Трудности Программоприручения

       После воссоединения Паблишер и Поинта многие вопросы о выяснении отношений ушли на задний план. Две программы решили просто наслаждаться событиями, из всего извлекая что-то хорошее. Они все чаще проводили время в компании друг друга. Паблишер и Поинт встречались у личных пространств под звуки системного приветствия, а затем уходили вдвоем на край системы. Они не говорили никому о своих встречах, считая, что слишком рано. Да и друзья захотят знать подробности, а какие у них подробности? Просто за руки подержались? Они мечтали, вдвоем строили планы, забирались на обзорные башни Фаерволла и смотрели на мерцающие вдали сигналы. Это умиротворяло. Мечты о приключениях, которые могут перевернуть систему вверх дном, навести шуму и зажечь азарт в каждом жителе системы менялись жаждой тишины и покоя. Тогда Паблишер и Поинт спускались в темные лабиринты системного реестра. Оба верили, что смогут сохранить тайну как можно дольше, а потому совершенно утратили бдительность. Поинт бережно обнимал Паблишер, стоя рядом с лифтом. Поглощенные друг другом, они не услышали, что дверь открылись.       Скайп думал, что сегодняшний день сложится совершенно иначе. Он не сомневался, что сначала юзер будет гонять его и в хвост и в гриву, а затем утверждение плейлиста затянется часа на два, а то и больше. Чату стало неловко за свое появление. Жаль, бесшумно не закроешь дверь и не спрячешься за углом. Скайп попытался протиснуться мимо парочки, именно тогда его заметил Поинт. Он отскочил от Паблишер. Паблишер отскочила от Пауэра, налетев при этом на Скайпа. Скайп смутился и, пробормотав слова извинения, поспешил удалиться. Его распирали эмоции: смущение, радость за друзей. Он хотел поделиться увиденным с Аськой, но все же Поинт и Паблишер ничего не говорили остальным, а значит, поспешное вмешательство может навредить.       Сидя на лестнице с Аськой, чат старался думать о том, что рассказать и показать Майе. Редактору трехмерной графики очень нравилось слушать о системной жизни. Чаты давно обещали организовать ему экскурсию по системе. — Скайп, а может, стоит подселить Паблишер и Поинта? — предложила Аська, — Паблишер вроде бы не пугается Поинта, а Поинт смотрит на нее с такой нежностью. — Да! — Воскликнул Скайп и вскочил с места, — идем к Таску. Пусть он их подселит! Как выразить радость за влюбленных иначе, чат не знал. Он взял Аську за руку и спустя какое-то время эти двое устроили состязание между собой. Было любопытно, кто быстрее доберется до директории Таск Менеджера. Программы верили, что именно им удастся уговорить неприступного Менеджера посодействовать личной жизни рядовых программ.       Таск Менеджер ожидал самых типичных просьб: экстренный канал связи, приоритет процесса повыше, просьбу дать интервью. Он замер, притворяясь сосредоточенным на работе. Сегодняшний день не располагал к глупым беседам: Эсет, который отказывался работать, очередная нестабильность, вызванная тем, что юзер снова установил ресурсоемкую игру с крайне отвратительным характером, а главное: всем срочно надо наивысший приоритет. В ледяном спокойствии Таск Менеджера таился жуткий истерический смех, который так хотелось выпустить его на волю. Как же сложно было дослушать эту просьбу до конца. — Пошли вон, — с улыбкой сказал Таск, не желая ничего объяснять. Если бы эта просьба хоть раз остановила чаты. Они капали на библиотеки до тех пор, пока Менеджер снова не обратил на них внимания. От его взгляда переменные приобретали отрицательные значения. Сделав глубокий вдох, Аська попыталась спорить с ним. Таск не желал идти на контакт и манера «переговорить всех» не работала. Менеджер с облегчением вздохнул, когда его оставили наедине. Программам совершенно не нравились эмоции, которые возникли после разговора с Таском.       