Как жить, когда ты Ева?

      Солнцу не объяснишь, что 5 утра - это очень рано. Ева последний раз зажмурилась и открыла глаза. Не проспала. Встала раньше будильника. От вчерашней грозы ни остались и следа. Яркие лучи заливали всю комнату. Ева сладко потянулась. Иногда истерики необходимы, чтобы выплеснуть весь негатив. Вместе с грозой, солнышко стерло и все вчерашние черные мысли о несчастной жизни и Крисе-бабнике. Сегодня Еве улыбалось.       Резко взмахнув краем одеяла, Ева скинула карандаш на пол. "Откуда он?" пронеслось в ее, ещё не поснувшейся, голове. Окинув взглядом комнату, она заметила раскрытый дневник, и все сразу стало на свои места. ... «Доброе утро, дневник! Не ожидал от меня такого настроения? А зря. Я ведь на самом деле люблю его целовать. Ахах. Правда у меня не самые лучшие воспоминания о нашем первом поцелуе.» ... И Ева погрузилась в воспоминания. ... Когда я пришла на площадку впервые после подписания контракта, первой в глаза мне бросилась, да и не только в глаза! Жозефин фактически бросилась на меня. Звонкий голос блондинки звучал на весь павильон "Ой, привет, ты новенькая, да? Кого играешь? Ты будешь моей подругой? Мне кажется или ты и есть Ева?". По началу я опешила. Ну не привыкла я к такому обращению. Жозефин не знакома стеснительность. Она как светлый солнечный зайчик украшает наши актерские будни. Играя в театре, я никогда не сталкивалась с подобными людьми. В основном мне попадались люди, коих можно занести в графу Под названием "соперницы". Каждая либо чему-то завидовала, либо считала себя в чем-то лучше. Но никто, ни одна, никогда не пытался подружиться со мной. Не то чтобы у меня никогда не было подруг. Нет, конечно. Подруги у меня есть. Но только не на площадке. И вот эта <странная девушка обнимает меня при первой же встрече. Так я познакомилась со своей подругой по сериалу, ну и теперь не только, Нурой-Жозефин.       Следующим, кто подошёл ко мне, был наш режиссёр. Он провёл меня по павильону, кратко объясняя, что , где и зачем. Сам он, был человеком своего дела. Цепкие узкие глаза с деловым прищуром так и высматривали самые хайповые слова, позы и моменты даже в обычном разговоре. Он то и познакомил меня с Крисом. Ничего интригующего и необычного. "Крис, а вот и Ева". Далее я вижу жгучего брюнета, идеально подходящего на роль мачо-бабника. Борцовка слишком выгодно оголяла накаченные руки, и сквозь тонкую материю легко угадывался не менее мощный рельеф. Эффектно вынув сигарету изо рта, он оценивающе оглядел меня. От меня не укрылось разочарование в его взгляде. Сказать, что это вывело меня из себя, - это ничего не сказать. Я не пришла сюда, чтобы пройти кастинг на роль. Я уже утвержденная актриса. (Пусть и впервые снимающаяся в кино. Неважно). Почему такое пренебрежение? Ни одна из моих мыслей на отразилась на моём лице. Что-что, в эмоции сдерживать я умею. Крис лениво протянул руку "Очень приятно". Голос вибрировал где-то в районе его шеи, на которую вдруг так захотелось смотреть. Заметив моё замешательство, Крис усмехнулся. Меня как будто водой окатили. Что он позволяет себе? Резко развернувшись я ушла в подсобку. Но день сюрпризов на этом не закончился. Мало того, что лишь нам двоим оставили по случайному совпадению, имена из реальной жизни, так ещё и наш всеведущий режиссёр почему-то решил начать съёмки с нашего поцелуя. Мы, совершенно не знавшие друг друга, должны были сыграть искренние чувства влюблённых. По крайней мере я так думала. Но нет. Оказалось, что он не должен выглядеть влюбленным. Мы должны изобразить страсть. Причём я немного невинную, а он развязно-пьяную. И далее по сюжету нас прерывает его девушка, ну и по традиции всех бабников, он меня бросает захлебываться слезами, улыбается своей усмешкой, которую мне уже довелось испытать на себе, и эффектно удаляется из кадра. Все бы ничего, но я вдруг ощутила какое-то стеснение. С чего бы? Мне ни раз приходилось "играть в любовь" .       Кадр 31. Дубль 1. Мотор. Я сижу на диванчике. По сценарию должна безутешно плакать. Мне катастрофически не хватает жидкости в организме. Крис уже приближается, и тут он видя мой очередной, ставший уже традицией, ступор, ухмыляется. Как же мне стало обидно! Я расплакалась именно по настоящему. Это был мой первый провал. Я не играла. Я именно заливала все вокруг самыми настоящими слезами. Режиссёр замер. Постепенно к нашей кампании начали сходиться люди со всего павильона. Зрителей достаточно. Однако истинного старожилу театра, то есть меня конечно же , это смутить вряд ли могло. Дальше все как в тумане. Я говорила что-то. Судя по тому что никто не прерывал, говорила по сценарию. Крис обнимал, утешал. И вот я уже вижу его губы в миллиметре от моих...