10.
31 мая 2018 г., 17:59
Тони очень не хотел открывать глаза так рано: на календаре была суббота, наконец-то можно было отоспаться, к тому же вчера он наглотался обезболивающих, что обеспечило ему глубокий и действительно беспробудный сон без постоянной головной боли. Но тот, кто настойчиво звонил ему на мобильный и стучал в дверь уже минут десять, не разделял этого стремления. Буквально скатившись с кровати, парень, прихватив с собой одеяло и завернувшись в него, поплёлся впускать навязчивого посетителя, коими оказались его любимые (но только не в этот самый момент) друзья.
— Утро доброе, Спенсер! — пропела Ханна, не дожидаясь гневной тирады или какого-либо приветствия, и прошла в квартиру. За ней, хлопнув друга по плечу и сочувственно пожав плечами, проследовали вечные спутники — Кевин и Роберт.
— За что? — простонал Тони, закрывая дверь. Он понимал, что даже если сейчас внаглую уляжется спать, то навряд ли ему это позволит подруга, у которой явно имелись свои планы на этот непредвиденный визит.
Фыркнув, Ханна пошла на кухню, чтобы сварить сонному хозяину квартиры кофе и приготовить лёгкий завтрак, но в холодильнике ожидаемо обнаружился только просроченный сок, так что пришлось ограничиться бодрящим напитком. Кевин с Робертом расположились на диване, а Тони плюхнулся прямо на пол, продолжая кутаться в одеяло. Ему немного полегчало после ну очень крепкого кофе в исполнении Ханны.
— И не делай такое страдальческое лицо, — покачала головой подруга, скрещивая руки на груди. — Я приехала, чтобы убедиться, что ты в порядке!
— Для такого дела можно было и позвонить, — недовольно пробурчал Тони, одним глотком допивая кофе и вставая, чтобы поставить кружку в раковину. Ханна дождалась его возвращения в гостиную и подошла довольно близко.
— Дорогой, ты пропадаешь. Опять, — тихо сказала она, беря друга за руку и умоляюще сжимая её. — Ты хоть помнишь, что Роберт недавно представил нам свою девушку и я названивала тебе сотню, а то и тысячу раз, чтобы рассказать тебе, какой она прекрасный человек? А то, что он хотел приехать сюда с ней? М?
— Боже, Роб… — Тони почувствовал отчаянный стыд и умоляюще посмотрел на того. — Я только сейчас вспомнил!
— Да ничего страшного… — начал Роберт, но Ханна не позволила ему продолжить.
— Нет! Это ненормально для тебя, — перебила она. — Ты снова отгораживаешься от нас и окружающих. Ты теряешься?
Вздохнув, Тони провёл ладонью по лицу. Не может быть, чтобы он снова поступал так же, как и раньше. Он прекрасно знал, что ему нельзя растворяться в Греге, так как тот слишком непостоянен для должности его якоря. Но, видимо, он делал это опять, совершенно не слушая голос своего разума и, получается, друзей, которые уже успели изучить его от и до. Действительно, за прошедшую неделю Тони вообще ничего не помнил, кроме своего соседа. Даже моменты работы для него были чем-то смутным, тем, что он делал на автопилоте, а вот утро, когда Грег приносил кофе, или несколько вечеров, когда он звал его на ужин… Когда этого не случалось, то Тони просто не ел, а сразу ложился спать, борясь с нарастающей головной болью. Он звонил по этому поводу доктору Кларисе, и та потребовала немедленно приехать к ней. После беседы ему стало немного легче, но сон всё еще был чем-то проблематичным, так что он выпросил у добродушной женщины рецепт на обезболивающие — и вот, наконец, выспался.
— Да, теряюсь немного, — тихо согласился Тони.
Ханна порывисто обняла его, стараясь сдержать злые слёзы, готовые вот-вот покатиться по щекам.
— Господи! Надо было сразу увезти тебя на Гавайи, — зло прошипела она.
