Убийцы по обмену

Призрак Спарты стоял на крыше здания рядом с библиотекой Батлера и размышлял о том, как же ему проникнуть в превратившееся в неприступную крепость из плотной бордовой биомассы здание. Внизу, на площади, шел ожесточенный бой. Ясно было, что военные продержатся недолго. - Нам нужно удержать позиции до прибытия «Папочки-Молота»! – закричал один из морпехов. - Да пока он приедет, мы все станем обедом для этих тварей! – отозвался другой, паникуя. – Где его носит!? - По плану собираются остановиться у нескольких Ульев, чтобы протестировать термобарическую пушку, - ответил ему командир взвода. - Да? Плохая это идея, - высказался «паникер». – Пока он добирается досюда, эти твари разъебут его в хлам! Я уже не говорю о том, что нас тоже сожрут! - Отставить нытье, солдат! – рявкнул командир. – Директивы Штаба не обсуждаются! Нам приказано удержать позиции, и мы их удержим! Огонь по зараженным, вы, куски говна! Ничто не должно пересечь Черту! «Термобарическое оружие? – мысленно повторил Кратос. – Это должно быть нечто, что поможет разбить стену библиотеки. Нужно узнать больше». В паре кварталов от Королевского Улья (будем называть библиотеку именно так) прогремел мощный взрыв, так что куда двигаться, было вполне ясно. Прибежав, Кратос увидел разрушенный Улей и большой танк с тремя стволами. Спартанец понял, что это и есть «Папочка-Молот», оснащенный термобарическим оружием. «Странное прозвище, но, по крайней мере, не «Геркулес» или подобное». В сопровождении трех обычных танков и незаметно последовавшего за процессией Кратоса термобарический танк подъехал к еще одному Улью и снова выстрелил. Одного снаряда хватило, чтобы поросший биомассой инкубатор для Охотников сложился, как карточный домик. - Йей! Сосните, ублюдки! – торжествующе кричали солдаты. - Два есть, еще один на пути, прежде чем доберемся до «Мамочки»! – воскликнул командир. Кратос понял, что так он говорил о Королевском Улье. «Надо бы проследить, чтобы с «Папочкой-Молотом» ничего не случилось, пока он не доедет до библиотеки», - решил он. - Лидеры! Открыть огонь! – закричал кто-то. Два огромных чудовища с черной кожей, вылетев из переулка, в пару ударов разбили один из сопровождающих танков. Кратос решил, что нужно вмешаться и спрыгнул вниз. Прямо на одного из Лидеров. - Опять этот псих! Стреляйте! – закричал кто-то. - Отставить! – приказал командир, сообразив, что Призрак Спарты помогает им. – Сосредоточить огонь на зараженных! Кратос несколько раз всадил клинок Лидеру, на которого прыгнул, в ключицу, и хотел «запрячь» монстра, но зараженный, благодаря Ройному Разуму уже знавший, что случилось с его собратьями, немедленно упал на спину. Спартанцу пришлось бы туго, но к счастью, кто-то из танкистов попал Лидеру ракетой в живот, оставив серьезную рану. Монстр взревел и поднялся на лапы, чтобы разобраться с обидчиком, но Кратос снова запрыгнул ему на спину, всадив клинки в рану на животе, и потянул за цепи в разные стороны. Лидер остановился и схватился за живот, пытаясь удержать вываливающиеся кишки, а спартанец подпрыгнул и ударил его в спину, заставив рухнуть на землю и погрузить когти себе в брюхо. Пока Кратос разбирался с одним монстром, второй смог добраться до термобарического танка лишь с несколькими незначительными ранами. Спартанец поспешил оторвать башню от уничтоженного танка и шмякнуть ей о поясницу Лидера, отвлекая его внимание на себя. «Папочка-Молот» продолжил движение по намеченному маршруту, оставив Кратоса разбираться с чудовищем. Призрак Спарты понял, что ему нужно избавиться от Лидера поскорее и догнать термобарический танк – без его помощи военным вряд ли удастся довести «Папочку» до Королевского Улья в целости. Поэтому он еще несколько раз ударил монстра башней танка, как оглоблей, оглушив его. Метнув клинок в пасть Лидеру, он выдернул его из рта на затылке и снова схватил за рукоять. Теперь через глотку монстра тянулась цепь, по которой Кратос пустил ток с помощью жезла капитана Кросса. Лидер забился в конвульсиях, а спартанец подбежал к нему и всадил второй клинок ему в горло и приподнял, держа за рукоять. Удерживая монстра таким образом, спартанец принялся колоть его