Dawns and gloomy thoughts

13 июля 2013 Оставался лишь один день до их встречи. Теперь Алекс считал уже не дни, а часы. Он знал, что Лиза успела за это время соскучиться. Его не было дома почти два месяца, в которые он зачастую избегал разговоров с женой. Уже в начале тура понимал, что случится. Было стыдно. Как минимум за то, что влюбился в другого человека, будучи женатым. Хоть Алекс и уехал в тур, немного поссорившись с Лизой, он знал, что это ерунда по сравнению с тем, что еще будет. Те ссоры она даже не помнила — всегда легко от всего отходила. Но теперь она уже точно не простит. Измены не прощают. Он знал, что заслужил к себе отношение, как к дерьму. Исключительно это его и ждало. Единственная адекватная реакция на подобный поступок, если так подумать… Он стоял на балконе отельного номера. Опять был в комнате с Райаном, который спал, как убитый, совершенно не догадываясь о том, что творилось с Алексом. Начинало светать, а сна у него было ни в одном глазу. И он все думал, думал, думал… За последнее время он настолько вымотался, что не мог понять, как вообще продолжал выступать и почему не падал в обмороки. Его удивляло, что он до сих пор ни разу не проспал половину суток, а вместо этого каждый день ложился на четыре-пять часов, которые не приносили никакого отдыха. Единственное, что ему нравилось в том, что он не спал, была тишина, окружавшая его по утрам. И как-то по странному контрастировала она с тем, что творилось на душе. Все вокруг должно было кричать, издеваться над ним, а не так спокойно принимать человека, совершавшего такие ужасные вещи. Стыд. Он стал уже верным другом Алекса. Чуть ли не его частью. Каждую секунду, когда он оставался наедине с самим собой, это чувство приходило к нему, а после не желало уходить, пока кто-то посторонний не нарушал милую беседу, которую вел Алекс с собой в одиночестве. Он сам не спешил прогонять стыд, зная, что заслужил его визиты как никто другой. На его счастье, одиночества в туре было мало. Рядом обязательно кто-то был, и, по сути, одному можно было остаться лишь в уборной и ночью, когда все засыпали. С одной стороны, Алекс постоянно был отвлечен от своих мрачных мыслей, но, с другой, у него едва оставалось днем время на то, чтобы подумать, что же ему делать. Поэтому он думал по ночам. Он хотел поделиться с кем-то, подумывал даже о том, чтобы пойти к психологу. Не за помощью, а за разговором. Вроде, психологи — это те люди, кому можно сказать все. Он серьезно настроился на это, хотя где-то в глубине души знал, что не пойдет. Друзьям сказать было нельзя. По сути, поговорить было вообще не с кем. Лизе он рассказать боялся. Он даже не знал, чего хотел больше: честности в их отношениях или спокойного их продолжения. Ко всему прочему, он так долго создавал имидж любящего мужа, что, хоть и имело оговорки, но все же всегда было правдой. Так что сейчас развестись так внезапно было почти невозможно. Естественно, причина развода не должна быть озвучена публично. — Скажи мне, ты уже проснулся или еще не ложился? — голос Райана прервал тишину так внезапно, что Алекс вздрогнул, — извини, что напугал. — Я немного подремал, потом проснулся, а сейчас не уснуть обратно, — соврал Алекс. — Значит не ложился, — Райан слишком хорошо его знал, — ты вообще последнюю неделю какой-то неадекватный. Что случилось-то? — Ничего серьезного. Просто голова сильно болит, поэтому не уснуть. А поскольку не сплю, она болит еще сильнее. Таблетки не помогают. — А причина что? — обеспокоенно спросил друг, — ты все же постоянно выглядишь так, будто что-то скрываешь, и оно тебя изнутри распирает. Ты можешь мне рассказать, если хочешь. — Все в полном порядке, Райан! У меня просто постоянно башка раскалывается. Я схожу к врачу, как приеду домой. Я постараюсь снова уснуть сегодня. Если не выйдет, то найду как-нибудь кофе и энергетик. — Про здоровье забывать не стоит. Ладно? — Да-да… иди сам спи, ты же только из-за меня не лег опять. В ответ на это Райан пожал плечами и ушел обратно в комнату. Алекс снова остался один на балконе, в прежней тишине. И, не прошло и пары минут, которые Алекс радовался внезапному вниманию и теплому дружескому отношению, которое даже не заслужил, вернулся прежний посетитель — стыд. Уже полностью рассвело, по улице, на которой стоял отель, прошел первый человек, который выглядел определенно куда счастливее Алекса. Этот мальчик, точно не старше двадцати, был бодр и шел, насвистывая тихонько какую-то глупую мелодию. Он, еще чуть-чуть, помчится вприпрыжку. И вправду, пройдя еще пару десятков метров, мальчик побежал и вскоре скрылся из глаз Алекса. А, может, любая проблема — не проблема вовсе? Просто воспринять все надо иначе. Может стоит просто забыть это? А вдруг он сходил с ума и все себе придумал? Это ведь тоже вполне возможный исход. А если он будет и дальше так же мало спать, то в психбольнице окажется еще раньше, чем ожидают все вокруг. Вряд ли его, конечно, будут лечить от шизофрении в данном случае, но от бессонницы точно будут. Алекс отогнал эти мысли, повернулся и зашел в комнату. Райан снова спокойно сопел. Номер выглядел ровно так же, как и тогда, когда он его покинул пару часов назад. Не было заметно и того, что Райан просыпался — только, что ли, воды в стакане было меньше. На кровати Алекса валялся скомканный пододеяльник, одеяло лежало аккуратно сложенное на кресле. Что поделать, в июле в Испании жарко… Алекс лег. Но как он ни ворочался и ни пытался найти положения получше, сон не приходил. Он начинал хотеть есть. И чувствовал себя настолько утомленным, что точно не мог уснуть. Алекс как-то автоматически держал глаза широко распахнутыми, и даже мысль закрыть их и подремать казалась какой-то странной. В половину восьмого, так и не сомкнув глаз, Алекс встал с кровати, оделся и ушел. В самолете поспит.

