Дубль "9"

Глава 3

Ангел-Хранитель Главному Стражу: Доложите их сиятельству Вершителю судеб о моем визите. Главный Страж (преграждая путь): Его сиятельство в отъезде. Ангел-Хранитель: Как это в отъезде? Где? Стражник: На райском острове "Абук". Ангел-Хранитель (теряет контроль над собой): Да что же это такое! Это какое-то свинство! Наделал делов и свалил, а мне тут разгребай. Главный Страж: За дерзость и непочтительный тон по отношению к его сиятельству Вы понесете наказание. Эй, стража, в карцер его, на 48 часов! Подбегают два стражника и уводят Ангела-Хранителя.Тот пытается уговорить их отпустить его, но тщетно. Ангел-Хранитель (бормочет, с раскаянием): Что же я наделал? Таки надо было следить за своими речами, права была моя мама. Теперь все пропало.

Из пролетки, подкатившей к дому Мироновых, вышли двое. Вернее, один спрыгнул еще на ходу, а затем, когда пролетка полностью остановилась, практически потащил второго на себе до крыльца. - Батюшки, Петр Иваныч, голубчик, что это у вас? - охнула Прасковья, открыв дверь. - Где? - пробормотал Миронов, освобождаясь из объятий Штольмана. Прасковья жестом показала на его лицо, все в ссадинах. - А, это? – Петр Иваныч прикоснулся к своему лицу и слегка поморщился от боли. – Это ничего. До свадьбы Аннет заживет. - Так, ну, я, пожалуй, пойду, - сказал Штольман. – Нет-нет, Яков Платоныч, как же, вы меня от смерти спасли, я должен вас отблагодарить. Проходите, гостям у нас завсегда рады, правда, Марья Тимофеевна? – обратился Петр Иваныч к подошедшей на шум невестке. - Как стыдно, боже мой, как стыдно, - запричитала та. - Куда механизм изволите-с? Все трое оглянулись. На пороге стоял извозчик с велосипедом. - А где Анна? – спросила Марья Тимофеевна. - В каком смысле? - Петр Иванович, вы издеваетесь? Анна сказала, что идет сегодня с вами на званый вечер к Кулешовым. - Позвольте откланяться, - Штольман предпринял вторую попытку ретироваться, не желая присутствовать при семейных разборках. - Э, нет, погодите, – схватил его за рукав Миронов. – Анна пропала, понимаете? - Может, она пошла к подруге? – высказал предположение Яков Платоныч. - Да нет у нее подруг, - горестно вздохнула Марья Тимофеевна и одарила своего деверя таким взглядом, как будто он был виноват во всех бедах мира. - Так таки ни одной? – усмехнулся Штольман. - Ни од-ной, - отчеканила Марья Тимофеевна. - Ну, может быть, на свидание пошла, дело, знаете ли, молодое, - развел руками Яков Платоныч. - Да если бы! Нет у нее кавалеров. А вы, простите, кто? – поинтересовалась Марья Тимофеевна. - Извините, позвольте представить - Яков Платонович Штольман, наш новый следователь из полиции. Нашел велосипед Аннет. - В каком смысле нашел? – удивленно спросила Марья Тимофеевна. - Его украли, то есть, Аннет думала, что велосипед украли, но на самом деле я его одолжил, мне нужно было срочно... - В трактир, - закончила за деверя невестка. - Марья Тимофеевна, полноте, - поморщился Миронов. – Яков Платоныч, раз вы велосипед нашли, может, и Аннушку нашу тоже найдете? - Во сколько она ушла из дома? – понимая, что от него не отстанут, спросил Штольман. - Да около семи, - ответила Марья Тимофеевна, нервно теребя кружево воротника. - И сказала, что пойдет к Кулешовым с дядей? - Да, так и сказала. - Она ушла пешком или уехала на пролетке? - Ушла. Сказала, что с дядей встретится уже у дома Кулешовых. - Вы договаривались встретиться с Анной Викторовной? – повернулся Штольман к Миронову. - Точно так-с, договаривались, как же я забыл-то, - смутился тот. - Ну вот, значит, ваша племянница у этих самых Кулешовых вас и ждет. Честь имею. - Нет-нет, подождите, – воскликнула Марья Тимофеевна, преграждая выход из гостиной. - А если ее там нет? - А если есть? – парировал Штольман. - Вот давайте и проверим, - решительно произнесла Миронова. - Погодите-ка, - воскликнул уже почти полностью протрезвевший к этому времени Петр Иванович. - Сегодня ведь суббота? - Суббота, - подтвердил Штольман. - Все это очень странно. - Что вы имеете в виду? – одновременно произнесли Яков Платоныч и Марья Тимофеевна. – Все дело в том, - Миронов сделал паузу, - что званый вечер запланирован на воскресенье. - Боже мой, куда же тогда пошла Аннушка? - вскричала Марья Тимофеевна. ******* В управлении не было никого, кроме дежурных. Яков Платоныч прошел в кабинет и сел за свой стол, затем достал из нагрудного кармана фотографию, которую ему дала Марья Тимофеевна, и долго смотрел на голубые широко распахнутые улыбающиеся глаза Анны. Подчиняясь невольно возникшему желанию, Штольман прикоснулся ладонью к фотографии и провел по волосам девушки. Часы пробили полночь. Пламя свечей колыхнулось от внезапно повеявшего холода. Штольман оторвал взгляд от Анны и посмотрел на окно – оно было закрыто. Откуда-то донесся едва слышный шепот. Штольман взглянул на фотографию. Увиденное повергло его, ярого материалиста, в шок. Девушка на фотографии как будто ожила: напуганная, измученная, с окровавленным лицом, она просила о помощи.