсен… - устало вздохнул Миша, - мне не хочется возиться с вами, как с писаной торбой. Если вы не будете учиться, я посодействую тому, чтобы вас исключили из университета. Эклз похолодел. Нет, за исключение отец просто убьет его. - Нет, мистер Коллинз! Не стоит. Я… что я могу сделать? Миша задумчиво потер подбородок. - Хм… я так понимаю, вы не хотите учиться, но при этом не хотите и уходить из института… сложная ситуация. Я даже не знаю, как вам помочь. Дженсен понимал, что то, что он собирается сказать сейчас, здорово может удивить и его, и преподавателя, но… сегодня у него было особенно безбашенное настроение. - Так… выпорите меня, мистер Коллинз, - это прозвучало дерзко, с вызовом. Сказать, что мужчина удивился – ничего не сказать. - Вы… осознаете, что только что сказали? – произнес он. - Да, мистер Коллинз, - сказал Дженсен, - я согласен на порку, если вы думаете, что она поможет мне. Миша усмехнулся. Возможно, такого он и не ожидал, но сказанное невероятно порадовало его. По мальчишке было понятно, что он не прочь развлечься. Но вот только… никто не сказал, что здесь его ждут развлечения. Черт его знает, почему, но историк все же решил согласиться. - Что ж… тогда закройте дверь и раздевайтесь, мистер Эклз, - сказано это было максимально строго, но когда Дженсен отвернулся, чтобы выполнить первый приказ мистера Коллинза, мужчина едва сдержал довольную улыбку. - Я готов, сэр, - прозвучало через пять минут. Миша отвлекся от разглядываний своих рук и посмотрел на парня, вполне себе готового – раздетого и послушного. Кроме всего прочего, мужчина не мог не заметить и того, что ровный член Дженсена словно по команде начал вставать. Эклз слегка покраснел, заметив, что преподаватель пристально его разглядывает, но прикрываться не стал. «Пусть наслаждается – подумал он, - глядишь, это и приведет к чему». - Я смотрю, мистер Эклз, - хрипло сказал Коллинз, оторвавшись от созерцания совершенного мальчишеского тела, - что вы надеетесь на некое продолжение банкета? Не думаете ли вы, что я могу прямо сейчас просто вышвырнуть вас из своего кабинета просто потому, что вижу, что вы намеренно провоцируете меня? А потом я могу составить жалобу на то, что вы пытались меня соблазнить. Дженсен слегка поник. Такого он точно не ожидал. Но что он сделал не так? Миша еще в самую первую их тет-а-тет встречу ясно дал понять, что тот еще извращенец и совсем не против поразвлечься. Тогда… что происходит сейчас? - Но… мистер Коллинз, мне показалось… - Вам не знакома поговорка «Когда кажется – креститься нужно»? – холодно сказал Коллинз. Нет, он определенно не собирался выгонять дерзкого парнишку из своего кабинета. Не сейчас, когда он сам, добровольно дал согласие на то, чтобы делать с ним все. Но проучить хотелось. – И что же вам показалось, позвольте узнать? - Мне… показалось, что вы хотите... этого самого продолжения, разве нет?.. – вся бравада Дженса в один миг испарилась. Неужели он ошибался?.. - Все, чего я хочу, мистер Эклз, это чтобы вы учились и перестали подкупать других преподавателей. Остальное не должно меня касаться. - Миша выглядел весьма неприступно, сложив руки на груди. - Мне… собрать вещи? – Дженсен окончательно расстроился, уже наклоняясь за своими брюками. - О, нет, мистер Эклз, - его прервал строгий голос преподавателя. – У нас, вроде как, намечается неплохая порка. Вы не можете теперь просто так пойти на попятную. Парень немного приободрился, но виду не подал, просто спросил: - Что мне делать, сэр? - Пройти к столу и лечь на него, разумеется, - поведя бровью ответил мужчина, - но сегодня, так уж и быть, я не буду вас слишком сильно мучить. С нашей последней встречи вы, хоть немного, но все же изменились. Поэтому ремень мы отложим на потом. Что