44 пары обуви и пирог с патокой

Не бечено _________________ Если весь мир это театр, то даже малейшее изменения в поведении может привести к неожиданным последствиям. Я прекрасно понимала, что играть роль профессора Квиррелла у меня не получится. Я буду раскрыта еще до начала представления. Да что там уже говорить, у самого профессора Квиррелла не получилось играть роль профессора Квиррелла. Хотя теперь я точно знала, какая линия поведения заранее проигрышная. — Доброе утро, профессор, — мимо меня прошла какая-то ведьма в бирюзовой шляпке. К слову, я стояла в коридоре возле лестницы, облокотившись на перила. Квиринус уже успел пустить слух о вампире, который якобы преследует его… или что он там придумал. Как ему это удалось сделать за один день, это величайшая тайна, но я подозреваю, что он просто заранее подготовил себе почву к прибытию. Странный, конечно, был выбор. Можно подумать, что здешние вампиры и сюда после Сопряжения Сфер пришли. Лично я вообще бы ничего не меняла случись бы со мною такая фигня. Но что поделать, придется использовать его версию событий себе у выгоду. Выбрая наконец стратегию поведения, я направилась вниз. Главный зал заведения был мрачен, как и при первой нашей встречи. Я даже пожалела, что сменила мантию. Мы с ней смотрелись бы очень органично среди этого старья. Хотя, если подумать, то в сравнении с коридором, зал был очень уютным. Разумеется, за счет желтоватого кирпича и низких потолков. Если вспомнить, что года через три это место преобразуется, следует похвалить или даже поблагодарить владельца за будущий ремонт. — Доброе утро, — произнесла я, подходя к барной стойке. — Скорее уж обед, профессор, — ответил мне Том, — Рад видеть, что Вам лучше. Не сочтите за наглость, но… Ваш акцент… «Ты смотри какая толерантность. Нашел называется к чему придраться». — А что с ним не так? — Ну… Вы не заикаетесь. — Я заметил, — кивнув головой, как бы намекая, что вопрос крайне дурацкий. Впрочем, я не знала, что сделал бы Квиррелл, поэтому решила все же отчитаться. Да и моей легенде это только на пользу. — У меня вчера был достаточно необычный день. Вампир, которого я повстречал, оказывается увязался за мной. Понятия не имею как он меня нашел, но мы здорово побеседовали. Я даже немного разволновался после встречи, — сообщила я, пытаясь воссоздать обворожительную улыбку. Не знаю, что получилось в итоге, но бармен как-то странно посмотрел на меня. — Здорово? — удивился он, прекращая натирать стакан. «Что тебя так удивляет? Услышанное слово или возможность приятной беседы с кровопийцей? Скорее всего, первое». — Немного обновил свой словарный запас. Кого только не встретишь в этом мире, а коммуникация это очень важно. — Ага… — судя по выражению лица, мне не поверили. Собеседник вообще застыл как изваяние. «Плохо дело. Меня уже спалили. Сейчас вызовет Авроров и они меня оглушат в своей излюбленной манере. Проснусь в комнате без дверей и окон, ко мне придет какая-нибудь гнида и будет задавать вопросы, ответы на которые знает только настоящий Квиррелл. Я ничего не смогу ответить и в итоге просижу голышом без еды целый день, чтобы все убедились, что я не под Оборотным зельем. А потом запихнут это тело в Азкабан… вместе со мной. И когда моя жизнь начала уходить под откос?». — Вы так и будете на меня смотреть? — Что? А… прошу прощения, профессор, — улыбнулся и как-то уж громко выдохнул Том, придя в движение, — Просто очень необычно слышать от Вас такие интонации… «А вы что прям так хорошо знакомы? И ведь не спросишь же». — Мои интонации - это мое дело. — Да, конечно, простите. Желаете остаться еще на некоторое время? Учтите, что за эту ночь придется доплатить. «Значит за что-то Квиринус все же заплатил. Хорошо, конечно, что Том сам завязал этот разговор, но почему он так быстро согласился оставить мою манеру речи в покое?». — Кстати, насчет оплаты… У меня появились неожиданные дела, которые не требуют отлагательств. Поэтому я предпочту оплатить комнату до первого сентября. Глаза моего собеседника незамедлительно округлились в немом удивлении. — Мне так будет проще — удобство превыше всего. Сейчас