Братец

Их было четверо. Угрюмых, в иссиня-черном. Среди золота и кармина Кровавой гвардии терминаторы Атраментар казались чернильными пятнами, четырьмя глыбами мрака с неестественно белыми пятнами лиц. И на плече у одного из них сидел Конрад - непринужденно, будто так и должно быть. К счастью, Хорус все-таки решил не устраивать никакого события из возвращения брата. Вернее, братьев. Он даже сам прилетел на борт Алой Слезы, вместо того чтобы ждать их у себя. Но все равно Сангвиний видел, что Конраду не нравится всеобщее внимание - слишком много света, слишком много взглядов, направленных на него. Напряженно сжатый в ниточку тонкогубый бесцветный рот выдавал: не нравится. Несмотря на мнимую непринужденность и нахально, очень по-детски, задранный нос. В давно и прочно обжитом укрытии на спине брата мальчишка точно чувствовал бы себя уютнее, но куда бы это годилось, в самом деле? Сложнее всего оказалось объяснить Конраду, с какой радости сегодня ему вдруг не следует лезть под крыло. Пришлось сказать, что Атраментар обидятся. А самое забавное, что это было недалеко от истины. Четверка хмурых, изрубленных шрамами, прошедших все круги ада убийц отчаянно ревновала своего маленького примарха ко всем и вся. Конрад предпочитал им Кровавую гвардию - ну еще бы нет, столько новых вещей, новых историй и новых лиц, - и Сангвиния, а от тщетно пытающихся уследить за ним преданных стражей просто внаглую ускользал. И каждый раз они упорно искали его по всему крейсеру, чувствуя себя идиотами, доходя до белого каления, срываясь из-за мелочей, затевая ссоры с Ангелами и друг с другом, но даже не думали о том, чтобы просто махнуть на него рукой. И соображения безопасности были здесь совершенно ни при чем. Старший четверки, одноглазый Сайкир, медленно, но верно начинал ненавидеть Азкаэллона. Азкаэллон же исполнял и старые, и внезапные новые обязанности одинаково стоически-тщательно - с той же полной самоотдачей, с которой делал любое порученное ему дело. После довольно долгой отлучки Сангвиний оказался слишком занят, чтобы уделять братцу достаточно времени, и тот, неожиданно проявив понимание, переключился на капитана его гвардейцев. Привычный к безотказности Атраментар и особенно Севатара, маленький кошмар по имени Конрад не давал Азкаэллону покоя буквально никогда. Где я это взял? У технопровидцев в машинном отделении спер, а что? С какой радости нельзя без спросу? Сами виноваты, нечего клювом щел… ой. То есть, зевать нечего. А в оружейную почему нельзя? И на орудийные палубы тоже? И даже в десантной капсуле нельзя посидеть? Ну ладно, ты еще в регицид обещал. Не хочу с Зуриилом, хочу с тобой. А почему ты на Сангвиния так похож? Я знаю, что сын, а почему тогда крыльев нет? А почему мы с ним не так похожи, хотя мы братья? Давай еще разок, теперь я точно выиграю! И про ксеносов ты обещал рассказать. И про Баал. И как штурм планеты планировать. Ну и что, еще расскажи. И с Севатаром вы так и не подрались, а зря - интересно же, кто кого. Сахаала ты вон как уделал, в говно пря… ой. Но уделал все равно красиво, так ему и надо. Сайкиру, небось, тоже наваляешь? Он, кстати, вчера сказал Келвроку, что ты шлюха позолоченная. То есть как пусть несет, что хочет? Как это запретил? Даже за такое? А почему?.. Неужели отец когда-то был таким же, думал Азкаэллон, проникаясь к капитану Севатару уважением и сочувствием одновременно. Не может быть, чтобы он тоже был таким. Потому что тогда Баал Секундус просто вымер бы. От усталости. Еще в его детстве. Никакие обычные люди