Чемодан

      Сны. Что это такое? Википедия утверждает, что это — естественное физиологическое состояние, характеризующееся пониженной реакцией на окружающий мир. Но если окунуться в свою фантазию, то сон — это мир, в котором сбываются мечты (?), случаются разные неприятности, которые вскоре перерождаются в кошмары. Хосок перестал видеть кошмары, с тех пор как влюбился в Чимина. Хосока отпустили эти страшные мысли о Чадоне, и что этот человек недавно забыл у него в аэропорту. Теперь мысли Чона полностью забиты Пак Чимином. Его Чимином. Рассуждать можно вечно об этом мистере Хви, но сейчас Хосок не хочет этого делать, он и так почти всю жизнь думает о нём после того, как увидит ночью отчётливые кошмары того дня. Сейчас парень хочет потонуть в мыслях и заботе о близких людях, особенно о Чимине. Словно прилетел волшебник на голубом вертолете и подарил Хосоку встречу с Чимином. Настолько рыжий парень потонул в нём, что уже не так сильно переживает о Чани, который развлекается в Японии. Эх… А ведь когда-то Хосок думал, что после того как брат улетит, он съест себя изнутри и упадёт в глубокую депрессию из-за ''разбитого'' сердца. — Ты спишь? Хосок спит. И ему снится глубокая осень с гнилыми листьями на земле. В реальности, на улице, пока холодная весна и даже в сонном подсознании Хосока хранятся воспоминания о сегодняшних посиделках с Чимином на подоконнике, когда они смотрели на этот пасмурный закат. Эти отрывки показываются словно рекламой, перебивая основной сериал. А в самом сериале отображается уже немного морозная осень с сильным ветром в ушах. Парень видел, как перед ним сияло солнце в лужах, а под ногами злобно скрипели камни. Вокруг ни души, но он чувствовал чьи-то тихие шаги. Шаги становились более отчётливыми, и неожиданно послышался громкий щелчок ключей-дубликатов. — М? — Открыв глаза, Хосок увидел лишь яркую темноту, к которой пришлось за секунду привыкнуть. — Чимин? В комнате слышалось только тихое эхо своего голоса. Прощупав рукой всю кровать, ничего не говорило, что Чимин здесь. Хосок встал с неё и был немного напряжён исчезновением парня. Он решил осмотреть весь дом, все комнаты. Пройдя вглубь коридора, он увидел, что громоздких чёрных ботинок нет на полу, и на вешалке не висит чёрное пальто. Тут в сердце заиграла паника. Забежав в маленькую комнату, в которой раньше спал Чимин, Хосок его не заметил. Рванув с такой же скоростью на кухню и ванную, Хосок все равно не нашёл его. Чимина здесь нет. — Где ты? — Сердце быстро стучало, чьи удары сильно отдавались в голове. Хосок не находил себе места пока не вспомнил, что у него есть телефон и номер Пака. Навалившись всем телом на входную дверь, Хосок принялся звонить. Минута прошла, две, три, а никто не отвечает или не хочет отвечать. Волнение стало жутким: парень слишком сильно переживал за Чимина; вдруг с ним что-то случилось? Руки дрожали, а ноги подкашивались, тихо оседая на пол. — Где мой Чимини? Так хотелось, чтобы это было сном, но, к сожалению это реальность. Этот пол реально холодный, этот потолок реально давит на голову, эта темнота реально заставляет задыхаться. Вдруг в непоколебимой тишине телефон в руках сильно завибрировал. Пришла смс. «С вашего счёта списано *** млн. вон» Хосок резко встал с пола, включая свет в прихожей. — Что?! Зашуршав сразу же в кошелке, что лежал на тумбочке рядом с зеркалом, парень не обнаружил то, что волновало его в последнее время больше всего — дебетовую карту. — Не может быть… Хосок от досады шлепнул кулаком об тумбочку: у него украли карту. Вчера они с Чимином ходили в торговый центр, и, может быть, какой-нибудь карманный воришка украл карту. Но почему тогда кошелёк на месте? Вор бы не стал рассусоливаться: открывать кошелёк, вытаскивать карту и класть кошелёк обратно в карман пальто. Но что-то Хосоку подсказывает сердце, что это вряд ли был вор. В квартире нигде не может быть карточки, так как парень хранил её только в кошельке, в секретном отделение на молнии. Спина вся вспотела, и безразмерная огромная футболка обняла всё тело. А где Чимин? Пока Хосок отвлёкся страшными мыслями, неожиданно под дверью пролетела непонятная пластинка. Парень моментально подбежал к ней и взял её в руки. Это, оказалась, была его дебетовая карта. Ничего не понимая, Хосок услышал быстрые шаги по лестничной клетке. Накинув на себя куртку, он открыл дверь и рванул вниз, пытаясь понять, кто это был. Хосок бежал по лестнице, как по асфальту, но этого было не достаточно, чтобы догнать похитителя. — Эй! Я вижу тебя! — Он резко повернул, ускоряя спуск по лестнице. Как бы Хосок не старался, неизвестный спрыгнул с последних ступенек и уже оказался возле двери. Открыв её, он, не замедляясь, убежал за угол дома. — Где ты? — Хосок вышел из дома, но не побежал дальше, ведь глаза разбегались от количества улочек вокруг. Повернув голову на право, Хосок увидел этого человека, добегающего до следующего дома. Хосок только хотел рвануть за ним, как порыв сильного холодного ветра сдувает с незнакомца капюшон толстовки. Чон резко остановился. Этот незнакомец был Чимин.

