Дедукция или интуиция

Пока Шерлок находился в заключении, время было безнадёжно упущено. Труп собаки Голема бесследно исчез, как и всякие упоминания о мистере Мориарти. Словно его и не было вовсе. Теперь он существовал только в воображении Ричарда Брука и памяти Шерлока. Вот только детективу никто не верил после заявления Брука о том, что это сам Холмс выдумал Мориарти и провернул афёру с похищением картины. В свете новых обвинений Шерлока не спешили выпускать под залог, подняв требуемую сумму до небес. Адвокат торговался, Майкрофт скаредничал и тянул время, видимо, желая таким образом проучить ершистого брата. Шерлок бесился, мечась по камере, словно тигр в клетке. Как тут не беситься, если вместо нескольких часов ему пришлось пробыть в этом обезьяннике целых пять дней и выйти из него только после постановления суда, запрещающего ему приближаться к Ричарду Бруку? За время вынужденного бездействия Шерлока бравые полицейские успешно похоронили убийство музейного охранника под спудом новых дел. Джон Ватсон почти перестал появляться на публике, сосредоточившись на написании романа. Майкрофт убедительно просил Шерлока угомониться, но остановить детектива было не проще, чем мчащийся на полном ходу товарный поезд. Ну и что с того, что теперь он не имел возможности действовать открыто? Существовали и другие методы: тайная слежка, взлом электронной почты и прослушивание телефона. С первым успешно справлялась сеть бездомных – каждый вечер стайка беспризорников слеталась к мосту Ватерлоо и исправно докладывала детективу о всех передвижениях Ричарда Брука и Джона Ватсона. Второе Шерлоку пока не удавалось осуществить по техническим причинам, ну а помогать с третьим старший брат отказался наотрез. Вот и бесился Шерлок от бессилья что-либо изменить, выслушивая очередной доклад о встрече Брука и Ватсона, а потом шёл и методично надирался в первом попавшемся пабе. Ничего другого он в эти минуты не желал столь страстно, как допиться до полной отключки. Ну, разве что Джона Ватсона. Привыкший к более сильным средствам, нежели разбавленный виски, организм отказывал ему даже в этом нехитром желании – Шерлок не мог допиться даже до стадии лёгкого опьянения, не то, что до вожделенной отключки. Из-за раздражения его вскоре начинало тянуть начистить рыло недобросовестному бармену. Так что заканчивалось всё обычно тем, что Шерлока неизменно выставляли на улицу, где он, ловя такси, проявлял всё присущее ему красноречие, взывая к равнодушным небесам и не менее равнодушным прохожим. Так продолжалось до тех пор, пока однажды беспризорники не сообщили Холмсу об отклонении Брука и Ватсона от привычных маршрутов – они оба отправились на вокзал Виктория и сели на поезд, идущий в направлении Истборна. Поехали к родителям Джона? Но почему тогда не взяли детей? Ватсон ведь говорил, что если и отлучается из дому, то только с ними. В душу Холмса закралось нехорошее предчувствие, которое крепло при приближении его к дому писателя. В ответ на звонок в динамике домофона раздался незнакомый голос. Чтобы его впустили, Шерлоку пришлось прибегнуть к обману – сказать, что он принёс подарок для Шона. Чтобы задержаться в квартире – вручить мальчику свою лупу и показать, как следует ею пользоваться. Как только подозрительного вида нянь направился на кухню заварить гостю чай, Шерлок потащил мальчика в кабинет отца, предложив поиграть во взломщиков. За ними увязался ещё один малолетний белобрысый преступник, выскользнувший из поля зрения отвлёкшегося няня. - Но папа запрещает нам трогать его ноутбук, - попытался возразить старший. - А мы запомним, как всё было у него на столе, и, уходя, оставим в таком же порядке, - пообещал детектив. Мальчишки внимательно следили, как его пальцы порхали над клавиатурой, подбирая пароль, взломать который оказалось несложно. Открыв текстовый редактор, Шерлок быстро отыскал последние документы, с которыми работал Ватсон, и, не удержавшись, заглянул на последнюю страницу. - Ты знаешь, что этот утёс находится в тройке самых популярных мест для совершения самоубийств? – спросил он, доставая из кармана брюк Беретту, и столкнул ногой камень с обрыва. – Падение – это тот же полёт, только не вверх, а вниз. - Если меня найдут лежащим на песке с дыркой в сердце, вряд ли кто-либо поверит в версию самоубийства, - как можно более спокойно ответил я. – А сам я отсюда не спрыгну, как бы ты ни старался. - Ну да, тот альфа, что запал на тебя, уж точно не поверит, и это будет мне на руку. Он сыграет до конца роль, которую ты для него написал. Безнадёжно влюблённый ревнующий самец... Ты знаешь, что в нашей стране легче всего защищать альф, совершивших убийства на почве ревности? – мой друг и покровитель расплылся в очаровательной улыбке. Да, он умел очаровывать, и альф, и омег, не удивлюсь, если узнаю, что и бет. - А причём тут убийство на почве ревности? Разве ты не собираешься сам меня убить? – признаться, меня всегда ставили в тупик столь резкие перемены его настроения. - Может быть, я убью тебя, может быть, он – меня или я его… Интересно, кто из нас будет первым, - на его подвижном лице отразилась напряжённая работа мысли, но мы оба знали, что это было всего лишь игрой. Он любил играть, потому и затеял всё это. - Ты используешь его так же, как использовал меня. Хочешь таким образом поднять тираж в связи со смертью писателя? Не выйдет, – он всегда был склонен недооценивать меня, но сейчас я преподнёс ему сюрприз, достав из кармана куртки купленный по случаю армейский Браунинг. Шерлок не стал читать, что будет дальше. Он хорошо помнил, что в окрестностях Истборна находится Beachy Head, знаменитый меловой утес, являющийся излюбленным местом для самоубийц всей Великобритании. Вот где должен разыграться финал нового романа Джона Ватсона и конец большой игры Джеймса Мориарти. Шерлок понимал, что у него неслучайно получилось прочесть этот отрывок, но медлить было нельзя, иначе эти двое могут убить друг друга с вероятностью 87,3 %. Не удосужившись замести следы своей деятельности, Холмс покинул квартиру Ватсона и, поймав машину, помчался на вокзал Лондон-Бридж, где сел на ближайший по времени поезд в сторону Истборна. Вероятность того, что он успеет настигнуть сообщников до того, как они порешат друг друга, была невелика, но Шерлок должен был ею воспользоваться.