Убийцы по обмену

Царство Аида оставалось все дальше и дальше внизу по мере того, как Алекс Мерсер бежал вверх по Цепи Баланса. Его ждал Олимп и битва с царем богов Зевсом, но примерно на полпути мутант сделал остановку, зацепившись за одно из звеньев и с интересом рассматривая широкую пещеру, в которой тут и там были развешаны огромные кубы, некоторые отдельно, некоторые группами, образуя фигуры, как в тетрисе. Вдалеке болтался подвешенный над пропастью за руки истощенный старик. Но он не интересовал Мерсера, а вот жилистый, атлетического телосложения парень в тоге со светящимися как раскаленный добела металл волосами, сидевший на одном из кубов, свесив ноги – очень даже. - Ух-хухуху, гляньте кто это – Алекс Мерсер! Варвар, пораженный иноземным проклятьем; выскочка, возомнивший, что Олимп склонится перед ним! - Гермес, - мутант оттолкнулся от Цепи Баланса и приземлился на куб позади бога-посланника. – Я знаю, ты обучил людей письму и счету. Стоит ли убивать тебя? Может быть, у нас с тобой найдутся общие мотивы? - Хм, - Гермес вдруг сделал рывок с места и спрыгнул на другой куб, чуть пониже. Развернувшись к Алексу, он сложил руки на груди и сказал: - Думаешь, сможешь перехитрить меня? Ты пытаешься подмазаться ко мне, потому что знаешь, что не сможешь поймать меня! – бог загоготал. Мерсер стиснул зубы: - Ты так в этом уверен? - Со мной скорость Олимпа, смертный! – Гермес горделиво вздернул голову. - А со мной – скорость Черного Света! - Занятно, - посланник богов коснулся пальцем подбородка, изображая заинтересованность. – И куда ты с ней собрался? – Гермес перепрыгнул на цепь, сев на одно из звеньев. – Вторгаться в чужие миры, куда тебя не звали? – поинтересовался он, болтая ногами. – Ах да, ты же собрался убить своего «тезку» - Зевса! – Гермес издевательски рассмеялся. – Не выйдет. Не может выйти. Ты только насмешишь богов. - О, Ареса, Посейдона и Гелиоса я уже здорово «рассмешил», - процедил Мерсер. – Хочешь, и тебя повеселю? - Хочу, - Гермес гыгыкнул. – Собственно говоря, у тебя уже здорово получается, - посланник богов вскочил и простер к собеседнику руки в театральном жесте. – Алекс Мерсер, Алекс Мерсер, отчего ты так невесел? – Гермес приложил руки к щекам, как заправский мим. – Злой, как тысяча горгон, убить стремится всех богов! Ах, но он вовсе не злодей – ебёт его судьба людей! – бог отвратительно загоготал и сделал еще один театральный жест, приложив одну руку к сердцу, а другую тыльной стороной ладони ко лбу. – Куда тебе, безумный варвар, понимать, что смертным не положено все знать! Пришедший со своим уставом в чужой храм – знай, лишь смерть тебя ждет там! – еще раз рассмеявшись, Гермес сорвался с места и побежал по цепи вверх. «Может быть, прибить его позже? Еще успеется», - лениво подумал Мерсер, но все-таки прыгнул к цепи и побежал следом. Выяснилось, что мутант и посланник богов двигались примерно с одинаковой скоростью, но Гермес все равно пропел, оборачиваясь: - Тааак медленно! С чего ты взял, что вообще сможешь меня поймать? - Допиздишься сейчас! – выкрикнул Алекс, выбрасывая вверх хлыст, чтобы схватить наглеца за ногу. Но Гермес не просто так носил титул бога ловкости; он легко ушел в сторону, схватился за кнут Мерсера рукой и рывком перекинул врага через себя, посшибав его телом деревянные площадки, развешанные в шахте, и швырнув вверх. Алекс вылетел в круглый зал на Олимпе, ударившись о потолок каморки с краю, через которую тянулась Цепь, и напоровшись животом на штыри оградки, окружающей ее. Сняв себя с них, Мерсер медленно вышел в центр зала, где за металлическим коконом в виде языков пламени пылал, аки газовая конфорка, Огонь Олимпа. В центре его, нетронутый