Именно в этот момент раздался стук в дверь. Тони похолодел и буквально застыл на месте. Да, он прекрасно понимал, что это был Грег, который одинаково рано вставал как в будни, так и в выходные.
— Боже… — выдохнул Тони. — Пожалуйста, Ханна…
Но девушка уже подскочила к двери и порывисто её распахнула. Кевин и Роберт поморщились, понимая, что сейчас всё может повернуться не очень хорошо: девушка не могла себя контролировать в патологическом желании спасти друга.
Сегодня Грег должен был вернуть Марселя в зоопарк (он говорил об этом пару дней назад за ужином), но пока что мартышка верно сидела на его плече. Сам блондин был как всегда неотразим и свеж в своих светлых джинсах и белой водолазке, а ещё сегодня он порадовал очками, которые безумно нравились Тони, хотя Грег чаще носил линзы. В руках он держал пакет, в котором, Тони знал, был кофе и что-нибудь вкусное — каждый раз было что-то новое.
Грег настороженно замер, оглядывая Ханну. Он не стал здороваться и выяснять, кто это, а лишь кинул вопросительный взгляд на Тони.
— Ну здравствуй, — в холодности только он сам сейчас мог бы противостоять Ханне, которая, недовольно скрестив руки, производила довольно угрожающее впечатление. Грег не стал отвечать, только медленно кивнул, смотря теперь только на открывшую ему дверь девушку и хмурясь. — Мне кажется, нам с тобой пора поговорить как взрослым людям.
— Неужели? — блондин саркастически усмехнулся.
— О, да! — Ханна была очень зла. — Ты ведь даже не знаешь, кто мы, — воскликнула она. — А я была свидетельницей того, что ему пришлось пережить в прошлый раз, когда ты наигрался. И я не позволю, чтобы это случилось снова.
Грег задумчиво прищурился и слегка кивнул, как бы определяя что-то для себя.
— Не случится, — сказал он.
— Ты хоть знаешь, как сложно ему было? — Ханна всё сильнее распалялась, порывисто жестикулируя. — Он ради тебя был готов в лепёшку расшибиться или звезду с неба достать, ради такого эгоиста, как…
— Я же сказал, — Грег прервал девушку взмахом руки. Его голос звучал твёрдо и уверенно, отчего у Тони по спине побежали мурашки. — Этого больше не случится.
Ханна поражённо замолчала. О да, она в тот момент в полной мере испытала силу этого ледяного взгляда и доминирующей ауры блондина, который молча прошёл мимо девушки, чтобы лично вручить Тони пакет. Тот мог только часто моргать и пытаться справиться с бушующим внутри ликованием.
— Сейчас я опаздываю на работу, но вечером был бы рад видеть вас всех у себя, — Грег говорил это, смотря в глаза Тони, которому в тот момент показалось, что его сосед в совершенстве владеет искусством пожирать и трахать человека взглядом, при том, что в реальности никогда подобным не занимался и, скорее всего, даже не подозревал о силе своего притяжения.
— Мы придём, — Роберт, видимо, был единственным человеком, который смог справиться с повисшим напряжением.
Кивнув, Лайтман «отпустил» Тони и молча вышел.
— Твою мать… — выдохнул Кевин и присвистнул. — Я, наверное, у него кончал бы только по команде.
