Эти классные игры.

— Я могу чем-то помочь? Если нужно содействие, только скажи, у меня много должников и друзей среди власть имущих, — Алина приподнялась с подушек и потянулась к мобильнику. — Нет, спасибо, — он успел перехватить трубку до того, как девушка коснулась темного пластика. — Сам справлюсь. И потом, мы вроде решили, что с Артуром ты больше не общаешься… Егор сжал несчастный телефон в ладони до такой степени, что корпус слегка затрещал. — Я и не собиралась обращаться к Мирзоеву, — Алина спокойно, с долей доброй иронии наблюдала за мужем. — В этом городе у меня есть и более лояльные по отношению к законодательству связи. — Хорошо, — мужчина немного ослабил нажим пальцев и отбросил сотовый на журнальный столик. — Пока ничего не нужно, справимся сами. Но за предложение помощи — спасибо. Алина улыбнулась, продолжая наблюдать за Егором и, хотя инстинктивно чувствовала какой-то подвох, больше ничего настораживающего не уловила. — Если что-то будет нужно, скажи, — она попыталась приподняться, но опустившаяся на плечо тяжелая ладонь не дала двинуться с места. — Куда собралась? — На кухню. Егор, серьезно, мне нужно хотя бы немного двигаться, головокружения уже почти нет… — девушка осторожно отвела его руку. — Поставь себя на мое место. Это ужасно, уже все тело от постоянного лежания ноет. Если бы не топот, свидетельствующий о возвращении детей, Егор мог бы прямо не отходя от дивана провести сеанс живительного массажа, но появление двух любопытных мордашек испортило момент. — Хорошо, но держишься за меня, — он неохотно убрал ладонь и помог Алина приподняться, не торопя её, давая привыкнуть к новому положению тела. — А теперь потихоньку пойдем, — придерживая жену за талию, Егор кивнул Мишке, чтобы тот помог поухаживать за мамой. Смышленый мальчик сразу сообразил, чего от него ждут, и быстро отодвинул стул. Болтая о всякой ерунде и пытаясь накормить маму — а к этой игре, помимо Алевтины Эдуардовны и Егора, присоединились ещё и дети — они посидели около часа, слушая о достижениях Мишки в трансформеростроении (достижения были сугубо со знаком "минус", но мальчик не унывал) и доклад Соньки о новой пьесе, разученной с преподавателем музыки. Булаткин же все пытался придумать, как бы, не выдавая Еву, аккуратно подвести жену к обсуждению нового жилища. Заманчивее всего было просто купить самый симпатичный из вариантов и поставить Алину перед фактом, но опыт предыдущих импульсивных поступков не давал совершить такой явной глупости. Хотя, сам Егор уже выбрал тот дом, который хотел бы приобрести для своей семьи — довольно просторный, но не огромный, с большим участком и — что самое важное — расположенный так, что охранять его было предельно просто и удобно. — Пап! Он не сразу понял, что все выжидающе смотрят на него, явно окликая не в первый раз. — М? Я немного задумался… — Мы так и поняли, — Алина осторожно отодвинула тарелку с сырниками, которую ненавязчиво подталкивала домработница. Хорошо, хоть насильно запихивать в рот не пыталась… — А когда мы будем играть? — Мишка, с молчаливо-нетерпеливой поддержкой сестры, решил немного поторопить родителя, а то так скоро погонят спать, а что там за коробка, они так и не узнают. — Прямо сейчас, — Егор поднялся, помог встать Алине, которую крепко держал под локти, и переправил всю семью обратно в гостиную. — А ты не думаешь, что детям ещё рано играть в это? — Алина с некоторым сомнением кивнула на узнаваемый логотип. — Обычным — может быть, но у нас умные детки, так что будем в них развивать логику и стратегию. Итак, Сонь, — девчушка встрепенулась, — у тебя самая важная и ответственная миссия — будешь Банком. "И что мне делать?" — Ты можешь поддержать любого игрока, либо же отказать в кредите, и тогда он проиграет, — пояснил Егор, вынимая кубики и раздавая стартовый капитал. Судя по проказливому выражению лица девочки, поддержки ни один из участников игры, скорее всего, не