жаром, был знакомый уже мутанту предмет – Ящик Пандоры. «Вот, значит, какой секрет скрывает от всех громовержец, - хмыкнул Мерсер. – Стало быть, в нем еще есть те силы, что ослабили Ареса? И Зевс так сильно меня боится? Что ж… Это хорошо. Но как мне достать…» - У тебя, может, и есть грубая сила… Но вот скорости тебе недостает! - Не скучай, коробочка, - бросил Алекс ящику Пандоры и обернулся к сидящему на обозначающей выход из зала арке Гермесу. Бог спрыгнул вниз и выбежал под открытое небо; капли дождя, ударяясь об его раскаленные волосы и испаряясь, образовали легкую дымку, окружившую голову сына Зевса. - Тебе везло в битвах, чужеземец, - Гермес подбросил монетку, - но твое везение закончится сегодня! – посланник богов оттолкнулся от стены, спихнул обломок толстого прямоугольного столба и перепрыгнул на трапециевидную каменную площадку слева. - Ты и правда забавный, чужеземец. Давай еще поиграем? – крикнул он. - Хочешь поиграть в догонялки – ладно, - буркнул Мерсер себе под нос, планируя к Гермесу (тот перебежал по стене в сторону и приземлился на деревянные подмостки). – Посмотрим, куда ты забежишь. - Не поймал! – задорно крикнул посланник богов. Алекс прыгнул вперед, подтянул колени к груди и словно пушечное ядро врезался в ту точку, где мгновением раньше стоял Гермес. - Близко, чужеземец, но тебе надо стараться лучше! – поддразнил бог мутанта. Мерсер, выпрыгнув из пробитой своим телом дыры, снова мягко приземлился на подмостки, перекатившись, и побежал за Гермесом. Тот, не сбавляя хода, весело воскликнул: - Может, мне притормозить немного, Алекс? Мутант, разгоняясь, не забывал смотреть по сторонам в поисках чего-нибудь, что можно использовать против бога-курьера. Юркий олимпиец добежал до места, где мост обрывался, но не растерялся, а на скорости прыгнул, схватился за строительный кран, нависающий над пропастью, и перелетел на другую сторону. - Ленииивый смееертный! – пропел Гермес затормозившему перед бездной Алексу, сложив руки рупором. – Долго тебя ждать? Алекс, осмотревшись, оттолкнулся и прыгнул вперед-вверх. А тут как раз летела, пересекая обвалившийся мост, каменная глыба, должно быть, брошенная кем-то из титанов, упорно взбирающихся вверх вдалеке. - Твои ноги так же медленны, как твои мозги! – Гермесу показалось, что снаряд сбил мутанта в полете, и он позлорадствовал. Но на деле Мерсер сделал рывок, изменив направление планирования, и вместе с глыбой врезался в основание крана. Устройство накренилось, готовое полететь в бездну, но Алекс, рванувшись вперед, схватился за крюк, сделал кувырок и швырнул кран вперед, прямо в пританцовывающего в нетерпении Гермеса. - Ааай! – вскрикнул посланник богов. Ему удалось уйти от броска, но обломки дерева все равно достали его. - Допизделся? – поинтересовался Алекс участливо у опершегося на свои колени и тяжело дышащего бога. - Меня не одолеет смертный! – Гермес рванулся вперед и ударил Мерсера кулаками в живот. Тот выбросил вперед когти, намереваясь схватить бога за горло, но сын Зевса забежал Алексу за спину и толкнул его. – Ты меня не поймаешь! Сделав сальто назад, Мерсер избежал падения в пропасть, а затем выполнил широкий горизонтальный взмах хлыстом, намереваясь сбить Гермеса с ног. Но ловкий бог нагнулся назад, как танцор лимбо, поймал кнут Алекса руками и бросил его владельца в бездну. - Да блядь! – воскликнул мутант раздосадовано, делая рывок обратно к мосту. - Я все еще слишком быстр для тебя! – злорадно рассмеялся Гермес. Стиснув зубы, Мерсер выставил вперед руки-молоты и врезался в мост, устроив отбросившее посланника богов сотрясение. - Нечестно, Алекс! Не стукай! – воскликнул Гермес с наигранной обидой. От удара мост стал