Критик ГынСок

ГынСок вернулся к столу, за которым его по-прежнему ждала она. В глазах её горела какая-то новая идея, и это уже пугало. - У меня родилась мысль! - Я так и знал, что до этого в твоей голове живых не было, - ГынСок сел на стул, – и? - Я напишу фанф-поэму! В стихах! - Шутишь? У тебя же с рифмой, как у Незнайки! - Какого Незнайки? Это поэт? - Да, великий русский, второй после Пушкина и прямо перед Есениным. - А-а, - она почесала затылок и продолжила, – я уже даже начало сочинила. Вот послушай… - Поправки вносить можно? - Естественно. Итак: Однажды жили-были двое, никто понять их не хотел… - А если бы их было б трое, всем ясен б стал сей беспредел? - Ну, не перебивай просто так! Дальше о чувствах: и вроде всё было прекрасно, любовь росла сама собой… - Не трать мне время понапрасну. Сюжет насквозь твой голубой. - Не голубой, а сентиментальный. Чувства влюбленных мужчин всегда находятся на границе между изящностью и грубостью. - И не должны пересекать границы Нидерландов. - Так, хватит! Продолжу: любви неведомы препоны, и пусть читатель не привык… - Что нарушаются каноны: пассив – Канин, актив – Итык? - Всё, ты всё опошлил. Ты убиваешь во мне творческое начало. - Я оживляю свой анатомический конец. После бесед с тобой это необходимо. - Что я должна написать, чтобы ты отнесся ко мне серьёзнее?! - Попробуй ЕГЭ на 100 баллов. Ладно, хотя бы школьное сочинение на пять. - Я пишу их нормально, и почти без ошибок! - Ошибкой иногда бывает не только неправильная буква, но и неправильная мысль. - Опять за своё? Самого умного из себя строишь? - Что ты, куда мне до тебя, Далай-Ламы. - Сам ты лама! Ещё обзываешься. Я знаю, что это такая овца, меня не проведешь! - Извини, невольно сорвалось, - ГынСок сдержал нервный смех, начинающий возникать после продолжительного диалога с йуным фикрайтером, – кстати, это порода верблюжьих, раз уж на то пошло. - С тобой просто невозможно! Даже слова не сказать. - Думаешь, с тобой не сложно? Столько чуши исправлять… - Всё, прекрати рифмовать. - Не мог сдержаться, ты так вдохновляешь… - С поэзией я покончила. - Я тебе больше скажу: ты её мученически растерзала и удушила. - Ты же сам говорил, что я как Незнайка! Кстати, как его звали? - Осип Эмильевич. Обязательно запомни, а то вдруг спросят, у кого ты так талантливо научилась писать…