вы скажете, если я просто отшлепаю вас ладонью? - Я думаю, это весьма справедливо, мистер Коллинз, - как-то преувеличенно радостно сказал Дженсен, ложась на преподавательский стол. Но в этот раз лег он с тем расчетом, чтобы было удобнее тереться возбужденным членом о холодное лаковое покрытие. То, что он в процессе испытает возбуждение – сомнений не было, особенно после того, как Миша пообещал ему ладонь вместо ремня. - Что ж, хорошо, мистер Эклз, - Миша подошел ближе, с удовольствием прикасаясь к ягодицам парня, отчего тот невольно вскинул задницу повыше, навстречу ласкающей ладони. – Но если вы думаете, что это будет легкое наказание, то вы ошибаетесь. И, будто в подтверждение собственных слов, Коллинз сильно припечатал правую ягодицу шлепком. Дженсен охнул. «А рука у него сильная, - пронеслось у него в голове, - однако, посмотрим, что он сможет сделать». Шлеп! Мысли вылетают из головы Эклза, все, на чем он может сейчас сконцентрироваться – на собственных ощущениях и на ладони мистера Коллинза. Шлеп! Задница неумолимо краснеет, Дженсен тихонько вскрикивает и потирается об стол. Ладонь – не ремень, и ощущения от нее совсем другие. Миша и сам понимает это, ощущая болезненный стояк в своих брюках. Шлеп! - Аах, - вскрик Эклза какой-то томный, он ускоряет движения бедрами, но не слишком интенсивно. Если Коллинз это заметит – с него станется написать на него жалобу, а этого парень не хотел. Шлеп! Шлеп! Шлеп! Сразу три мощных шлепка без остановки. Дженсен поерзал, пытаясь прийти в себя и отдышаться, чувствуя, как чужая ладонь снова гладит ягодицы. Движения руки такие приятные, что мальчишка на мгновение забылся и сильно подался бедрами вперед, чтобы ощутить такое нужное сейчас трение. К несчастью, от Миши это не укрылось. - Мистер Эклз, - его резкий голос взрезал воздух в помещении, - могу я поинтересоваться, чем вы занимаетесь? - Я… - Дженсен залился краской, отворачивая голову, но профессор не дал ему сделать это, резко хватая за подбородок и поворачивая к себе. - Поднимайтесь, - сказал он, видя разочарование на лице парня. - Но, мистер Коллинз… - Я сказал, поднимайтесь, мистер Эклз. Дженсен нехотя поднялся, демонстрируя преподавателю свой стояк. Член, прижатый к животу, вовсю истекал смазкой. - Я смотрю, процесс доставляет вам удовольствие, да, мистер Эклз? – спокойно поинтересовался Миша, - Может, нам прекратить? - Нет, нет… пожалуйста! – Дженсен с мольбой взглянул на куратора, - Давайте… давайте продолжим. - Дженсен, вы же понимаете, что это процесс наказания. А как наказание может быть действенным, если вы получаете от него удовольствие? – Миша незаметно хмыкнул. Да, ему ужасно нравилось мучить мальчишку, выдавливать из него ничего не значащие фразы, унижать. В любом случае, просто так он его сегодня из кабинета не отпустит. - Но я… - студент замялся. Он действительно не представлял, что ему надо говорить. Один неверный жест – и его вышвырнут из этого кабинета, и проблем потом не оберешься. - Ладно, мистер Эклз, не мучайте себя. В этот раз я сделаю исключение. Ложитесь обратно. Дженсен почти со щенячьей радостью выполнил этот приказ, но тут до него донеслось: - Но учтите – если запачкаете мой стол, ничего хорошего от меня не ждите. - Хорошо, сэр. Простите. Я готов, - покорно промолвил Дженс, снова приподнимая нашлепанные ягодицы. Жалящая ладонь вернулась. Шлепки сыпались теперь без остановки, заставляя Дженсена вилять задом, ахать и стонать. Возбуждение, конечно, никуда не делось, но теперь парень изо всех сил старался сдерживаться, чтобы, не дай Боже, не достигнуть оргазма. Делать это было сложновато, потому что при каждом неловком движении член неизменно терся о гладкую поверхность стола. Мише доставляло гигантское удовольствие наблюдать