обваливаться, и бог поспешил бежать вперед. Мерсер полетел следом, отталкиваясь от падающих глыб, чтобы набрать высоту. - Ты все еще здесь? – притворно удивился Гермес, обернувшись. Преследователь и преследуемый выбежали на площадь, где сбившихся в кучу людей терзали гарпии и какие-то демонические собаки. На бегу схватив парочку псин когтями, Мерсер всосал их в себя, восполнив потраченный запас биомассы. Гермес собрался убежать за арку, но Алекс успел бросить попавшегося под руку человека в рычаг, заперев ворота. - Вот теперь поиграем! – крикнул мутант. - Это… это больше не весело, чужеземец! – воскликнул Гермес, в панике осматриваясь, чтобы найти отсутствующие теперь пути отступления. Мерсер же принялся ловить гарпий и неспешно трапезничать, набирая критическую массу. Посланник богов стал носиться вокруг мутанта, осыпая его ударами кулаков. - Я всегда буду быстрее тебя! - Пока будешь жив – наверное, - Алекс взмыл в воздух и всеми четырьмя конечностями ударил в землю. Из нее вырвались шипы, пронзившие носившихся вокруг людей и адских псов. Гермес подпрыгнул, чтобы избежать атаки, но кончики смертоносного частокола все равно достали его. - Ай! – вскрикнул он, упав на правый бок. Шипы пропали; Алекс выпрямился, отряхнулся и подошел к приподнимающемуся на локте Гермесу. - Погоди! – воскликнул бог. – Дай отдышусь. - Некогда мне ждать, - процедил Мерсер, склоняясь над Гермесом. – Папашка твой ждет своей участи. - Собираешься убить меня, когда я безоружен? – посланник богов вытянул свободную левую руку в обвиняющем жесте. – Я так и знал, что у тебя нет никакого понятия о чести, варвар! Алекс схватил Гермеса за горло левой рукой и со всей силы ударил кулаком по лицу, раздробив ему нижнюю челюсть. - Меньше болтать будешь! – сказал Мерсер с кровожадной ухмылкой. Бог-курьер, держась за пострадавшее лицо, заскулил от боли и ужаса. А когда Алекс снова поднял его, схватив за грудки, и всадил клинок ему в пах, разрезая все от гениталий до диафрагмы, он даже закричать не смог, только вяло дернулся и впитался в мутанта. Посреди воспоминаний Гермеса о краже оружия олимпийцев и коров Аполлона («Счастливое детство», - подумал Алекс с усмешкой), о том, как бог-курьер хитростью овладел Афродитой, об убийстве великана Аргуса, Мерсер увидел, как Зевс и Гера поручают Гермесу любой ценой не позволить ему, Алексу Мерсеру, добраться до жены громовержца. «Значит, Зевс разделил секрет Пламени Олимпа со своей женушкой, - понял мутант. – Это он зря, ой зря». ______________________ Гера пригубила вино из инкрустированного изумрудом кубка и осмотрела Форум со своего кресла на балконе. Если Гермес не справится, то именно эта круглая арена, поросшая по краям колючими лозами, станет местом падения Алекса Мерсера. Но вот внизу показалась знакомая светящаяся шевелюра. - Этот варвар мертв? - Агась, - «Гермес» взбежал по стене вверх и уселся на подлокотник кресла рядом с Герой. – Полетел в Пламя Олимпа головой вперед, как и было задумано. - Хорошо. Теперь нужно исправить ущерб, который он причинил Олимпу. - Или исправить ущерб, который Олимп нанес человечеству, - по телу Алекса Мерсера, возвращая ему настоящий облик, пробежали красно-черные змейки биомассы, когда он схватил Геру за горло. Кубок со звоном покатился по каменному полу, расплескивая остатки вина. - Браво! Браво! Прекрасное выступление, - богиня взмахнула рукой то ли в хвалебном жесте, то ли в вялой попытке ударить Алекса. – Даже сам Гермес не передал бы свои манеры так точно. Но неважно. Готов к последнему акту, варвар? - Я бы спросил тебя, если бы меня волновало, что ты ответишь, - Мерсер улыбнулся почти виновато. – Спасибо на добром слове, кстати. Даже жаль теперь