Особенности путешествия на Сибирию в компании автоматона на механическом поезде или путевые заметки. Сборник.

- Лжец! Это прозвучало так внезапно и громко, что Оскар, уже долгое время ковырявшийся в механизмах поезда в оглушительной тишине одинокой станции вздрогнул и уронил гаечный ключ. Он повернулся, уже зная, что столкнётся нос к носу со своей обиженной пассажиркой. - Кейт Уолкер! Я занят крайне важным делом! Следует устранить поломку… - Не притворяйся, - она будто не слышала его слов, - что не понимаешь. Ты проговорился. - Мы сильно отстаем от расписания, - в свою очередь продолжал он. - С чего ты решил, что была поломка? - Это… я… был посторонний звук. - Чушь! Напор женщины, казалось, выбил автомата из колеи. Он пытался придумать очередной занудный ответ, чтобы поскорей спровадить её. Она наконец-то застала его врасплох и теперь, всё, чтобы он ни сказал (любая отговорка), её не устроит. Если бы он ответил сразу и невозмутимо, это могло поколебать её, и любопытная натура женщины была бы удовлетворена. Но он запнулся, выдав себя с потрохами. Ко всему прочему он начал ломано жестикулировать, что окончательно убедило мисс Уолкер в своих подозрениях. - Признавайся уже! – Не вытерпела она. Ему ничего не оставалось, кроме как подчиниться. - Возможно, произошла утечка масла, что может нарушить сцепление. - Удивительно, - проговорила она, неотрывно разглядывая его, - я не придала этому значения в Комсомольске, но сейчас… Ты можешь слышать запах. Как ты это делаешь? - Сомневаюсь, что смогу ответить на этот вопрос. - Ты сказал, что от Бородина «гнусно воняло», я это запомнила. Чем от него пахло? - Не могу точно ответить, - с этими словами он, как ни в чем не бывало, поднял ключ и отвернулся, упорно рассматривая механизмы поезда. Она, естественно, не поддалась на всю эту показушную холодность. Инцидент в Комсомольске ясно дал понять мисс Уолкер, что Оскар совсем не так прост, как кажется. Разумеется, она понимала, что чувствовать запахи так, как это делает человек, он априори не мог. Возможно, он улавливает их каким-то иным, неведомым ей и совершенно фантастическим образом. Например, она ни разу не задумывалась о том, как он видит. Что если в его программу заложено распознание тех или иных запахов по плотности летучих соединений, которые выделяет тот или иной объект? Размышления завели бы Кейт далеко, в самые мистические закоулки блока «душа», но телефонный звонок переключил её внимание на более приземленные проблемы. Она пялилась на экран уже полминуты. - Не хотите отвечать? Женщина подняла голову с таким видом, что её неожиданно разбудили посреди ночи и заставляли решать какую-то дурацкую задачу. - Не знаю. Что я могу ему сказать? И что он хочет услышать? – Пробубнила она себе под нос. Речь шла о Дэне. Никак давеча она вывела его на чистую воду, и теперь уже жалела об этом, потому как звонки не прекращались. Он всё извинялся и извинялся, и в итоге добился того, что она перестала брать трубку вообще. - И почему все вокруг меня врут?- Она сбросила. - Что он вам сказал? – Продолжал беседу Оскар, не отвлекаясь от своего дела и радуясь, что злость мисс Уолкер перекочевала на другой объект. А Кейт, в свою очередь, отметила, что автомат впервые разговаривает с ней подобным образом: раньше он обязательно развернулся бы к ней и выпрямился, словно отличник у доски или докладывающий рядовой. Нынешняя непринужденность ей польстила, и женщина решила поделиться хоть с кем-то. - Не сказал, а сделал. Изменил. - Что значит изменил? Его незнание этимологии некоторых слов казалось Кейт правдоподобным, хотя она уже ни в чем не была уверена. - Ну-у, - она подбирала подходящий синоним, - обманул. Телефон опять разразился пронзительной трелью, и на сей раз женщина сбросила не задумываясь. - Что, ничего не скажешь? – Вопросила она возмущенно у его спины. - Кажется, всё в порядке, мы можем отправляться, Кейт