наэлектризованным клинком снизу вверх в грудь и живот, пока тот не скончался. Тем временем термобарический танк успешно уничтожил третий Улей и двинулся к библиотеке. Там его и нагнал Кратос, уже готовый влететь в обитель Элизабет Грин с шприцом Рэгланда в руке. Но вместо этого ему пришлось наблюдать, как то, что казалось сплошной стеной из биомассы, развалилось на две половины, обнажая ужасного великана, которого «Мать» растила в гигантском коконе специально для обороны Королевского Улья. У него, казалось, совсем не было кожи: плотный, почти квадратный корпус и непропорционально маленькие кривые ноги на вид состояли из голых мышц и сухожилий. Передвигался он, как горилла, опираясь на передние конечности, одна из которых была тоньше другой и оканчивалась когтем длиной в два человеческих роста. Левая же рука была гипертрофирована до такой степени, что великан с трудом волок ее за собой. На ней был вырост из твердой биомассы, выглядящий как каменная глыба, по форме и размерам напоминающая танк, щит и кувалду одновременно. Именно ее зараженный великан обрушил на «Папочку-Молот», одним ударом обратив бронемашину в груду обломков. - Твою!.. Я на это не подписывался! – послышался панический крик кого-то из морпехов. Многие из них побежали прочь, понимая, что у них нет шансов против гиганта размером с дом. (Кратос, конечно же, о себе считал иначе). И только немногие храбрецы остались, стреляя в него из гранатометов. - В голову! В голову этому голиафу стре… - солдат не закончил своей фразы. Мощная конечность великана превратила его в кровавое пятно на асфальте. Спартанец бесстрашно бросился прямо на глыбообразную лапу монстра, взбежал по ней к плечу чудовища, вцепился в него одним клинком и принялся колоть другим бицепс, который был в пять раз толще самого Кратоса. Голиаф замахнулся правой лапой, чтобы ударить назойливую малявку; спартанец соскользнул вниз, к локтевому сгибу великана, любезно позволив ему полоснуть когтем самого себя. Монстр яростно взревел и, в силу своего скудного интеллекта, не нашел ничего лучше, чем еще несколько раз ударить самому себе по плечу, пытаясь разрубить Кратоса, который всякий раз перепрыгивал, цепляясь клинками за плоть чудовища, то выше, то ниже. В конце концов он оказался у щеки голиафа, не преминув несколько раз полоснуть клинком по отвратительно отвисшей, свернутой набок нижней челюсти монстра. Мутант заревел и с особой силой ударил когтем себе по плечу. Кратос обратил внимание на то, что монстр бьет слишком слабо – на мышцах мощной левой руки оставались лишь незначительные разрывы. Это никуда не годилось, поэтому спартанец решил «помочь» голиафу. Выждав момент, когда великан замахнется правой лапой для нового удара, он зацепился клинком за щеку и воткнул жезл Кросса в левый глаз чудовища. Мощности разряда, пронзившего мозг голиафа, не хватило, чтобы убить его, но оказалось достаточно, чтобы парализовать на несколько секунд. Кратос, зацепившись за огромный коготь, нависший над ним, прыгнул к нему и врезался в него ногами, направляя к левому плечу монстра. Голиаф заревел и задергался, но было поздно: саблеподобная конечность глубоко застряла в его бицепсе. Раскручиваясь вокруг огромных лап на вытянутых цепях, Кратос еще два раза врезался в коготь, заставив монстра самого отсечь себе руку. Глыбообразная конечность осталась лежать на земле, а коготь, продолжая движение вниз, вонзился в асфальт. Спартанец хотел воспользоваться этим и перерубить монстру и правую лапу тоже, но смог допилить плоть только до половины. Впрочем, голиаф сам оторвал себе конечность, силясь вырвать ее из асфальта. - Красная Корона! Красная Корона, как слышите? – закричал в рацию один из немногих оставшихся на площади (не сбежавших и не превратившихся в кровавые ошметки) солдат. – Здесь Призрак Спарты! Он разрывает на части ту тварь, которая расхерачила «Папочку»! Оставшийся без рук монстр ревел от боли и ярости, брызгая кровью из культей и смешно ковыляя на своих коротких лапах, заваливаясь мощным корпусом то вперед, то назад. Кратос схватился за застрявший в асфальте коготь голиафа, вырвал его и метнул ему в оставшийся глаз. Ослепленный великан стал растерянно