оставлять Зевса вдовцом. Ну ничего, скоро скорбеть будет некому, - мутант повалил Геру на пол; диадема слетела с ее головы и раскололась. Богиня в ужасе всхлипнула, когда щупальца дотронулись до нее, медленно внедряясь в тело. Алекс присел на кресло Геры в позу Роденовского мыслителя, перебирая в сознании ее воспоминания. Вот Зевс спасает ее и остальных своих братьев и сестер из чрева Кроноса. Вот свадьба в Кноссе, вот рождения Ареса и Гефеста. Вот Гера насылает козни на ублюдков Зевса, снедаемая ревностью. Вот странный эпизод, где Гера кормит грудью младенца, а потом отталкивает его от себя. Супруга Зевса так и не узнала наверняка, был это Гермес, Геркулес или кто-то другой. Вот Гера на всех парах несется громить шуточную свадьбу Зевса с дубом, затем над ней все смеются, а она притворяется, что оценила шутку. Вот Гера наконец мирится с Геркулесом, а вот уговаривает его выступить против Алекса Мерсера. Это не было сложно, ведь греческий герой и сам рад был услужить олимпийцам, уничтожив зарвавшегося варвара. А вот Гера вместе с Зевсом обсуждают план лабиринта, спроектированного Дедалом, где будет заточена дева Пандора, созданная Гефестом как ключ к Пламени Олимпа. Вот оно! Однако огромный мужчина с выступающими венами, носивший шлем в виде львиной головы с красным плюмажем, аки у римского центуриона, не дал Мерсеру порадоваться, что он наконец-то узнал секрет, вытолкнув его на арену Форума вместе с креслом Геры. - О, Геркулес! – радостно воскликнул Алекс, поднявшись на ноги и посмотрев на вставшего на место, ранее занимаемое поочередно супругой Зевса и самим Мерсером, здоровяка. – Геркулес – это вкусно и полезно. Еще один сын Зевса, сунувшийся в расстрельный список Алекса Мерсера, был настроен серьезно. - Я положу конец твоим преступлениям против Олимпа, варвар! Зевс, видишь ли ты меня сейчас? Считай это моим последним, тринадцатым подвигом, после которого я по праву займу место покойного брата на Олимпе! – самоуверенно провозгласил Геркулес, воздев мощные руки к небу. - Ах да, я же освободил несколько вакансий, - хмыкнул Мерсер. – Что ж, ты можешь занять одну из них, если хочешь. Лично к тебе у меня претензий нет. - В атаку! – закричал знаменитый герой. Отовсюду высыпали солдаты, без лишних слов набросившиеся на мутанта. «Включив» клинок и принявшись пачками расчленять отданных под командование Геркулеса пехотинцев, Алекс продолжил светскую беседу с полубогом. - Значит, не хочешь разойтись мирно, здоровяк. Ну и что мне с тобой делать? Может, содрать шкуру, как Немейскому льву? Или оторвать одну за другой конечности, как Лернейской гидре? Или утопить в говне Авгиевых конюшен? Или скормить хищникам, как коней Диомеда? Ах, столько вариантов… - размышлял мутант вслух, не переставая рубить солдат в капусту. - Не бойтесь его! – крикнул Геркулес, не поддаваясь на провокации Мерсера. Но больше половины солдат уже разлетелись на запчасти, заливая арену кровью, так что ободряющий возглас назначенного им Олимпом командира особого эффекта не имел. Нескольких солдат Алекс расквасил об каменный пресс Геркулеса, бросив их в ложу Геры. Наконец полубог решил, что пора вмешаться в сражение. Двое слуг принесли ему огромные цестусы в виде львиных голов, надев которые, Геркулес спрыгнул на арену, расшвыряв сейсмической волной и Мерсера, и собственных солдат. Алекс при этом напоролся задом на колючие лозы с краю. - Я сокрушу тебя! – прорычал Геркулес. - Удачи с этим, - поморщившись, Мерсер снял себя с шипов. – Я тебя сварю, сожру и отрегенерирую. - Стоять вместе! Сражайтесь, во славу Зевса! – скомандовал полубог основательно струхнувшим солдатам. - Ой, спасибо. Мне очень приятно, - отозвался Алекс, взмахом