В самое сердце

      О путешествии, что совершили Гюльшен и Искандер, говорить особо нечего. Молодой человек нашел общий язык с капитаном корабля и даже помог ему, во время шторма, а хатун провела большую часть пути в своей каюте, борясь с морской болезнью. Качка, замкнутость пространства и волнение способствовали плохому самочувствию вышивальщицы.       Из-за этого, когда Искандер и его спутница сошли с корабля на сушу, Гюльшен чувствовала себя совершенно измученной. Погода окончательно испортилась к концу их путешествия, Гюльшен зябко закуталась в плащ и огляделась по сторонам. Порт в Трабзоне практически ничем не отличался от порта Стамбула, разве что размером: стояли причалившие корабли, сновали люди. Завидев новое судно, к пристани подъехал пожилой турок на небольшой повозке, запряженной серой лошадью. Увидев возницу, бывший янычар поспешил к нему, чтобы выяснить, где можно остановиться и найти человека, письмо к которому передал Зюльфикар.       Узнав все, что было необходимо, Искандер помог Гюльшен забраться в повозку и проследил, чтобы туда же погрузили все их вещи. Молодой человек бросил беспокойный взгляд на спутницу, бледную и уставшую. Возница, напевая себе под нос какую-то медленную и печальную песню, быстро доставил своих пассажиров на место назначения.       Зайдя внутрь добротного двухэтажного дома, молодые люди заметно расслабились, когда почувствовали приветливую и ласкающую теплоту жилого помещения. Слуга, проводив их, поклонился и вышел, а вскоре после этого в комнату вошел высокий и статный пожилой мужчина. Он прищурился, разглядывая незнакомцев. - Чем обязан визиту? Чем могу вам помочь, юные создания? - взгляд мужчины изучающе скользил по Искандеру и Гюльшен. - Вы Сулейман-эфенди? - мужчина кивнул, тогда Искандер вышел вперед и протянул ему письмо. - Это просил Вам передать Зюльфикар-Паша. То есть, Вы могли знать его как Зюльфикара-агу. - Зюльфикар-ага? Неужели старый боевой друг? - с интересом произнес Сулейман, принимая письмо. - Присаживайтесь, а я пока прочту.       Во время прочтения мужчина периодически бросал внимательные взгляды на сидящую перед ним пару. Молодой мужчина показался Сулейману настороженным, словно постоянно ожидал он нападения, а девушка с интересом и каким-то любопытсвом озиралась вокруг. Заметив взгляд хозяина дома, Гюльшен смутилась и опустила глаза. - У нас гости, муж мой? - раздавшийся женский голос заставил вздрогнуть не только хатун, но и Искандера. - Да вот, накормить их нужно, - не отрываясь от письма проговорил мужчина. - Сынок, помоги-ка моей Фидан. Принеси дров, жена покажет где.       Искандер несколько удивленно взглянул на подругу, но кивнул и вышел следом за высокой стройной женщиной. Сулейман-эфенди отложил бумагу в сторону и перевел внимательный взгляд на хатун. - Ну что же, Зюльфикар-ага пишет, что вам нужна помощь. Из добрых чувств к моему другу, я помогу вам, - тихо и вкрадчиво произнес мужчина. - Помогу. Но скажи мне, хатун, от какой такой беды вы убегаете? Решили пожениться против воли родителей? - Мы не женаты, Сулейман-эфенди, - руки Гюльшен сжали подол платья, девушка понимала, что, возможно, делает сейчас ошибку. Однако, врать перед лицом друга Зюльфикара она, почему-то, не могла. - Мне не у кого просить благословения, а Иск... Искандер... Думаю, его матушка не была бы против. Вины особенной на нем нет, кроме того, что посмел влюбиться в чужую женщину... - А ты что же? - бывший воин прищурился, заметив страх в глазах девушки, Сулейман усмехнулся. - Вижу, он тебе дорог. Да не бойся, мне нет дела до столичных интриг и заговоров. Поклянись только, что вы не воры и не убийцы. Если соврешь, все со временем откроется, тогда не посмотрю, что друг за вас просит... - Клянусь Аллахом и своей жизнью, что греха на нас никакого нет, - твердо ответила Гюльшен, а потом подняла сверкнувшие глаза и уже не отводила взгляда. - Я не смею обмануть Вас... Вы угадали, я действительно люблю Искандера. Пусть в его сердце другая женщина, но я не оставлю его. Можете думать обо мне все, что хотите, считать кем угодно... - Ну-ну, не горячись, - мужчина улыбнулся как-то тепло и по-отечески, он наклонился вперед и дотронулся до руки Гюльшен. - Вижу, вы устали. Ужинайте и отправляйтесь спать. Зюльфикар просил помочь вам с домом, есть у меня один на примете. Но все завтра, завтра...       Проснулась Гюльшен рано утром, она потянулась в постели и огляделась по сторонам. При солнечном свете небольшая комнатка, куда привела ее Фидан-ханым, оказалась светлой и вполне уютной. Девушка с удивлением обнаружила, что кто-то уже заботливо растопил камин и принес воду для умывания и чистую одежду. Умывшись и переодевшись, Гюльшен заплела волосы в косу и подошла к окну.       