Малахит

Первая мысль клюнувшая черную маковку девы-ящерицы была о том, что ей оказывается нравиться запах кожи и морской воды, вторая мысль клюнула, когда лошадь перепрыгнула через поваленное дерево, Азовка настолько сильно сжала пальцы, что невольно подумала, что еще немного и точно порвет его одеяние, а вот после третья заставила ее скулы окрасится в алый цвет ибо… ее нога непозволительно близко находилась от его хвоста и убрать бы ее, да боязно шевелиться, Азовка до смерти боялась скакать верхом, особенно на скакунах Елены. Запах гари выветрил все мысли из головы, где-то неподалеку раздавались крики, кто-то звал о помощи, верхушки деревьев словно пульсировали в оранжевом свете, до недавнего времени никто не осмеливался нападать на земли Елены Премудрой, нужно быть до безумия бесстрашным и глупым, чтобы попробовать напасть на дочь Кощея! Да даже если опустить такое жуткое родство, то Елена не просто так имела прозвище «Премудрая», ее знания в области магии, особенно огненной восхищали и пугали, даже бабушка каменной девки, всегда с осторожностью и почтением говорила о молодой огненной княжне. Хотя до селе никто и не пытался вероломно проникнуть в обитель Хозяйки медной горы, превратить ее в ящерицу и похитить сердце горы, что-то странное происходило в последнее время. Всадники, не сговариваясь, направили лошадей в сторону доносящихся звуков, хотя Соловей все же немного и поворчал, жалея ценное время, которое они тратят на решение не их проблем. Когда лес закончился, они оказались возле небольшой деревушки, которую постигла страшная беда — рыцари, похожие на тех которых они нашли на пепелище, напали на безобидную маленькую деревушку, расположенную у берега моря. Тощие, можно сказать, даже плоские рыцари в черно-белых доспехах с изображенными на их телах знаками треф, словно ища что-то, разоряли дома и нападали на несчастных жителей, ими руководил статный и на удивление объемный рыцарь, закованный в черные доспехи, его не украшали никакие опознавательные знаки или же герб какого-либо знатного рода, лишь сплошная чернота, но самым жутким врагом был не он… а огромные, неказистые, тучные, словно уродливые игрушечные пупсы, на их тучных и висящих щеках, напоминающих неаполитанских мастиффов, красовались нарисованные неумелой рукой кривые сердечки, больше походящие на издевательство, нежели искреннее желание соответствовать облику плоских рыцарей. Азовка не могла вымолвить ни слова, лишь прикрыла ладонью губы, Степан Емельянович нахмурил косматые брови и, пришпорив лошадь, направился в самую гущу, купец обнажил меч и отсек на полном скаку одному из рыцарей голову, который уже замахнулся мечом на перепуганную девочку, Марко ловко спрыгнул с коня и помог несчастной встать с земли, прося ее бежать как можно скорее в лес. Девочка дрожа закивала головой и только успела крикнуть «Осторожно!», как мальчик- каратист ловко увернулся от удара меча и бесхитростным ударом с ноги отправил неприятеля в полет до ближайшей грязевой лужи. Тем временем девчушка уже помогала старикам бежать в сторону леса. Следом за купцом поскакал Соловей Разбойник волшебным свистом снося противников на своем пути, желуди падающие из его мешочка на землю, прорастали с невиданной скоростью, огромные дубы хищно разинули свои пасти и мощными ударами могущих веток сбивали рыцарей с ног, а тяжелыми корнями вдавливали их в землю, ломая доспехи и… ну… предположительно то, что должны были они защищать, скорее всего кости. Тоффи же не спешил бежать сломя голову в это побоище, ящер медленно спрыгнул с коня, привязал стремя к толстой ветке, погладил коня по крупной шее и повернулся к изумленной деве лицом. — Останься тут, там слишком опасно, — поклонился и, развернувшись на каблуках, ринулся