Кровь на снегу

Ранее утро первыми лучами солнца выглядывало из-за стен. Легкие порывы летнего ветра гуляли по комнате через открытое окно. До утренних ударов рынды, возвещавших подъем оставалось чуть больше часа, но птицам не хотелось ждать пробуждения человечества. Звонкое пение соловьев и соек разносилось по окрестностям спящего штаба Легиона Разведки. Открыв глаза, Эрвин, просыпавшийся с первыми лучами, в кои-то веки позволил себе полежать подольше. Он осматривал свою спальню каким-то удивлённым взглядом, как будто видел в первый раз. И это было не удивительно, ведь он приходил сюда глубокой ночью и уходил ранним утром. А бывало, что и вовсе спал, сидя за письменным столом своего кабинета, который находился за дверью. Эрвин лежал, слушая ровное и спокойное дыхание, но не свое… Внимательно скользнув взглядом по спящему лицу Леви, он сам старался не дышать. Не хотел будить так сладко спавшего на его плече мужчину, нарушать и без того короткий сон. О том, что Леви не высыпался, было видно по лицу, темные круги весьма основательно залегали под его глазами. О причинах этой бессонницы не догадывалась ни одна живая душа, кроме командора разведки. Эрвин знал о его голодном и холодном прошлом, знал о его потерях и страданиях. Иногда ему казалось, что в вечно безразличном взгляде его подчиненного мелькали отголоски ужасов прошлой жизни. Это было так редко и так не заметно, что каждый раз, в такие мгновения Эрвин не успевал ничем помочь. Да он бы и не смог. Память не убить… Все что Эрвин мог сделать - это просто быть рядом, просто доверять, просто поддерживать и просто любить… Эрвин осекся от собственных мыслей. Что значило «полюбить» для такого как он? Полюбить – значило дать себе шанс. Шанс, на счастье. Мимолетное или долгосрочное решит уже судьба. Но в дальнейшем это уже не важно, поскольку он сделал свой выбор, не задавив рвущееся из груди чувство сразу. Полюбить – это значило позволить себе слабость. Слабость перед кем-то, но самое главное – перед самим собой. Особенно если от тебя зависели судьбы людей. Эрвин, привыкший нести ответственность за множество жизней, не мог позволить своему долгу и чести поставить одну единственную, выше остальных. Пренебрегая собственной душой, отдавать свой разум и сердце на служение другим. Он всегда был вынужден давить свои порывы, не имея права на собственную душу. Его душа?.. Она давно уже была скованна цепями демона, ждущего лишь его неизбежной смерти, для встречи с ней. Она была истерзана решениями его чистого разума, освобожденного от её влияния. Она не могла найти поддержки даже в сердце, скованном тем же самым холодным расчетом, стремящимся за давней, эгоистичной мечтой увидеть мир за стенами. Увидеть и показать другим… Так ли это важно? Да. Это важнее всего на свете для разума, сердца и даже для души. Хотя бы в этом вопросе, между ними не было разногласия. Но чувства… Почему они появились? Для чего он им поддался? Горячие душевные порывы и желание обладать одним единственным человеком, разрушали годами отлаженную систему. Это станет погибелью для командора Легиона Разведки. Это нарушит все его планы. И в нужный момент, когда будет стоять необходимость пожертвовать… Он этого не сделает. Его рука дрогнет и все будет напрасно. Но что останется тогда? На долго ли он сможешь отсрочить смерть? Что станет причиной? Чего следует опасаться? Глупее, вопросов просто не придумать… В любую секунду, это могло случится в независимости от его расчетов «чистого разума». А дальше темнота… Ад… И крики души в объятиях бесов… Мысли бурным потоком захлестнули, очистившееся после сна, сознание. Как всегда, разум принялся искать решения сложившейся дилеммы, перебирая варианты. Но Эрвин понимал, что это абсолютно бесполезная затея. Он просто не имел права любить. Его подчиненные – фигурки на шахматной доске, любая из них, должна умереть в свое время и по его приказу. Все его солдаты, товарищи и друзья отдадут жизнь во имя светлого будущего человечества, как и он сам... - Чего ты так уставился на меня? – Леви проснулся и заглянул в казалось пустые, голубые глаза. Эрвин, вырванный из бурного течения своих измышлений, просто не заметил пары серых глаз, внимательно уставившихся в ответ на него. - Доброе утро, – улыбнувшись, проговорил он. Леви не ответил. Он попытался встать с кровати, но Эрвин притянул его обратно к себе и навалился сверху с жадным поцелуем. Прижимая любовника к подушке, он пытался избавится, от гнетущих его голову мыслей, горячо орудуя языком по губам. Леви с заметным усилием отстранился от него. - У нас куча дел, кончай дурака