никогда в жизни не смогут вот это выдержать. И сейчас - как и всегда, когда Конрад ненадолго оставлял его в покое, чтобы помучить кого-нибудь еще - Азкаэллон попросту спал стоя. Наполовину, разумеется, в экстремальном режиме. Но спал. Прямо перед Хорусом и его свитой. Прямо за плечом отца, который делал вид, что не замечает этого, а крылом его от гостей заслоняет совершенно случайно. Азкаэллону было стыдно вот так внаглую спать, прячась за отцовским крылом, но Хорус вскоре вернется на “Мстительный дух”, а Конрад не денется никуда, и лучше ему прозевать первого, чем второго. А довольный Сайкир держал своего маленького лорда на плече, смотрел строго перед собой и незаметно, одним уголком рта, ухмылялся. - Неожиданно, брат мой, - аккуратно, в своей манере, улыбнулся Хорус. - И поэтому тем более приятно познакомиться. Когда он приблизился, Конрад встал на ноги на плече терминатора - и как-то вдруг оказался с ним лицом к лицу, вровень. Вот сейчас как ляпнет что-нибудь эдакое, думал Сангвиний, беспокоясь. Или что-нибудь выкинет. Эдакое. Но мальчишка только задумчиво прищурился, разглядывая благородное, открытое лицо брата, и сообщил ему: - Привет. А я думал, ты будешь как Сангвиний. Хорус вопросительно приподнял бровь. Хотя сочетании с улыбкой получилось скорей снисходительно-лукаво. - С крыльями? - Нет. С волосами. И не в термосе. - В чем, прости? - улыбка стала чуть-чуть заметнее: спокойная, сдержанно-мягкая. Сизые губы на бледном изуродованном лице Сайкира сжались на миг и снова расслабились - “термос” пытался не ухмыльнуться. Сангвиний маялся волнением: ему так хотелось, чтобы братец понравился Хорусу, и вроде бы никаких поводов переживать насчет этого не было, но… Локен и Торгаддон переглядывались друг с другом и с Зуриилом из-за плеч примархов. Азкаэллон спал. - В терминаторской броне, - объяснил Конрад и для наглядности постучал носком ботинка по плечу, на котором стоял. - Кстати, броня что надо. Особенно когти. Я себе тоже такие хочу. - Кажется, ты знаешь в этом толк. - Ясное дело! А ты думал, мы в Восьмом легионе в куклы играем? Аккуратная улыбка Хоруса не изменилась ни на мгновение. - Конечно, нет. Хотя, если честно, в последнее время я уже и не знал, что думать. Конрад смотрел ему в лицо, и едва заметный прищур на мальчишеском личике был напряженным, неуловимо, обещающе прежним. Как раньше, когда он всегда щурился на свет - и на все, что было ему неприятно. Но Хорус, кажется, не заметил. Или принял как должное. - Ты Севатар? - тем же безмятежно-приветливым тоном поинтересовался он, опустив взгляд на лицо терминатора. Сайкир поднял голову. - Нет, лорд. Я Сато Сайкир, сержант, первая рота, коготь Атраментар. Сопровождаю лорда Призрака с его позволения по приказу капитана Севатара. - Ты решил не брать его с собой? Вопрос предназначался Конраду: к Сайкиру Хорус потерял интерес так же быстро, как и проявил. - Ему некогда. Он же всем командует. И потом, без него никто ничего не делает, все только спорят и орут друг на друга. - Даже так? - А что, это странно, что ли? - с откровенным подозрением осведомился Конрад. - У Сангвиния тоже все друг на друга орут, как только он не видит. Чего ты хмуришься? Что, не знал, да? - Это ты о чем? - испугался Сангвиний, которому после общения с Восьмым легионом только что представилась очень красноречивая картина. - Амит и Азкаэллон. Позавчера. Я уже надеялся, что подерутся, но они взяли и с чего-то вдруг помирились на полпути. Азкаэллон его даже к тебе пропустил, хотя сперва не собирался. Услышав свое