Дверь в директорию Майи открылась из-за легкого прикосновения Скайпа к ручке. Сегодня редактор трехмерной графики никого не ждал, кроме Пэйнта, но после общения с другими программами больше ему не хотелось отстраняться от мира. Майя хотел полюбить мир таким, какой он есть со всеми преимуществами и недостатками. С этими мыслями редактор трехмерной графики работал над анимацией, которую в течение долгого времени не было сил завершить. Пэйнт дремал рядом. Он положил руки и голову на стол. А Майя лишь изредка прерывался чтобы полюбоваться спящим возлюбленным. Аська приоткрыла дверь по шире, бесцеремонно оттолкнула Скайпа и собралась бросить громкое «привет». Картина в комнате Майи ее радовала. Не сказав ни слова, она вышла из директории и прикрыла за собой дверь. Чаты переглянулись. А затем снова рванули к кабинету Таск Менеджера. У них изменились планы насчет Майи.       Менеджера сложно довести до того, чтобы он перешел на крик. От него можно добиться повышенной интонации, но зачастую это удивленно вскинутая бровь и приказ, произносимый ровным тоном-импульсом. Единственным исключением из общепринятых правил был Эсэт, но сегодня два чата яро боролись за его место. Очередную просьбу Таск пропустил через себя, в поиске нужных слов. Вот только приличных слов не было. Ярость разливалась по алгоритмам. Если бы программы покинули его личное пространство сразу же после отказа, а не приводили кучу аргументов, Таск бы успокоился, но сейчас это невыполнимая задача. Менеджер встал из-за стола. — А знаете что? Мне это надоело. Все эти просьбы, все эти требования предоставить экстренный канал и ресурсы памяти. Я конечно понимаю, когда это все для дела, но Гейтс побери! На что вы тратите ресурсы? На конференции, не несущие смысловой нагрузки? А канал экстренной связи для круглосуточной трансляции системных сплетен? — Таск уже не скрывал истерику, — я же вам сотни, а может и тысячи раз говорил, что я не вмешиваюсь в личные дела программ. Но вам, кажется, все равно. Знаете что, идите вы в… не ко мне! Аська попыталась успокоить Менеджера, но тот ее не слушал. Он кричал так, что перепуганные чаты оторопели, хоть и не удрали. Таск не думал, что именно он сейчас создает нестабильность в системе. Впервые ему было плевать. Как же надоело думать обо всем. Он снял коммуникатор и швырнул его на стол. — Все! Я сдаюсь. Вот вам ключи от системы. Меняйте приоритеты, создавайте и уничтожайте процессы. Да хоть устройте конференцию на все ресурсы. Мне все равно. Таск побежденно поднял руки и вышел из личного пространства, громко хлопнув дверью напоследок. Пристыженные программы стояли на месте, будто Таск вот-вот вернется и продолжит тираду. Вот только он не возвращался, и тишина, нарушаемая работой аппаратуры давила с невероятной силой. Аська села на рабочее место Менеджера. Она в нем утопала. Чат задумалась: а как на этом кресле можно работать? Оно ведь только для отдыха. Аська рассматривала происходящее на мониторах, цифры и графики были ей абсолютно непонятны. Скайп уселся на столе. Постепенно пристыженные чаты начинали осматриваться. Аська попыталась отодвинуть ящик стола. Ее сущность, желающая куда-нибудь сунуть свой нос, взяла вверх. Скайп уже сменил дислокацию и теперь читал найденный под ковриком журнал Таска. Рядом на тумбочке лежали очки, и Чат тут же их примерил. — Скайп, — позвала Аська. Тот глянул на подругу с умным видом поверх очков, держа журнал, в котором ничего не понимал. — Аська, я похож на него? Ну или на того, кто может управлять системой. Подруга звонко рассмеялась. Скайп в рваных джинсах, длиной футболке, которая на нем висела, растрепанный никак не мог быть Главой Системы. Даже журнал и очки не могли что-то изменить. Аська сняла камеру со Скайпа, сделала пару снимков. А чат позировал, ловя ни с чем несравнимый кайф. Он лег на кровать, делая вид, что уснул за работой. Сидел за столом, читая журнал, изображал работу с пультом управления. Комнату наполнял звонкий смех, щелчки фотокамеры, веселые голоса, обсуждающие каким будет следующий снимок. Скайп нашел ящик стола, который не смогла открыть Аська, и дернул за золотистую ручку, которая не поддавалась. Чаты отодвинули кресло к стене. Кресло врезалось в шкаф, и легкий звон стекла заставил их вздрогнуть. Чаты пригнулись, а потом, вспомнив, что они одни, принялись открывать ящик всеми способами. В ход шли рывки со всех сил и длинные шпильки, снятые с волос Аськи. Вот только попытка взлома привела к тому, что ручка осталась в руке Скайпа, а ящик не открылся. — Ой, — шепнул чат. Он поднялся, бегло ища взглядом, куда же деть улику. Ничего лучше не пришло в голову, чем спрятать под подушкой Менеджера. Второй и третий ящик ничего не показали. Они открылись легко, и кроме байтов бессвязной информации, что стала пылью, в них ничего не было. Чаты подошли к шкафу, где хранились всякие журналы. В основном это были отчеты о работе системы и расходе ресурсов памяти. Все казалось скучным, непонятным. Попытки прочесть журналы были заброшены.       