Вы художник?

      Жар от тепла солнца через тонкую ткань и яркий свет выжигающий сквозь веки — непривычное пробуждение для него. Ощущения были немного не те, ещё не до конца просыпаясь, краем осознанности думает, что лежится ему в кровати по-другому, вокруг слишком светло — чувствуется красными веками. Вдыхает воздуха чуть глубже — по-другому. Это что-то ему напоминает, но сонный разум не до конца понимает пространство.       Приоткрывает глаза, окунаясь в белый свет. Этим светом была освещена просторная комната с белыми стенами. Он бы решил, что это больница, но книжный деревянный шкаф, письменный стол с кипой бумаг и канцелярскими принадлежностями, пижамный комплект на спинке стула говорили об обжитости кем-то. Глаза болели от обилия света, ведь он привык к полумраку своего дома. Теперь он ничего не понимает. Присаживается на край кровати и оглядывается по сторонам — чья-то довольно милая комнатка, но точно не его. Пытается напрячь память, но сплошной белый лист.       — Доброе утро, — улыбаются ему, выглядывая из проёма двери спальни.       Пауза затянулась надолго и вот Джин уже не дожидаясь ответа, проходит внутрь и открывает окна, впуская свежий поток воздуха. Ночной гость непонимающе следит за его передвижениями, не зная, что конкретно его беспокоит.       — Какой интересный сон… — прошептал Намджун, заставляя парня перед ним расплыться в улыбке шире.       — Что же происходит в твоих мыслях? Забавно и интересно. Но часть про хождение во сне вызывает беспокойство, — потягиваясь, говорит Джин, словив удивлённый взгляд. — Ты ещё не проснулся? Вчера ночью ты ходил во сне и я подобрал тебя на улице. Хорошо, что не ушёл далеко. Это могло создать немало опасных последствий, повезло, что я тебя заметил, — глаза Намджуна непонимающе захлопали.       — Что? Я не сплю? — удивлённо спросил Намджун, резко преображаясь в лице. Он только сейчас почувствовал резкое жжение в ногах, что заставило его зашипеть.       — Ты ходил босиком и мне пришлось перевязать тебе ноги, они были слегка повреждены. Думаю, тебе не стоит резко двигаться, — подходит ближе и нагибается, чтобы проверить ступни. — Отлично, ты не кровоточил во сне.       — Стоп. Я у тебя дома? — не унимался Намджун, пробуя пошевелить пальцами ног — неприятно щипало и отдавало лёгкой болью. — Я точно не сплю?       — Тебя ущипнуть? — засмеялся Джин, слегка сжимая в руке пострадавшую ступню и слыша в ответ болезненное шипение.       — Да уж, почти убедительно, — морщась от неприятных ощущений.       — Почти? — игриво улыбнулся блондин, подходя ближе к пострадавшему, усаживаясь рядом и прикасаясь ладонью к его щеке. Но этот жест несколько затянулся больше положенного. Мягкие пальцы едва заметно поглаживают кожу, а после руки исчезают, оставляя запах мыла.       — Теперь убедительно?       — Более чем, — приходя в себя, улыбнулся Намджун, всё ещё думая об этом прикосновении.       — Я приготовлю тебе завтрак, — вставая с кровати, предложил гостю Джин. Намджун кивнул и следил за взглядом за ним до самой двери. Нечто изменилось в их взаимоотношениях. И Сокджин думал, как долго продолжится эта игра и кто примет поражение первым.       Прикосновение с полом было болезненным и, встав во весь рост, Намджун сжал челюсть, но боль была терпимой. Он обратил внимание, что в той же одежде, которую надел перед сном.       — Можешь воспользоваться ванной, она сразу напротив, покопайся в шкафчиках, там есть всё необходимое. Там должна быть и новая зубная щетка, — выйдя с комнаты, крикнул Джин с коридора.       В ванной комнате, как и в спальне, был идеальный порядок, всё лежало на своих местах — в корзинках, ящичках и полках. Внутри шкафчика были аккуратно сложены полотенца, в выдвижном ящике Намджун сразу нашёл всё необходимое. Но как ни странно, зеркал не было. Тут имелись лишь два небольших отверстия над раковиной, он предположил, что раньше там зеркало и висело. Ополоснув лицо и почистив зубы щёткой, найденной на полке с тремя такими же новыми — это складывало некоторые мысли о личности Джина, в доме которого всегда было всё предусмотрено. Бросив бинты в урну, Намджун заходит в кабинку душа.       Он задумался о неожиданном жесте Джина, стоя под тёплыми струями воды. При прошлой встрече он просил забыть о том, что было у Юнги, позже видит его с девушкой, а сейчас он ведёт себя иначе. И дело вовсе не только в странных обстоятельствах ночного происшествия, сколько в его глазах и жестах. Намджун имел склонности к эмпатии и отлично чувствовал людей. Он прекрасно видит, как Сокджин на него смотрит.       