Война разлучила нас...

Наконец-то я дошла до нашего особняка. Когда я вошла внутрь, я услышала голоса и чей-то плач. — «Боже, что там происходит?» Я тут же побежала на кухню, откуда доносились всхлипы. Мама и Ханна сидят рядом с плачущей мамой-Кали. — Что случилось? — спросила я. — Дочка, где ты была? — тревожно спросила мама, обняв меня. — Я пошла на прогулку, извини, что заставила волноваться, — я повернулась к маме-Кали. Она всё ещё плакала и держала руку старшей дочери. — Мама, что случилось? Почему ты плачешь? Ни сказав ни слова, она обняла меня. Я заметила на себе виноватый взгляд Ханны. — Не спрашивай маму, Раф. Спроси меня. Она плачет из-за меня. — Что? Почему? — удивилась я. — Я решила отправиться на войну. Я стану членом партизанского отряда, в котором сражаются Кабале и Кабирия. Я с ними связалась недавно. Уже ждут. Услышав её слова, мама-Кали заговорила. Я услышала её отчаянный голос, умоляющий сестру остаться: — Нет… Нет, дочка, прошу, нет! Не бросай свою бедную мать… — Ханна, как ты решилась на такое? — я не могла поверить, что она тоже покинет нас. Не могла и не хотела. — Я больше не могу это терпеть, Раф. В моём родном городе война, а я сижу здесь и ничего не делаю. Я хочу помочь. Хочу защищать свою родину бок о бок со своими подругами и братом. Я достаточно взрослая, чтобы принимать подобные решения. Слова Ханны поражали своей серьёзностью. Она потеряла среднего брата, рассталась со старшим и переехала с матерью и сестрой на Землю. Несмотря на всё это, она была готова сражаться за родной город. Она на два года младше меня, но у нее есть та сила духа и смелость, которые мне необходимы для мести за Сульфуса. — Прошу тебя, Ханна… Не бросай меня… Мне и так пришлось расстаться с двумя сыновьями, а один уже мертв! А вдруг кто-нибудь из вас тоже погибнет? Что мне тогда делать?! Не мучай меня так, умоляю! Что я скажу Гемме? Как ей объяснить, что её брат и сестра больше не вернутся домой?! Она уже растет во лжи! — Ты скажешь ей, что её братья и сестра ушли сражаться за родной город и его жителей, ради свободы её родины, — уверенно сказала Ханна. — Мама, мне больно каждый раз осознавать, что моего брата больше нет в живых. Но мы должны гордиться им, ведь он погиб защищая родину. Разве ты не гордишься им? — Конечно, горжусь. И не только Сульфусом. Я горжусь и Зеро, и тобой, но я не хочу потерять своих детей. Вы — вся моя жизнь! Как я буду жить без вас?! Жизнь станет для меня наихудшим Адом, даже если я Дьявол!!! — мама-Кали закрыла лицо руками и вновь заплакала. — Со мной всё будет хорошо, обещаю! — Ханна, Сульфус обещал нам тоже самое, и теперь, мы больше никогда его не увидим! Ханна грустно посмотрела на нас. Она чувствовала, как наши сердца сжались, от одного воспоминания о смерти моего Дьявола. — Мама… Послушай, ты с детства учила нас тому, что мы всегда должны следовать нашим мечтам. Сейчас, это моя мечта: идти по стопам братьев и воевать за Зольфанелло Сити. Я хочу этого… — слезы наворачивались на красивые глаза демонессы. Она крепко обняла маму-Кали. Ей не хотелось ее расстраивать, но она знала, что это её долг. — Обещай, что, однажды, ты вернешься вместе со своим братом. Обещай, что вы не причините мне боли, а лишь осчастливите меня своим возвращением. Обещай, что я увижу своих троих детей дома, и никогда не заплачу, из-за их потери… — Обещаю, мама… Ты всегда учила нас держать обещания, данные тем, кого мы любим, и это именно то, что я сделаю. Неожиданно, в доме раздался детский голосок: — Мама! — из спальни кричала Гемма. — Гемма проснулась. Пойду к ней, — сказала мама-Кали, вытирая слёзы. — Анджели, ты не могла бы мне помочь? — Конечно, Кали. Пошли. Мамы ушли к малышке, оставив меня наедине с моей золовкой. Мне хотелось поговорить с ней ещё, и мы пошли в мою спальню. — Тебе так повезло… — произнесла я, глядя в окно. — О чём ты? — удивлённо спросила Ханна. — Тебе покажется это смешным, но… Честно, я завидую тебе… Я бы хотела оказаться на твоём месте… Если бы я только могла тоже уйти воевать… Даже не ради Зольфанелло Сити, а ради Сульфуса. Я знаю, что… Его уже не вернуть, но я хочу успокоить его душу. Его убийцы