Дубль "9"

Глава 6

Ангел, выходя из карцера: Погодите, Ваше сиятельство, вы мне еще за это ответите. Я поверил вам, а вы меня так подло обманули. Ну, ничего, мой папенька не зря платил за мое обучение в Петербургском университете. Я вам покажу, как честных ангелов обманывать.

- Витенька, что с тобой? – встревоженно спросила Марья Тимофеевна, стоящая рядом с мужем. – Тебе плохо? Присядь, присядь. Виктор Иванович молча протянул ей письмо, тяжело опускаясь на стул и послабляя галстук. «Приносите двадцать тысяч рублей. Если обратитесь в полицию, ваша дочь умрет», - дочитала письмо Марья Тимофеевна. – Боже мой, Виктор, что это? Что это такое? - Да что случилось-то? – воскликнула Олимпиада Тимофеевна, для которой неведение было самым худшим состоянием в жизни. - Анну похитили, - придушенным голосом ответила сестра. - Как же это? Да что же это творится в нашем городе? – всплеснула руками дотоле смиренно молчавшая Прасковья. - Так, деньги, - тер виски Виктор Ивановчи. - Где деньги взять? - Витя, ты что, собрался туда идти? – перепугано спросила Марья Тимофеевна. - А что, есть какой-то другой выход? – раздраженно ответил вопросом на вопрос муж. - Да-да, ты прав, конечно. - У меня есть отложенные деньги, три тысячи, но только дома, - задумчиво промолвила тетя Липа. - На моему счету в банке 10 тысяч, только вот смогут ли они выдать мне их так быстро и все сразу? – размышлял вслух Виктор Иванович. – Нужно срочно ехать в банк. - А Вишневские, может быть, у них можно одолжить? – предположила Марья Тимофеевна. - А что мы им скажем? - Как есть, так и скажем. - Да, другого выхода, пожалуй, нет. *********** Элис пила чай, заботливо предложенный Антоном Андреевичем, и вела свой рассказ о князе, о том, как боялась, что Разумовский ее убьет, из-за того, что она знает, о том, как д-р Милц помог ей найти убежище на эти несколько месяцев. - Позавчера Анна Викторовна предложила мне побыть у нее, но когда мы пришли, ее отец и тетя не приняли меня. Стали ругать Анну Викторовну, вот я и ушла, - Элис сделала еще пару глоточков, не выпуская стакан из рук, стараясь согреть озябшие ладони. - Да уж, несладко вам пришлось, мисс Элис, - сочувственно произнес Коробейников. - Я направилась к доктору Милцу, но его не оказалось дома, и мне пришлось ночевать на улице, с нищими, у костра. - Да, доктора Милца вчера арестовали. - Арестовали? За что? Из-за меня? – встревоженно произнесла Элис, вскакивая со стула. - Ой, да там столько всего, - махнул рукой Коробейников. – Вы пейте, пейте чай, угощайтесь, вот пирог, маменька испекла. - Г-н Уваков, который д-ра Милца арестовал, уехал рано утром, а приказа освободить не давал. И про Штольмана молчок. Кстати, а зачем вы хотели видеть г-на полицейского? - Ну, - смутилась Элис, снова присаживаясь на стул. – Анна Викторовна всегда говорила, что Штольман – друг, вот я и пришла сюда, за помощью. В кабинет без стука вошел пожилой седоватый мужчина военной выправки. - Полковник Варфоломеев, начальник государственной охраны, - представился он. - Антон Андреевич Коробейников. - Вы помощник г-на Штольмана? - Так точно-с. - А вы – мисс Элис? Девушка кивнула головой, глядя на полковника настороженно. - Мисс Элис, подождите в коридоре, пожалуйста. - Где г-н Штольман? – спросил Варфоломеев, когда за Элис закрылась дверь. - Он вчера бежал из-под стражи, - лицо Коробейникова стало кислым. – Ночь он провел в гостинице, в номере у г-жи Нежинской, и рано утром они вместе уехали. Больше его никто не видел. - Ясно. А г-жа Миронова? - А что с Анной Викторовной? - Она где сейчас находится? - Два дня назад она поссорилась с родителями из-за мисс Элис и ушла из дома. Сегодня ночевала в гостинице. Г-н Штольман заходил к ней на коротко вчера вечером, - вздохнул Коробейников. – А больше мне ничего не известно. - Хорошо. Отпустите д-ра Милца. Если г-н Штольман появится, передайте ему, что я жду его в Петербурге. Мисс Элис я забираю с собой. *********** Когда Анна подходила к дому, метель стихла. Войдя, она устало опустилась на пороге рядом с чемоданом. Перед глазами мелькали люди, вспоминались события последних дней, но раз за разом память возвращала ее во вчерашний день. «Когда Вы вернетесь домой?» - «Когда вы победите, Яков Платонович». Теперь