я отправляюсь на Аллею по делам и надеюсь по возвращению увидеть полный счет. Хочу оплатить заранее и больше не забивать мелочью свою голову. — Д-да, конечно. Как скажите, — еще больше удивился владелец. Видимо такие постояльцы у него не часто. Прощаться я не стала, просто развернулась и зашла в пристройку возле паба. Руки немного подрагивали. Прикрыв за собой дверь, я уставилась на кирпичную стену. «Здесь явно нужна штукатурка. Будто орех, который вороны поклевали. Та-а-ак… какая же там последовательность?» — подумала я, достав палочку. Я все еще не была уверена, что у меня что-то получится с ней, поэтому молила всем возможным богам и духам, чтобы во время моих попыток сюда никто не вломился. Особенно, чтобы это были не магглорожденые студенты первогодки, которые только обрадуются, что здесь есть преподаватель, способный открыть для них путь в мир волшебства. Вот позор-то будет. — Ох… В центре стены была очень характерная дыра. Ее сложно было не узнать, хотя если бы я не видела фильм, то потратила бы уйму времени, затерявшись среди всех этих дыр. Попробовав несколько вариантов по и против часовой стрелки, я пришла к выводу, что маги особо не напрягались над шифром. Хотя зачем эта стена вообще нужна в пабе, в который могут войти только волшебники? Словно консьержка в подъезде с домофоном. Когда стена… эм… разъехалась… нет, трансформировалась, я чуть в обморок не упала. И таки упала бы, если бы не додумалась перед выходом выпить Успокаивающего зелья. Просто подумала, что это было бы не лишним в мире, где не действуют законы здравого смысла. Еще один флакончик я взяла с собой. Аллея Диагон встретила меня шумом, ярким солнечным светом и ароматами цветов, лака и древесины. Приятный запах, если дышать не глубоко. Везде бродили волшебники и волшебницы в старинных на вид робах: обычных, сверкающих, темных и разноцветных, в остроконечных шляпках или без них. Было заметно, что еще не все студенты скупились к началу учебного года. По дороге то и дело встречались небольшие группки молодых людей в школьных мантиях, которые собирались возле дверей магазинчиков и что-то взволновано обсуждали. Одна из таких групп, что выбрала себе «Все для Квиддича» как место дислокации, вызвала мою ироническую улыбку. Мне не нужно было проходить мимо них, чтобы знать предмет обсуждения. Сперва на меня не обращали внимания, но вскоре много взглядов стало провожать меня. Можно было подумать, что во мне узнали преподавателя, но взглядов было слишком много и никто не спешил здороваться. Некоторое время я не понимала, в чем тут прикол, и просто не обращала на них внимания. Вскоре до меня дошло, что именно было со мной не так. «Ну, да… мужчина с женской походкой это то еще зрелище. Хорошо, что мантия скрывает большинство движений и никто не видит, как я выставляю ноги при ходьбе. И бедрами меньше вилять надо». Впрочем моя походка была больше похожа на походку того, кому ноги переломали. Ведь идти в теле человека, который на голову выше тебя и обладает совершенно другим строением этого самого тела, это как минимум не привычно. Кто всю жизнь проходил на каблуках, а потом надел балетки, поймет меня процентов на 10. Возможно, что все причиной было зелье или относительная схожесть этой Аллеи с ее реконструкцией, которую мне приходилось посещать, но атмосфера меня не сильно пугала. Главное было не всматриваться в детали, которые могли развеять иллюзию постановочного мероприятия. Поэтому я старалась не крутить головой, а смотреть только прямо, не отрываясь. Моей целью было посетить Гринготтс. Идея, конечно, не самая хорошая. Тут к людям надо привыкать, а я решила шокировать саму себя видом новой расы. «А не выпить ли мне вторую бутылочку прямо сейчас?» — подумала я, подходя к отполированным до блеска бронзовым дверям. Надо отдать должное изобретателю Успокоительного зелья. Я прекрасно осознавала, что напугана, но совершенно не чувствовала себя так. Странное ощущение, будто спишь и наблюдаешь за своими чувствами со стороны. Внешний вид гоблинов был забавен. Нет, правда. Я сначала не поверила, что перед мной живое существо находится. Их