валять! – проговорил он, пытаясь отдышаться от страстного напора. - До подъема еще целый час, – игриво ответил Эрвин. - И ты решил его провести в постели? – слегка приподнял бровь Леви. - А почему бы и нет… - Потому, что через три дня экспедиция, а вчера ночью подпалили склад! – Леви вскочил с кровати, пытаясь найти собственную рубаху. - Посмотри на меня, – спокойно и требовательно сказал Эрвин, усаживаясь удобнее на кровати и облокачиваясь спиной на подушку. Леви послушно повернул голову в сторону кровати, застегивая на себе найденную, наконец, рубашку. Собственная покорность этому человеку, раздражала его до ужаса, но он не позволял себе ослушаться приказа командора. - Это будет уже двадцать восьмая вылазка за стены. А проснулись вместе мы в первый раз. – Эрвин извернулся, схватил Леви за руку, притягивая к себе, и завалил на кровать. Леви невразумительно выругался, но после с жаром поцеловал, притягивающие к себе, губы командора. Эрвин отстранился и горячо шепнул на ухо: - Проблемы от нас никуда не денутся. Немного, еще совсем немного побудь со мной… В дверь звонко постучали. - Я кажется дверь не закрыл… - только и успел сказать командор. - Эрвин! У тебя дверь открыта, ты опять не спал всю ночь? – звонкий голос Ханджи раздался из кабинета. Лицо Леви перекосило от гнева вперемешку с удивлением, как будто кто-то осмелился вылить ему чай на чистые ботинки. Быстрым рывком оба подорвались с кровати, пытаясь отыскать каждый свои штаны. Бывалые и ловкие солдаты в один миг стали похожи на пойманных в подсобке за неприличными делами, кадетов. - Вот тебе и первая проблема, блядь… - тихо выругался Леви, пытаясь во второй раз за день застегнуть свою рубашку. - Эрвин, я не отвлекаю? Можно войти? – голос Ханджи приблизился к спальной двери. - Что ты, все в порядке, конечно! – Эрвин с усилием воли придал своему голосу спокойный и беззаботный тон, быстрыми движениями натягивая рубашку. Леви ошарашено глянул на Смита, до которого тут же дошло, что он только что сморозил. - Вот и отлично! Я тебе тут кое-что принесла… – Ханджи резко, как будто пинком, распахнула дверь и просто оторопела. Такое выражение лица ей было абсолютно не свойственно - казалось двинутую на всю голову девушку, уже ничего не могло удивить в этом мире. Книги и бумаги, которые она принесла, с грохотом свалились на пол. Оба успели одеть штаны и рубахи, но разбросанная обувь, куртки, ремни от устройства пространственного маневрирования и раскуроченные простыни на кровати, говорили сами за себя. Сапог в руке Леви, казалось застыл во времени, но лицо не выражало абсолютно никакого смущения: - Ты кажется, что-то уронила, четырехглазая... – голос звучал абсолютно спокойно и безразлично. Ханджи тут же опустила глаза на книги и хотела было что-то сказать, но Эрвин её перебил: - Ты не против, если я приведу себя в порядок, прежде чем мы поговорим? – голос звучал спокойно и в какой-то степени даже радостно. - Да-а-а… Конечно, я подожду вас в кабинете, – сказала она, возвращая свой привычно-веселый тон, и вышла за дверь. - Видимо её очень обрадовало увиденное, – Эрвин беззаботно улыбнулся, подходя к зеркалу. - У тебя есть на примете кто-то на должность четвертого капитана? – злобно спросил Леви, продолжая приводить себя в порядок. Желание придушить Зое нарастало в его голове в геометрической прогрессии. - Даже не думай об этом! – Эрвин подошел к Леви и коротко поцеловал. Чуть позже все трое сидели в кабинете командора, обсуждая поездку Эрвина и попивая чай. - Я постараюсь вернуться, как можно скорее, – Эрвин внимательно перечитывал, принесенный Ханджи отчет и почту. - Это не проблема, мы с Леви отлично справимся здесь без тебя, к экспедиции все будет готово в срок. – Ханджи громко посербывала чай. - Ты можешь нормально пить?! Такое ощущение, что ты сейчас чашку засосешь в себя! – казалось Леви сейчас запустит в неё стоящей рядом табуреткой. - У меня не такой большой объем легких, – хихикнула Ханджи, указывая рукой на алеющий засос на шее капитана. - Платочек одень, любовничек, боюсь солдаты не оценят твоих ночных похождений. Леви окинул её убийственным взглядом, после чего перевел тот же взор на командора, готовый отправить к чертям обоих. Эрвин прикрыл ладонью лицо, старательно маскируя предательскую улыбку. В дверь снова громко постучали. - Войдите! – ответил Эрвин. - Экипаж ожидает на хозяйственном дворе. – отрапортовал Майк, зайдя в кабинет и заметив сидящую толпу, добавил: - А чего это вы так рано все собрались? Совещание? - О-о-о, да-а! – с диким хохотом проговорила Ханджи! Леви кинул в нее убийственным взглядом.