переваливаться, медленно шагая вперед. Спартанец не стал дожидаться, пока он упадет сам, и «помог» ему в последний раз, пробежав у него между ног, оставляя Клинки Хаоса в щиколотках. Оказавшись за спиной монстра, Кратос дернул за цепи, заставляя голиафа рухнуть на брюхо. Застрявшая у него в глазу лапа, врезавшись в асфальт, углубилась в мозг и показалась из затылка великана. Теперь Кратосу предстояло думать, как же ему пробить стену Королевского Улья без уничтоженного «Папочки-Молота». Или нет? На глазах спартанца произошло на первый взгляд невозможное: маленькая хрупкая женская фигурка подбежала к покореженному танку, лишь слегка напрягшись, сорвала с башни термобарическую пушку, которая была в три раза больше нее, и выстрелила в покрытую плотной оболочкой бордовой биомассы стену библиотеки. Бабах! Получившееся отверстие было совсем небольшим. Это наблюдение заставило Кратоса вспомнить, как обычные Ульи складывались от одного термобарического снаряда, как карточные домики от дуновения ветра, и представить, насколько же крепкой была защищающая Королевский Улей биомасса. Тот факт, что все это создала Элизабет Грин, заставлял предположить, что а) она обладает невероятно большой силой; б) сама по себе она очень слаба, и эту крепость возвела для своей безопасности. Тем временем девушка, сорвавшая пушку с танка, уже запрыгнула в «дверь в стене». Кратос отбросил раздумья и последовал за ней. Внутри царил неприятный полумрак; впрочем, это не было помехой для спартанца. Первое, что он заметил – стены Улья изнутри ровным слоем покрывала алая биомасса, из-за чего можно было представить, что это большая обитая красным войлоком камера – если бы, конечно, еще не разбросанный всюду хлам вроде остовов танков, шкафов и ящиков. Второе – на земле лежал разбитый шприц, аналогичный тому, которым доктор Рэгланд снабдил Кратоса. Спартанец понял, что девушка, проникнувшая в Улей перед ним, хотела сделать с «Матерью» то же, что и он. Ну и третье – прямо сейчас они обменивались ударами неподалеку. Две девушки, одна – рыжая, с растрепанными волосами и хохолком, в облегающем костюме подопытной Черного Дозора, а другая – в бордовом пиджаке и брюках, белой рубашке, стриженая под каре блондинка – пытались одолеть одна другую. Элизабет одерживала верх над Карен, поэтому Кратос решил сначала вмешаться, а потом уже задавать вертящиеся на языке вопросы. Спартанец подкрался к Грин и с размаху всадил шприц Рэгланда ей в шею, сдавив поршень. Патоген оказался в организме Элизабет, и она упала на землю, хрипя и мелко дергаясь в конвульсиях. Кратос уже готов был добить ее клинками, но тут Грин перевернулась, поднялась на четвереньки и выгнулась, как кошка. Ее обильно стошнило розовой биомассой, которая начала стремительно расти и обретать форму. - Невероятно… - прошептала Карен, завороженно наблюдая за отвратительным зрелищем. Кратос же был очень заинтересован тем, как она выжила, так что оба они не заметили, что Элизабет Грин тихо уползла прочь. - Карен Паркер, - наконец произнес Призрак Спарты. - Не надо, пожалуйста, - попросила она умоляюще. – Я не держу на тебя зла, и ты меня прости! Мы оба хотим одного и того же – остановить Грин и вирус! Нет? - Что с тобой произошло? – в этот вопрос Кратос вложил все, что его интересовало: как Паркер выжила после инъекции смертельных раковых клеток и почему она теперь отрывает пушки у танков и дерется с Элизабет Грин почти на равных. Но Карен не ответила: она не мола оторвать взгляд от кома биомассы, который стремительно рос, образовывая Высшего Охотника – одного из самых сильных зараженных чудовищ, порожденных «Матерью». - Это же… Клетки не могут делиться с такой скоростью! – бормотала Паркер. Кратос уже приготовил Клинки Хаоса к новому бою. - Карен Паркер, - повторил он многозначительно. - Взгляни – ее иммунная система с легкостью отторгла патоген, который мы с доктором Рэгландом разработали специально против вируса! - Вы с Рэгландом? – Кратос искривил губы и прожег Паркер взглядом. - Да, я… Мы вместе работали над образцами, которые ты ему приносил… Пожалуйста, не злись… ААА!!! – Карен завизжала, когда Высший Охотник сжал ее в своей огромной черной лапе, оканчивающейся