***
Тони уже не стучал: он знал, что если Грег пригласил его на ужин, то дверь будет открыта. Правда, теперь, во избежание полуголых казусов, он приходил точно в назначенное время. К вечеру Ханна немного подостыла в своём праведном гневе, да и получила хорошую взбучку от мужа, который вообще был против влезания в то, что закручивалось между этими двумя. Но вот Роберт был на стороне подруги, при этом поражая всех своей сдержанностью и рациональностью. Слегка нервничая, Тони в сопровождении друзей зашёл в квартиру соседа. Боже, как там прекрасно пахло! Сегодня Грег превзошёл сам себя, даже Ханна одобрительно хмыкнула, а Кевин так вообще тихо предложил взять его третьим в семью. А потом все заметили гигантского питона, расположившегося на специальной стойке у окна. — Твою мать, это что, змея?! — ругнувшись, Ханна отскочила к двери. Хозяин квартиры появился на звук этих нелестных восклицаний по отношению к своему новому питомцу. — Он у меня на передержке, — кивнул Грег. — Проходите, он не опасен, может только задушить. Нервно хихикнув, Ханна быстро проскочила к столу. Тони змей не боялся, но недолюбливал, так что он последовал примеру девушки, подозрительно разглядывая зверюгу. Да, Марсель ему нравился намного больше. А вот Роберт очень заинтересовался этим представителем фауны, даже подошёл поближе: — Тигровый? — спросил он у Грега, который как раз закончил сервировать стол. — Да, — ответил тот, одобрительно оглядывая тощего парня. — Её зовут Молли. — О-о, — протянул Роберт, странно улыбаясь. — Так это девочка. То-то я думаю, очень крупная. Метра три? — Почти, — кивнул Грег. Закатив глаза, Тони сел за стол рядом с Ханной, которая расположилась максимально близко к выходу и лицом к новому обитателю квартиры. — Да ладно вам, ребят, он же мерзкий, — Кевин искренне недоумевал, разглядывая эту парочку и усаживаясь на свободное место рядом с женой. — Сам ты мерзкий, — фыркнул Роберт, за что заслужил от Грега ещё один одобрительный взгляд. Тони уже подумал, а не начать ли ему ревновать, но блондин сам разрядил обстановку, отвлёкшись от рекламы своего нового холоднокровного друга, он открыл вино, а затем вынес главное блюдо, на запах которого даже Роберт вскоре прибежал. Однако еда быстро подошла к концу, и почти все сидящие за столом снова почувствовали напряжение и неловкость. Тони в принципе уже привык к неразговорчивому соседу, так что он спокойно попивал вино и разглядывал моросящий за окном дождь, иногда отвлекаясь на сидящего напротив Грега, а точнее на его запястья — он закатывал рукава рубашки для удобства готовки. — Кхм, — откашлявшись, Ханна решила первой попытаться завязать диалог. — Так вы встречаетесь? Тони недовольно шикнул на подругу и нахмурился. Дома он подробно проинструктировал её о том, какие вопросы не стоит задавать, и это был один из первых в его списке запретов. Но, конечно, Ханна никогда его не слушала, она привыкла к другому типу людей. — Я так не думаю, — улыбнулся Грег, баюкая в руке бокал вина. Тони с огромным трудом не застонал от вопиющей сексуальности этого жеста, да и вообще — человека. — То есть Тони может встречаться с другими? — Ханна хитро прищурилась, откидываясь на спинку стула. Блондин внимательно посмотрел на Тони так, что у того перехватило дыхание и, кажется, начал вставать — он потерялся в этом взгляде мгновенно. Грег так и не ответил на вопрос, но тому и не надо было, он достаточно успел разглядеть в глубине этих глаз. — Ты слишком напираешь, Ханна, — покачал головой Тони. — Но мне непонятна твоя верность тому, чего нет, — пожала плечами та, внимательно изучая реакцию Грега на её слова. — У меня по состоянию здоровья сейчас не встаёт, — буркнул Тони, стараясь не покраснеть, так как Лайтман заинтересованно приподнял бровь, будто бы знал, что Тони чувствует болезненное возбуждение почти всегда, находясь рядом с ним. — Которое, кстати, ухудшилось