хлыста убивая с десяток пехотинцев. Атаку можно было бы считать успешной, но Геркулес был не только сверхсильным, но еще и обладал сверхчеловеческими рефлексами: он ударил цестусом по кончику хлыста, вдавив его в землю и заставив Мерсера притянуться к нему, и врезал мутанту по лицу другой рукой. - Ха-ха-ха! Трон бога войны будет моим! - Хорошие у тебя рукавички. У меня тоже есть, правда, не такие модные, - с этими словами Алекс ударил противнику рукой-молотом в пах. Геркулес стиснул зубы и отбросил Мерсера пинком. - Видите, как он дрожит? Поднажмите, ребята. Он падет перед моей мощью! – подбодрив солдат, полубог на скорости бросился на врага. Тот перепрыгнул через Геркулеса, ударил его ногой в спину, вонзил когти в лицо и содрал шлем, заодно исполосовав герою щеки. Полубог вскрикнул и упал на спину, намереваясь придавить Мерсера своим весом, но, будучи не тяжелее танка, только насмешил мутанта. Алекс просунул лезвие под правую руку Геркулеса и оттолкнул его от себя ногами, одновременно взрезая подмышку и сдирая наплечник. - Пфф. Броня – это для слабаков! – крикнул полубог, выдрав из арены кусок стены с колючими лозами и швырнув в Мерсера. Алекс увернулся и, воспользовавшись тем, что Геркулес стоит поодаль, избавился еще от десятка солдат с помощью хлыста. - Защищайся! – воскликнул герой и снова набросился на врага, размахивая цестусами. - Как скажешь, - Алекс пригнулся, уворачиваясь от ударов, и сжал икры Геркулеса когтями, заставив его подогнуть колени, затем несколько раз ударил щитом в лицо, сменил его на когти, вонзил их герою в грудь и дернул, вскрывая вены и старые шрамы от когтей Немейского Льва. Полубог не растерялся и ударил Мерсера цестусами по ушам, оглушив на пару секунд. - Он слабеет! Атакуйте сейчас! – скомандовал Геркулес, избивая Алекса. – Смерть Мерсеру! Мутант в отместку еще раз ударил громилу в пах рукой-молотом, а затем поспешил отскочить в сторону, чтобы перевести дух. Геркулесу здорово досталось, но он все еще держался на ногах и был опасен, как, собственно, и подобает великому герою. Может быть, стоит позволить ему поверить, что он побеждает? Алекс сделал рывок в воздухе, намереваясь ударить полубога ногой в лицо. Это ему удалось, но Геркулес смог перехватить Мерсера за лодыжку и швырнуть в сторону колючих лоз. Алекс сделал сальто, избегая их, но тут здоровяк подобрал трон Геры и бросил его, сбив мутанта в воздухе, таким образом, что Мерсер все же напоролся спиной на шипы. - Когда я покончу с тобой, Зевс наградит меня! – воодушевленно воскликнул Геркулес. - Да, я тебя сейчас так награжу, сука! – процедил Мерсер, рывками сдергивая себя с лоз. Но полубог не дал ему освободиться, подбежав и прибив обратно ударом цестуса. Продолжая бить, он в конце концов превратил мутанта в бесформенный фарш, медленно сползший с шипов на землю. Плюнув на него, Геркулес отвернулся и воздел руки к небу: - Зевс! Твой сын совершил свой тринадцатый подвиг! Теперь… За спиной полубога раздалось жуткое урчание. Геркулес обернулся и увидел Алекса Мерсера целым, как ни в чем не бывало. - Сюрприз, ублюдок! – мутант схватил противника когтями за бока и швырнул грудью на лозы. - Наконец-то! Вызов! – Геркулес, оттолкнувшись цестусами от стены, снял себя с шипов. Но Мерсер тут же вернул его обратно, ударив ногой в поясницу. - Второго раунда не будет! – процедил Алекс, хватая громилу за горло и размазывая его лицо о шипы. Затем он сделал это еще раз. А затем еще раз. И еще. Продолжая это увлекательное занятие, Мерсер превратил левую руку в молот и бил ей Геркулеса в спину всякий раз, как он пытался вырваться, насаживая обратно на лозы. Не прекращая долбить полубога лицом об стену, мутант выпустил