за муками нерадивого студента. Он видел, как тот старается избежать трения, но у него ничего не получалось. Пару раз мужчине казалось, что еще немного – и долгожданная разрядка настигнет-таки Дженсена, но, на удивление, мальчишка оказался стойким. Видно, угрозы отчисления и жалобы отцу сыграли свою роль. Но долго мучить парня Коллинзу не хотелось. В конце концов, он ведь не какой-то бесчувственный тиран. Вот только сам собой встал вопрос: что делать теперь? Отпустить домой с позорным стояком и горячими мыслями, или же удовлетворить и свои потребности тоже?.. Шлеп! Последний, самый сильный шлепок, опустился ровно посредине левой ягодицы, заставив Эклза выгнуться и что-то коротко простонать. Миша с секунду раздумывал, а потом сказал: - Наказание закончено, мистер Эклз. Теперь встаньте и повернитесь ко мне. Тихий, но твердый голос профессора донесся до ушей почти сошедшего с ума Дженсена. Он немедля подскочил, поворачиваясь к своему мучителю лицом. Миша требовательно окинул взглядом его тело, глаза прошлись по так и не опавшему члену. Первым желанием парня было прикрыться, но он сдержался. - Мистер Эклз… - снова заговорил его чертовски привлекательный преподаватель, - вы такой грязный мальчишка… Подумать только, я наказывал вас, сильно, больно, а вы умудрились возбудиться, и так нагло терлись об мой стол. - Простите, сэр, - промолвил Дженсен, но в его голосе даже не прозвучало намека на то, что он чувствует свою вину. - Вы наглый молодой человек, Дженсен. Даже не знаю, что еще с вами сделать, чтобы вы усвоили урок, - Миша в задумчивости пожевал нижнюю губу, снова скользя взглядом по телу Эклза. На языке парня крутились всевозможные варианты ответов на этот случай, но он решил промолчать. Кто знает, что будет, если он сейчас откроет рот. Может, Коллинз разочаруется в нем и выставит из кабинета? Иногда молчание – золото, но Дженс понял это только сейчас. Признаться, Коллинз ожидал, что парень что-нибудь скажет. Но Эклз молчал, усложняя историку сложившуюся ситуацию. Он понимал, что, что бы он ни предложил – студент на все ответит согласием. Но выбирать стоило осторожнее, чтобы не опозориться в глазах юноши. - Я не могу и дальше продолжать наказывать вас таким образом, - подумав, все же сказал Миша, - потому что наказание доставляет вам удовольствие, и в таком случае оно уже перестает быть наказанием. Откуда мне знать, что в следующий раз вы не побежите специально прогуливать занятия, чтобы снова оказаться здесь, на моем столе? Пожалуй, мне действительно нужно быть с вами строгим и отправить вас домой. Сердце Дженсена упало. Как, отправить? Он ведь уже настроился на нехилый такой секс со своим недоступным и притягательным преподавателем (и плевать, что он носит фамилию Коллинз). Нет-нет, молчать дальше парню совсем не хотелось. Может быть, это все только усугубит, но он должен попытаться. - Мистер Коллинз… я понял, я правда понял, чего вы хотите. Я… обещаю, я буду учиться, если только вы не выгоните меня сейчас! Можете даже лично отслеживать мои успехи, только… только не выгоняйте. Пожалуйста. Дженсен решил чего бы ни стало добиться сегодня секса. Конечно, обещания об учебе парень не был намерен сдерживать – он никогда этого не делал, и сейчас не начнет, неважно, насколько сексуален историк. Самым главным сейчас было – заставить Мишу передумать и взять его. А потом… как-нибудь выкрутится. - Какой хороший мальчик, - снисходительно и даже чуть унизительно промолвил Миша, заставив Дженсена залиться краской, - ты, видимо, очень рассчитываешь на продолжение, так? Впрочем… не отвечай, тут с самого начала было все понятно. И кстати, не думай, что после того, что я с тобой сделаю, что-то изменится. Я действительно, как ты и предлагаешь, буду лично