мощными когтями. Кратос ткнул монстра под ребра жезлом Кросса, заставив разжать пальцы и отпустить девушку. - Если… Если из патогена, который должен был убить ее, она создала это, то, может быть… нам вообще не удастся остановить ее? – простонала Карен, держась за пострадавший от когтей Высшего Охотника бок. - Может, сперва разберемся с этим? – предложил Кратос, атакуя монстра клинками на цепях. - Пожалуй, - девушка издала тихий вздох, и ее руки покрылись черно-красной биомассой и превратились в стальные когти. Стоит наконец описать, как выглядел монстр, которого Карен и Кратосу предстояло победить. Высший Охотник телосложением напоминал человека, только ростом был под три метра, бугры мышц распирали серо-розовую кожу, и с правой стороны голову и плечо соединяла пульсирующая желто-розовая опухоль. Правая его лапа была крупнее левой, покрыта жесткой черной биомассой и имела мощные когти, левая же была пропорциональна телу и оканчивалась маленьким, похожим на ланцет лезвием. Карен подбежала к чудовищу, чтобы щедро угостить его когтями в брюхо, но успела сделать лишь пару ударов, прежде чем Высший Охотник отбросил ее в сторону, махнув правой лапой наотмашь. Затем он отвлекся на размахивающего клинками на цепях Кратоса, и Развитая девушка получила возможность забежать сзади. Но и тогда монстр быстро развернулся и отбросил Карен с удвоенной силой, и, не прекращая движения, снова повернулся к спартанцу, который как раз подбежал, чтобы всадить клинки ему в почки. Паркер подобрала старый шкаф (в нем, вероятно, раньше держали книги) и прицельно метнула. Импровизированный снаряд попал в голову Охотнику, оглушив его; Кратос же сделал кувырок назад, чтобы не попасть под удар. Подбежав, Карен запрыгнула монстру на спину и стала «ласково приглаживать» его когтями по макушке. Спартанец, не желая оставаться в стороне, принялся наносить колющие удары снизу вверх в живот Высшему Охотнику. Наконец порождение Элизабет Грин сорвало Развитую с себя, отшвырнуло, и обрушилось обеими лапами на Кратоса. Однако спартанец успел сделать кувырок в сторону, при этом не забыв полоснуть клинками по ногам противника. Оказавшись сбоку от монстра, он тут же сделал еще один замах, ударив в икры монстра сзади. Монстр упал на колени, а потом сразу на бок, сбитый остовом танка, который швырнула Карен. Кратосу тоже пришлось броситься на пол, чтобы несколькотонный предмет не попал в том числе ему по голове, так что теперь спартанец и Высший Охотник лежали рядом. Последний не преминул воспользоваться этой ситуацией, перекатился, оказавшись над своим врагом (как же мы все рады, что это не постельная сцена), и выпустил из тела извивающиеся отростки. Карен знала, что это значит – Высший Охотник намеревается поглотить Призрака Спарты. Она спешно швырнула в монстра еще один танк. Охотник покатился в одну сторону, а Кратос – в другую. Монстр поднялся на ноги, чуть ссутулясь. За его спиной появились три обычных Охотника и две гидры. - Их больше! Надо прикончить этого здоровяка, - крикнула Карен. Кратос, применяя разные атаки, потихоньку изматывал Высшего Охотника; цепи клинков позволяли ему держаться на расстоянии, не попадая под лапы врага. Один раз монстр сумел поймать когтями цепь и подтянуть спартанца к себе, чтобы насадить на свою похожую на ланцет левую руку, но тот выхватил дубинку Кросса и угостил его хорошим разрядом, одновременно отталкивая от себя лезвие отродья Грин пинком. Выхватив у него цепь, Кратос поспешил откатиться в сторону, так как Карен швырнула в Высшего обломком бетона. К сожалению, спартанец не посмотрел, куда он откатывается, и оказался в пасти гидры. Стена Улья взорвалась, и внутрь въехали морпехи на танках. - Консервные банки! – воскликнула Карен. – Вовремя. У Кратоса были заботы поважнее – например, не стать обедом для гидры. Поднатужившись, он раздвинул сжимающиеся на нем «усы», сделал сальто и врезался клинками прямо в то место, где тело твари расходилось надвое. Гидра задергалась и отбросила спартанца, вереща от боли. Кратос приземлился на ноги и тут же воткнул клинок в пасть оказавшемуся рядом Охотнику. Схватившись за нижнюю челюсть мутанта, он дернул лезвие вниз, разрезая горло