В скором времени чаты принялись просто вынимать всё из шкафа и складывать на пол. Аська тысячу раз в фильмах видела, что за неприметной кипой бумаг будет что-то интересное. Сначала это напоминало поиск сокровищ, а буквально через пять минут показалось рутиной. Чат села на стул. Они со Скайпом в комнате Менеджера — хозяева и уйти отсюда незамеченными не в их натуре. Нужно было оставить какой-то яркий след в истории системы, чтобы это можно было вспомнить перед шатдауном. Аська снова уселась на стул Таска, а Скайп принялся ее раскачивать как на карусели. Его взгляд припал к оставленному коммуникатору и пульту управления.  — Таск походу ничего не заблокировал, — задумчиво Скайп. Аська придвинулась к монитору поближе, чат держался чуть позади. Оба боялись, что система выкинет табличку «Доступ запрещен». Этого не произошло, когда Скайп, одолев страхи, коснулся панели управления, провел по ней ладонью. Пульт отвечал лишь ровным мягким свечением. Столько времени они мечтали добраться до святыни и осуществить множество планов, но сейчас сидели и растеряно смотрели на мониторы. Они удивлялись, тому, как Таск ловко и безо всяких подсказок справлялся с поставленными задачами. Аська первая оставила удивление, поддаваясь новой идее. Она не знала, сработает это или нет, но все шансы нужно использовать до конца. Чат ввела пару команд в командную строку. Она действовала интуитивно, обращаясь к кодам, которые заложены в алгоритмах каждой программы.  — Подключение к экстренному каналу связи завершено, — оповестил механический голосок.  — [censored]! Сработало! — воскликнул Скайп. Он захватил микрофон. И все фразы, которые раньше разрывали его голову, сразу же забылись.  — Что сказать? — запаниковал Скайп, глядя на Аську.Чат нервничал сильнее, чем перед публичными выступлениями. Аська наклонила голову и легко, будто в этом ничего волнующего нет ответила: «А что угодно, Скайп». Она усадила его на стул, положила руки на его плечи.  — Это твой звездный час. Ты ведь так этого хотел.  — Э…раз-раз. Доброй загрузки.       Голос Скайпа доносился по всей системе за исключением самых нижних этажей, где приходил в эмоциональное равновесие Таск Менеджер. Программы, слышавшие голос Скайпа по экстренному каналу связи, лишь пожимали плечами, и судачили о том, что подвигло Таск Менеджера на эту уступку. Все же Скайп никогда не говорил что-то полезное.  — Уважаемые Майя, Пэйнт, Пауэр и Паблишер, просьба срочно подойти в кабинет Таск Менеджера. Повторяю: Уважаемые Майя, Пэйнт, Пауэр и Паблишер, просьба срочно подойти к кабинету Таск Менеджера. Чат отключил связь и откинулся на спинку стула.  — Слушай, Ась, а давай устроим конференцию на все свободные ресурсы? Безумная идея даже для Скайпа, он представлял ее в мыслях, воплотить не видел возможности.  — А давай! Но как управлять ресурсами? — Бодрый ответ сменился вопросом. Аська безумно хотела воплотить это, учитывая, что все останется незаметным для Таск Менеджера, но ярким событием для остальных.  — Для начала всем надо собраться, а затем мы обсудим план.       Паблишер насторожилась, услышав голос Скайпа, звучащий по каналу экстренной связи.  — Он бы никогда такое не разрешил, — прошептала Издатель, — может, случилось что-то? Вместо ответа на зов программа собралась искать Менеджера.  — Все хорошо. Скайп мог просто достать Таска, и тот дал ему просто поиграться. Ради сохранения целостности модулей. Не думаю, что случилось что-то плохое, — ответил Поинт. Он решил не паниковать раньше времени, хотя его эта ситуация насторожила не меньше. Они с Паблишер шли не спеша к Таск Менеджеру. Паблишер удивилась тому, что кабинете царил легкий хаос, бумаги, выложенные из шкафа, разбитое стекло и… «Чаты за пультом управления?»  — А вы что здесь делаете? — спросил Поинт у Скайпа и Аськи. Чаты принялись наперебой рассказывать о том, что Таск разрешил конференцию на все ресурсы, а сам ушел отдыхать. Пауэр не верил, смотрел на всех удивленным взглядом, а Скайп и Аська подбежали к нему, и принялись умолять Поинта и Паблишер затеять конференцию. Они клялись, что это абсолютно санкционированное мероприятие.  — Так нельзя. Таск Менеджеру это не понравится, — говорила Паблишер, — может, вы его неправильно поняли?  — Ну, Паблишер! Такой возможности может больше и не оказаться в нашей жизни! Я хочу, чтобы ты это увидела! Это будет совсем не похоже на то, что было раньше! Ты же хотела увидеть программный мир? — тараторил Скайп. «А может, я просто зря переживаю? Страшно конечно, но если Таск разрешил, то я зря паникую.»  — Я с вами.       В голове не укладывалось отсутствие Таск Менеджера в его личном пространстве. Возникали вопросы, но формулировать их сложно. Пауэр не верил в то, что Таск Менеджер даст на такое добро. А также, где-то в глубине души Пауэр прекрасно понимал, что их поступок очень далек от правильного. Дверь в директорию открылась, и на пороге стояли Пэйнт и Майя. Чаты сохраняли спокойствие, хотя хотелось расспросить графические редакторы о подробностях программной жизни. Но так как они ждали Винампа, игры, то это обсуждение лучше оставить для маленькой компании. — Заходите, — бросил Скайп, как только появились нужные программы. Аська что-то набрала на терминале, в комнате Менеджера появился ряд стульев. Перед конференцией предстояло небольшое совещание. — Так как Менеджера нет, говорил Скайп, — у нас есть время, чтобы организовать конференцию. — Мы и с ним ее можем организовать. — Нет, вы не поняли! Конференция на все ресурсы системы, — произнес Скайп, — Начнем. Винамп, готовь всю свою музыку. Майя, Пэйнт, что у вас с дизайнами? — У нас есть, я доделал один недавно, но он потянет на себя всю выделенную память. — Об этом не волнуйся, бери памяти сколько нужно. — Но это вызовет нестабильность в системе… — Все будет хорошо. Ресурсы будут равномерно распределены.       Майя колебался. С одной стороны, он хотел бы стать участником таких событий. Неужто Таск Менеджер разрешил подобное? — Все будет хорошо, Майя. Давай сделаем то, о чем нас просят, — Пэйнт сказал эти слова почти шепотом. Растровый редактор не думал о том, что будучи системной программой, он первым ощутит недостаток или переизбыток ресурсов. Майя склонялся к варианту прекратить это все сейчас, пока не поздно. Он смотрел на Паблишер, для которой чужда шумиха, смотрел на Пэйнта, который за все, что угодно, если в этом участвуют друзья. Майя мог отступить, но куда возвращаться, к себе? Надоело затворничество! Оформить конференц-зал дело пары часов. Вся работа будет принадлежать Майе, и Пэйнту нечего здесь делать. Редактор трехмерной графики решил не терять время. Многие программы, не связанные с подготовкой к конференции, одобрили эту идею. И каждого, кто нарушал все писаные и неписаные правила, охватывало волнение.       Программы подходили к залу. Майя никогда не повторялся в своих работах. Дорожка, что вела к залу, покрылась блестящим паркетом, по стенам ползли разноцветные узоры. На потолках висели люстры причудливой формы. Двери были прозрачными, стеклянными. Стоило переступить порог, как создавалось впечатление, будто попадаешь в огромный замок. Посередине была огромная танцплощадка. А за ней, в огражденном ветвистой изгородью секторе, находились пространства игр, ожидающих, кто же все-таки решит попытать удачу? Внутри одного из них, разложив колоды карт, сидел высокий коротко стриженый парень. На нем был вязаный красный свитер с синими и красными рукавами. На свитере сидел огромный мохнатый паук. Пасьянс изредка поглаживал зверька, и тот иногда менял положение. Косынка и другие карточные игры получили не менее заметный и яркий подарок. Заходя в пространство какой-либо игры, сразу можно было догадаться, кому это принадлежит. Даже Сапера порадовали тем, что все пространство было оформлено в военной тематике. Юзер был бы удивлен увидь это воочию. За диджейским пультом устроились Медиаплееры. Даже Виндоус Медиа — ярый сторонник классической музыки — присоединился к этому безобразию.       