***

Утреннее небо разнесло три удара рынды по окрестностям штаба легиона разведки. - У меня для вас отличная новость! – Зое, которая командовала построением, просто светилась от счастья. Солдаты, наконец-то выспавшиеся после починки склада, стояли на плацу в предвкушении очередной «прекрасной» новости, с опаской пытаясь предугадать, что на этот раз приготовила для них капитан. Обычно такие вот радости этой чокнутой женщины, ничем хорошим не заканчивались, и все это знали. Леви, который уже начинал догадываться о причине светящихся очков четырехглазой, со вздохом закатил глаза. Он готов был помолиться всем известным и неизвестны богам чтобы то, о чем он подумал не оказалось правдой… - Испытания! – радостно выкрикнула Зое. Весь Легион Разведки вздрогнул, у кого-то даже начали дергаться нервные тики - причем все разом. Видимо от большой радости. - Пиздец, приехали… - тихо выругался Леви. - Нам удалось, наконец, закончить разработку оружия захвата - это просто отлично, учитывая приближающуюся экспедицию. Но установку просто необходимо проверить! – не унимаясь тараторила Ханджи. - Ну что? Есть желающие отряды заняться проверкой и подготовкой оборудования? Леви её уже не слушал, он прекрасно помнил, как закончились последние испытания: три солдата в больничном крыле с двумя переломами и одним сотрясением, проломленная каменная стена оружейной и оголтелые вопли капитана Ханджи Зое, от которых казалось полопаются стекла. Повторения таких приключений ему явно не хотелось, а потому сегодня он вместе с подчиненными, собирался драить до блеска штаб. На завтраке за офицерским столом все разговоры были на тему предстоящих испытаний. - Значит второй и четвертый отряд отправиться на полигон вместе со мной, – Ханджи быстрыми движениями поглощала рисовую кашу. Видимо ей совсем не терпелось начать свое дело. - Мне нужно как можно больше людей! - Пятый и седьмой отряд должны тренироваться сегодня, но при необходимости могут помочь. – Майк ковырял ложкой свой завтрак. - Оборудование нужно немного отладить, я не уверенна в его прицельной точности… - лепетала себе под нос девушка. - Если ты планируешь взять его за стены - лучше, чтобы с ним ознакомились все солдаты, – сказал с энтузиазмом Дита. - Да, это верно. А ты что скажешь, Леви? – Ханджи с надеждой посмотрела на безразлично жующего свой завтрак капитана. - У шестого отряда сегодня уборка штаба, – отчеканил Леви, ибо не горел желанием разгребать очередной завал после её опытов. - Ну во-о-о-от… а я так хотела, чтобы ты посмотрел на это зрелище, – игриво протянула Зое. - Зрелища мне на сегодня хватило, впрочем, как и тебя, четырехглазая, – Леви быстро встал из-за стола, закончив прием пищи. К полудню работа била ключом: часть солдат собирали огромные блоки оружия захвата на тренировочном полигоне, другие устанавливали мишени и манекены, и ни что не предвещало беды. Пока что… Отряд Леви усиленно занимался уборкой. Некоторые солдаты были очень разочарованы, что не смогут понаблюдать и поучаствовать в испытаниях; те же, кто хоть раз участвовал, с воодушевлением елозили мокрой тряпкой по полу, будучи от души благодарными капитану, который избавил их от незавидной участи. Работали слаженно и усердно. Леви, который занимался уборкой в кабинет командора разведки, изредка поглядывал на происходящее на полигоне действо с окна. Ханджи раздавала приказы направо и налево, напряженно размахивая руками. Он отошел к полкам и принялся смахивать пыль с книжных стопок. Перебирая руками корешки, Леви наткнулся на довольно потертую и ветхую книгу. Хотя он знал, как выглядят практически все книги, стоящие на этих полках, эту Леви заметил впервые. Видимо до этого момента она была спрятана в другом месте, и Эрвин только недавно её достал. Это была рукопись в кожаном переплете и довольно толстыми страницами, явно набранными постепенно. Обложка была очень красивой: тисненая кожа с гравировкой и плетением по периметру вырисовывала замысловатые узоры. Любопытство не было