Худший отпуск в жизни

В комнате было жарко и какой-то жужжащий шум выдернул Джима из сна. С трудом разлепив глаза, он обнаружил, что все еще лежит на диване. Он сбросил одеяло, но все равно было жарко. И что это за дурацкое жужжание? — Хватит, — прорычал он, схватившись за голову. Раздался какой-то свист, потом послышался крик Ухуры: — Джим, ты здесь? Ты забыл про встречу? — Здесь, — прошептал он. — Не кричи. — Джим сильнее сжал виски. — Джим? — Шшшш… — Ты в порядке? Боже, ты ужасно выглядишь. — Она провела рукой перед его лицом. — Приве-ет? Почему Ухура находится в его квартире и машет рукой? Это сон? — Господи, ты и правда жутко выглядишь! Ты заразный, как думаешь? Джим просто уставился на нее, находясь в прострации. — Ладно, это было немного грубо, — признала она. Джим вздрогнул, когда к его лбу прижалась рука. — Джим, ты горишь! — воскликнула Ухура. — Я вызову Леонарда. Хорошо, что у тебя всегда один и тот же код на входной двери. Ты мог быть без сознания, и я была бы не в курсе. Джим безучастно уставился на Ухуру. Он видел, как у нее двигаются губы, но не понимал, что она говорит. Может быть, Джим понял, почему она снится ему, если бы его голова перестала гудеть и пульсировать. Он прижал пальцы к глазам, пытаясь уменьшить давление. Джим услышал жужжащий шум и открыл глаза. Ухура стояла перед них, уперев руку в бедро и с ожиданием смотрела на него. — Ну? — спросила она. Джим непонимающе посмотрел на нее. Нет, никаких догадок. Ухура поднесла коммуникатор ко рту. — Сомневаюсь, что он что-то принимал, Леонард. У него очень высокая температура. «Ладно, » — ответил голос из комма. — «Мы приедем так быстро, как сможем. Постарайся сбить ему температуру и не давай двигаться.» — О, с этим не будет проблем. Сомневаюсь, что он смог бы двигаться даже под страхом смерти. Джим снова услышал гудение и отключился. *** Ощущение чьей-то руки, поглаживающей его лоб, выдернуло Джима из лихорадочного сна. Только один человек мог сделать для него что-то подобное. В памяти сквозь туман всплыл ее голос, говорящий: «Все в порядке, Джимми. Я здесь. все будет хорошо.» Затем на его пылающий лоб легла влажная холодная ткань, сдвинувшая потные волосы. Это было так хорошо. — Мама? — прохрипел Джим. Как это возможно? Его спутанное сознание дало ответ. Это мог быть Сэм. Сэм заботился о Джиме, когда тот был маленьким. До того, как ушел. До того, как Джима отправили на Тарсус. Разум Джима отбросил эти мысли, они причиняли слишком много боли. — нет, Джим, это я, Ухура. Ты во флотской квартире, помнишь? Да, вспомнил Джим. Его мама умерла. Сэм ушел, и Джим остался совсем один. Теплая тряпка отодвинулась от его кожи, затем снова прикоснулась, опять став прохладной. — Тише, Джим, все в порядке, я тут и никуда не уйду, — успокоила его Ухура. Он не один. Джим ухватился за эту мысль, прежде чем его сознание уплыло. *** В следующий раз Джим проснулся, когда кто-то коснулся его плеча и слегка встряхнул. — Давай, Джим, открой глаза. Мне нужно, чтобы ты это проглотил. Это поможет от горла. И еще я хочу тебя проверить. Что тут делал Боунс? «Наверное, мне снится сон, » — подумал он, но этот сон продолжал его трясти. — Уйди, Боунс, — прохрипел Джим, — свали из моего сна. — Его что-то укололо в шею. — Ай, прекрати! — Не веди себя как ребенок, Джим. Просыпайся и ешь это, или я скажу Споку, чтобы он тебя подержал, пока я вылью лекарство тебе в горло! Спок молча поднял бровь, взглянув на доброго доктора. Джим попытался применить на Маккое свой