тоже из-за него, — заметила Ханна, за что получила болезненный тычок в бок от Кевина. — Ну что?! Почему все, кроме Роберта, не хотят видеть, что Тони стало хуже, и сейчас он повторяет путь, пройденный шесть лет назад! В одну реку нельзя войти дважды. — Могу заметить лишь то, что за шесть лет река поменяла своё направление, — Грег задумчиво окинул возмущённую девушку взглядом. — Как вы все можете заметить, раньше я был слегка необщителен, — Тони даже не сдержался и фыркнул от этого «слегка». — Но вот, пожалуйста, я пытаюсь понять вас, его друзей, узнать поближе. Не требуйте от меня невозможного, я и так стараюсь. Удовлетворённо кивнув, Ханна прекратила свои расспросы, и Роберт поспешил увести разговор в безопасное русло — он начал активное обсуждение с Кевином какого-то фильма, который Тони не видел, но его заинтересовал сюжет, так что вскоре он тоже присоединился. А вот Грег не участвовал в дискуссии, но, казалось, внимательно слушал. Но Роберт сам же и закончил этот спектакль, причём довольно неожиданно. Он сидел рядом с хозяином квартиры, так что парень полностью развернулся к нему и довольно чётко сказал: — Ты, конечно, эгоист, но и мы не лишены этого качества. А Тони нам нужен, нам всем, — Роберт окинул всех присутствующих хмурым взглядом, задержавшись на нервничающем предмете разговора. — Так что мы будем следить за вами двумя, и если почувствуем, что ты причиняешь ему больший вред, чем пользу, то просто заберём его отсюда и увезём куда подальше. — Что ж… — Грег задумчиво покусал нижнюю губу и кивнул. — Тогда мне придётся снова его найти. — О-о, это довольно мило, — хихикнула Ханна. — Ага, само очарование, — фыркнул Тони, залпом допивая вино. — Спасибо, милый, — Грег саркастично усмехнулся, заставив сидевшего напротив парня подавиться выпитым и долго откашливаться.***
Проснулся Тони недовольным — уже второе утро его выходных не приносило ему ощущений, которые должен испытывать отдохнувший и выспавшийся человек. Но сегодня он сам был виноват в этом, так как с вечера запланировал поход в больницу к Майки, что всегда приносило ему бессонные ночи. Юноша не стал будить друзей, ещё довольно долго обсуждавших вчера Грега, который произвёл на них сильное впечатление, причём Тони так и не понял — положительное ли? Так что он по-быстрому выпил кофе и, умывшись, выскочил за дверь, намеренно опережая свой обычный распорядок, чтобы не столкнуться с соседом. Однако тот как раз возвращался с пробежки. Отчаянно простонав что-то неразборчивое, Тони попытался пройти мимо, но Грег, конечно же, преградил ему дорогу, при том что лестница и так не оставляла пространства для манёвра. — Ты куда в такую рань? — нахмурился он. — У меня дела, — пробубнил Тони, стараясь не рассматривать привлекательного и разгорячённого пробежкой соседа, которому ну очень шли чёрные майки. Но Грег не намерен был тактично отпустить его и пойти домой. Он выжидающе замер, скрестив руки на груди. — Настойчивый, — вздохнул Тони. — Я иду навестить друга. — Я с тобой, — блондин обошёл его, намереваясь пойти и быстро переодеться. И ведь даже не предполагал, что Тони может сбежать или ещё что учудить. Искренне возмущаясь тому, что его не воспринимают как бунтаря, он побрёл за Грегом. Тот довольно быстро привёл себя в порядок: Тони даже не успел запаниковать из-за подозрительного взгляда Молли, которая всё таращилась и таращилась на него, словно охраняя вход в комнату своего временного хозяина. При виде Грега Тони не смог сдержаться и восхищённо присвистнул: — Боже, храни жаркую погоду! Грег окинул его непонимающим взглядом, поправил сползающие джинсы и, нацепив солнцезащитные очки, направился к выходу. — Я думал, что нравлюсь тебе в белом, — заметил он, проводя рукой по светлой ткани полупрозрачной футболки. — Нравишься, — кивнул Тони, стараясь не задумываться о том, что Грег оделся так, чтобы произвести впечатление. Но стоило