Дороги фэйри (Перекресток - 1)

      На следующее утро выспавшаяся и немного приободрившаяся Алисса ускользнула из замка и провела несколько часов, испытывая на прочность колдовство Джарета. Выяснилось, что пределах Лабиринта она действительно может открывать и создавать двери, но все попытки выйти за пределы внешней стены неизменно проваливались. И ладони при этом начинали болеть, как от ожогов.       Блуждая по запутанным дорожкам, Алисса вышла на окраину Гоблин-сити. Ароматы готовящейся пищи из открытых окон напомнили, что время к обеду, а она еще даже не завтракала. Алисса уточнила у пробегавшего мимо гоблина, как пройти к дому Хоггла, и отправилась в гости к Милене. И вдруг воздух над улицей наполнился непонятным гудением. Тысячи каких-то мелких созданий возникли над улицей и ринулись вниз. Гоблины с визгом разбегались, Алиссу кто-то схватил за руку.        — Бежим! — Хоггл изо всех сил тянул ее к дому. Они едва успели захлопнуть за собой дверь. Бледная Милена стояла у окна. При виде подруги она даже не удивилась.        — Что это? — Алисса тоже прилипла к стеклу.        — Рой, — коротко ответил Хоггл, его трясло.       Алисса вгляделась в мельтешение радужных крылышек.        — Феи?! Никогда не видела их в таком количестве. Да они же гоблина унести могут!        — Я и говорю, рой. Когда они поодиночке летают, их можно из водяного пистолета посшибать. А против роя не повоюешь.        — И давно у вас такие… налеты?        — Раньше не было, — вздохнул карлик. — То есть, они здесь всегда жили, но пока в Лабиринте лес еще не засох, птицы их ловили. А как листья опали, феи всех птенцов извели. И сами размножились. Сначала-то мы еще справлялись, а теперь видать придется королю что-то придумать.       Судя по виду Хоггла, беспокоить короля ему очень не хотелось. Алисса задумалась. Феи размножились в отсутствие хищников. А почему, собственно, засох лес? Почва иссякла? Впрочем, этот вопрос можно отложить на потом, все равно птицы сразу не вернутся. Нужен какой-то другой естественный враг.       Рой, не найдя на окраине города добычи, улетел. Приближаться к замку феи, видимо, не решались. Гоблины, опасливо озираясь, выбирались из укрытий. Хоггл с Алиссой тоже вышли на крыльцо. Она задумчиво оглядела причудливые домики. На многих балконах и крышах росла чахлая зелень.        — А что если вам развести хищные растения? Чтобы они ловили фей? Ну, знаешь, такие, — она изобразила пальцами зубастую пасть, — вроде росянки. Они могут расти на самых бедных почвах, это же не деревья.       Около них остановилось небольшой гоблин в огромных роговых очках.        — А нас эти растения не тронут?        — Так вы же гораздо крупнее фей, — улыбнулась очкарику Алисса.       Хоггл озадаченно хмыкнул.        — А что? Может получится. Давай и на остальные дома тоже сажай.        — Что сажать? — Алисса с недоумением посмотрела на карлика. Тот молча указал на крышу соседнего дома. Алисса ахнула. Там, где только что росла какая-то желтоватая травка, зеленели могучие листья гигантской мухоловки.        — Откуда? — слабым голосом спросила Алисса. — Это что, я сделала?        — Да уж не я! — Хоггл сиял. — Не останавливайся и не сомневайся!       Алисса пошла от дома к дому. Она не понимала, как это у нее получается, но стоило ей представить хищные растения, и они появлялись именно там, где нужно. Алисса протянула руку и представила, что на ладони у нее апельсин. Представила со всеми подробностями, даже с запахом, так что слюнки потекли. Но ладонь осталась пустой. Похоже, не все так просто.       Гоблин-сити был большим. Но, как правильно сказал Хоггл, незачем сажать хищные растения по всем домам, достаточно окраин. Через два часа Алисса закончила. К этому времени она уже просто умирала с голоду.        Хоггл и гоблин в очках не отставали от нее ни на шаг.        — А крылышки эти фееловки тоже сожрут? — озабоченно поинтересовался Хоггл. — Или выплюнут?        — Не знаю, — Алисса задумалась. — Может и не переварят. А зачем тебе?        — Так из них же волшебную пыльцу делают, — объяснил очкарик. — Ту, что его величество для косметики использует.       «Джарет пользуется косметикой из крыльев фей, — Алисса покачала головой. — С ума сойти можно». Сзади нее гоблин и карлик о чем-то шептались.        — Источник… — услышала девушка шепот очкарика. — Он ее слушается.        — Угу, — Хоггл добавил что-то неразборчивое.       Алисса обернулась и присела на корточки перед своими спутниками.        — А с этого места поподробнее, пожалуйста. Что за источник?        — Да я и сам толком не знаю, что это… — карлик почесал затылок, сдвинув на глаза маленькую кожаную шапочку. — Говорят, под замком есть магический источник. Вроде как он питает своей силой всю долину и Лабиринт тоже. Но чтобы магия работала, нужно… нужна… — он замялся. — В общем, Джарет источником управлять не может… один.        — Ты хочешь сказать, — очень медленно, старательно подбирая слова, произнесла Алисса, — Что по каким-то причинам этот ваш источник откликается на мои желания?        — Не на все желания! — замотал лохматой головой очкарик. — Только если ты хочешь что-то сделать на пользу Лабиринту.        — А раньше такое было?        — А как же! — радостно закивал гоблин. — Завсегда, как у его величества новая королева появлялась, так весь Лабиринт менялся. Правда, если моего дедушку послушать, не всегда к лучшему.        — Так… — Алисса прищурилась. — А сейчас вы оба торжественно поклянетесь, что не расскажете никому, особенно Джарету о том, что я сегодня сделала. Понятно? Или проверим, не исполнит ли источник еще одно мое очень горячее желание в отношении вас обоих?       Они переглянулись, синхронно вздохнули и поклялись.       К обеду Алисса едва не опоздала. В последний момент вспомнила о платье. Каким должно быть платье для обеда, она не имела ни малейшего представления. Выросла Алисса в семье, где больше думали, что они будут есть, а не в чём. На Перекрестке ученицы обедали за одним большим столом, стараясь не тратить на еду много времени. Так что Алисса промаялась перед шкафом минут пятнадцать, выдумывая себе подходящий наряд. В конце-концов, остановилась на простом коричневом платье строгого покроя с длинным рукавом и узкими полосками кружев на вороте-стоечке и манжетах. Именно такой была парадная форма учениц в Доме, хотя никто ее не носил.        Алисса попыталась стянуть отросшие волосы в хвост, но спереди короткие пряди все равно выбивались и падали на лицо. В очередной раз махнув на себя рукой, она пошла в столовую. Джарет при виде ее поперхнулся вином. Откашлялся, встал, резко отодвинув стул.        — За что ты себя так не любишь, Лисс? — он пинком открыл дверь прямо в ее комнату. — Тебе не идет коричневый цвет. Это во-первых, а во-вторых, такие платья носят только служанки.        — А я здесь кто? — огрызнулась Алисса.       Джарет пропустил ее слова мимо ушей. Он сосредоточенно смотрел на дверцу шкафа. Потом открыл его, достал что-то зеленое, судя по блеску, шелковое и небрежно бросил на спинку кресла. За первым платьем полетело второе, третье… Через минуту Алисса сбилась со счета.        — Зачем мне столько?! — она подхватила последнее — бежевое, без рукавов, все в легчайших оборках и кружевах. — Я не умею такое носить, мне вообще не идут платья!        — Это не платье, — Джарет отобрал у нее непонятную одежду и забросил обратно в шкаф. — Это… ладно, не важно, потом разберешься, — он критически оглядел разноцветный ворох, под которым уже не было видно кресла. — На первое время, пожалуй, достаточно. Туфли в шкафу. Одевайся быстрее, а то эти олухи жаркое поставят подогревать и окончательно испортят.       Зеленое шелковое платье, очень длинное с черными кружевными вставками было, конечно, великолепно. Но Алисса чувствовала себя в нем неловко. И еще было очень страшно уронить на переливающийся шелк хотя бы каплю супа. «Нашел себе куклу! — она попыталась поудобнее поставить ноги в туфлях на непривычно высоких каблуках. — Может за год наиграется? Только бы не узнал, что я могу менять Лабиринт. Ведь ни за что не выпустит!»       Из-за голода и общей неловкости она молчала почти весь обед. Зато Джарет не умолкал, умудряясь при этом еще и есть. «Как же долго ему не с кем было побеседовать, — подумала Алисса с невольным сочувствием. — А поговорить он, похоже, любит». За час она узнала о жизни и нравах гоблинов, дварфов и троллей больше, чем за все время учебы на Перекрестке. И только о своих сородичах — сидах Джарет почти не упоминал. Только один раз мельком проговорился, что их осталось очень мало.        — Почему? — Алисса осторожно подцепила ложечкой что-то непонятное, бело-зелено-голубое, отдаленно похожее на пирожное. — То есть, я знаю, дворы сидов постоянно воюют друг с другом. Но ведь и дети должны рождаться.        — Очень редко. Видишь ли, мы живем долго. Фактически, бесконечно. Но за все нужно платить, Лисс. Либо бессмертие, либо плодовитость, понимаешь? Чистокровных сидов сейчас осталось около сотни. Основные силы Неблагого двора составляют полукровки.        — А Благого двора?       Джарет поморщился.        — Наверное, то же самое. Я уже давно с ними не общался, — он отбросил салфетку и поднялся из-за стола. — До конца дня я буду отсутствовать. У меня много дел перед балом. Кстати, ты умеешь танцевать?        — Нет.        — Значит придется научиться.        — А мне обязательно идти на бал?        — Да.       Это прозвучало весьма категорично. Но больше никаких объяснений Джарет дать не соизволил. Вернувшись в свою комнату, Алисса долго стояла перед зеркалом. Чем дальше, тем меньше она понимала, какую роль ей отвели при дворе? Девочки на побегушках? Компаньонки для скучающего короля? Может, он еще и спать с ним прикажет? Нет, последняя идея явно не выдерживает критики, особенно если вспомнить, какой красавицей была Хельга, даже в старости. Алисса перед ней как моль перед бабочкой.       Вздохнув, Алисса собрала подаренные платья в охапку и закинула в шкаф. Переоделась в привычные штаны и рубашку и прямо из окна выбралась на окраину Гоблин-сити. Дальше пошла наугад, стараясь выбирать самые заросшие дорожки. Пробравшись сквозь заросли жухлого шиповника, она оказалась в совершенно заброшенном месте, весьма подходящем для задуманного ею эксперимента. Что бы там ни задумал Джарет, в ее собственных, неожиданно открывшихся способностях следовало разобраться.       Загадочный источник действительно откликался на ее желания, хотя и не всегда. Даже не через раз. Алисса не сразу поняла, от чего зависит результат. Вроде бы равноценные желания то воплощались, то игнорировались. Но потом ее осенило, что легче всего работается с растениями. На засохших деревьях пробивались тонкие зеленые побеги, на кустах раскрывались почки и бутоны.        «Не увлекайся, — уговаривала себя Алисса. — Если весь Лабиринт зазеленеет, это сразу заметит Джарет». Но очень трудно было пройти мимо и не оживить еще одно дерево или беспомощно поникший куст. Остановил ее нарастающий неестественный голод. Даже голова закружилась. Алисса опомнилась. Так можно себя угробить, она же понятия не имеет о природе источника. Может, он забирает у нее больше сил, чем она может пожертвовать? Умирать от истощения не хотелось.       По дороге в замок Алисса завернула к Милене, чтобы перехватить пару пирогов. Подруга была в полном восторге от хищных растений, переловивших, оказывается, за день несколько десятков кусачих фей, которых Милена до жути боялась. Алисса попросила ее проследить, чтобы Хоггл никому не рассказывал, откуда появились фееловки.        — Ладно, — Милена выразительно покачала скалкой. — Но, по-моему, ты напрасно скромничаешь. Джарет тебя на руках носить будет при таком-то раскладе.        — Этого я и боюсь, — вздохнула Алисса. Уходить из уютного дома подруги не хотелось, но приближалось время ужина.       Уставшие за день ноги наотрез отказывались влезать в новые туфли. Однако нарушать прямое распоряжение короля Алисса не решалась. «Еще продлит срок службы на год, а то и на два. Ну уж нет, не дождется, потерплю». Тут ее осенило, что нужно сначала надеть шелковые чулки. С ними туфли кое-как налезли. Стиснув зубы, ходить можно.        — Лисс, спустись в тронный зал, — Алисса вздрогнула, услышав голос Джарета, прозвучавший прямо в воздухе.       Интересно, получится ли сократить путь? Идти по лестнице на каблуках очень не хотелось. К ее радости из двери в дверь получилось переместиться прямо в зал. У входа она чуть не столкнулась с командором стражи. Бор кивнул ей, как старой знакомой.        Джарет стоял посреди зала и хмуро смотрел, как Алисса неуверенно идет к нему, приподняв ужасно мешающий длинный подол.        — Я не для того подарил тебе кучу платьев, чтобы ты надевала два раза за день одно и то же.        — Да, ваше величество, — Алисса заподозрила, что он специально пытается вывести ее из себя и решила не поддаваться на провокации.        — Я уже пятьсот лет король, — он щелкнул пальцами. В зале зазвучала музыка. — Простого «сэр» достаточно. Вальс ты хотя бы танцевать умеешь?        — Нет, сэр.       В Доме учили танцевать, но эти занятия не считались обязательными, и Алисса предпочитала вместо этого сбегать в библиотеку или в виварий.       Джарет испустил тяжкий вздох.        — Это не сложно. Просто слушай музыку и двигайся в такт со мной.       Через четверть часа он уже не был уверен, что научить танцевать вальс так просто, как ему казалось. Сначала Алисса наступила ему на правую ногу, потом на левую. Причем каблуком. Потом уже он каким-то образом наступил ей на платье, оторвав полосу кружев. Алисса извинялась, краснела, упорно не поднимая глаз, и у Джарета крепла уверенность, что она над ним издевается. И тут у Алиссы на правой туфельке сломался каблук. Джарет снова щелкнул пальцами, музыка смолкла. Король сказал что-то очень выразительное на эльфийском. Усилием воли сдержался и добавил уже спокойнее:        — Иди переодевайся к ужину. Завтра найду тебе учителя танцев.        К ужину Алисса выбрала черное платье, покороче и скромнее. Со стоном влезла в новые туфли. Под ироничным взглядом Джарета она дошла до своего места с гордо поднятой головой, но под столом украдкой скинула эти орудия пытки и поджала ноги.        — Вы сказали, что бал через три дня? А по какому поводу?        — Раз в сто лет владыка Лабиринта устраивает праздник, — Джарет криво усмехнулся. — Традиция такая. Твоя задача — освоить до бала хотя бы один вальс. И научиться ходить на каблуках, и… прекрати вздрагивать! Я не требую ничего невыполнимого.        — Уж лучше бы вы меня превратили во что-нибудь!       Джарет прищурился.        — В чайник, например?       Ужин прошел в молчании. Джарет о чем-то размышлял, хмуря брови. Алисса снова ощутила тоску и одиночество короля. «Почему он такой разный, — она без аппетита ковырялась в своей тарелке. — То убить хочется, то сделать для него что-нибудь хорошее».        — Ладно, на сегодня всё, — Джарет вышел из задумчивости. — Спокойной ночи.       Алисса со вздохом надела туфли и почти дошла до двери, когда он спросил:        — Ты уже видела Сонную рощу в Лабиринте? Нет? Обязательно завтра загляни.       Ночью Алиссе снились дороги. Они летели, кружились, завивались в спирали, поднимались и опускались, и у каждой была своя музыка, свой зов. А потом они вдруг сплелись в узор Лабиринта. Это было красиво, но почему-то страшно.       Проснулась Алисса от запаха шоколада. Ди, та самая кудрявая гоблинка, принесла ей поднос с завтраком. Алисса с удовольствием глотнула сладкий густой напиток. Он немного успокаивал.        — Ди, а ты знаешь, что происходит на Балу столетия?        — Нет, госпожа, — гоблинка почесала за ухом. — Я прошлый не помню, мне всего пятьдесят три года. Это тебе нужно у командора спросить.        Алисса вздохнула. Ничего ей Бор без позволения Джарета не скажет. А король почему-то не хочет объяснять, зачем ему на балу Алисса. В голову просочилась неприятная мысль о жертве. Но тогда зачем все эти платья и танцы? К жертвоприношению готовят иначе.       Так ни до чего не додумавшись, Алисса спустилась в зал, где ее уже ждал «мучитель танцев» — с характерным рассеянным взглядом зачарованного человека. Однако дело он свое знал хорошо, так что через два часа занятий Алисса худо-бедно, но научилась основным движениям. Джарет заглянул в зал только один раз, одобрительно кивнул и снова куда-то исчез.       По окончании урока Алисса заработала сдержанную похвалу, после чего учитель ушел, назначив следующее занятие на завтра в это же время. Гоблинов он или не замечал, или принимал за что-то другое. Бор, провожая его, коварно ухмылялся.       Когда командор вернулся, Алисса, спросила, где в Лабиринте Сонная долина? Тот коротко и толково объяснил, не проявив удивления. Алисса переоделась и, следуя указаниям, вскоре добралась до удивительно красивого места. Стены Лабиринта здесь расходились, охватывая небольшую долину, заросшую кустами шиповника, над которыми возносил могучие ветви тис. Зелень была сочная, свежая, огромные цветы пламенели среди колючих ветвей, в кроне дерева пели какие-то мелкие птицы. «Интересно, — подумала Алисса. — Что поддерживает здесь жизнь?» Пробравшись по едва заметной тропе сквозь заросли, она вышла на маленькую полянку и увидела ответ на свой вопрос.       