***

17 мая 2013 Алекс не пробыл дома еще недели, а Лиза уже хотела, чтобы он уехал. В любом случае, ждать долго было не нужно. Через еще неделю у него продолжится тур, а она сможет вновь рисовать. Лиза даже не ожидала, что его приезд настолько собьет ее с курса. И не то, чтобы она была не рада ему, но Алекс прогнал все вдохновение. А ведь когда-то он сам им был… В голове проскользнула мысль, что ее держат в браке одни лишь воспоминания. Как хорошо было третьего мая позапрошлого года… Как Алекс ее впечатлил восьмого октября годом раньше… он тогда… — Лиза? Ты какая-то невеселая, — произнесла Элис, забежавшая на чашечку чая и засидевшаяся до позднего вечера. Это была ее типичная черта, и Лиза была вполне к такому готова, пуская в свой дом, однако всегда не любила в ней это. — Да так, задумалась… порошок кончился, надо сходить купить. Подкинешь меня на машине до магазина? — Без проблем вообще! — Пойду тогда переоденусь… После приезда Алекса она не только перестала рисовать, но и от людей в целом хотела убежать: от подруг, семьи и, в первую очередь, мужа. И знала, что вечером они так же, как и всегда, сядут ужинать вместе, будут обсуждать бытовые мелочи и тихо надеяться, что разговор пойдет немного дальше. Затем они будут скучать перед телевизором и от отсутствия тем обсуждать внешность телеведущего. Потом, вполне возможно, будет секс, на который ей будет абсолютно все равно, как, к примеру, вчера. Сейчас она постоянно искала причины остаться одна, отвлекалась на бытовые мелочи. В детстве она никогда не понимала, как мама могла отдыхать за уборкой. Теперь Лиза сама превратила за подобным отдыхом свой дом в рекламу моющих средств. Покупка пресловутого порошка и еще чего-то была лишь видимой причиной. Ей хотелось уйти из дома и избавиться от подруги, встречи с которой она долго ждала — почти два месяца. Элис, вероятно, понимала, что сегодня не тот день, так что сама старалась помочь Лизе, заторопилась отвезти и исчезнуть. Лиза не могла быть более благодарна подруге. Выйдя из магазина, она не спешила домой. К чему спешить туда, куда не хочешь? Она медленно брела по тротуару, благо, погода позволяла. В мае было уже тепло, хоть и прохладнее, чем обычно. Был уже вечер, близился закат. Ужин она пропустила, но избежать его все равно не удастся. У них вошло в привычку ужинать вместе, так что они дожидались друг друга всегда. Лиза позвонила в дверь, и Алекс открыл. Он постарался улыбнуться, но вышло так, будто ему стоило сил здесь стоять. Так что он просто взял пакеты и с отвлеченными вопросами, вроде «что купила?» удалился из прихожей. Весь оставшийся вечер прошел ровно так, как Лиза и предполагала. Все ровно по пунктам, будто по расписанию. Выработанные за три года привычки, которые поначалу еще часто нарушались, потому что была в отношениях еще какая-то спонтанность, активность, а не просто обязанность находиться рядом. Кому вообще нравятся обязанности? Лизе хотелось убежать.