одним из пороков Леви, но он все же не смог удержаться, чтобы не открыть книгу. На страницах красовался довольно размашистый и ровный почерк, чем-то напоминавший Эрвина. Капитан узнал бы руку командора из тысячи, благодаря тому, что тот периодически заваливал его писаниной, но это был явно другой стиль письма. Рисунки были сделаны тем же человеком, рваные толстые линии оттеняли ровные и точные штрихи тушёвки. Были тут изображения неба, морей, лесов и даже людей. Перелистывая страницы Леви так ни разу не увидел ни одной стены. Это было очень странно. В книгах, которые он наблюдал до этого момента, рядом с людьми практически никогда не рисовали открытое небо. Нет, оно могло проглядываться над линией горизонта Стен, но такие изображения встречались крайне редко. Обычно человечество всегда рисовали в каменной тюрьме пятидесятиметрового забора. Открыв предпоследнюю страницу, Леви все-таки обнаружил некое подобие стены, только она была рваная, неравномерно высокая и казалась разрушенной. Высота вершины, если сравнивать с тенью человека стоящей у основания, было гораздо больше чем все три Стены вместе взятые. А внизу красовалась надпись: «Горные хребты каменных исполинов» Вдруг где-то за спиной раздался звук битого стекла и истошный вопль: - Ура-а-а-а-а! – голос Ханджи звучал торжествующе. Леви одним резким движением закрыл книгу и обернулся. В огромном окне кабинета командора разведки отсутствовали абсолютно все стекла, зато они битой кучей, были разбросаны по полу. А в окне, зацепившись наконечником, подрагивал металлический трос. - Ебать… - тихо выругался Леви и направился к выходу. Ханджи скакала от радости по всему полигону, быстро записывая какие-то пометки в свой потрёпанный дневник. Казалось, её счастью не было предела. Огромные установки смертоубийственного орудия напряженно вибрировали. Тросы натянутые каждый в разную сторону оплетали полигон металлической паутиной. Часть наконечников была закреплена на манекене, часть врезалась в стоящие деревья, а другие полетели в штаб. И хотя в большей своей массе, тросы зацепились там, где это было необходимо, разбитые окна некоторых помещений первого и второго этажа зияли огромными дырами. - Уи-и-и-и-и-и!!! Получилось! Рекордная дальность вылета стрелы составила двадцать шесть метров! – Ханджи радовалась как ребенок. - Капитан, у нас проблема, – тихим голосом сказал бессменный Моблит, стоящий вблизи Зое, указав на разбитый фасад штаба. - Ой да ладно! Поднастроить точность прицела, и все будет просто отлично! – с энтузиазмом прокричала Ханджи. - Я те щас поднастрою точность прицела, блядь... – глаза Леви светились недобрым огнем, когда он заявился на полигон. - Ой, Леви! Ты все-таки пришел посмотреть! – радостно воскликнула девушка. Солдаты в ужасе шарахались от обоих капитанов в предвкушении следующего после пожара и испытаний, погрома. - Выкинь нахуй эти очки, косоглазая, ты все равно в них нихера не видишь, куда стреляешь! – гнев в голосе Леви нарастал в геометрической прогрессии. - Да все нормально, там разбилось всего то семь окон! Зато какой результат! – не унималась Ханджи. - С такой тягой и дальностью вылета, мы сможем захватить даже пятнадцатиметрового гиганта! - Вот скажи мне, почему, как только Эрвин покидает штаб, ты затеваешь очередной Армагеддон?! – он вплотную подошел к Зое. Ссоры и скандалы начальства никогда не должны были становиться достоянием подчиненных. А потому для сохранения авторитета перед солдатами, Леви с неимоверным усилием взял себя в руки и начал говорить тихо. - Ой да не переживай ты так! Я обвяжу тебя подарочной ленточкой, и командор вмиг забудет о разбитых окнах, – хихикнула еле слышно девушка. Леви перекосило от гнева, он с огромным трудом сдерживал себя, чтобы не примотать её к тросу и не отправить одним выстрелом куда подальше. - Вы только не кричите громко, сам понимаешь с дырами в стенах звукоизоляция ни к черту... – веселью и радости Ханджи не было предела. - Особенно теперь, когда окон нет...