***

— Да? — Еле восстановив дыхание, он всё-таки ответил на повторяющийся в третий раз телефонный звонок. — Да, я снял деньги. Да, с его карточки. Могу прямо сейчас чек принести. — Усмехнувшись в трубку на той стороне провода, человек продолжил усыпать его вопросами. — Что? Прямо сейчас? А нельзя когда-нибудь завтра утром в кафе? — Голос задрожал, после того как человек назвал одно имя. — Хорошо, я приду. Только не трогай его. Он мне как брат… — Следом послышались громкие гудки, что даже не позволили ему закончить предложение. Засунув телефон в карман джинсов, парень устало поднял голову. В этой голове звучали только последние слова, что ему сказали по телефону: «Он сам напросился». Чимин долго думал, как ему сократить свой путь до нужного места, но лучше, как пройтись пешком по глухим улицам — не придумал. Пак был счастлив, сильно счастлив, ведь дело почти закрыто, хотя было маленькое волнение за мелкого, но его не тронут, пусть даже и сказали: «Он сам напросился». Быстро щеголяя по холодной дороге, Чимин понял, что всё настолько прекрасно, что просто этого быть не может. А это всё произошло из-за того, что Чимин слушал своё сердце. Оно же никогда не врёт. Оставалось пару метров до этого здания, какого-то заброшенного завода. Чимин долго крутился вокруг да около дверей, не решаясь войти. Даже холодный ветер, что так и пытался снова сдуть капюшон с головы, не мог заставить Чимина поскорее зайти в него. Может быть, лучше сразу зайти отдать все деньги и забрать самое главное? Но Чимин стоит здесь ещё минут пять, справляясь со своим некоторым внутренним страхом.