лучший капитанский взгляд, но в комнате было слишком светло, и его глаза болели. Боунс все еще водил стаканом у него перед лицом. — Перестань вертеть это у меня под носом, меня начинает тошнить, — едва смог произнести Джим. — Тогда выпей, и я перестану, — сказал Боунс и снова поднес эту дрянь к нему. Вот и все. Джим побледнел и его вырвало на доктора. — Вот дерьмо! — воскликнул Маккой. — Кажется, я предупреждал вас, доктор, заметил Спок, подняв бровь. — Статистическая вероятность… — Спок! — Маккой повернулся к коммандеру и ткнул в него пальцем. — Можешь хоть сейчас меня не бесить? — Маккой повернулся к Кирку, раздраженно бормоча под нос: — Помоги мне его вымыть. Прости, Джим, я должен был догадаться. Джим Кирк лежал на диване, бледный как лист, если не считать двух ярких пятен на щеках. Он отключился. Маккой провел над Джимом трикодером, потом проверил пульс. Удовлетворившись этим, он снял с себя грязную рубашку и бросил ее в корзину для белья, потом взял две чистые из вещей Джима. Когда Спок помогал Маккою снимать мокрую рубашку со своего спящего капитана, кое-что привлекло его внимание. — Подожди секунду, Спок, — сказал он, наклонившись ближе. — Черт, этого раньше не было. — На животе Джима была красная сыпь. — Это не терранский грипп, — произнес доктор, — не удивительно, что лекарства не помогли. Надо будет взять образец крови для флотских медиков. Помоги мне надеть на него рубашку, Спок. Как только они очистили капитана и постелили ему свежее постельное белье, Маккой передал Споку образец крови. — Можешь помочь с этим? Проверь ее сам, дважды… Ради меня, чтобы наверняка. Я знаю, что флотские медики одни из лучших, но эти идиоты что-то упустили, и я не хочу больше рисковать. Речь идет о Джиме. — Даю слово, доктор, — кивнул Спок, и, развернувшись, вышел из комнаты. *** Через шесть часов коммуникатор Маккоя запищал. — Маккой слушает, — сказал он. — Это Спок, доктор. Я еду к вам с нужным лекарством. Буду через двадцать семь целых три десятых минуты. Конец связи. Маккой вздохнул и закрыл коммуникатор.Для Джима это был отвратительный отпуск. *** До Джима донесся мягкий голос Боунса. — Давай, Джимбо, просыпайся. Я дал тебе противорвотное и жаропонижающее, так что в этот раз тебя не стошнит. Открывай глаза. Джим с трудом открыл глаза. В комнате был полумрак, и желудок не волновался. — Кхммм, — он попробовал прочистить горло, но сырость и боль остановили его. Джиму казалось, что он проглотил разбитое стекло и металлические осколки. Боунс мягко взял рукой голову Джима. — Я собираюсь приподнять тебя, чтобы ты выпил лекарство. Оно поможет от боли в горле. — Боунс поднял голову Джима, приблизив стакан ко рту. Лекарство медленно потекло по горлу. Джим слишком устал и слишком плохо себя чувствовал, чтобы задумыватся над этим, а лекарство было прохладным и успокаивало раздражение. Джим закрыл глаза, и Боунс уложил его обратно на подушку. Пульсирование в голове начало уменьшаться. Джим собрался с мыслями. — Боунс, что вы со Споком тут делаете? Вы должны были отдыхать. — Ты не помнишь, как вчера пришла Ухура и вызвала меня? Джим нахмурил брови. — Нет, но почему вы здесь так рано? Вы должны были приехать не раньше, чем к полудню понедельника. — Джим, сегодня вторник, и мы тут со вчерашнего дня, — мягко пояснил Маккой. — О, — сказал Джим. Он не мог придумать ничего лучше. В этот момент в комнату вошел Спок и отдал доктору пакет. — Вот лекарство, которое вы просили. Доктор, я смог изолировать вирус. Капитану