заслуживают смерти. Сестра смотрела на меня серьёзным взглядом. Она прекрасно поняла, о чём я говорю, хоть и не хотела в это верить. — Ты хочешь сказать, что хочешь попасть в Зольфанелло Сити, чтобы отомстить за смерть моего брата? Месть… Такое странное и страшное слово для Ангела… «Светлые» бессмертные никогда не боятся этого слова, но никогда его не произносят, оно запрещено. А значит, и моё желание тоже запрещенное. — Да… — я опустила глаза и почувствовала на плечах её руку. — Ты так сильно любила моего брата, Раф? — спросила Ханна, готовая расплакаться. — Да, любила и до сих пор люблю, больше жизни… С каждым днём, я люблю его всё больше и больше… Я никогда не смогу забыть о нём, я люблю его всеми миллиардами кусочков моего разбитого сердца… — слёзы невольно потекли из моих глаз. Я тоже начала плакать. — О-о-о… Раф, не надо, я сейчас тоже заплачу, а Дьяволы не плачут… Долгое время мы сидели в обнимку, плача по одному и тому же бессмертному. По брату и любимому, по Сульфусу… В ту же ночь, в полночь, Ханна собрала все вещи и попрощалась с нами. Первым делом, она обнялась с мамой-Кали. — Пока, мам… Я очень сильно люблю тебя и так же буду скучать. — И я, родная моя… Пожалуйста, будь осторожна и сдержи свое обещание, вернувшись домой целой и невредимой, — тихо прошептала мама. Я тоже хочу, чтобы она вернулась, мама… Сульфус обещал мне тоже самое в тот день, когда я видела его в последний раз… Но он так и не смог сдержать это обещание… — Клянусь, мама. Только не плачь, пока меня не будет, хорошо? Гемма нуждается в тебе, как ни в ком другом. — Обещаю, дочка, — мама поцеловала Ханну в макушку, и девушка присела на корточки, чтобы попрощаться с сестрёнкой. — Эй, малыш… Я улетаю… — Куда ты идешь? — тоненьким голоском спросила Гемма. — Я полетела за нашими братьями, но задержусь. Поэтому я хочу, чтобы ты терпеливо ждала нас, не расстраивала и слушалась маму, договорились? — Хорошо… — Ты будешь хорошо себя вести? — Нет, я буду плохо себя вести! Сульфус говорит, что правила созданы для того, чтобы их нарушать! — мы хихикнули, услышав слова малышки. — Я знаю, но мы сейчас на Земле, а тут правила соблюдают, — улыбнулась девочке Ханна. — Ну, ладно, тогда… — Гемма и Ханна обнялись, и девушка поцеловала её на прощание в обе щечки. — Пока, Анджели, я буду скучать, — обняв мою маму, сказала она. — Я тоже, моя девочка. Будь осторожна, и возвращайтесь как можно скорее. Пришла моя очередь прощаться с сестрой. Мы крепко обнялись. — Я очень хочу, чтобы все закончилось хорошо… Вернитесь с Зеро целыми и невредимыми, — затем, я приблизилась к её уху. — Я надеюсь, что ты сможешь сделать то, что не могу я — успокоить душу Сульфуса и отомстить за него. Я старалась сказать последние слова как можно тише. Мамы не должны были слышать это. Из своих пяти детей (меня она тоже считала своей дочерью), маме-Кали пришлось расстаться с еще одним ребёнком. Ей не надо это знать. — Я постараюсь, Раф. Надеюсь, что мы скоро увидимся… Пообещай мне кое-что. Я бы хотела, чтобы ты позаботилась о Гемме, как всегда заботилась о ней, будто она твоя родная сестра. — Обещаю, Ханна. Мы попрощались с ней, и девушка вылетела в окно, затерявшись в темном ночном небе. Мамы пошли укладывать Гемму спать, оставив меня одну с Кокс и Василиском. — Ещё один Дьявол улетел на войну… — грустно сказала я, вспомнив тот день, когда уехал Сульфус. Я никогда не забуду тот день. Не забуду его обещания, его объятия и наш последний поцелуй… Я легла на свою кровать и достала из-под подушки его куртку, прижав ее к груди. Сульфус... Прошло пять месяцев, с тех пор, как я видела тебя в последний раз… Три месяца, с тех пор, как я осознала, что ты больше никогда не придёшь ко мне, не обнимешь, не поцелуешь, и не назовешь меня «своим Ангелом». Мы так долго боролись за наши чувства, но проиграли в этой войне с судьбой… Что теперь? Ты ушёл из этого мира, а я осталась одна… Теперь, когда я чувствую, что любовь переполняет меня с каждым днём, я боюсь, что не справлюсь с мучениями без тебя… Что мне делать, мой Дьявол? Как жить дальше, если я не могу отомстить за тебя? За тебя, за нас и нашу бессмертную любовь…