отслеживать твои успехи, и если что-то пойдет не так, я уже не буду с тобой играть, и разговаривать мы будем с твоим отцом лично. Аааарр, вот придурок языкастый! – подумалось Дженсу. Сейчас нафиг весь кайф обломает. Бери, пока дают, как говорится! А он все разглагольствует… К счастью, на этом мистер Коллинз решил заткнуться и перестать читать нотации. Голос его поменялся, становясь более томным и глубоким. - Хорошо, Дженсен. Лягте обратно на стол. Мне кажется, я знаю, что нам делать дальше. Ну наконец-то! Парень чуть было не выдохнул с облегчением, что противные лекции закончились. Теперь он полностью принадлежит Мише, пусть и на этот короткий миг. Вновь перегнувшись через стол и выпятив свой нашлепанный зад, Дженсен стал ждать следующих действий историка. Миша подкрался сзади почти неслышно. Положил горячую ладонь на соблазнительные ягодицы парня, вынудив того коротко и тихо простонать и податься навстречу. - Ты достаточно покорен, мне это нравится, - довольно пробормотал Миша. Его рука начала мягко и медленно описывать круги на воспаленной коже, от чего нерадивый студент дергался и выгибался. – Мне нравится, как ты вел себя последнее время. Пусть ты и продолжаешь пропускать другие пары (поверь, к этому мы еще вернемся), на мои ты ходил с усердным постоянством, да еще и лекции вел, как я заметил. Я бы хотел поощрить тебя хотя бы за это. О боже, да, продолжай! – снова промелькнуло в голове у Дженсена. Этот тихий томный голос был невероятно сексуальным. Коллинзу явно требовался какой-нибудь повод для всего, что он делает, но и пусть. Так становилось даже интереснее. И Миша не спешил его разочаровывать. - Так вот. Сегодня, помимо наказания, тебя ждет и награда. После этих слов ловкие тонкие пальцы историка скользнули между отшлепанных половинок. Найдя кольцо мышц, мужчина принялся неспеша его массировать, не проникая, однако, внутрь. Дженсен задрожал и буквально начал подаваться назад, пытаясь впустить в себя эти пальцы, эти охуенные длинные пальцы. Но это удовольствие снова было прервано голосом преподавателя. - Дженсен, ты когда-нибудь был с мужчиной? - Только… только не в пассивной роли, - выдавил Дженс. Он издал разочарованный стон, когда пальцы исчезли. Миг – и Миша уже стоит с другой стороны стола и смотрит студенту прямо в глаза. - Ты уверен, что действительно хочешь, чтобы твой первый раз снизу прошел со мной? - Да… да, пожалуйста! Мистер Коллинз… - Дженсен чуть не задохнулся от собственного желания, - я хочу этого. Историк довольно хмыкнул. Да, забавно все получается. Совсем, видимо, сломал парня. Открыв верхний ящик своего стола, Миша выудил оттуда небольшой тюбик крема для рук. За неимением другой смазки, сойдет и это, решил он. Вернувшись обратно к постанывающему Дженсену, он снова успокаивающе положил руку ему на ягодицы и сказал: - Потерпи еще немного. Я собираюсь растянуть тебя. Размер у меня немаленький… Фантазия Эклза тут же услужливо подкинула ему такие картинки, от которых рот непроизвольно наполнился слюной. Он снова подался назад, стоило только смазанным пальцам преподавателя приблизиться к его входу. Первый палец проник в него легко – Дженсен удивленно понял, что дискомфорта это не вызывает. Но вот второй палец вызвал у него краткую вспышку боли, заставив его слегка сжаться. - Тише, Дженсен, - донесся до него спокойный голос историка, - расслабься. Не передумал? Может быть, нам стоит остановиться, пока не поздно? - Нет! – парень почти испуганно выкрикнул это. На попятный он сегодня точно не пойдет. – Прошу, продолжайте! Миша довольно хмыкнул. Дженсен заметно расслабился, позволяя впустить в себя два пальца. Мужчина легко покрутил ими, потом согнул, растягивая сильнее. Пустив их чуть глубже, он попытался отыскать