Дубль "9"

Вершитель, лежа в шезлонге на пляже: Ну вот, наконец мне удалось избавиться от этого надоедливого Ангела. Вечно сует нос и все портит. Нам, творческим людям, нужна свобода. Штольман - всего лишь мазок в грандиозной картине мироздания. Человек, конечно, неплохой, но мое творческое самовыражение - прежде всего.

Анна Викторовна открыла глаза и, взволнованно дыша, провела рукой по волосам. Слава богу, это был всего лишь сон. Но каким он казался явным и страшным. Ей приснилось, что ее похитили, а затем Яков Платоныч ворвался в дом князя, чтобы ее спасти, а похититель его убил. Но где же Яков? Она встала с кровати, и вышла в будуар. Из-за двери доносились чьи-то шаги и разговоры. - Антон Андреевич, а что здесь произошло? – спросила Анна, открыв дверь и с ужасом замечая пятна крови по всему коридору. - Анна Викторовна? Не ожидал Вас здесь увидеть, - Коробейников выглядел очень расстроенным. В другое время он бы обязательно смутился, увидев мадемуазель почти что в неглиже, но сейчас, по всей видимости, его волновал совершенно другой вопрос. - Скажите, Вы ночевали в гостинице? Ночью никакой шум вас не тревожил? – замер Антон Андреевич в ожидании ответа. - А Штольман где? – пересохшими от волнения губами спросила Анна, игнорируя его вопрос. - Видите ли, он… дома его нету, в управление не явился. Многие видели, как он заходил в гостиницу, но никто не видел, как он из нее выходил. Я вынужден задать вам один вопрос. Скажите, он был у вас? - Да, ночью, поздно пришел, был недолго и… ушел. - Выходит, больше, кроме вас, его никто не видел, - вздохнул Коробейников. - Прошу прощения, Антон Андреевич, - подошел околоточный надзиратель Ульяшин. - Мне только что доложили, что Яков Платоныч ночевал в номере у госпожи Нежинской. - Что? – непроизвольно вырвалось у Анны. - Прошу прощения. - Что значит у Нежинской? Это после меня. - Ну, так хорошо, и чья это кровь, как вы думаете? – спросил Коробейников. - Пока ничего не думаю, Анна Викторовна, но вынужден предположить самое худшее. Миронова зашла в номер, и, не закрывая двери, попыталась вызвать духа Якова. Ей было очень страшно. Дух не приходил. Что ж, уже какая-то надежда. Но зачем же Яков пошел к Нежинской? - Жив, я чувствую, жив, - сказала Анна Коробейникову, продолжающему исследовать место преступления. - Это очень хорошо. Она вернулась в номер и с силой стукнула дверью. Все мысли в голове перемешались, и она не придумала ничего лучше, чем снова потревожить дух князя. Однако зря она вопрошала, где Штольман – князь ее игнорировал. Казалось, ему доставляет удовольствие приходить к ней и наблюдать за ее мучениями. Хотя бы в такой способ он мог отомстить за свою уязвленную ее отказом гордость. Сидеть в гостинице не представлялось возможным, и Анна, накинув пальто, спустилась вниз, к портье. - Скажите, когда вы последний раз видели г-на Штольмана? - А, ну так, утром. - Утром? - Ну да, в пять утра они с г-жой Нежинской уехали. - С Нежинской? Уехали? - Ну да, на пролетке уехали. - А скажите, как они выглядели? - Что вы имеете ввиду? - Ну, там, может, говорили о чем-то, спорили, например… - Да нет, не спорили, молча вышли, сундуки погрузили, и все. - Сундуки? - Ну да, сундуки. - Это, получается, Нина Аркадьевна покинула гостиницу насовсем? - Получается, что так. С каждым ответом портье Анне становилось ясно одно – Штольман уехал с Ниной. Он бросил ее. Эта мысль колотилась у нее в мозгу, как раненное животное, попавшее в ловушку. Яков не мог так поступить – говорило ей сердце, но факты – вещь упрямая, твердил разум. *********** На улице бушевала метель. Белая крутящаяся пелена накрывала Анну каждые несколько минут. Она брела со своим чемоданом по безлюдной городской площади. Еще вчера ее сердце полнилось надеждой, а сегодня было разбито вдребезги. «Нам нужно быть вместе», сказал Яков вчера. Что, что могло измениться за одну ночь? Как теперь жить дальше? *********** Странности этого утра не закончились на происшедшем в гостинице, наоборот, только начались. Г-н Уваков вместе со своим помощником срочно покинули Затонск, вызванные телеграммой из Петербурга. И хотя это было хорошим событием, Коробейников все никак не мог взять в толк, что же ему теперь делать. Официально обвинения со Штольмана никто не снимал, а убийство князя осталось нераскрытым. Коробейников ходил взад-вперед по кабинету, пытаясь сообразить, какие действия следует предпринять первыми. - Ничего не понимаю, кровь есть - тела нету. И знать бы еще, чья это кровь. И почему Штольман уехал с Нежинской. Просто голова идет кругом. - Антон Андреевич, там посетитель, - доложил вошедший Евграшин. - Ко мне? - Ну, не совсем к вам, к г-ну Штольману. Но г-н Штольман отсутствует, вот и я подумал, что, наверное, к вам. - Ладно, зовите. Закутанным с ног до головы посетителем оказалась Элис. *********** В двери дома Мироновых постучали. Прасковья открыла. Однако за дверью никого не оказалось. Ее взгляд упал на порог. Письмо. «Если хотите увидеть свою дочь живой, приходите в сторожку лесника сегодня в полночь», - прочитал Виктор Иванович и, схватившись за сердце, стал медленно оседать на пол.