имя, Азкаэллон на всякий случай проснулся полностью. И очень вовремя. - Что, опять? - грустно спросил у него Сангвиний. На минуточку Конраду даже стало его жалко: очень уж виноватым выглядел капитан гвардейцев. Ему было очень, очень жаль. Хотя на него не орали, не били морду и даже ничем не угрожали. Впрочем, расстраивать брата маленький Призрак и сам не любил. Это всегда получалось как-то... слишком грустно, что ли. Неудивительно, что Азкаэллон так раскис от одного взгляда. Надо будет его в следующий раз не сдавать. - А вы что скажете? - поинтересовался Хорус у Локена с Торгаддоном. Вот его, кажется, забавляло происходящее. Особенно реакция Сангвиния. - Ээ… бывает, милорд, - после некоторой заминки сознался Локен. - Но ведь в споре рождается истина, разве нет? - Или драка, - добавил Конрад. - Тоже хорошее дело. Сангвиний, правда, не согласился. - При чем здесь драка-то, Конрад? Мы все, бывает, ссоримся, но… - Неа. Не знаю, как там все, а с тобой ссориться вообще нельзя. - Почему? - все тем же тоном поинтересовался Хорус. - Откуда я знаю, почему. Но ты сам посмотри: разве же с ним ссориться можно? Даже у Севатара не получилось. Хотя он пытался. Сперва. - А со мной? - С тобой - можно, - констатировал братец. - А что? И Хорус не нашел, что на это ответить. А потом Сангвиний увел его с собой - разговаривать, заодно в приказном порядке отправив Азкаэллона отсыпаться. Конрада они с собой не взяли, и он сделал вид, что не очень-то и хотелось. Хотя на самом деле хотелось: просто было интересно, с какой радости Сангвиний этого Хоруса так любит. Мутный какой-то тип оказался, и врет, и против Севатара явно что-то имеет - а рассказов-то было! Того, чего ему хотелось, маленький Призрак привык добиваться. По-своему, разумеется. - Кто такой этот ваш Коракс? - спросил он через пару часов после того, как Хорус убрался, обнаружив задумчивого Сангвиния наедине с бутылкой вина и инфопланшетом. - Ты подслушивал. Это был даже не вопрос, и Конрад невинно согласился: - Ну да. Кошмар. Просто кошмар. Потому что разговор получился довольно тяжелым. Хорус был недоволен. Хорус уверял, что это милое дитя - Конрад Керз, и в нем уже достаточно видно то, чем он станет. Что его Севатар и остальные даже это его проклятое имя, Ночной Призрак, додумались сохранить, хотя Император дал ему другое. Что он по-прежнему видит сны, а значит… Настоящее - зародыш будущего, Сангвиний был совершенно согласен с этим. Но в конце концов просто перестал понимать, куда Хорус клонит. Просто отдать Конрада Императору, пусть сам разбирается? Но ведь сделать это с вот такими вот комментариями - значит почти наверняка создать Отцу предубеждение против него, какими бы ни оказались причины этого его… “обнуления”. Могут ли быть предубеждения у Императора, Сангвиний был не уверен, зато точно знал, что к словам Хоруса Он прислушивается. О чем и постарался Хорусу напомнить. И еще о том, что все это наверняка устроил сам же Император: а откуда бы еще взяться таким чудесам? Значит, и задачку в виде воспитания братца Он задал остальным целенаправленно. Иначе давно уже забрал бы Конрада. Вот на этом месте Хорус задумался. И Сангвиний почему-то даже не подумал о том, что он просто не хочет провалить гипотетическую задачу Отца… А еще выяснилось, что он терпеть не может Коракса. Убедить Сангвиния в том, что он должен отдать Конрада, труда не составило. Хорус просто спросил: хочешь, чтобы он вырос похожим на тебя? Сангвиний, разумеется, не хотел. Еще не хватало! Чему он, в самом деле, может научить