им выйти за дверь, как на него снова накатило. Он шёл навестить Майки. Его Майки. Довольно символично было привести к нему Грега, хотя, наверное, будь он в сознании, то врезал бы им обоим хорошенько. Грустно улыбнувшись, Тони пешком пошёл до больницы: она была в трёх кварталах от его квартиры, да и не любил парень лишний раз ездить. Грег, казалось, почувствовал, что всё не так уж и просто, поэтому молча шёл рядом, иногда обеспокоенно поглядывая на Тони. А тому даже льстила эта некая озабоченность его проблемами. Возле больницы Грег тихо охнул, но продолжал молчать, за что Тони мысленно его поблагодарил — у него уже давно в горле встал ком. На какую-то секунду он задумался о том, почему так легко согласился взять Лайтмана с собой, ведь это было чересчур личным для него, но долго обдумывать всё не хотелось. Медсестра в приёмном покое уже знала его, так что просто кивнула и продолжила заниматься своими делами. Стремительно поднявшись по лестнице (никаких лифтов, только не сегодня), Тони замер возле двери палаты номер 402 в отделении реанимации. Он простоял так несколько минут, прежде чем решился войти. Майки совсем не изменился с последнего его посещения, да и с чего бы? Поморщившись от писка аппарата жизнеобеспечения, Тони подошёл к кровати и, присев на её край, взял друга за руку. Какой же он холодный! Парень провёл языком по пересохшим губам и погладил кожу под пальцами. Надо будет завтра сходить к доктору Кларисе: обычно после посещений Майки у него случались нешуточные срывы. Откашлявшись, Тони начал рассказывать. Он не был тут уже давно, так что много чего успело произойти, а конкретно — он так и не рассказал другу о приезде Грега, который так и стоял, притихнув, у дверей. Тони понимал, что расплачется где-то на середине своего монолога, потому что ему так не хватало ответа друга, который знал его и любил Тони больше, чем кто-либо другой. Он каждый раз умолял Майки прийти в себя, обещал исполнить все его желания, даже в кругосветное путешествие поехать, на которое друг подбивал его в последние годы, пока был рядом. Однако этого никогда не происходило, и этот раз не стал исключением. Тони целый час говорил всё, что успело накопиться на душе за это время, а под конец поцеловал друга в лоб, шепнув на ухо, что любит и ждёт возвращения. Он всегда уходил довольно резко и быстро, так как из-за эмоциональной опустошённости хотел скорее скрыться дома от всего мира. Но в этот раз, порывисто вскочив с кровати, Тони столкнулся с Грегом. На самом деле, он уже успел забыть о Лайтмане, и его присутствие слегка ошеломило и так морально уставшего парня. Рвано выдохнув, он замер посередине комнаты. Как можно было забыть о том, кого сам же и привёл с собой? Неужели он так спокойно подпустил Грега настолько близко? Тот медленно подошёл к Тони, пристально смотря тому прямо в глаза. Он осторожно вытер почти высохшую слезу с его щеки (Тони мог гордиться: он сегодня даже не ревел словно девчонка, а просто не сдержался пару раз) и, вздохнув, медленно притянул парня к себе. Близко. Настолько близко, что тот уткнулся ему в волосы и неосознанно глубоко вдохнул родной мятный запах. Грег его обнимал! От осознания происходящего Тони бросило в жар. — Мне жаль, — шепнул тот, прижимаясь лбом к плечу Тони, который, рвано выдохнув, смог что-то угукнуть в ответ и осторожно провёл рукой по предплечью Грега, помня о его патологическом нежелании ощущать прикосновения в ответ на свои вольности. Но тот стоял молча, лишь слегка напряжённее нормального обнимающегося человека. — Спасибо, — выдохнул Тони, ощущая, что ему стало намного легче. Он давно уже не ощущал поддержки в моменты своих визитов к Майки. Он разрывался между болью от того, что друг не может быть рядом, и счастьем от того, насколько близко сейчас Грег. Однако это явно было лучше, чем просто упиваться этой болью и отходить пару дней от эмоционального