Португальская. Очень хотела.

мимо гитар гибсон и ручек паркер. мимо отеля астория и отеля риц. мимо запечатанной наглухо бмв и кабриолета мустанг. мимо фильмов феллини и джармуша. мимо городов и континентов. мимо тюрем и сцен. мимо устриц и картошки-фри. мимо колец-цепочек-жетонов-печаток. мимо церквей и автобанов. мимо кредитных карт и игральных столов. мимо борхеса и буковски. мимо йорка и беллами. мимо пустых флагштоков и парусов с флажками-флюгерами на ветру. мимо тех кто любит меня и тех кто сделал мне плохо. мимо артема и марты. мимо мамы и папы. мимо тебя… д.ар. — Стой! Да блять... Догнала, удержав за рукав немного потёртой кожаной куртки. — Я тебя сразу заметила, можно было не сваливать, раз уж пришла. С последним словом сделала глубокий вдох, облокачиваясь на кирпичную стену здания. Воздуха сильно не хватало, толи от резкого рывка охотника, толи от тяжелой шинели, толи от Сургановой, покорно стоящей рядом. — Зачем ты здесь? Света дёрнула плечом. — Плохо слышишь? Взгляды наконец встретились. Внутри каждой что-то лопнуло, приказывая сердцу подкатить к самому горлу и биться там. Больно. — Я пришла поздравить тебя с выходом альбома. Одними губами. — Ну, поздравляй. — Дин. Не выдержала, отвернулась. Диана размазывала своей жёсткостью, граничащей с жестокостью. — Жду поздравлений. Начинай. Или слов не находится? — Дин, пожалуйста. — А что ты хотела? Чтоб я все к херам послала от радости нашей встречи? Сурганова, сильнее сутулясь, шагнула в сторону. Безбожно хотелось завыть от услышанных фраз. — Ну че, давай. Дрейфишь? Я жду, давай. Резко хватаясь за хрупкие плечи, грубо развернула скрипачку к себе лицом. — Не надо от меня так сваливать. — Пошла ты на хуй, Арбенина. — Что ты сейчас сказала? Вспышка обоюдного гнева, смешанного с ноющей тоской обожгла и вместо ожидаемой пощечины, Света мягко придавила женщину собой, целуя в губы. И Диана ответила. Мгновенно прижимая к себе, стараясь остановить эту секунду, чтобы как можно дольше не разрывать рук. — Светка, дура... Что ты творишь. Сурганова не слушала, жадно прикусывая подбородок и распахивая ворот тяжелой шинели. Рука легла на живот и тут же дернулась с тихим криком. — Диана, ты что… господи. — Тише. Да. — Но… вот черт, я не знала. Отступила назад, боясь поднять глаза на Арбенину. — Никто не знает. — А... — Это только мое дело и обсуждать с кем то… даже с тобой, я не собираюсь. — Да, да, прости. Глупо так, прости... прости меня. Слабая попытка улыбнуться, проваленная сразу же и томительное молчание от желания сказать всё и сразу. — Динь, ты... Махнула рукой, обрывая себя же, и круто повернувшись почти побежала, не глядя под ноги. — Не болей там, Сурганова… не болей.