удалось подхватить баджорский грипп. В оправдание медиков из Флота могу сказать, что его очень трудно отличить от терранского и у них мало опыта в его диагностике. Я думаю, вы подберете необходимое лечение. — Спок повернулся к Джиму и внимательно посмотрел на него. — Я рад, что вы проснулись и пришли в ясное сознание, капитан. — Спасибо, — ответил Джим. Он, наконец, заметил, где находится и спросил: — Как я попал в кровать? — Спок тебя перенес, — ответил Маккой, заправляя гипо лекарством. — Ты был немного не в форме. — Хм, спасибо, Спок. — Не стоит благодарностей, капитан. Вы были больны, и было верным переместить вас, чтобы ускорить ваше выздоровление, — ответил Спок своим обычным спокойным тоном. Джим посмотрел на него, потом перевел взгляд на Маккоя. — Мне тоже так кажется, — сказал он им. Спок приподнял бровь и кивнул. Маккой усмехнулся и сказал: — Да уж, Джимбо, готов поспорить, что это так. Ну, это гипо тебе поможет. Это займет пару дней, но ты будешь на ногах к концу недели. — Он сделал укол Джиму в шею. — Билет обратно в страну снов. Маккой уменьшил свет до десяти процентов, плотно обернул одеяло вокруг Джима, затем положил руку ему на глаза. Тому хватило этого, чтобы погрузиться в сон. Маккой стоял над Джимом, все еще держа руку на его лбу. — Баджорский грипп, — пробормотал он, — как я мог не понять? Черт, я же знал, что что-то не так! Спок выпрямился, привычно сложил руки за спиной и слегка откашлялся. — Вы не виноваты, доктор. Трудно верно диагностировать состояние здоровья, если не знать всех симптомов. — Спасибо, Спок, — немного смущенно, но с благодарностью ответил Маккой. *** Следующие несколько дней стали для Джима американскими горками, когда его температура скакала то вверх, то вниз. Когда Боунс вводил ему гипо в ноющую шею, то жар спадал и Джим потел так сильно, что приходилось менять постельное белье. Через несколько часов температура снова начинала повышаться. Один раз Джима била такая сильная дрожь, что он думал, что у него сломался зуб. Джим был выжат как лимон. Маккой отправил бы его в больницу, но знал, что Джим лучше чувствовал себя в квартире. Так что Спок, Ухура и он сам по очереди заботились о Джиме — не первый раз и, вероятно, не последний. Наконец, к концу недели, температура окончательно спала. Они так же выяснили, что флотские медики зафиксировали еще три случая баджорского гриппа. Видимо, Джим подхватил его в космопорте. Кто-то прилетел с Тау Сигни и привез вирус, а биосканеры его не зафиксировали. — Технология не может спасти от всего, — возмутился Боунс. — Я все время твержу, что космос полон болезней. Я рад, что Спок играет за нашу команду. Это он изолировал вирус. — Я не понимаю, как командные игры относятся к этой ситуации, доктор. — Ой, просто забудь, Спок, — ответил Маккой, закатив глаза. Джим сел на кровати, наблюдая за представлением, которое наверняка разыграли для него. У него были лучшие друзья и команда во всей галактике. *** — Капитан, лейтенант Ухура просила передать вам, что она зайдет около 1300 и передаст вам от Митчелла что-то, содержащее жареный миндаль и кокос. Полагаю, это замороженное кондитерское изделие, которое она считает полезным для вашего горла. Звучит довольно интригующе. — Это точно, Спок. Когда она придет, то бросай все и присоединяйся ко мне, — сказал Джим. — И ты тоже, Боунс. — Думаю, это стоит попробовать, — ответил Маккой со своей ухмылкой. — Знаешь, я очень давно не ел настоящего мороженого, и, зная Ухуру, это будет хорошим.