отката. Через несколько десятков секунд Грег отстранился. Он явно сделал это до того, как физический контакт успел стать ему неприятным, так как Тони не увидел обычных признаков отторжения. И его грела мысль, что блондин сделал это специально, зная, как Тони ранят эти эмоции. А потом Грег удивил его ещё больше — он взял его за руку и пошёл к выходу. И не отпустил! Они так и шли куда-то — Тони не мог следить за дорогой, постоянно разглядывая только их переплетённые пальцы. Он был совершенно не в состоянии вообще на чём-либо сосредоточиться, даже на своих переживаниях о Майки — настолько его переполняло это ощущение затянувшегося тактильного контакта с человеком, которого он, кажется, никогда не сможет разлюбить. Как оказалось, Грег вёл его в кафе, где усадил напротив себя и отпустил руку, тем самым разорвав связь, которой Тони наслаждался последние минуты. Он заказал им чай и чизкейк, чем удивил Тони: — Что, даже никаких блинчиков? — фыркнул тот. Улыбнувшись, Грег покачал головой и пододвинул свой стул ближе к столу, не отводя взгляда от соседа. Тони вообще чувствовал, что блондин целиком и полностью сейчас сосредоточен на нём, что совершенно было ему чуждо — он не привык. — Обычно ты несколько более далёк от меня, — заметил Тони. — Я не знал о том, что случилось с твоим другом, — Грег всё смотрел и смотрел своими льдистыми глазами. Сколько можно? — Мне правда жаль. И всё, что ты сказал, было… — Я вывернул душу наизнанку, да, — махнув рукой, Тони оборвал собеседника. — Иногда я так делаю, и ты первый, кроме Майки, кто стал свидетелем этого. — Я это ценю, — официант принёс чай, который Грег почти сразу же осушил чуть ли не наполовину. Тони наблюдал за блондином несколько минут. Да, он явно изменился. Впервые за все те годы, что они знакомы, Грег не ушёл, когда был ему нужен. И это было довольно… Тони просто чувствовал, что это именно то, что всегда ему необходимо. — Просто я никогда не могу так, — Грег выразительно кивнул в сторону Тони. — У меня там всё варится и накапливается, наслаивается… — Я бы так сошёл с ума, — хмыкнул Тони. Скользнув взглядом по изящным запястьям, он глубоко вдохнул, успокоив сердцебиение, и позволил себе самому коснуться их. Грег замер, но не отдёрнул руку. Тони не стал долго его мучить, лишь провёл пальцами два раза туда и обратно: на самом деле, он просто проверял реакцию блондина, которая его удивила. — Я согласен, — выдохнул он. — На что? — Грег удивлённо приподнял брови, потирая кожу на только что обласканном запястье. — Попробовать снова, — пояснил Тони, наблюдая за расширившимися зрачками собеседника. — И не смей портить всё колкостями о том, что я уже давно не показывал особого сопротивления. Я, конечно, давно решил рискнуть в последний раз и всё такое, но после сегодняшнего я осознанно иду на этот шаг и заявляю, что снова могу довериться тебе. — Ого… — Грег задумчиво пожевал губу и кивнул, отпивая чай. — Вот только я бы на твоём месте сотню раз подумал о том, куда ты ввязываешься, я ведь всё так же люблю тебя, — Тони проследил, как блондин вздрогнул на этой фразе. — Боюсь, в этот раз тебе придётся взять на себя ответственность не только за разбитое мне сердце, но и за разбитую душу, которую я, скорее всего, не смогу восстановить, и попаду в места не столь отдалённые. Если ты уйдёшь. Грег сглотнул и покачал головой: — По-моему, я уже говорил тебе, что буду стараться этого не допустить, — он провёл пару раз своими изящными пальцами по ручке чашки и рвано выдохнул. — Я… Я обещаю, что не исчезну. — И зачем тебе это все? — нервно хихикнул Тони, стараясь скрыть счастливую улыбку, которая неконтролируемо расползалась по его лицу. — Зачем тебе я? — Для моей души, — пожал плечами Грег, допивая чай. — А у тебя она есть? — Тони откровенно рассмеялся, больше не скрывая переполняющего его счастья. Фыркнув, Грег качнул головой и взмахом руки подозвал официанта.