***

На следующий день. Столица. Кабинет Дариуса Закклая. - Мои люди не смогли обнаружить никаких следов поджигателей. – Эрвин сидел на против письменного стола Верховного Главнокомандующего вооружённых сил человечества. Кабинет был просторный и довольно светлый, несмотря на наличие большого количества мебели из темного дерева. Шкафы и полки были заставлены старинными и ветхими книгами, а на стенах висели не менее ценные карты и схемы. Библиотеке и картотеке этого человека можно было просто позавидовать. Такого количества информации, которая хранилась в этом кабинете, скорее всего не было больше нигде. - Вам удалось устранить последствия пожара? – Закллай стоял лицом к окну, внимательно рассматривая снующих внизу горожан. - Силами солдат Легиона, мы смогли быстро все восстановить. Случившееся некоим образом не отразится на предстоящей вылазке за стены, - в голосе Эрвина читалась собранность и решительность. - Вы, наверное, задаетесь вопросом, почему я не созвал военный совет? - Нисколько. - Правильно. Оснований для созыва совета недостаточно. Это мог быть, как и саботаж так и случайны пожар, из-за неаккуратного обращения с инвентарём склада, – довольно тихий голос Закклая звучал весьма отчетливо. - Как я понимаю, вы предпочитаете второй вариант в качестве официальной версии. – Эрвин не задавал вопрос, он утверждал, прекрасно понимая, стоящего перед ним человека. Они были очень схожи между собой, потому Смит с легкостью улавливал скрытый подтекст его слов. - Мои люди продолжат расследование, в тот период пока разведчики будут находиться за стенами. Но у меня есть кое-что для вас уже сейчас. – Дариус развернулся от окна и проницательно посмотрел на командора. Подойдя к одному из шкафов, он открыл небольшой ящичек и достал плотный бумажный сверток. - Как вам известно, человечество располагает довольно малым количеством информации о мире за стеной. В основе своей, эти знания взяты из отчетов и научных изысканий Легиона Разведки, так что вам они известны, даже лучше, чем всем остальным. Эрвин неотрывно следил за движениями подошедшего к нему человека. - Но в моей библиотеке есть, одна вещь, которая вас заинтересует. Это ни в коем случае не должно стать достоянием чужих глаз и ушей. Информация секретна и довольно стара, а значит не может быть стопроцентно достоверной, – Заклай протянул сверток сидящему. - Я понимаю, – Эрвин внимательно оглядел кипу бумаг, напоминавшую свёрнутую карту. - Это планы троп, пролегающих на южном направлении. Тут указаны места где можно найти вход в горные подземелья, назначение которых мне неизвестно. Возможно часть из них давно обвалилась, а другую затопили подземные воды. Но я не мог, не предоставить эти карты в ваше распоряжение, потому как окажись Легион Разведки в этом месте без схем, жертв может быть гораздо больше, чем от встреч с титанами. - Спасибо, – тихим голосом проговорил Эрвин, принимая сверток. - Но не рассчитываете, что это существенно облегчит вам задачу. Основной объем этих карт, был давно утерян, а то что осталось всего лишь крупицы. Больше я ничем помочь вам не могу. По крайней мере, сейчас... – Дариус Закллай отошел от командора, вернувшись обратно к окну. Эрвин еще несколько секунд оглядывал полученные бумаги, после чего поблагодарил и направился к двери. - Жду вашего отчета по истечении экспедиции лично. И удачи вам, – коротко и холодно проговорил Закллай. Эрвин больше ничего не сказал, только быстрым и тихим шагом вышел из кабинета. Вечерело. Вдохнув свежий уличный воздух, Эрвин направился в сторону гостиницы, где он поселился на момент визита. Экспедиция должна была состояться послезавтра и ему нужно было как можно скорее вернуться к стене в штаб разведки. Выезжать в ночь ему не хотелось, а потому он решил заняться подробным изучением полученного документа сидя у себя в номере. Карты были действительно старые и местами очень потертые. Едва различались красные линии троп на изображении горного рельефа. Некоторые из этих линий обрывались, а некоторые заканчивались жирными точками, пояснения которых в записях Эрвин не обнаружил. Цифры, обозначающие пометки высот, были размазаны и читались довольно плохо, но некоторые были нанесены свежими чернилами поверх старых надписей. Видимо эти карты кто-то правил. Так командор Легиона Разведки досидел до глубокой ночи, пересматривая и изучая все новые и новые пометки.