простату. Судя по тихому вскрику и последующему стону парня, ему это удалось весьма быстро. - Приятно? – это был скорее риторический вопрос, пальцы мужчины теперь стали двигаться немного активнее, каждый раз проезжаясь по простате. Эти простые действия заставляли Дженсена дрожать, звезды взрывались у него перед глазами, а ноги тряслись. Член стоял колом, было невероятно приятно, и парень почти пропустил тот момент, когда в него протиснулся третий палец. Он почувствовал легкий дискомфорт, но быстро расслабился, не желая причинить неудобств ни себе, ни Мише. Спустя вечность или около того он услышал голос мистера Коллинза. - Готов? Он полузадушенно выдохнул что-то наподобие согласия. Миша отстранился, вытаскивая пальцы и заставляя Дженсена обиженно заскулить. Расстегнув свои брюки, мужчина вытащил свой давно изнывающий от недостатка внимания член и слегка провел по нему ладонью сверху вниз. И… внезапно понял, что у него нет с собой резинки. - Дженсен. – мягко обратился он к парню, - у тебя есть презервативы? - Д..да, да, - выдохнул Эклз, - в джинсах, в правом кармане. Миша усмехнулся. Вот как. А паршивец, видимо, распланировал все куда лучше, чем он сам. Если, конечно, он не таскает резинки с собой постоянно. Достав так необходимый сейчас презерватив, историк нетерпеливо надорвал упаковку и, надев его на себя, размазал остатки смазки между ягодиц парня. Приставив головку члена к раскрытому и жаждущему отверстию Дженсена, он нетерпеливо толкнулся внутрь, издавая первый сдержанный стон. - Боже мой... такой узкий... горячий... Дженсен, - восхищенно зашептал он. Ответом ему был довольный стон парня. - Тебе не больно? Да уж, Коллинз явно любит болтать слишком много. Вместо слов, Дженсен просто толкнулся ему навстречу, показывая, что достаточно растянут и готов принять его полностью. Миша довольно усмехнулся, входя полностью. Взяв парня за бедра, он начал медленно двигаться. Снова выйдя полностью, он слегка подразнил сжимавшуюся в нетерпении дырочку головкой, и опять погрузился до конца. Звуки, что издавал при этом процессе Дженсен, были просто божественными. - Ааахх! - особенно громкий стон взрезал спертый воздух в кабинете историка, когда его владелец толкнулся вперед особенно сильно. Жалеть парня Мише не хотелось. Хотелось подчинить, наказать, сделать больно, так, чтобы этот день еще нескоро забылся. Под его напором узкая дырочка раскрывалась все сильнее, и вскоре член уже свободно скользил туда-обратно. - Детка... Ты так хорош, - смог выдавить Коллинз в перерывах между фрикциями. - Раскройся сильнее... Вот так, попроси для меня... Дженсен буквально сходил с ума от нахлынувших на него ощущений. Толстый член Миши с каждым толчком задевал его простату, заставляя парня выгибаться. В какой-то момент парень потянулся к своему члену, крепко обхватил его рукой и жестко задвигал ей вверх-вниз. Это действие не укрылось от историка. Зарычав, Миша перехватил руку Эклза, прижимая её к столу, и прошептал на ухо: - Ну уж нет, Дженсен. Кончишь только от моего члена. Ну же, давай, постарайся как следует. Дженс заскулил, лишившись такого необходимого сейчас трения, но спорить не стал. Все равно, он уже был почти на грани, еще немного - и никакая помощь не потребуется. - Пожалуйста... - взмолился он. - Что "пожалуйста", Дженсен? - с легкой издевкой в голосе спросил Миша. - Быстрее... Быстрее, пожалуйста, я... Я... - Дженсен не договорил. В следующую секунду его тело прошила предоргазменная судорога, и он кончил, все же пачкая стол своего преподавателя. Коллинз тоже не продержался долго. Чувствуя дрожь Дженсена, видя его сперму на своём столе и чувствуя ее резкий запах, он издал низкий рык и кончил, крепко стиснув бедра парня и где-то на грани сознания слыша его стон.