***

Хосок зашёл в свою холодную, от того что дверь была открыта, квартиру. Ему было как-то всё равно: пускай у него всё нараспашку, пусть все, что есть в этом доме, украдут, ведь, по сути, здесь пусто. Глухая пустота, которая передалась и сердцу. В пустое безнадёжное сердце. Хосок опять запутался. Опять запутался в этом Пак Чимине, и, похоже, что с каждым разом всё сложнее принять правду, что твердит ему Пак. Хосоку даже до ужаса стало интересно, что на этот раз он придумает, как оправдание. — Я никогда не задумывался о том, что скоро, такими поворотами событий в моей жизни, свихнусь. А зря… Парень плюхнулся на уже остывшую после сна постель. Он начал смеяться, зачёсывая волосы назад. — Мне никогда не будет с ним скучно. Сколько он вообще хранит в себе тайн?.. Пздц, айдол ворует у меня деньги… — Хосок просто озвучивал все свои мысли, что приходили к нему на ум дольше, чем на 5 секунд. Он мог вечно озвучивать их, потому что мысли о Чимине всегда актуальны, но Хосок чувствовал, что до шизофрении ему, таким образом, будет в два локтя по карте. — Что такое? — Хосок подцепил пальцем телефон и перевернул его экраном вверх. Звонил Чани в два часа ночи. — Что случилось? Почему ты мне так поздно звонишь? — Сейчас было уже не до шуток, ведь сердце начало биться в тысячу раз быстрее. «Здравствуй, Хосок. Ты же помнишь меня?» — Голос из трубки не принадлежал Чани, хотя у этого парнишки был тоже довольно низкий голос, ниже, чем у самого Хосока. — Здравствуйте. Нет, я вас не знаю. «Как можно забыть таких людей, как я? Я Чадон. Хви Чадон.» В голове заиграла истерика. — Что? Но откуда… — Голос начал сильно дрожать. — Откуда у вас телефон Чани!? «Будет не так клево, если я тебе сразу всё расскажу. Уйдёт эффект загадочности.» — Чадон тихо засмеялся, поражаясь своим остроумием. — Зачем вы звоните? «Мне нужны деньги, что украл у меня твой отец.» — Отец? — Хосок только сейчас вспомнил, что у него есть отец. «Да, отец, которого ты бросил.» — Я его не бросал. Он спился и только вытягивал с меня деньги, а потом вообще исчез, оставив своего маленького сына без опоры! — Парень стиснул зубы, ведь всё так и было. Его отец просто слабак, который испугался трудностей, когда умерла жена. Хосок ненавидит его всем сердцем. В то время чтобы поддержать своих детей, дети поддерживали отца и это ни есть нормально. Он должен был поддержать их, хотя бы Чани, которому было невыносимо плохо, но он просто опустошал новую бутылку со странной гадостью с градусами. «Ты обижен на него?» — Вас не должно это волновать. — Хосок только сейчас понял, что он просто рассказал своему главному страху все, что у него есть на душе. «Он не пьёт уже больше полугода.» — Что? — Как будто Хосок в это поверит. «Он искал вас с Чани долго, но в итоге иссяк. Отец твой знал, где ты работаешь и как ты живёшь, но боялся посмотреть тебе в глаза. Узнав, что ты не можешь расплатиться за квартиру, обеспечить себя одеждой и едой, ведь ты чуть ли не все деньги отправлял этому молокососу, он решил помочь тебе, пропихивая тебе деньги через руки дяди Чана. Знаешь такого? В кафе вроде бы до сих пор работает.» Глаза наполнились горьким морем. Такого не может быть… Не может быть такого, чтобы Хосок того не зная ненавидел своего отца за слишком слабый характер. Не может быть такого, чтобы он перестал пить, ведь все представления о своём отце в голове Хосока вырисовывалось только его пьяное лицо. Такого просто не может быть… «Твой отец, мой бывший лучший друг, украл у меня деньги, чтобы навсегда улететь из Кореи. Он не решился, не смог посмотреть в глаза своих брошенных детей. Такой слабак… Прямо, как и ты. Недавно из-за того, что твой отец делился со мной всей информацией о тебе, я решил после того, как он обокрал меня, прийти к тебе в аэропорт, но тебя там не оказалось… » — Сколько он украл? — Хосок сжал кулак. «Ахахахах. Мне казалось, что ты в курсе… Ты до сих пор доверяешь Чимину?» — В трубке послышался раскатистый низкий смех. — Откуда вы его знаете? «Он украл у тебя карту и сейчас несёт мне мои деньги. Как ты мог такому парню доверять, если он у меня еще и попросил свою долю за эту операцию?» — Что? Долю?.. «Я могу дать тебе адрес, куда он именно сейчас направляется, то есть моё местонахождение. Будь рядом со мной аккуратен с языком, ведь твой брат так красиво привязан проводом к стулу, что я даже не хочу его трогать…» У Хосока закружилась голова. Он не понимал, что вообще происходит, хотя всё его тело покрыто мурашками, а сердце громко стучит. «Почему ты молчишь? Был бы твой брат таким молчаливым я бы ему рот не заклеивал.» — Перестань меня шантажировать! Чани сейчас в Японии! «Это он у тебя в тот день улетел в Японию, а в моей реальности он никуда не улетал, а остался здесь, чтобы помочь своему любимому хёну с деньгами, ведь тот видел, как ты страдаешь…» — Не может быть такого! «Как знаешь… Я бы дал ему трубку, но боюсь ему не очень удобно разговаривать.» — Отпусти его сейчас же! «Тогда когда ты сам придешь ко мне…» — Не бросай трубку! — Но в ушах отчетливо послышались громкие гудки. В голове были бомбы, которые взрывались с каждым криком на всю квартиру. Глаза роняли слёзы, а крики превратились в громкое рыдание. Задыхаясь от переизбытка слёз и мыслей в голове, Хосок умирал. Умирал в своём горе, которое нахлынуло так неожиданно. Чимин, Чани, отец… Услышав вибрацию, что издавал телефон на полу, Хосок не понял, откуда этот звук, потому что в ушах играет своя музыка из рыданий и всхлипов. Но когда экран ярко осветил всю комнату, Хосок заметил его. Как ни странно пришел смс с точным адресом местонахождение Чадона и Чани, а может быть даже и Чимина. Последний не переставал удивлять. Похоже, ночка будет интересной.