следом в самую гущу событий, оставив Азовку пребывать в состоянии прострации, хлопнув ресницами, она посмотрела на огнегривого скакуна, в чьих глазах плескались самая разнообразная гамма чувств, от раздражения до неприкрытой угрозы цапнуть ее пока никто не видит, девушка сглотнула, со словами «Не сказала бы», она обернулась ящеркой и бомбочкой спрыгнула на мягкую зеленую траву. Со всех своих маленьких лапок побежала на подмогу остальным. Соловей сдувал противников с ног, а его дубы втаптывали попаленных рыцарей в землю, Тоффи, на ходу вооружившись мечом одного из бедолаг, проскользил по земле и блокировал удар рыцаря, тем самым спася мальчика в красной худи от участи быть обезглавленным. — С.спасибо, Тоффи, — Марко даже не ожидал, что его спасет ящер… опять, на благодарность тот даже не обратил внимания, он уже дрался с одним из тучных братьев близнецов, гигантский увалень замахнулся своим огромным ржавым тесаком для рубки мяса на ящерицу, как его руку ранил каменный кинжал, зеленый камень засветился и начал покрывать руку уродца, превращая оную в камень. От тяжести, тучный близнец повалился на землю, придавив собой рыцаря, который уже замахнулся на молодого паренька с горбатым осликом. Не веря, что неминуемая гибель их миновала, как бы иронично это не звучало, парнишка во все глаза смотрел на человека-рептилию, а его ослик защищал огромный мешок, в котором что-то подозрительно шевелилось. В сторону каменной княжны был направлен недовольный взгляд, его она благоразумно проигнорировала, уже помогая крестьянам бежать как можно дальше от побоища. Тоффи лишь закатил глаза, стер рукой кровь с лезвия меча и одним точным ударом закончил мучения пухляша. Азовка создавала каменных големов и обращала неприятелей в камень, Соловей свистом сносил их с ног, Степан Емельянович и Марко уводили деревенских как можно дальше, Тоффи ловко управлялся мечом… что? Где все это время был Людо? Сторожил привязанного коня. Вернее он сторожил птице-монстрика, недовольно при этом фырча. Потерявший брата близнец издал жуткий рев, от которого в жилах застыла кровь, каменная дева сделала шаг назад, обернулась и заприметила довольно знакомую вещицу, выпавшую из сумки черного всадника, который в это время воевал с огромными живыми дубами, на сырой земле лежал череп. Да не простой, это был череп, который бабушка подарила приблудившейся одной поздней ночью в их дом девочке Василисе. Обернувшись ящеркой, Азовка добежала до заветного черепа, вернула себе человеческий облик и схватила заветную вещь обеими руками, на прикосновение родных рук пустые глазницы загорелись зелеными пламенем, а челюсть от радости щелкнула, приветствуя старую знакомую. Зрачки девы-ящерицы стали узкими, словно нить, а радужка засветилась ярким зеленым светом, коса расплелась и черные длинные волосы разметались в разные стороны, словно черные змеи, каменная княжна впала в своеобразный транс, весь мир для нее перестал существовать, пропали звуки и запахи, вокруг нее стояла непроницаемая пустота, развернув череп по направлению к оставшемуся близнецу, костяная голова раскрыла свою зубастую пасть и из нее вырвался ядовито-зеленый огонь, обращая пухляша и землю вокруг каменной волшебницы в черный обсидиановый камень. Черный всадник обернулся на свет и направил своего коня прямо к сидящей в трансе Азовке, нацелившись острием копья в ее голову, уже собирался бросить в безвольную жертву, сидящую в забытьи, как его с коня сбил несущийся на всех порах Людо верхом на коне. Нет приступом внезапно обнаружившегося героизма тут и не пахло, просто череда случайностей так удачно спасших молодой девушке жизнь. Дело в том, что Людо боится многих вещей… очень многих вещей, но в особенности, исключив конечно