3.
19 апреля 2017 г., 00:37
— Отличный эфир, — сказал Чонхан, когда они все отсмеялись над тем, что Джун сказал и сделал не так на чертовой передаче. — Вас и правда можно спутать с хёном. Оба черные.
Джун закатил глаза и встал с дивана. Сразу перестало давить на несколько жизненно-важных органов, а оставшиеся ребята развалились чуть более вольготно. Сунён подергал его за штанину пижамных брюк, да так и не дал уйти:
— И это все? Ты хочешь сказать, Вен Джунхуэй, что это все?
Одиннадцать глоток заржали в унисон.
— Да, я шиппер! — обиженно продолжил Сунён. — Значит, никакой мне аннигиляции, и у нас будет камбэк? А я-то надеялся отоспаться.
Джун посмотрел на него своим фирменным взглядом (многие теперь, впрочем, говорили, что это фирменный взгляд Хичоля, но Джун всего-то на десять лет назад отлистал фотографии в поиске, так что сказать было сложно) и все-таки освободил штанину из незаконного плена.
Вышел на кухню, шлепая босыми ступнями по полу. Камбэк был неминуем и ужасал, потому что спать он так и не начал, зато вот Чонхан отсыпался за всех в любой удобной (и очень неудобной тоже) ситуации. Ему хотелось бы подзарядиться капелькой энергии, еще лучше — сунуть провод в розетку, как… Кстати о “как”.
Хичоль молчал уже больше недели, и Джун так и не понял, как на это реагировать. Видимо, самым простым и банальным способом: мальчик, куда тебе, зачем взялся писать. Поведение Хичоля на съемках, конечно, не должно было его обмануть, но зачем-то обмануло, и продолжало обманывать до сих пор. Отсутствие ответа, впрочем, было вполне логичным.
Джун взял из холодильника пакет молока и налил себе в кружку, с любопытством поглядывая на красный индикатор заряжающегося телефона. Вряд ли, конечно, он ответит да хотя бы и через неделю, но кто-то…
Хён. Хён, слушай, это я. Меня бьет Чанмин, ты должен что-то с этим сделать.
Джун уронил кружку, и белое полилось на пол, он едва успел сжать телефон в пальцах и приподнять его над полом. Он слышал о том, что в Super Junior водились те еще шутники, но чтобы настолько…
— Живой? — спросил Чонхан за спиной.
Джун поднял кружку с пола, отдал телефон Чонхану и пошел за тряпкой. Когда вернулся, Чонхан уже увлеченно что-то строчил в ответ.
— Постой. Ты что удумал.
— Отправлено! — жизнерадостно заявил Чонхан и уставил на ничего не понимающего Джуна. — Да все хорошо, не переживай, я хёнам про прошлое пошутил. Фигни нагнал какой-то.
Телефон завибрировал, и по блеску в глазах Чонхана Джун понял, что вечер только начинается.
* * *
В студии была толпа народу. Даже несмотря на то, что обе группы делегировали по пять лучших своих представителей, продохнуть не представлялось возможным.
Хичоль бездумно пялился на то, как Джуна крутят, докрашивают и периодически сверяют с ним, как со шпаргалкой.
Наверное, можно было остаться добрым и никого не винить. Но Хичоль винил всех. Для начала он винил двух долбодятлов, которые сделали пиар их сходству. Следом он винил Джуна, который зачем-то больше походил на дверь в его, Хичоля, прошлое, чем сам на себя. Наконец, он яро возненавидел всех тех, кто с радостью поддержал акцию “Угадай, где Джун, а где Хичоль”.
Именно из-за нее они сейчас стояли за сценой с одинаковыми укладками, одинаковым макияжем и в одинаковых шмотках. Для этой веселой игры им требовалось выйти по очереди, покрутиться вокруг своей оси и уйти в закат, не говоря ни слова. Лучшие представители, в свою очередь, должны были написать на магнитных досках, кто где был.
Судя по выражению лица, Джун находился еще в меньшем восторге, чем сам Хичоль, зато к трансляции V подключалась уже третья сотня тысяч человек, и менеджеры пытались завалиться в обморок от восторга.
— Хён, ты пойдешь первым? — несмело спросил Джун, и Хичоль вздохнул.
С этим недоразумением еще нужно было продолжать коммуницировать. Непонятно, что он удумал про сообщение, оставшееся без ответа, Хичоль волновался. Обидеть ребенка не хотелось ни в коем случае, но лучше бы он десять раз ответил шипперам про селфцест и прочую ересь, чем один — попытался вступить с ним в переписку.
— Я думаю, все ждут тебя, поэтому пойду я, — кивнул Хичоль и действительно ринулся на сцену, как в последний раз.
Стараясь не улыбаться, прокрутился вокруг себя, зашел обратно, вытолкал ребенка. Тот, не будь дурак, сделал то же самое.
И в этот момент все принялись гомонить. Канин и Мингю, поставленные ведущими мероприятия, зашикали и призвали вскрываться. Судя по изумленным выкрикам, сошлось далеко не все и далеко не у всех.
Их, конечно, вытолкали на сцену вдвоем, изучили со всех сторон, просто досконально, но Хичоль все ловил взгляд своего кривого зеркала и все никак не мог в нем ничего прочитать.
* * *
Спасибо за эфир, это было круто. Жалко, мало поговорили.
PS У вас в группе гораздо меньше дебилов.
Джун пялился на сообщение уже минуты три и раз десять принимался отвечать, а потом замирал на месте, не смея поверить своему счастью. Хичоль отписал сам, застав его врасплох, переодевающимся, и отписал очень, очень хорошую и славную штуку. Почти отзеркалил — но не совсем.
Джун думал о том, чтобы не отвечать, но пальцы сами набрали:
Да, было бы здорово пообщаться. Но все равно спасибо. Надеюсь, весь этот хайп тебя не раздражает, хён.
Наверное, стоило посоветоваться с Чонханом. Или Сунёном. Да хоть с Джису. Но он просто отправил самое простое сообщение на свете и завис перед экраном.
В соседнем чате горело пламенное признание от Кюхёна — в том, что он перепутал их на передаче и теперь будет всегда обращаться за помощью к Джуну. Ведь если не видно разницы, априори лучше тот, кто моложе и добрее. Джун настолько устал отвечать вежливыми удивленными восклицаниями, что просто соглашался и готовился выслушивать жалобы на жизнь.
В комнату забилось сразу пятеро, случилась какая-то куча-мала, и Джун отвлекся. Добрался до телефона уже перед сном.
Такое со мной впервые, но я привык ко всему. Кстати, Черри передает привет.
К сообщению была прикреплена фотография кота.
Джун мрачно подумал о том, что ему бы все-таки выспаться, а не заниматься прочими идиотизмами, и набил что-то в ответ. Кажется, посетовал на отсутствие домашних животных, личной жизни и проклятые двадцать лет.
Я бы предложил поменяться, но танцевать вообще не умею. А прикинь, какая была бы разводка!
Джун закашлялся и с некоторым фатализмом понял, что выспаться не придется и сегодня.
Впрочем, переписка с Хичолем вполне окупала этот факт.
Отлично. А я вот по-корейски не могу.
Здесь ты должен был похвалить мои танцы.
А ты — мой корейский.
Впервые жизни Джун отключился, стуча пальцами по экрану.