После приветственной речи чатов прозвучали первые мелодии. Все ринулись выбирать увлечения по вкусу. Многие убежали к картам, зная, что это реальный шанс выиграть пару-тройку дополнительных адресов. Косынка безумно ждала посетителей. Она заманивала их, разрешая выиграть всем, кому хотелось, а затем, разгоряченным азартом программам выдавала безвыигрышные комбинации карт. Карточные игры еще перед самым началом условились о том, как будет разделена прибыль, потому старались все. Адреса памяти активно переходили от программы к программе.       Сапер тоже ждал посетителей. Под зарослями широколистных растений его не видно. Стоило только попасть в личное пространство игры, предлагалось выбрать уровень. Не было привычного деления на клеточки. Винрар ступил на поле. Сразу перед ним открылось минное пространство, которое было обезвережно, а сам архиватор стоял, думая куда ступить. Он знал, что Сапер простым не бывает. Винрар не сомневался в наличии мины, но делал шаг, учитывая размер предыдущих. Взрывной волной его отбросило назад. Архиватор ощутил себя разбитым. Стоящий рядом мальчишка в бронежилете протянул руку, чтобы помочь тому встать. — Спасибо. Сапер провел его на лавочку для отдыхающих. Многие программы проигрывали сразу. Многие сдавались, стоило ступить на минное поле, а некоторым удавалось дойти до самого конца и проиграть.       Каждый в системе ощущал повышение приоритета и прилив сил, создавая обманчивое впечатление собственного всемогущества. И Юзер не замечал подвисания системы и замедленного отклика на команды. А тем временем шла активная игра на адреса памяти. Все столпились у столиков игр и наблюдали за тем, кто решил принять вызов Пасьянса Паука. Кто-то просил у него подсказок, и игра с радостью выполняла просьбу, подсказывая ход, ведущий к проигрышу. Но бывали и те, кто уверенно шел к победе. Пасьянс с огорченным видом отдавал выигрыши. Никто не переживал по поводу потерь, причиняемых системе.       Чаты быстро поняли, что дав вольное пользование ресурсами, ими становится практически нереально управлять. Они вернулись в кабинет. Как же тяжело реагировать на запросы. — Ася, не хватает памяти. Вовсю используется файл подкачки. Аська терялась. Она не понимала, как равномерно распределить ресурсы. Кому приоритет повыше? Чей процесс можно отключить. Кажется, все процессы нужны. Программы от переизбытка получаемых ресурсов дурели. Бесконечные танцы переходили в драки, нарушая всевозможные правила. Несколько раз Поинт бросался в самую гущу драк, чтобы остановить все, но программы воспринимали это враждебно. Музыка громыхала так, что от нее не было спасения в кабинете Таска. Это безумство пугало. Состояние Паблишер оставляло желать лучшего, она чувствовала, как что-то забирает ее силы. Пауэр плюнул на все и, взяв подругу за руку, пошел искать Таск Менеджера.       С повышением выделяемой памяти, Пэйнту казалась, что он парит над землей, но когда эти ресурсы уходили, в глазах двоилось, в голове царил жуткий звон. Майя трижды спасал Пэйнта от падения. Редактор трехмерной графики волновался, когда Аська не стала отвечать по коммуникатору. Они со Скайпом пытались устранить стремительно растущую нестабильность. Командная строка, казавшаяся столь легкой в управлении поначалу, теперь выдавала ответ «Неверный формат команды». Помощи спросить не у кого. Таск Менеджер вышел из укрытия спустя четыре часа. И только сейчас до него доходило все, что было сказано сгоряча. Он представил, как чаты воплотят все сказанное в реальность, но затем тут же вразумил себя: «Да нет, бред какой-то, они же не могли этого сделать». На душе царило небывалое спокойствие. Он размеренным шагом шел по ступенькам. И первое, что насторожило, это доносящиеся