щекотку, Людо боялся змей. Да… змей. Длинных, гибких с немигающими глазами и острыми ядовитыми клыками. Как и велел зов природы, птице-монстрик прятался за величественным конем, мирно щипавшего траву, когда почувствовал он, что рядом с его ногой ползет что-то очень и очень неприятно, опустив глаза вниз, Людо понял, что рядом с ним нашла себе отдых огромная, жуткая черно-красная змеюка с полыхающими глазами. Птице-монстрик не привык ничего держать в себе, поэтому закричав не хуже героев фильмов-ужасов, запрыгнул на коня и на этом бы дело закончилось, так одному из деревенских героизм ударил в голову и паренек решил выстрелить в рыцарей из своей рогатки, да его сбила с ног убегающая крестьянка, поэтому камушек попал точно в круп огнегривого коня… тут уже гордость жеребца не выдержала и тот издав воинственный рев, на полном скаку побежал вперед прямо на черного рыцаря. Почему в его огненной голове рыцарь фигурировал как враг номер один, история умалчивает. Взбешенная лошадь пыталась скинуть с себя наездника, она вставала на дыбы, прыгала, лягалась, из ноздрей валил густой обжигающий пар, глаза метали искры, во время повторного прыжка, она лягнула кого-то сзади копытом… этим «кто-то» оказался черный рыцарь, копыто пробило его доспех и тело насквозь, черный доспех покрылся мелкими трещинами и грозный воин распался на черную каменную крошку. Вот так бесславно оборвалась жизнь могучего воина. А честно сказать Людо замечательно держался в седле, но его маленькие лапки уже устали держать гриву и монстрик полетел вперед, размахивая при этом крыльями, и приземлился он прямо на паренька с горбатым осликом. Закончив с эвакуацией мирного населения Марко и Степан Емельянович побежали на подмогу остальным, но Соловей и его древесные воины уже разбирались с оставшимися рыцарями, устало утерев рукавом с лица пот, Разбойник спрыгнул с коня и размял плечи. — Чудеса да и только, — глядя на побоище сказал он, почесывая лохматую голову, — Эй… а где краса наша и этот… хвостатый с черепами на плечах? — Тоффи, — скорее на автопилоте, чем осознанно ответил Марко, оглядываясь по сторонам, — А где они? А эта чешуйчатая парочка просто скатилась по траве к самому берегу моря, только хвосты, волосы и можно было углядеть в этом чешуйчатом колобке. Когда мир перед глазами перестал кружиться и вертеться, а череп преспокойно отдыхал далеко от каменной волшебницы, Азовка поняла, что лежит на песке, что ее омывает морская волна и что кто-то нешуточно тяжелый лежит на ней сверху. — Просил остаться в безопасном месте, — приведя их обоих в сидячее положение септарсис, придерживал уставшую деву одной рукой, чтобы она не упала, а другой осторожно стер дорожку крови с ее лица, алая жидкость на острых когтях обратилась в алые драгоценные камни. Тяжело дыша, каменная княжна опустила глаза, ее чудесная коса распустилась, к лицу прилипла трава и копоть, рукав сарафана держался на честном слове, а юбка походила на рваное полотно. Но это было не важно, главное, что они были живы и целы, Тоффи выглядел уставшим, потрепанным, его волосы сейчас походили на гнездо синицы, в них даже застряли веточки и пара листьев, которые Азовка поспешила вытащить и пригладить это гнездо, уж слишком комичный был вид, бледные губы тронула легкая улыбка, ящер улыбнулся в ответ и убрал с ее лица длинную прядь волос, заправляя ее девушке за ухо, молодая волшебница прижалась щекой к прохладной ладони с отсутствующей фалангой пальца, прикрывая глаза. Кажется, кто-то из них потянулся ближе, чтобы что-то сказать или сделать, но сверху послышалось недовольное ворчание разбойника. — Мы их ищем, а они милуются, — скрестил руки на груди Соловей и сплюнул на землю, — Идите сюда мы похитителя огненной птицы обнаружили!