Они полулежали в невысокой траве у коней тиса. Юноша и девушка, чьи руки и ноги намертво оплетали корни и ветви плюща. Алисса, осторожно ступая, подошла ближе. Пленники дерева без сомнения были живы. Они дышали спокойно, как в глубоком сне. Юные и красивые, с улыбками на пухлых губах. Волосы их смешались между собой — белокурые у девушки, каштановые у юноши. Алисса присела, протянула руку, но тут же почувствовала преграду. Рядом взметнулся вихрь искр и возник Джарет. Алисса встала.        — Что они вам сделали?       Джарет приподнял бровь.        — Ты полагаешь, это наказание? О нет, они счастливы в своих грезах. И будут счастливы, пока стоит Лабиринт. Разве можно придумать лучшую долю?        Алисса перебрала в голове несколько вариантов ответа.        — А как же свобода?        — Они свободны. В своих снах.        «Это жестоко, — хотела сказать Алисса. — Это обман, так нельзя поступать с людьми!» Но поймет ли он? «Избави нас, Боже, от милости эльфов».        — В Лабиринте еще немало таких… украшений, да? Вот поэтому Хельга и ушла от вас, король гоблинов.       Губы Джарета сжались, он поднял руку. Но Алиссу было уже не остановить.        — А для меня вы еще не выбрали место?! Ведь вы не собираетесь меня отпускать, да? Ни через год, ни через сто лет! Так и будете играть, пока не сломаете, или пока не появится новая игрушка!        — Замолчи! — он схватил ее за плечи и встряхнул. — Куда ты хочешь уйти? На дороги? Это пути фэйри, понимаешь? Пути сидов! Вы, люди, полагаете, что способны превзойти нас, но это неправда. Это мы создали дороги! А вы даже не способны их находить без нашей помощи!        — Неправда, дверницы умеют! И вообще, никто не знает, кто построил дороги! Может, они сами зародились, или их боги создали! — Алисса вырвалась и отскочила. — Фэйри неспособны создать что-то упорядоченное. Вы только и умеете, что сеять хаос!        — Иногда хаос лучше, чем порядок, — Джарет внезапно успокоился. — И давай не уходить от темы. Речь не о вселенских проблемах, а о тебе. Я не отрицаю талант дверниц, Лисс, я им восхищаюсь. И поэтому, именно поэтому я не отпущу тебя на верную смерть. Пойми, сокровище мое, если на дороги выходит человек с меткой фэйри, ему не скрыться. У Неблагого двора много агентов в разных мирах. На дорогах тебя быстро найдут и уничтожат, а здесь я могу уберечь тебя от Мэб и остальных. Здесь ты будешь…        — Жить долго и счастливо?! — Алисса кивнула на дерево. — Это — жизнь?!        — Да, это — жизнь! — он шагнул к дереву. Воздух колыхнулся. Джарет опустился на колено и ласково погладил перепутанные волосы спящих. — Двести тридцать лет назад этого мальчика прокляли, а девочка пришла за ним и справилась с моими испытаниями. Я предложил им остаться, но они предпочли уйти, хотя в Верхнем мире в то время было неспокойно. В результате их обвинили в связях с демонами и приговорили к смерти. Я вытащил их из костра. Потребовалось немало усилий, чтобы удержать в них жизнь, но разум я им вернуть не смог.        Алисса всхлипнула.        — Простите…        — Я хочу, чтобы ты поняла, Лисс, мой Лабиринт — не тюрьма. — Джарет протянул ей платок. — Не плачь, я не сделаю с тобой ничего плохого. И когда придет время, ты избавишься от метки, я обещаю.        — И когда придет это время? Через год?       Джарет посмотрел на нее с уже знакомым странным выражением. Он словно хотел что-то сказать, но сдерживал себя.        — Возможно, гораздо раньше.       Прежде, чем Алисса задала новый вопрос, Джарет исчез. Она смяла в кулаке платок и побрела к замку. Ну что это за намеки? Сказал бы прямо, что он задумал. Милена любила повторять, что всем мужчинам нужно только одно. Правда, для дварфов она делала исключение.       Алисса потрясла головой. Нет, Джарет не мог в нее влюбиться. Влюбленные так себя не ведут. И вообще, он до сих пор тоскует по Хельге, это же ясно. Алисса тяжко вздохнула. В любовных делах она не слишком разбиралась. Как-то всё не до того было.        А может, сделать вид, что она в него влюбилась? Если вести себя нагло и назойливо, Джарету это быстро надоест. Ага, и он просто превратит ее в статую. И вообще, это глупо.       Алисса оглянулась на тис. Он поднимался высоко над стенами Лабиринта — единственное полное жизни дерево. А что если предложить Джарету сделку? Только нужно очень хорошо продумать формулировку.       Алисса привычно свернула к дому Милены. Ей срочно требовалось выговориться.