Со двора доносилось конское ржание, выглянув, девушка увидела загон, в котором паслись четыре лошади. Увидела хатун и Сулеймана-эфенди, он и слуга стояли чуть левее загона рядом с прекрасной вороной лошадью. Это ее ржание услышала Гюльшен. Лошадь фыркала, трясла своей красивой волнистой гривой и переступала с ноги на ногу. Хозяин дома улыбался, оглаживая лошадь, и что-то говорил слуге. - Нравится? - тихий ласковый голос за спиной заставил Гюльшен вздрогнуть. - Здравствуйте, - девушка поклонилась, скорее от неожиданности и по привычке. - Спасибо Вам за... За все. Какая красивая лошадь! - Это Черная Дьяволица, - Фидан тоже выглянула в окно и улыбнулась. - Мой муж долго пытался сторговаться насчет нее, теперь вот купил. Надеется хорошо ее объездить и получить прекрасных жеребят. Она- его гордость. Сулейман холит и лелеет ее, словно собственное дитя. - А можно на нее посмотреть ближе? - Гюльшен сложила руку в молящем жесте, она хотела увидеть лошадь, да и оказаться после путешествия под теплыми солнечными лучами хотелось безумно. -Конечно. Идем, только надень платок.       В сопровождении Фидан девушка вышла во двор, она подставила лицо солнце и довольно зажмурилась. Гюльшен выспалась и чувствовала себя теперь прекрасно.       Осторожно подойдя к лошади, хатун вопросительно посмотрела на Сулеймана-эфенди, спрашивая разрешения. Мужчина кивнул и интересом стал наблюдать за действиями гостьи, тогда вышивальщица протянула руку, но не дотронулась до морды лошади. Кобыла перестала переступать на месте, внимательно посмотрела на незнакомого ей человека, а потом потянулась губами к протянутой ладони. Гюльшен рассмеялась, когда мягкие конские губы коснулись кожи, девушка погладила Дьяволицу по голове и улыбнулась. - Красавица, умница... - проворковала Гюльшен. - Смотрите-ка, признала! Мы к ней и так, и эдак, а она девчонку признала, - усмехнулся в усы Сулейман, по-доброму глядя на восхищенную мастерицу. - Вот уж точно Дьяволица. Шайтан. -Эфенди, завтракать пора, - рядом с мужем возникла успевшая сходить в дом и вернуться Фидан-ханым. - Жена, отведи нашу гостью. Я сейчас приду, - хозяин дома мягко улыбнулся супруге и обернулся к слугам. - Лучшего овса дайте...       За завтраком Сулейман решил рассказать Искандеру и Гюльшен о своих идеях и намерениях. Мужчина провел за размышлениями полночи, вспоминая боевые походы и их знакомство с теперешним Пашой. Бывший воин твердо решил помочь молодым людям, он был уверен, что за дурных людей боевой товарищ просить не будет. - Один мой знакомый, Абдулла, попросил присмотреть за его домом. Сам он уже состарился, здоровье подводить стало, вот и уехал к младшему сыну жить, - заметив удивленные и не понимающие взгляды гостей, Сулейман поспешил пояснить. - В этом доме приют находили моряки и путники, всегда были в тепле и вкусно накормлены. Абдулла сильно переживал о своем жилище, уезжая, и просил подыскать хорошего хозяина. - Не понимаю Вас, эфенди, - Искандер все еще не понимал ход мыслей мужчины. - Думаю, что вы станете хорошими хозяевами для дома Абдуллы. Вы оба молоды и полны сил, мы с женой поможем вам для начала, - Сулейман испытующе посмотрел на Искандера, а Фидан ласково улыбнулась Гюльшен. - Конечно, дом сейчас заброшен, его нужно привести в порядок, но думаю, вы справитесь. Потом разыщите гречанку Марию, вкусные обеды- это ее заслуга. - Когда мы сможем туда отправиться? - Гюльшен захотелось увидеть их возможное место жительства, как можно скорее. - После обеденного намаза поедем, - заключил хозяин дома, отпивая щербет. - Я выделю вам слугу и повозку. А в доме, думаю, найдется все необходимое для хлопот по хозяйству.       После утреннего приема пищи Сулейман-эфенди пожелал переговорить с сыном Сафие-султан наедине, а Фидан-ханым отказалась от вежливого предложения помощи со стороны Гюльшен. Девушка оказалась предоставленной самой себе, она накинула на плечи плащ и вышла на улицу. Теплые солнечные лучи дарили телу приятное тепло, после холодного морского ветра девушка просто наслаждалась этим ощущением. Хатун подошла к загону с лошадьми и некоторое время наблюдала за благородными животными, статные и красивые, они совершенно не обращали внимания на девушку.       Гюльшен окинула взглядом дом Сулеймана-эфенди: небольшое, но крепкое двухэтажное здание, с довольно большими окнами. Пройдя мимо загона и конюшни, девушка обнаружила калитку, за которой находился маленький и уютный внутренний садик. В нем росли розы, они не были столь редкими и необычными, как в саду дворца, но каждая из них восхищала сердце девушки своей красотой.       Друг Зюльфикара занимался разведением и продажей лошадей. Пока на его попечении было немного животных, однако, каждую он окружал вниманием и заботой, хорошо кормил и объезжал. Гюльшен присела на край фонтана, отчего сразу же намок ее платок и рукав платья, девушка прикрыла глаза прислушиваясь к плеску воды. Здесь было спокойно, хатун на секунду показалось, что сейчас она откроет глаза и увидит своих родителей. Чем-то неуловимо Фидан-ханым и Сулейман-эфенди напоминали ей отца и мать. Сейчас Гюльшен отчаянно хотелось, чтобы эти прекрасные минуты не заканчивались.