Kill or Be Killed

И всё тошнит, и голова кружится, и мальчики кровавые в глазах… (с) А. С. Пушкин       Город пересекают десятки речных протоков, поэтому в нём множество мостов. Один из них славился своим материалом – горный, чёрный камень. Мост величественно стоял ещё со времен, когда город был военным. А сейчас через него можно было выйти на торговую улицу. Девочка шла по нему спокойным шагом к торговой улице, погружённая в тревожные мысли, то и дело оглядываясь по сторонам. От улицы в её сторону шли двое парней, громко смеясь и разговаривая о чём-то своём, пока они не столкнулись. Девочка быстро извинилась и уже собиралась пойти дальше, как один из парней схватил её за руку.       - Ну, куда же ты, прелестное создание? Может пообщаемся поближе? – голос человека был низким, а ухмылка на лице придавала всё больше страха девочке, - Всё же ты наш будущий ужин.       Она попыталась вырваться из хватки, но безуспешно, лишь повеселив парней, которые начали издеваться над ней. Толкали, пинали, смеялись, а она всё повторяла: «Отпустите меня, пожалуйста. Отпустите меня.» Когда её подняли с тротуара моста одной рукой, держа за одежду, случилось то, что никто не мог ожидать. В её глазах уже не читался страх, там царила во всю злоба. Тот, кто держал её, покрылся испаринами от такого взгляда полного ярости.       - Я же вроде говорил вам отпустить меня. Я повторял это раз за разом, но вы это не слышали, - леденящим голосом сказала девочка, - Значит, зря… Теперь моя очередь повеселиться, – усмешка переходила в безумную ухмылку.       Резким движением она выкрутила руку парня, освобождаясь от хватки и вызвав шипение от боли у нападающего. Пока второй молодой человек стоял, как вкопанный, это маленькое чудовище молниеностно достало из сумочки раскладной нож. С кровожадным видом она одним нажатием на рукоятке раскрыла нож, прыгнула вверх и ловким движением повредила глаза одному из нападающих. Пока он схватился за глаза и кричал от боли, девочка в два шага оказалась за его спиной, запрыгнула и перерезала на шее нерв. Кровь брызнула из артерии на смеющуюся девчонку, но тут же тело под ней рассыпалось в прах.       - Теперь следующий, – неудовлетворенно посмотрев на оставшуюся после парня одежду, - Куда же ты, прелестное создание, а, именно, вампир? – глядя на жертву, который, упав на тротуар, начал отползать от девчонки с неописуемым ужасом на лице.       - Ты Дьявол в овечьей шкуре! – взвыл вампир, а девочка, слизав с ножа кровь, только лишь засмеялась, а в глазах были искры безудержного веселья.       Подойдя ближе, он ловко вскочил и ударил её ногой по правому боку, отправив её до противоположного края моста. Это должно было сработать, по крайней мере, он в это верил, но девочка только встала и отряхнула пыль со своей одежды, как бы невзначай.       - Да что же ты такое? – не веря своим глазам, сказал вампир.       - Я - всё зло человеческой души, - сказала пренебрежительным тоном, а потом добавила презрительно смотря на свою жертву, - а ты всего лишь жалкая пародия меня.       Вампир подбежал к ней, уже нанося удар рукой, но был остановлен ножом воткнутым в ладонь и высокомерной улыбкой, от которой становилось омерзительно. Вынув нож из руки и воткнув в шею парня, разрезая гортань, артерии и нервные окончания, девочка разочаровано посмотрела на своего нападающего.       - Убить или быть убитым? Первый вариант больше мне по душе, - последние слова, которые слышал парень перед своей смертью.       Вздохнув с жалостью о том, что так быстро всё закончилось, помутневшие глаза стали обычными. А, следом, с первым дыханием вся порочность и пренебрежение ко всем людским законам ушли в глубь сознания, возвращая привычный кошмар, перемешанный с паникой.       «Я только что убила двоих парней! – тошнота подступала к горлу, - Нет! Это не я, это он! Это он во всём виноват! Это он убил их!» – такие мысли вертелись в голове девочки.       Добежав до спуска речки, она быстро сполоснулась и спешно пыталась стереть со своей одежды кровь. Страх полностью обуздал девочку, и она помчалась со всех сил по торговой улочке от места происшествия, пока не столкнулась с ребятами, которые в последствии и приютили её на время у себя в отеле.