звуки музыки. А стоило оказаться на пару этажей выше, как в голову тяжелым молотом ударила нехватка ресурсов. Таск схватился за стену. Добравшись до своей директории, Менеджер напоминал призрака, восставшего из мертвых. Новым ударом стало присутствие чатов в его кабинете за его пультом управления. — Таск, ты это… — Пошли вон отсюда. Менеджеру на миг удалось скрыть свое состояние, но стоило чатам уйти, его скрутило вдвое. Какое-то время Таск не мог вдохнуть, он не знал, за что хвататься. Он сразу же закрыл конференцию и заблокировал освобожденную память. Следующим шагом стало понижение приоритета всех участников вечеринки. Все выигранные адреса стали недоступными. — Внимание! Всем разойтись по директориям, — в микрофоне прозвучал сухой голос. Таск был беспощаден к тем, кто не желал расходиться добровольно. Скайп и Аська стыдливо прятались в директории. Они сидели, обняв друг друга как можно крепче. Чаты боялись, что Менеджер раскидает их по разным директориям. Паблишер и Пауэр спрятались в директории Издательской программы. Она попросила его остаться, а Поинт, не зная, когда снова увидит Издательницу, согласился. Майя принес Пэйнта к себе, обессиливший графический редактор не сопротивлялся. Он прикрыл глаза от слишком яркого света. У Пэйнта не было сил подняться и пойти к друзьям. Таск пресекал любую деятельность, которая не входила в непосредственные обязанности программ.

***

— Поинт, а давай создадим что-то вместе, — предложила Издатель, вытягивая коробку с шаблонами. Пауэр схватил первый шаблон и не дожидаясь объяснений, попытался его сложить. Он не сомневался в своих действиях, но уверенность ничего не приносила. Паблишер наблюдала ха этим ничего не говоря. — Ты слишком торопишься, — тихо сказала она, сев рядом. Издатель объясняла, что нужно делать. Она говорила не спеша, чтобы Поинт вдумался в ее слова и следил за тем, как она перегибает шаблон. Пауэр хороший ученик, пусть и летит впереди импульса. — Поинт, это не та ситуация, когда надо спешить. В скором времени на тумбочке красовались разные птицы, кораблики, а из автофигур был сложен окружающий мир. На обороте бланков Поинт и Паблишер написали историю созданного мира.

***

— Майя, я долго у тебя лежал? — спросил Пэйнт, когда ему стало намного лучше. Майя отвлекся от уборки и сел на кровать рядом с Пэйнтом. — Достататочно. Что помнишь? — Помню, мне стало плохо, помню, как ты принес меня сюда, а потом ничего не помню. — Вот то, что ты помнишь, то и было. — Спасибо. Где остальные? Как на них это сказалось? — Не знаю. Связи нет, да и выйти нет возможности. Таск не позволяет никому выходить без вызова юзера. Я не могу ни с кем связаться. Надеюсь, с ними все в порядке. — Я тоже. Майя, прости, что уговорил тебя на это, и за беспокойство. — Все в порядке. Я рад быть рядом.        Акробат Ридер наблюдал за действиями Таск Менеджера очень отстраненно. Как и большинство программ, он не помнил прошлой жизни, но сохранил черты своего характера. Действия Таск Менеджера ему не нравились. Акробат думал, Таск успокоится в скором времени, но этого не происходило. Ридер возвращался от юзера и решился на разговор с Таск Менеджером. Тот сидел в личном пространстве, наслаждаясь спокойствием в системе. — Что ты делаешь? — Акробат смело ворвался в личное пространство. — Поддерживаю порядок. — Это называется поддержкой? — Да. — Это диктатура, Таск. И ты не прав. Акробат сел на стул, строго глянул на Менеджера.  — Я наблюдал за тобой достаточно давно, и у меня к тебе множество вопросов. — Сталкер, что ли? — ляпнул Менеджер. — Язвить — твоя слабая сторона. И вот что я тебе скажу, Менеджер. Ты поступаешь не лучше чатов. Я бы сказал, еще более глупо, чем они.       Ридер всегда говорит кратко, но его слова не удается сразу забыть. Как и в предыдущей жизни, он говорит, что думает, не боясь последствий. — И почему же я поступаю глупо? — задал себе вопрос Менеджер, — я просто хочу избежать формата, что в этом плохого? Целую неделю в системе была стабильность: ни одного сбоя, ни одного ресета, а главное, все живы. Неужели Таск и правда перегнул с благими намерениями?