надменный вид ни как не сочетался с маленьким ростом и сморщенным лицом. Если бы не зелье, то встречающим гостей гоблинам в красно-золотой униформе довелось бы наблюдать за хохочущим Квиринусом Квирреллом. Причина, по которой я решила посетить банк раньше, чем-то позволяло мое психическое состояние –письмо от работников банка. Согласно ему, новый сейф был готов. Что это за сейф и какого его содержимое — вопрос чрезвычайной важности. В личных вещах Квиррелла я также нашла два банковских ключа. Следуя зову своего любопытства, я сгребла ключи вместе с письмом и направилась в банк. Войдя непосредственно внутрь здания, я едва удержалась от восторженного «Ухты». Зал был огромен, с высокими потолками и круглыми окнами. Стены были выполнены из белого мрамора, а колонны из черного. Огромные золотые люстры практически затмевали собой солнечной свет, повсюду были отблески от позолоченной лепнины в виде птиц. Сам коридор казался бесконечным. Этот Гринготтс не имел ничего общего с киношным убожеством. Ну, разве что за исключением гоблинов, которые были такие же недовольные и смешные. Все они были заняты своими делами: кто взвешивал драгоценные камни, кто проверял их на подлинность, кто ставил штампы на различных документах и прочее. Свободным казался только один гоблин — тот, что сидел в самом конце. Вот его я узнала. Это был не тот гоблин, которого показали в фильме, но на нем была та же одежда, а в руках то же перо. Ни чуть не сомневаясь в своем выборе, я направилась к нему. На меня обратили внимание только, когда я подошла вплотную. Очень старый, практически древний, мужчина (думаю, это уместно называть гоблина мужского пола мужчиной). Все вокруг него было покрыто паутиной, будто он не покидал свое рабочее место с самого 1474 года*. Что примечательно, возле других гоблинов такой красоты не было и в помине. — Чем могу помочь? — прокряхтел мужчина («Лучше не назвать его гоблином даже мысленно — с ума сойду»). — Квиринус Квиррелл. Желаю посетить свой сейф под номером 998* и узнать, кто открывал на мое имя сейф номер 710, поскольку точно уверен, что это был не я. Ключи к обоим сейфам имею, также как и уведомление об открытии сейфа 710. Но боюсь, письмо уже вскрывали до меня. Мужчина перед мной склонил голову на бок с задумчивым видом. Я ожидала увидеть оскал или что-то подобное, но видимо к моим словам отнеслись более чем серьезно. — Дэрготт, проводи мистера Квиррелла в бокситовую гостиную. На этом его интерес ко мне пропал и мужчина вернулся к своим записям. Ко мне подошел еще один мужчина в темном деловом костюме. Этот выглядел моложе, но все еще был похож на игрушку из магазина. — Прошу, мистер Квиррелл, следуйте за мной, — произнес он, вперевалочку направившись к одной из боковых дверей. За дверью оказалась лестница на второй этаж. Когда мы добрались на четвертый, Дэрготт свернул к двери вишневого цвета и пригласил меня внутрь. Гостиная была приятно обставлена. Она была похожа на современный кабинет, только немного стилизован под аристократичный шик былых времен. «Интересно, кроме гоблинов кто-то идет в ногу с современностью?». В этой комнате окна были очень большие, отчего и так светлая (с обоями цвета травы и белой мебелью) она казалась местом обитания толкиенивских эльфов как минимум. Дверь за мной закрылась и я оказалась в комнате одной. «Видимо заданием Дэрготта было только провести меня до гостиной, не более того. Что ж, тогда подождем. Надеюсь, мой запрос не покажется гоблинам слишком подозрительным и они не любят работать с Министерством». Чтобы скрасить свое ожидание, я подошла к одному из окон и открыло его. В комнате царил величественный минимализм и рассматривать было особо нечего. На улице пару волшебников затеяли ссору. Слышно было плохо, но кажется, один из них был уверен, что второй испортил ему мантию какими-то красками. Второй, конечно, был не согласен. В душе я искренне желала, чтобы парни устроили дуэль посреди улицы, но более старшие волшебники быстро увели парней в разные стороны. Жаль… — Добрый день, господин Квиррелл, — послышалось у меня за спиной. Наблюдая за волшебниками, я и не