В омут

      Прохладный ветер развевал тщательно завитые кудри Нарциссы и шаловливо приподнимал края тёмно-синей накидки Эвы. Они отдыхали в уличной части кафе, отгороженной от людской толпы плетёной изгородью, и наслаждались осенним воздухом, ещё хранившим последние остатки летнего тепла.       Эва сделала очередной глоток из чашечки, получив огромное удовольствие от вкуса зелёного чая. Чёрный Нарцисса не очень любила, утверждая, что он портит цвет лица так же, как и кофе. Зато теперь предоставилась возможность оценить весь спектр вкусов разнообразных зелёных чаев.       Нарцисса листала журнал, рассматривая улыбающихся ведьмочек в элегантных платьях и демонстрирующих читательницам свои безупречные наряды и причёски. Вдохнув аромат круассанов, Эва не смогла сдержать умиротворённой улыбки — это было идеальное утро.       События прошедших дней, казалось, отступили вдаль, рассеявшись в воспоминаниях, будто бы ничего и не было. Хотелось отчаянно и безумно верить, что произошедшее было просто кошмарным сном. Или просто не вспоминать.       Эва развернула аккуратно сложенное письмо и ещё раз его перечитала.       Дорогой Драко,       Как твоё самочувствие? Я так перепугалась за тебя, что у меня случился самый настоящий нервный срыв! Представляешь, в моём-то возрасте! Мама прислала мне какое-то семейное зелье и просила беречь себя, потому что, оказывается, в нашем роду это наследственное. Теперь я постоянно пью эту противную микстуру, а слёзы сами наворачиваются на глаза, когда я представляю, что ты прошёл ещё через более худшее, чем я. Пожалуйста, поправляйся скорее и возвращайся. Ко мне клеится Нотт, а я очень скучаю по моему храброму Дракону.       С любовью, твоя Пэнси.       Подняв голову, Эва обнаружила, что Нарцисса с тёплой улыбкой смотрит на Драко.       — Я рада, что у тебя есть хорошие и верные друзья, — сказала леди Малфой. — Они скучают по тебе?       — Да, Пэнси просит скорее возвращаться, — ответила Эва, обратно складывая письмо.       — Она хорошая девочка, — улыбнулась Нарцисса. — Я говорила твоему отцу, что вас нужно посватать, но он считает, что вы слишком близкие родственники, и хочет найти тебе другую невесту.       — Да? И кого же?       Эва нахмурилась, вспомнив историю с Асторией. Нарцисса сдвинула светлые брови, видимо, подумав о том же.       — Имён не будем пока называть, но это будет достойная девушка. Твой отец отправился во Францию именно за этим, — леди Малфой закрыла журнал и внимательно посмотрела на сына. — Что ж, довольно об этой теме, нас ещё ждут магазины! Мне нужно выбрать достойное платье для приёма в Министерстве, нельзя уронить честь нашей фамилии.       — А что за приём? — с замиранием сердца спросила Эва. Наблюдать через средства массовой информации за развлечениями богачей — это одно. А вот быть одной из их числа, принадлежать знатной и высокопоставленной фамилии — с этим ничто не могло сравниться.       — Ничего особенного, — Нарцисса медленно натягивала на руки тончайшие белые перчатки. — Он проходит каждую осень, я же тебе рассказывала. Знаешь, милый, я очень жду, когда ты закончишь школу, и мы сможем прийти туда вместе. Я так тобой горжусь, Драко.       Невольный румянец залил щёки Эвы.       — Спасибо, мамочка.       Нарцисса улыбнулась, по-особенному, и Эва готова была поспорить на что угодно, что такую улыбку на лице леди Малфой мало кто видел. Эта улыбка была просто невероятная. Будто вдохновляющая на храбрые подвиги и дерзкие свершения. Возможно, многое из того, чего добился Люциус — было совершено ради подобной проникновенной улыбки его супруги.       Они шли по шумным улочкам, изредка задерживаясь возле витрин и рассматривая всякую всячину, выставленную напоказ. Эва чувствовала лёгкую руку у себя на локте, и её душа пела. Идти вот так под руку с мамой по магазинам и просто наслаждаться происходящим — это было что-то выходящее за рамки её представлений о мире. Это было настоящее счастье. Конечно, Нарцисса была матерью Драко, но сейчас она была и её… мамочкой. Она была её самой настоящей мамочкой. И просто невероятной, волшебной женщиной.       