Лунатизм удивил даже его самого, у которого не было подобных инцидентов, но он не может себе доверять полностью. Возможно, он и раньше ходил во сне, а позже ложился обратно в постель — он не мог знать об этом, живя один. Вздыхает и делает вывод, что это всё следствие стресса и излишних переживаний. Но если задуматься, всё могло кончиться куда хуже, если бы не Сокджин. Он мог выйти на проезжую часть или упасть с лестницы, как удачно сложилось, что Намджун оказался у его дома.       Размышления затянулись, медленно выбравшись из душа, он потянулся за полотенцем. В этот момент дверь открылась и Намджун застыл с ним в руках. Сокджин за секунду сменил около трёх эмоций на лице, в основном он не знал куда смотреть, от неловкой ситуации он начал бегать глазами по ванной, частенько застревая взглядом на Намджуна, что так и стоял, который внимательно смотрел на него всё это время.       — О, прости, ты уже закончил. Я хотел незаметно занести тебе сменную одежду… — опускает глаза и спешно говорит, неуверенный вполне ли внятно, и ставит одежду на тумбочку у раковины. — Я оставлю её тут, — неловко улыбается в пол и разворачивается к выходу. Как не посмотри ситуация не самая удобная, так что он решает выйти из неё как можно скорей. Но как только он дотрагивается до ручки двери, вздрагивает от прикосновения мокрой руки к его запястью и дверь громко хлопает, когда Намджун толкает её, едва открывшуюся. Джин чувствует за спиной дыхание близко к коже и свой гель для душа от руки над его головой.       — Почему ты вздрагиваешь? Хочешь снова сбежать? — ровный голос раздаётся совсем близко к уху и рука несильно сжимает запястье, чувствуя его пульс.       Сокджин не успел сказать и слова, когда оказался внезапно перед ним, припечатанный к двери. В ту же секунду он резко вобрал воздух, когда Намджун впился в губы, капли воды стекали с волос на его лицо, влажные руки прижали к себе за плечи. Джину кажется, что он забирает с собой все его ненужные сейчас мысли, становилось пусто и легко. Всего лишь один шаг вперёд, но его толкнули и он полетел вниз, ветер свистит в ушах и он сильней жмурит глаза. Запускает руки в мокрые волосы, ближе притягивая к себе, одежда прилипла от мокрого тела. Ощущения прохладных рук под тканью, прикосновения сильней отдаются и нагревают кожу.       Этот поцелуй больше напоминал обрыв, куда он падал вниз головой и не в силах ничего изменить. Он уже в полёте. Чувства, эмоции, этот отчаянный напор — всё было так на него похоже. Грубые укусы и мягкая нежность вызывали такие же контрастные чувства, как и Намджун. Его прерывистое дыхание, его взгляд на одно мгновение, в котором он не знал что его ждёт, его полуулыбка и импульсивная резкость. Наслаждение, граничащее с странным чувством самоуничтожения в его благо, если бы он сказал Джину спустить курок — он бы не задумывался — вот, что значит целовать Ким Намджуна.       Намокшая ткань уже была отброшена в сторону, тонкие пальцы водили по разгорячённой коже спины и груди, мягкие влажные губы зацеловывали шею, срывая тихий стон, сквозь стиснутые губы Джина. Он впервые пожалел, что разбил зеркало — Сокджин хотел бы видеть их размытые паром тела в отражении.

***

      На кухне пахло свежесваренным кофе и тишиной, именно той, в которой уютно и не нужно никаких мыслей. Думать для него сейчас — последняя функция, хотелось лишь лечь под сонной и спокойной негой, желательно на солнце и с кем-нибудь тёплым под боком. Разливает ароматный напиток по чашечкам и чуть не обжигает пальцы о горячие тосты, раскладывая по тарелкам. Поправив мокрые волосы, садится за стол и поджимает губы, чувствуя себя как после шести часов в зале — боль терпима и приятна лишь потому, что причиной этой стал конкретный молодой человек напротив. Это было необычно наблюдать за ним вот так, открыто и прямо в глаза, в упор. В его кухне Намджун смотрится странно уместно, намазывая масло на тост и отламывая часть от остывшего давно омлета. В этой обстановке, в его белой просторной кофте и бежевых штанах — уместный. И Сокджин думает, что привыкнет же. 
      — Давно так не завтракал, — нарушил тишину Намджун, надкусывая тост.       
— Я могу готовить тебе завтраки, обеды и ужины, — улыбнулся Джин, отпивая кофе и немного ставя вердикт на их отношениях.