заметила, как в помещение вошел еще один гоблин. Он был молод и с русыми волосами. До этого я видела только лысых представителей расы, поэтому рассматривала его с нескрываемым интересом. Правда, из-за зелья это было не заметно. — Здравствуйте, — кивнула я. — Что, Квиринус, опять забыли, как меня зовут? Оно и не удивительно, но должен сообщить, что меня начинает раздражать Ваша забывчивость. После последней встречи я надеялся, что информация наконец усвоена. Я разочарован. — Прошу прощения… — Орфилд, — недовольно оскалился мужчина. — Прошу прощения, Орфилд. У меня плохая память на имена и лица, — в попытке замять ситуацию, извинилась. Я помнила, что волшебники не стремились запомнить имена гоблинов, но Квиррелл кажется пытался. Это интересный факт. Странно, что у него долго не получалось, ведь имя этого гоблина было легкое и приятное на слух в отличии от других имен, которые мне приходилось слышать. Опустим тот факт, что слышала я всего три, включая Дэрготта и Орфилда. И то… их же я запомнила. «Кстати… Квиринус и Орфилд знакомы? Сколько еще знакомых лиц мне придется встретить?» — Ох, — закатил глаза собеседник, — Приступим к делу. Мне сообщили, что у Вас вопросы по сейфу 710. — Да. Сегодня утром я получил в руки письмо. К моему удивлению оно уже было вскрыто. Ни каких чар, которые были бы лишние, я не обнаружил. Установить, откуда пришло письмо также не удалось, — начала я свой рассказ, протягивая письмо. Орфилд его взял, внимательно изучая. — Я более чем уверен, что не прерывал свой отпуск, чтобы посетить банк. И уж тем более не припомню, чтобы я открывал еще один сейф. Мне и одного достаточно. — Хм… Вы в этом уверены? — Вы должно быть издеваетесь. — Очень тревожные новости. Я прекрасно помню, как 15 июля мы сидели в этой же комнате, обсуждая комплект охранных чар для Вашего сейфа. — Орфилд, поверьте мне, меня не было и быть не могло в этой комнате 15 июля, — заявила я, глядя в глаза гоблину. Если задуматься, я даже ни разу за весь разговор ему не соврала. Лично меня и правда здесь не было и быть не могло. А вот на счет Квиррелла я не была бы так уверенна. После моих слов гоблин как-то скривился. Его лицо приняло озадачено-разозленное выражение. — Вы не допускаете возможность того, что Ваша плохая память, — буквально выплюнул мужчина, — могла быть изменена с помощью заклинания? — Я не пытаюсь обвинить банк в некомпетентности, мистер Орфилд. Единственное, что я хочу знать, это откуда, черт возьми, у меня этот ключ, — возмутилась я. Гоблин скривился еще больше, но так ничего и не сказал. Погладив пальцем выпуклый стеклянный участок стола, он внимательно посмотрел на меня, изучая. — Как Вас зовут? — спросил он. Внутренне я испугалась вопроса, но Орфилд не мог заметить этого. «Раскрыл ли он меня или это стандартный вопрос? В любом случае, обращается он не ко мне лично, а к профессору». — Квиринус Квиррелл. И Вы точно издеваетесь. После минутного молчания, во время которого я внимательно наблюдала за тем, как Орфилд нервно загибает край письма, последний таки заговорил: — Что ж. Ситуация выходит нестандартная. Вы не возражаете, если банк оставит письмо и ключ от сейфа 710 с целью проверки на магическое и любое другое вмешательство? — Нет, не возражаю. Сомневаюсь, что банк сможет что-то найти, но не возражаю. — Сомневаетесь? — переспросил Орфилд, прищурив взгляд. — Да, — просто ответила я, ведь мне нечего было ему добавить. «Ну, а что я могу сказать? Конечно, Вы ничего не найдете, ведь письмо пришло кому надо. А я вообще левый человек». — И почему же? — Просто, — пожала плечами, — Я то ничего не нашел. На это заявление гоблин только фыркнул. Не знаю, что он решил для себя, но спрашивать что-либо еще не стал. — Прекрасно. В таком случае, Вам необходимо пройти проверку личности. Мы все проверим и пришлем Вам результат совой. Если понадобится что-то еще, мы также сообщим. С этими словами Орфилд поднялся из-за стола. Я встала вслед за ним с достаточно мрачными мыслями: «Как выглядит эта проверка? Покажет ли она, что в теле у Квиринуса сидит посторонний человек? Если это Водопад воров, кто высушит мою одежду?».