Здесь, в магических кварталах, на каждом шагу творилось волшебство, и Эва поймала себя на том, что относится ко всему этому слишком спокойно для человека, неожиданно появившегося в мире волшебников и в прошлой жизни не обладавшего никакими экстраординарными способностями. У неё было такое чувство, будто бы она уже когда-то это всё видела, будто бы волшебный мир на самом деле родной для неё.       — Зайдём сюда, — Нарцисса указала на красивенький магазинчик с элегантной вывеской на французском языке «Révélation». — Я люблю сюда заходить, когда хочется отвлечься и отдохнуть. Ты сейчас это поймёшь.       Они поднялись по ступенькам, минуя двух серьёзных мужчин в мантиях, которые вежливо поклонились посетителям, и один из них придержал дверь, впуская их внутрь.       — Добро пожаловать в Ревеласьон! — вошедших поприветствовала красивая дама средних лет. — Здравствуйте, леди Малфой, очень рады вас видеть вновь.       — Это мой сын, Драко Малфой, — представила Нарцисса Эву.       — Добро пожаловать, мсье Малфой, — улыбнулась дама. — У нас есть мужские диваны — там вы можете отдохнуть — почитать книгу или журнал или выпить кофе, пока ваша спутница занята. Хотите пройти?       Нарцисса вопросительно посмотрела на сына.       — Нет, благодарю вас, — Эва протянула руку матери.       — Мне так приятно, милый. Обычно ты всегда отказываешься идти со мной, — леди Малфой нежно погладила сына по руке. — Мадам Бонне, покажите нам новую коллекцию, я видела в Ведьмополитене несколько платьев, и теперь желаю их посмотреть.       Платья, действительно, были неописуемо прекрасны. Роскошный шёлк, тяжёлая парча, шифон, атлас! Было даже боязно прикоснуться к таким тканям, но когда Эва сначала всё же осторожно потрогала одно, затем другое, а после третье, то почувствовала, как из её глаз полились слёзы.       — Драко, милый, что с тобой? — с волнением спросила Нарцисса, выпустив из рук воздушный подол.       — Это так прекрасно, — честно прошептала Эва. — Вот что самое настоящее волшебство.       Леди Малфой мелодично засмеялась.       — Ты прав, милый, я считаю точно так же. Настоящие волшебники — это те, кто делают своих женщин королевами. Хотя некоторым даже в роскошном платье не суждено и близко показаться особой королевских кровей. Впрочем, это не про нашу семью.       Время пролетело незаметно. Пока Нарцисса разговаривала с мадам Бонне, Эва любовно гладила вечерний палантин красивого кремового оттенка, жалея, что она не девушка.       — Драко, нам пора, — Нарцисса обернулась к сыну. — Ты идёшь?       — Да, конечно, — Эва с грустью двинулась к выходу из бутика. — Здесь было чудесно.       — Я очень рада, что мы вместе получили удовольствие от этого, — улыбнулась леди Малфой.       Когда они вернулись в Малфой-мэнор, уже стемнело. Они сидели на диване в одной из гостиных, за их спинами прохладный ветер раздувал длинные шторы на французских окнах, был слышен негромкий стрекот кузнечиков. В камине уютно трещал огонь, а над чашками с чаем поднимался дымок.       — А это тоже я? — спросила Эва, переворачивая страницу в альбоме и недоверчиво смотря на колдографию маленького карапуза в красивом камзольчике. — Что-то не похоже…       — Это твой первый день рождения, — Нарцисса показала на цифры рядом со снимком. — Видишь? Тогда отец подарил тебе первую метлу, выполненную специально для малышей, и мне пришлось долго отговаривать его от идеи посадить тебя на неё прямо в тот момент! Я так за тебя перепугалась!       Эва смущённо улыбнулась.       — А вот здесь твоё второе Рождество, — на следующем колдоснимке были изображены несколько маленьких детей, разбирающих гору подарков. — Ты тогда порезался об обёртку и заплакал. Но когда я прибежала, то твоя рана сама вдруг зажила, прямо у меня на глазах, хотя я ничего не успела сделать.       — Это… — у Эвы перехватило дыхание. — Это было моё первое колдовство?       — Да. В таком раннем возрасте это бывает у единиц. Хотя я ещё с твоего рождения знала, что ты будешь необычным, особенным.       Самое настоящее волшебство было именно в этой невероятной родительской любви, Эва это знала. А ещё она решила, что сделает всё возможное, чтобы её родители были счастливы. Пусть это и родители Драко. Но ведь теперь они были её родителями, и она бы ни за что не предала их любовь.