щупальца, и скоро остатки плоти упали на землю, разлетевшись в разные стороны. Как обычно, на Алекса нахлынули воспоминания жертвы. Вот Геркулес выбирает между Порочностью и Добродетелью (это не качества, которые он хотел в себе развить, а имена нимф). Вот в безумии, насланном Герой, убивает жену и детей. Вот поступает на службу к царю Эврисфею и совершает свои уже набившие нам оскомину подвиги. Вот помогает старому знакомому Алекса Тесею выбраться из царства Аида. А вот перессорился с богами и дерется со своими дядьями Аидом и Посейдоном. А вот и вовсе отрывает голову богу смерти Танатосу, помогая другу вернуть к жизни погибшую жену (но вместо этого из мертвых вернулся некий Деймос, правда, ненадолго). Вернувшись в реальность, Алекс обнаружил, что цестусы Геркулеса перекочевали к нему на руки. Он собрался снять их, но они заискрились и исчезли. - Что за хуйня? – спросил он самого себя. «Не мог же я поглотить их вместе с этим придурком? Должно быть, они почему-то телепортировались. Возможно, даже отправились в мой мир? Хорошо, что не вместе со мной – я еще не всех богов вычеркнул из списка. Так, теперь в лабиринт, за этой Пандорой. Но сначала…» Мерсер вернулся к Цепи Баланса. Там его ожидал сюрприз в виде парящего вокруг Пламени Олимпа мужчины с пышными белыми гривой и бородой, стянутыми кольцами. В руке Зевс держал огромный меч, пылающий синим огнем. «Должно быть, Пламя Олимпа дает ему силу. Лучше не рисковать и сначала сбегать за Пандорой. Заодно и избавиться от оставшихся союзников Зевса», - подумал Алекс. - Привет, тёзка. Я бы остановился поболтать, но у меня график. Скоро увидимся! – мутант направился к Цепи, но громовержец приземлился прямо перед ним, процедив: - Ты уже достаточно горя принес на Олимп! Творение Гефеста не должно воссоединиться с Пламенем! Ты играешь с вещами, которых не в состоянии понять! Держись подальше от этой… этого… предмета! - Можно и без нее обойтись, если ты будешь так добр и сам сиганешь в Пламя, - Мерсер схватил Зевса за бороду, намереваясь швырнуть в сторону скрытой за стальным коконом «конфорки», но его пронзило электрическим разрядом и отбросило. - Вздорный мальчишка! Я больше не собираюсь терпеть твою наглость! – разгневанный, громовержец взмыл в воздух, замахиваясь мечом. - Тебе и не придется. До скорого! – Алекс, сделав кувырок в прыжке, улетел в шахту, через которую тянулась Цепь Баланса. Меч Олимпа оцарапал каменный пол зала, и оставшийся в одиночестве Зевс тихо сказал: - Туда тебе и дорога, варвар. И на этот раз мой брат так просто тебя не отпустит. Мерсер падал вниз, словно камень, набирая скорость по мере приближения к основанию Цепи. Ему приходилось совершать броски вниз с небоскребов и вертолетов, радуя врагов сейсмической волной, но высота, с которой он сорвался сейчас, не шла ни в какое сравнение с той, что можно набрать на Манхеттене. Это было невероятное чувство: падать с самой высокой точки мира к самой низкой, чтобы разнести там все к чертям. Сила импульса, с которой Алекс врезался в основание цепи, была поистине чудовищной: камень разлетелся во все стороны огромными кусками, а нижнее звено Цепи просто перестало существовать вместе с огромными руками каменных Судей, удерживавших его. Мерсер в центре сотворенной им воронки встал, отряхнулся и вообще держал себя так, словно для него такие падения – часть ежедневной утренней зарядки, на случай если Аид смотрит. А Аид смотрел. Алекс обратил внимание на мощную тушу, покрытую шипами и грубой, словно бы прожаренной жаром Преисподней, шкурой, когда бог Подземного Царства, стоя на площадке сверху, метнул в Цепь Баланса свои изогнутые, как когти, парные лезвия, подняв ее окончание в воздух и зацепив