***

      Мороз по коже прошелся, когда Хайд увидел перед своими глазами девочку с ухмылкой, как в то же время с её глаз катились градом слёзы. Трудно передать, какие ощущения испытывал человек за таким зрелищем; что-то вроде омерзения, не понимая, оцепенения и многое другое. А ещё Хайд заметил, что лицо девочки стало чуть другим. Метаморфозу трудно было разглядеть обычному человеку, но именно он заметил, что оно стало бледнее, глаза потемнели на пару тонов, а еще запах, исходящий от девочки стал другим, попахивало гнилью.       Тодороки закончил мелодию и стал разглядывать присутствующих. Заметив, что всё внимание было устремленно к незнакомке, он на мгновение потерял дар речи. Что-то отталкивало в ней, а вот что он понять не мог, пока Хайд не заговорил.       - Что ты такое? – с осторожностью начал он, стараясь следить за собой, чтобы голос не задрожал и не дал понять, что он боится того, что сидит перед ним на коленках.       - А тебе–то на кой это знать? – поднялась с колен девочка и заговорила пренебрежительным, но в то же время холодным тоном.       Хайд не смог ничего ответить, впервые за долгое время, ведь он всегда находил нужные слова. Кранц сидел, не шевелясь на диване, не в силах даже подняться. Лихт, как и стоял так и продолжал стоять, пытаясь понять, что же на самом деле сейчас произошло за время, что он играл. И только юная особа спокойно вела себя. Даже взяла сумочку, вытряхнула на пол всё содержимое, среди которого был тот самый нож, ножницы, блокнот, ручка и шприц с какой-то жидкостью. Подобрав блокнот и ручку, она села за журнальный столик, а Кранц резко отскочил от неё, отходя к пианисту. Лоулесс подошел к спинке второго дивана, надеясь, что такое расстояние будет достаточным, пока девочка писала что-то в блокноте.       Ты думаешь, сможешь от меня избавиться, жалкая тварь. Ты даже не можешь о себе побеспокоиться. Если будут ещё такие выходки, то я…       - Что ты пишешь? – прервал девочку Хайд, на что получил ответ таким взглядом, что у того поджилки затряслись.       «Главное - не показывать свой страх. Животные всегда чувствуют твой страх» - мысленно пытался успокоить себя Хайд.       - Так что ты такое? – он старался сказать спокойным тоном, не дав девочке продолжить писать.       Монстр что-то тихо прорычал , но всё же встал и в короткий промежуток времени пересёк расстояния между ним и Хайдом, становясь одной ногой на подушку дивана, а второй на спинку.       - Хочешь узнать? Ладно, потешу твоё любопытство. Моё имя Густав. Я тот, кто живет в Её теле. А точнее сказать, я - это вторая половина Её, всё самое плохое, что есть в человеке, истинное Зло! – после своих слов и удовлетворения от реакции парня, то есть абсолютного страха перед ним, схватил за воротник рубашки и притянул к себе.       Хайд ловко вырвался из захвата и отскочил назад. Густав только пошатнулся, спрыгивая за парнем с дивана. Только он хотел наброситься на свою жертву, его со спины схватил Лихт, который во время подоспел. Густав начал сопротивляться, на что получил подножку и был повален на пол. Лихт скрутил руки ему, а Кранц подбежал, чтобы помочь сдержать этого монстра. Выйдя из ступора, Хайд добежал до ванны и сорвал бельевую веревку вместе с шурупами.       - Хайд! Быстрей! – подал голос Лихт, пока они держали девчонку.       Времени не было на удивление. Только после того, как всё закончится Хайд будет преследовать Лихта, призывая его называть по имени, но не сейчас. Надо каким-то образом вернуть её к прежнему состоянию. Пока Густав осыпал проклятиями и угрожал, Хайд связал руки и ноги, и его посадили возле стенки.       - Итак, Густав, как зовут девочку? – первым задал вопрос Лихт.       - Маи Игараси. Может что-нибудь ещё хотите узнать? – по-видимому, ему нравился этот допрос.       - Это ты сделал с Маи? – Кранц жестом указал на волосы.       - Да, и что? Я, вообще, много чего делал, – с надменной улыбкой сказал Густав.       Пока парни проводили допрос, Хайд решил осмотреть то, что выпало с сумочки. На ноже оставалась кровь, что начало порождать много страшных мыслей в его голове. Но больше его внимание устремилось к шприцу. Взяв его, он принес к девочке.       - Что за вещество? – парень показал свою находку этому монстру.       Всего на секунду при виде этого шприца у Густова в глазах мелькнул страх, но этого времени хватило Хайду, чтобы заметить его. Не дожидаясь ответа, Хайд ввел содержимое шприца в вену.       - Ты будешь следующим, вампир.       Хайд в оцепенении наблюдал за тем, как глаза у девочки стали возвращаться к своему первоначальному тону, а в мыслях крутилось: «Как он узнал, что я вампир? Ему же никто не говорил». Хотя не только у него одного были такие мысли. Все трое переглянулись между собой непонимающими взглядами.       - Отвезите меня в психиатрическую клинику, пожалуйста. – тихо сказала Маи, придя в себя и жалобно смотря на парней.