дождется. — Миш, правила объясним по ходу, так будет проще. Ну, что, начали? Час спустя в гостиной кипели нешуточные страсти. — Стоп, — Егор, прищурившись, посмотрел на Алину, которая, несмотря на бледность, задорно улыбалась. — Ты перекупила последний "оранжевый" дом, хотя все остальные у меня. — Дорогой, быть монополистом плохо, — под хихиканье детей, "скорбно" покачала головой девушка. — … сказала та, кто ещё в середине игры полностью оккупировала "Железные дороги". — А монополисткой — хорошо, — теперь она смеялась, уже не таясь. И ради этой улыбки он готов был не только подчистую проиграть в культовую игру тридцатых годов прошлого века, но и на гораздо большее. — Все ясно, вы меня почти разорили, — качнул головой Егор. — Поэтому на сегодня заканчиваем, кое-кому уже пора спать. — Но мы ещё не хотим! — Мишка выразил общее мнение младшего поколения. — А придется. Вы мне что обещали? — против такого аргумента дети ничего не нашли и, крепко поцеловав и обняв маму, отчего она на пару секунд задержала дыхание от боли в ребрах, покорно поплелись наверх. — Сонь, я сейчас приду читать перед сном, — Егор с гораздо большей охотой остался бы с женой, но обязанностей няньки никто не отменял. — Я сам ей почитаю, — Мишка вопросительно посмотрел на сестру. Соня сначала недовольно выпятила нижнюю губу, но, подумав, согласилась. — Да? Все равно приду и проверю. — Надо же, они тебя так слушаются… — Алина посмотрела вслед убежавшим наверх детям. — Как оказалось, из меня получается вполне сносная нянька, — Егор провел кончиками пальцев по её щеке, не говоря ничего относительно того факта, что последние полчаса жена пыталась скрыть усталость — выступившая на лбу испарина и пара тщательно замаскированных зевков были единственными признаками, позволяющими это заподозрить. — Ты не просто сносная, а замечательная нянька. И отец из тебя прекрасный, — она на секунду прикрыла глаза, пытаясь расслабить утомленные мышцы. — Какая же ты вредная и упрямая. Обними меня за шею, — мужчина аккуратно поднял её с дивана. — И не вздумай протестовать! — Да я вообще молчу, — Алина крепче сжала ладони на его затылке. Если ему хочется потаскать её на руках, она не против. Тем более, что коленки, и в самом деле, начали противно дрожать, потому вероятность сверзиться с лестницы и пересчитать попой ступеньки была довольно велика. — Вот и правильно. Ты решила насчет смены фамилии? — Егор ногой закрыл дверь спальни и, преодолев оставшиеся несколько метров, уселся на кровати, устраивая девушку на своих коленках. — Это для тебя настолько важно? — она, конечно, прекрасно знала психологическую подоплеку этого вопроса, но решила, на всякий случай, уточнить. — Да. Я хочу, чтобы у моей жены была моя фамилия. Это тебя удивляет? — ладони пустились в путешествие по её талии, пока что прикрытой тонкой эластичной тканью футболки. — Нет, не удивляет. Если тебе этого хочется, я сменю, — Алина улыбнулась ему в шею, заметив, как напряглись его руки, когда она носом провела по коже за его ухом. — Вот и умничка, — Егор сам не ожидал, насколько ему будет приятно сознавать, что она не против такого немного примитивного подтверждения собственного статуса. — И перестань меня дразнить… По той же самой точке теперь в едва ощутимой, но от этого не менее возбуждающей ласке прошелся её язычок. — Почему? — Алина не стала отвлекаться на ожидание ответа, продолжив губами изучать линию его шеи. — Потому что в этот раз я остановиться не смогу, а тебе пока рано, — голос мгновенно сел, а кулаки пришлось сжимать до хруста, чтобы не обхватить жену за талию и не бросить спиной на кровать. — Надо же, какая выдержка… — узкие ладони уже прокрались на его грудь, и тонкие пальчики начали не торопливо, но целеустремленно расстегивать одну за другой пуговицы рубашки. — Алин, я серьезно, — Егору пришлось приложить усилия, чтобы отдернуть собственные руки, уже взявшиеся за край её футболки.