за потолок пещеры. Теперь цепь, по которой Алекс рассчитывал вернуться на Олимп, была для него недосягаема. - Пусть ты и вломился невежливо, я все равно приветствую тебя в своих владениях, Алекс Мерсер. Располагайся, чувствуй себя как дома. На этот раз ты отсюда не уйдешь, - проурчал Аид. Запоздало Алекс сообразил, что пока бог говорил, становилось все темнее, и теперь оказался в кромешной тьме. Выдохнув, он напряг свои чувства. Голос Аида доносился сразу отовсюду, но Алекс рассчитывал услышать шаги, может быть, биение сердца, почувствовать тепло, излучаемое здоровой тушей бога, или наоборот, мертвенный холод его фиолетовых «когтей». - Конечно, ты порадовал меня, покончив с этим засранцем Гелиосом, убившим мою ненаглядную королеву, но твои преступления против моей семьи сильно перевешивают эту услугу. Одного за другим ты убивал моих родных, и сейчас ты будешь страдать, так, как страдал я! Бойся, смертный, трепещи! Ты больше не увидишь света! - Ты не можешь сделать мир вокруг темнее моей души! – крикнул Мерсер с вызовом. - Я могу забрать ее! – взревел Аид. Вылетевшие из темноты мертвенно светящиеся лезвия вцепились в грудь Алексу, как крючья. Мерсер понял, что Аид притягивает его к себе, но тело мутанта оставалось на месте. - Твоя душа сделает меня еще сильнее! «Ох ты ж блядь, он на самом деле вытаскивает мое сознание из моей тушки. Вот смешно будет, если высший организм станет овощем. Нет уж, придется заняться пафосным превозмоганием. Или…» Прыгнув, Мерсер полетел следом за Когтями Аида, удерживая тело и душу собранными в одной точке и заодно двигаясь за оружием к его владельцу. Такого поворота Аид не ожидал и не успел отбросить врага, который, как клещ, вцепился ему в грудь, терзая плоть когтями. После нескольких десятков ударов Алекс оторвал богу большой шмат плоти между грудью и ключицей и отшвырнул в сторону. - Минутная боль – ничто, - прорычал Аид. Загорелось пламя, осветившее площадку, усеянную торчащими из земли руками, которые пытались схватить Мерсера. Алекс стал рубить их клинком, обратив внимание на то, что Аид положил оружие на землю и выставил вперед руку, притягивая к себе вырванный из его груди кусок мяса. Мерсер не стал мешать – ему было любопытно посмотреть, как бог подземного мира срастит свою плоть обратно, - и продолжил разбираться с адскими руками. Подобрав кусок себя, Аид приложил его к груди, и он встал на место так, словно никогда и не был оторван; бог подземного мира размахнулся Когтями, и выпустил на Мерсера призрачного Цербера, который полоснул мутанта и исчез. - Эй! Так нечестно! – возмутился Алекс: призрак был бесплотным, но наносил реальный урон. - Твоя боль – мое наслаждение! – Аид вонзил оружие в землю, и из нее вырвались просадившая Мерсера цепь, затем еще одна. На третьей Алекс просек фишку и увернулся от остальных. - Я тоже такое умею, ублюдок! – Мерсер перекатился, увернувшись от последней цепи, и всадил в землю когти, запуская биомассу под ее поверхностью. Под Аидом наверх пробилась кучка шипов, просадив ему ноги. Воспользовавшись тем, что бог ненадолго обездвижен, Алекс запрыгнул на его колено и стал терзать клинком его брюхо, в конце концов выдрав еще один кусок плоти. На этот раз Мерсер сразу сдавил его когтями и поглотил, восстанавливая потраченный на атаку шипами запас биомассы. Но ненадолго: Аид выпустил отовсюду цепи, которые заполнили почти все пространство вокруг и просадили Алекса насквозь в нескольких местах, удерживая. - Аргх! – только и сказал Мерсер. Срываться с цепей, разрывая себя на части, он остерегся: кто знает, вдруг Аид не даст ему возможности срастись вновь. - Пытать тебя – так весело! – расхохотался бог. Едва цепи исчезли, Алекс