и отрывая его переднюю часть вместе с добрым куском груди. Ударом кулака Кратос разбил Охотнику ребра, затем вырвал сердце и отбросил в сторону. Карен тем временем завладела одним из танков и запустила в «здоровяка» ракетами, разворотив ему брюхо. Придерживая вываливающиеся органы лапой, Высший Охотник хотел уйти, чтобы отрегенерировать в тишине, но на его пути оказался Призрак Спарты. Кратос метнул клинки в огромную лапу монстра и, дернув за цепи, оттянул от его брюха; тот обиженно зарычал – его кишки ленточками вывалились на землю. Спартанец же, ловко обращаясь с цепями, заставил Высшего Охотника вонзить когти в землю, затем, подбежав, поймал его за руку-лезвие и с ней поступил так же. Монстр попытался вырваться, но подоспела Карен и ударила ему по спине башней от танка, как молотком по гвоздю, заставив его погрузить лапы в землю почти по локоть. Кратос бросил клинки в затылок порождению Грин и принялся дергать цепи вниз, заставляя Высшего Охотника биться лицом об землю. Интервал между ударами был примерно в полторы секунды, и после десяти таких Карен начала задумываться, не сказать ли Кратосу, что их жертва уже после шестого-седьмого перестала шевелиться. Впрочем, спартанец скоро сам бросил это увлекательное занятие. - Уходим. Пусть солдаты сами разбираются с оставшимися зараженными, - сказал он, убирая клинки за спину. Используя сандалии Гермеса, он рванулся к выходу. Карен, к его удивлению, и не думала отставать. Еще раз Кратос удивился, когда они забежали в безопасный переулок, чтобы отдохнуть и решить, что делать дальше: в то время как он был с ног до головы залит кровью и черт знает чем еще, Паркер была такой чистой, будто только что из швейной с новым нарядом вышла. - Что? – спросила она, с опаской глядя на спартанца и превращая свои когти обратно в обычные человеческие руки. - А, ты хочешь знать, как… Ладно, думаю, тут нечего скрывать. Когда ты ввел свой патоген в мой организм, я почувствовала, как он… словно пожирает мои ткани изнутри. Мне было очень больно и очень страшно, но я сохранила способность трезво мыслить. Патоген был разработан для борьбы с вирусом Черного Света, так что я решила ввести себе инфицированные клетки от одного из образцов. Я знала, что рисковала, ведь могла стать одним из этих зараженных, потерявших разум, но… Я превратилась в это, - Карен осмотрела себя. – Стала невероятно сильной, быстрой и научилась абсорбировать… Ну, скажем так, поглощать… живых существ. Но паразит был еще во мне, и я обратилась за помощью к доктору Рэгланду. Образцы, что ты собрал для него, помогли вылечить меня. Спасибо, - неуверенно добавила она. - Ясно. Теперь нам нужно найти Элизабет Грин, - практичный спартанец решил вернуться к главной проблеме. - Кто знает, куда она… Я вернусь в госпиталь к доктору Рэгланду. Мы дадим тебе знать, если что-то выясним. Ты ведь будешь у Даны Мерсер? Мы позвоним ей. Кратос кивнул и пошел прочь, раздумывая. Сейчас они с Карен Паркер расстались мирно, но что будет дальше – пока никто не знает. Несмотря на приобретенные сверхчеловеческие возможности, девушка оставалась таким же ученым, поглощенным жаждой во что бы то ни стало узнать как можно больше о природе происходящих на Манхеттене процессов. Кто знает, на что она способна, объединившись, например, с МакМалленом? _____________________________________ Дану Призрак Спарты застал сидящей на диване перед телевизором со странным пультом в руках. На экране он увидел громилу с зеленой кожей в рваных синих трусах, прыгающего от небоскреба к небоскребу в городе, очень похожем на Манхеттен. - Что это? – спросил Кратос. - Блядь, ты опять напугал меня! – воскликнула Дана, роняя геймпад. – Это видеоигра. Такое электронное развлечение – надо управлять вымышленным персонажем с помощью геймпада или клавиатуры с мышью, выполняя миссии. - Хм. Должно быть, неприятно быть под вот таким контролем. - Что? Нет! Его вообще не существует! Это… это, как бы тебе объяснить – картинка! Ладно, неважно. Вы с Рэгландом нашли Грин? Кратос поморщился и начал свой рассказ, изредка бросая косые взгляды на зеленого персонажа на экране, который, оставшись без управления, смирно стоял, лишь слегка покачиваясь.