Уолкер, - сказал он, вытирая руки о тряпку. - Конечно в порядке,- сказала она невозмутимо, - ведь это я разлила масло, чтобы убедиться в своих подозрениях. Он кивнул и мгновением спустя понял смысл сказанного. - Кейт Уолкер! Завод поезда, - обыденная процедура, - прервал их путь ранним утром, когда небосклон уже был чуть просветлен глубокой синевой, но звезды светили по-прежнему ярко и не собирались гаснуть ещё часа два. Женщина созерцала красоту млечного пути стоя у заводника, укутанная в толстый шерстяной плед. Вид у неё был заспанный, немного помятый, но крайне одухотворенный, будто вся эта космическая красота стала на время ей и пищей, и питьем. - Всё ещё обижаешься? – Тихо спросила она у подошедшего автомата. По какой-то неведомой причине она всегда улавливала его настроение, особенно, если точно знала, что причиной этого настроения являлась она сама. Она подняла руку на его поезд, на его священную машину! Да ещё и манипулировала им, чтобы выведать секреты автоматики. Как он вообще её не убил?.. - Извини ещё раз, - она резко почувствовала, что превращается в Дэна, поэтому перешла в наступление, - если бы ты не строил из себя последнее время бездушного робота, то я бы не лезла. - Это не так, - отрезал он. - Так! – Спорила она, зная, что правда на её стороне. Телефон пискнул. Кейт читает смс. Она вздыхает и прислоняется к заводнику спиной, ощущая пронзительный холод. Затем смотрит на звёзды, такие пронзительно чистые и яркие. - Никогда не видела столько звезд. Какая красота! Оскар на удивление не подгонял её отправлением, и женщина могла в полной мере ощутить волнительное движение северного утра. Телефон снова пищит. Кейт читает смс. Её лицо озаряется холодным свечением от экрана, и Оскар замечает, как она хмурится, поджав губы. Онемевшими от холода руками она набирает короткое: «Лжец» и отправляет в невидимый сетевой полет. - Признай, что звёзды прекрасны, Оскар. - Я всего лишь автомат, Кейт Уолкер, судить о красоте чего-либо мне крайне затруднительно. - Ну вот, опять ты за свое. Скажи хоть раз, что думаешь. Обещаю, что отстану, если ответишь. - Обещаете? – С надеждой спросил он. Женщина удивленно изогнула бровь, явно не ожидав такой искренней просьбы. - Обещаю, - улыбнулась она. - Хорошо, - согласился он и опять неестественно гордо выпрямился, будто готовый противостоять натиску судьбы. Кейт не удержалась и рассмеялась от всего этого зрелища. Всё-таки он был ужасно мил. Её смех звоном уносился в небо, пока автомат, замерев, наблюдал окутанный тусклым холодным свечением её образ, полный жизни и тепла. Она словно вырвана из контекста совершенно иного мира, не огромной многолюдной Америки, о которой женщина ему частенько рассказывала, а из какой-то полной солнца вселенной. И весь напускной холод, и ледяная маска юриста, и железная хватка стальной леди, даже непоколебимость ума и характера – ничему из этого он не верит. Она его беспардонно обманывает, когда говорит, что не скучает по дому, когда с энтузиазмом рвется в бой якобы без страха и сожалений, когда утверждает, что всё обязательно будет хорошо, и они найдут таинственный остров. Лгунья. У Кейт не осталось умных вопросов. Всех их унес пронзительный порыв ветра и её собственный смех. Осталась только россыпь драгоценных камней на синем небосклоне. Пусть этот разговор будет закончен здесь и сейчас, – решает она, - без всяких возвращений и потому посылает всё к чертям, говорит первое, что приходит в голову: - Ах, Оскар… видел ли ты что-нибудь прекраснее этих звезд? – Мечтательно проговаривает она, и её вопрос звучит как риторический. Она запрокидывает голову и смотрит в небо. Из её полуоткрытых губ периодически вырывается едва заметное облачко пара. - Да, - коротко отвечает он. Она сонно кивает и через мгновенье понимает смысл сказанного. - Нам пора отправляться, Кейт Уолкер, - говорит он и уходит в кабину. - Оскар!