метнул хлыст в брюхо Аиду, просадив оголенную кишку, подтянулся, схватившись руками-молотами за те два шипа, что торчали из груди бога, выломал их с мясом и хотел было повалить врага на землю, но был отброшен назад и впечатан в землю лапой еще одного призрачного Цербера. - Мои души сожрут тебя заживо! – пророкотал Аид. - Напугал, - фыркнул Мерсер, вставая. – Это то, чем я занимаюсь постоянно, - тут мутант обратил внимание на то, что вырванные из груди бога шипы все еще были у него в кулаках. Увернувшись от замаха Когтей Аида, он метнул их в то место, где у Аида недоставало куска плоти и проглядывали внутренности, словно дротики. Бог засмеялся, но тут Алекс сделал бросок вперед и руками-молотами вбил шипы глубоко в кишки врага. - Аргх… Ты способный воин, - выдохнул Аид, падая. Шипы на его спине пронзили пол и застряли. Мерсер вцепился в грудь бога когтями и ударил его ногами, вбивая глубже в землю. Затем он стал бить руками-молотами по голове Аида, сминая шлем, за прорезями которого горел адский огонь. В конце концов пол проломился, и бог подземного мира ухнул в воды реки Стикс. Алекс отскочил в сторону и всмотрелся в темные воды за провалом. На минуту Мерсер подумал, что Аид сгинул насовсем, но затем бог вырвался из воды по пояс и зацепил Алекса Когтями, снова пытаясь вырвать сознание из его тела. - Твоя смерть будет лишь началом твоих страданий! Мутант схватился руками-молотами за цепи и стал тянуть их на себя, сопротивляясь Аиду. Под водой бог избавился от испорченного шлема и обнажил лицо, в котором, несмотря на то, что оно было сильно примято кувалдами Алекса, легко читались черты Кроноса, которому Аид приходился старшим сыном. - Река Стикс ждет! – прорычал бог и сделал рывок, подтянув свои Когти и Мерсера к себе. Алекс дернул цепи обратно назад и, изловчившись, завязал их в узел; теперь руки Аида были стянуты вместе. Мерсер взмыл в воздух и обрушился на них клинком, отрубив противнику пальцы. Они поползли обратно к своему хозяину, но Алекс сгреб их в охапку когтями и всосал в себя. Аид обиженно закричал, потрясая покалеченными кистями: - Твои мучения никогда не закончатся! Алекс подобрал лежащие на земле мертвенно-фиолетовые лезвия, намереваясь отбросить их подальше на случай, если Аид отрастит себе новые пальцы. Но как только он взял их в руки, они заискрились и пропали, как до этого – цестусы Геркулеса. Мутант обернулся к ожидающему своей участи богу. Теперь, казалось. Аид по-настоящему испугался. - Мое королевство! Ты не можешь разрушить Ад! – закричал он. Мерсер прыгнул на свою жертву, вонзая клинок в уже многострадальную оголенную часть брюха бога, и повернул руку, разрезая внутренности. Аид взвыл, схватившись обрубками кистей за ужасную рану, а Алекс взбежал по его телу вверх, ударил молотами по макушке, раскроив череп, и схватился за края трещины когтями, потянув в разные стороны. Через несколько секунд голодные души утащили обезглавленное тело на глубину, а Мерсер упал на пол и имел удовольствие наблюдать воспоминания бога Подземного Царства. Кроме всего уже знакомого Алексу – спасения из чрева Кроноса, титаномахии, дележа мира на сферы влияния, - мутант увидел давнюю ссору Аида и Посейдона с Гераклом, в которой полубог почти одолел своих дядьев, похищение Персефоны и их свадьбу с Аидом. Пока ее не было с ним, бог проводил скучные дни, наблюдая за мучениями грешных душ, например, Сизифа, Тантала и Эвридики. Алекс почувствовал злость бога, когда Асклепий стал возвращать умерших к жизни и когда на его супругу положил глаз Пирифой, и горе, когда Персефона предала олимпийцев и была убита Гелиосом. «Интересно. Жаль, что я это пропустил. Теперь – где выход из этой вонючей ямы?»