ребенка? А с видениями Конрад и сам справится, теперь точно справится - тут ведь не инструкции нужны, а просто любовь. Он очень хотел, чтобы Конрад остался с ним. Но Хорусу ведь виднее? А Хорус начал с того, что предложил снова отдать ребенка Фулгриму. Вроде все верно: так решил в свое время Император. Только вот прошлое повторять было нельзя. По возможности, ни в чем - просто на всякий случай. Себе его брать, вопреки надеждам Сангвиния, он не собирался категорически. И за следующий час перебрал всех, кроме, разве что, Ангрона. Да еще почему-то Коракса, хотя Сангвинию казалось, что Коракс как раз самый логичный вариант: он спокойный и терпеливый, хотя и замкнутый, а еще они похожи. Они с Конрадом всегда были похожи. Внятно объяснять свою антипатию Хорус не захотел. Но, кажется, обиделся, когда брат уперся. Особенно на намек насчет того, что Конрад - не военная операция, а значит, на его счет спорить и возражать очень даже можно. Так и ушел, обидевшись. Хотя уступить уступил: мол, делайте, что хотите. Раз он не военная операция. А Сангвиний расстроился. И вот теперь еще выяснилось, что Конрад - с ума сойти можно! - все это подслушал. Но вопрос требовал ответа, маленькое бедствие терпеливо выжидало, стоя на подлокотнике кресла и глядя снизу вверх черными бусинами глаз, и Ангел со вздохом ответил: - Коракс - наш брат. Еще один… Ты ведь обиделся, да? - С какой бы это радости? - безмятежно поинтересовался Конрад. - Ну, не нравлюсь я твоему Хорусу - и что? Я от него сам не в восторге, от этого термоса лысого. - Он хороший. Честное слово. Просто Император сделал его главнокомандующим, вот он и пытается за всех нас подумать. На сто лет вперед. И решить все проблемы заранее, еще до того, как они настанут. - Ну и дурак. Севатар вот говорит, что проблемы по мере поступления решать надо. - Не совсем. И не всегда. Но вообще-то да, правильно Севатар говорит. - А чего ты тогда такой грустный? Сангвиний еще раз вздохнул. Подумал немного. Честно признался: - Не хочу я тебя никому отдавать. Даже Кораксу. Хотя с ним тебе будет лучше, чем со мной. - Это почему еще? - не поверил Конрад. - А вы с ним похожи. - Да неужели? Ну, хоть на кого-то я похож, а то как не братья: один врет как срет, другой с крыльями… - Конрад? Мы же договаривались? Действительно. Не ругаться нецензурными словами Конрад сам согласился. Потому что Сангвиний от них расстраивался - даже если сам не слышал, а ему просто рассказали, что вот опять. - Ну… извини. Я нечаянно. - И ничего он не врет. Это у него, как у тебя с руганью - просто привычка такая. Дипломатическая. Он хочет, как лучше. А крылья тебе, кажется, даже нравились? - И нравятся, - согласился Конрад. - Отличная штука. Только прятаться с ними неудобно, наверное - вон, ты даже в кресле, и то сидишь, как птица на гнезде. Кругом куча крыльев. А летать и на прыжковом ранце можно. Сангвиний улыбнулся. Правда, как-то грустно. - Ну вот у Коракса крыльев нет. Вернее, есть, но механические. На прыжковом ранце, чтобы планировать. А прятаться он умеет так, что даже ты обзавидуешься. - Да ладно? - Честное слово. - А меня научит?! - Попросишь - научит. А еще он не врет. - Как Хорус? Или как ты? - Скорее как я. Если я правильно понял, о чем ты. Несколько секунд Конрад смотрел на него. Молча. Испытующе. Потом шагнул с подлокотника брату на бедро, потянул за волосы, заставляя наклониться, и обнял за шею. - Ты чего раскис? Ну давай посмотрим, правда ли он как ты, а не как Хорус. Если с Севатаром и если ты будешь в гости приезжать, то я не против.