она считала все произошедшее насмешкой, насмешкой Штольмана, насмешкой судьбы. В доме царила необычная тишина, казалось, он был совсем пустым. Но даже это не волновало Анну. Собравшись с последними силами, она прошла в свою комнату и упала на кровать не раздеваясь. *********** Сидя в трактире, Ребушинский, по своему обыкновению, подслушивал разговоры посетителей. Ничего особенно интересного сегодня не происходило, ни тебе даже мало-мальской потасовки. Однако кое-кто все же привлек его внимание: молодой человек лет двадцати пяти, сидевший в одиночестве и явно чувствовавший себя не в своей тарелке. Он постоянно хрустел пальцами и время от времени посматривал в окно. Начинало темнеть. Ребушинский наблюдал за ним уже полчаса и собирался уходить, как к молодому человеку подошел мужчина лет пятидесяти в черном пальто и шляпе. Говорили они очень тихо, парень явно нервничал, и, судя по его движениям, пытался в чем-то убедить своего визави. Наконец, они оба поднялись и вышли. Минутой спустя Ребушинский последовал за ними. *********** Чета Мироновых и тетя Липа вернулись домой, когда уже совсем стемнело. Благодаря Вишневским, до необходимой суммы оставалось добрать всего три тысячи. - Может быть, он согласится на 17 тысяч? – размышляла вслух Олимпиада Тимофеевна. - Липа, ради бога, помолчи немного, я и так уже вся извелась, - нервно заметила Марья Тимофеевна. - А ты думаешь, я не волнуюсь, я же тетя как-никак, а Нюшенька - моя самая любимая… - А я – мать, понимаешь - мать? - Так, ради бога, не устраивайте ссору, - вмешался Виктор Иванович. - К нам гости, - доложила Прасковья, вошедшая в гостиную. - Кто? – одновременно спросили супруги Мироновы. - Ирина Алексеевна Калинникова, была у нас на званом вечере в прошлом месяце, - ответила Прасковья. - Да знаю я, кто такая Калинникова, - раздраженно заметила Марья Тимофеевна. - Что ей нужно? - Просит с Анной Викторовной поговорить. *********** Коробейников сидел за столом и чертил на большом листе бумаги какие-то схемы. Он пытался выстроить ход событий с помощью диаграмм и временных шкал. В этом оригинальном документе было указано все: и дата приезда Штольмана в Затонск, и случай с синей тетрадью, и убийство князя, и все, что только мог вспомнить Антон Андреевич. В список подозреваемых в убийстве Разумовского попали Элис, д-р Милц и даже его фельдшер. Коробейников подумал-подумал, и зачем-то добавил Нежинскую и Штольмана. Отдельным пунктом он отметил ночное происшествие в гостинице. Ему показалось, что оно может быть как-то связано с отъездом Штольмана. *********** Калинникова, статная высокая брюнетка, стояла посередине гостиной Мироновых. Было видно, что она очень волнуется, и ей трудно начать говорить. - Понимаете, мне очень-очень нужно поговорить с вашей дочерью. То, что произошло… - Ирина Алексеевна не выдержала и расплакалась. - Голубушка, присядьте, - Марья Тимофеевна на мгновение забыла о своем собственном горе. – Прасковья, принеси мятного чаю. - Простите, ради бога, но Вера - моя единственная дочь, и если с ней что-нибудь произойдет, я не выдержу. - Что все-таки стряслось? – спросил Виктор Иванович. В эту минуту двери гостиной открылись и на пороге появилась Анна. Все замерли. - Почему вы все так на меня смотрите? – недоуменно спросила юная Миронова, обводя взглядом по очереди всех присутствующих. - Ты вернулась, у тебя все в порядке? – подбежали одновременно к ней мама и тетя Липа, трогая ее за руки и заглядывая в глаза с двух сторон. - Как тебе удалось вырваться? Или он тебя отпустил? – от волнения дыхание Марьи Тимофеевны сбивалось и она хватала воздух ртом, как рыба. - Мама, никто меня не держал. А Штольмана, можете радоваться, больше вы не увидите. - Штольман? – наконец придя в себя, спросил Виктор Иванович. – Так это Штольман! Так я и знал, человек без чести, картежник, дуэлянт. Надо же, до такого опуститься – шантажировать нас! - Подожди, папа, какой шантаж, о чем ты? - Твой Штольман сегодня прислал нам записку, с требованием выкупа за тебя, негодяй. - Папа, с чего вы взяли, что это Штольман? И что вообще это письмо для тебя? – выкрикнула Анна. - Подождите, постойте, мне кажется, я знаю, в чем дело, - встряла в разговор Калинникова и начала свой рассказ.