Средь шумного бала

- Успокойся, Анна! Всё будет хорошо, - убедительно говорил Яков, крепко сжимая жену в объятиях, - Мы раскроем это дело, найдём настоящего убийцу и оправдаем тебя! Анна подняла на него, наполненные слезами, глаза и прошептала: - Я люблю тебя! - Я тоже тебя люблю, - улыбнулся Яков и накрыл её губы своими, утягивая в водоворот сладкого поцелуя. - Вот, как мы сделаем: кроме тебя, алиби нет ещё у двух человек, (я слышал разговоры гостей), у господина Корнеева, вон, он сидит, пьёт шампанское, - Яков указал рукой на мужчину с печальным выражением лица, прихлёбывающего из бокала, - и горничная Татьяна. Вон та девушка в углу, - он показал в противоположный конец комнаты, - Нужно поговорить с ними, попробовать разговорить, быть может, они расскажут что-нибудь, что не рассказали следователю. А мне нужно поговорить с Шатуновым…. – сказал Штольман и направился к знакомой двери. - Что Вы от меня хотите? – спросил Шатунов, нервно постукивая пальцами по столу. - Быть может предложить шанс на спасение, - спокойно ответил Штольман, закладывая руки в карманы брюк и останавливаясь посреди комнаты. - Спасение? – хмыкнул Шатунов, - Я бы на Вашем месте больше беспокоился о своей жене. Она – главная подозреваемая в деле об убийстве госпожи Николаевой. У нас достаточно улик, чтобы посадить её за решётку или отправить на каторгу. - Вот как раз об этом я и хотел с Вами поговорить, - продолжил Штольман, пропуская мимо ушей его ехидство, - Представим, что Вы арестовали Анну Викторовну, распустили гостей…. Я, точно зная, что моя жена невиновна, нахожу этому неопровержимые доказательства, дело доходит до суда. Согласитесь, если её оправдают, то Вам не избежать скандала. Следствие продолжится, но расследовать это дело будете уже не Вы…. - Вы что, мне угрожаете? – прорычал Шатунов, сжав кулаки. - Нет, лишь предупреждаю о том, что будет, если Вы спустите это дело на тормозах, - спокойно ответил Штольман. - И с чего же Вы взяли, что найдёте эти доказательства? - спросил, наконец, следователь. - Всегда найдутся доказательства, если это преступление, конечно, не совершил призрак или человек-невидимка, - уверенно произнёс Штольман, хотя сердце его сжалось от тревоги за Анну. Шатунов заходил по комнате, заложив руки за спину и, видимо, размышляя о чём-то. - И что же Вы хотите от меня? – наконец, неохотно спросил Шатунов. - Полчаса на месте преступления, в обществе только госпожи Штольман, и, если я предоставлю Вам доказательства невиновности Анны, то попрошу не распускать гостей по домам, а продолжить следствие. - Но как же? Ночь на дворе? Гости будут недовольны… - произнёс Шатунов. - А Вы предлагаете распустить их до утра по домам, а потом попросить вернуться назад? – саркастично спросил Штольман. Шатунов, поняв свою глупость, пробормотал: - Можете идти в кабинет госпожи Николаевой, я распоряжусь, чтобы Вас пропустили и не беспокоили в течение часа. - И ещё, - остановил Шатунов Якова у самой двери, - я поставлю у дверей охрану. - Ваше право, - улыбнулся Штольман и вышел в залу. Анна беседовала с господином Корнеевым. Вернее сказать, господин Корнеев говорил, а Анна только слушала. Увидев Якова, выходящего из комнаты, она, мило улыбнувшись, попросила у собеседника прощения и быстро подошла к мужу. - Корнеев не виноват, - тихо проговорила она. - Это он тебе сказал? – спросил Яков, внимательно разглядывая Корнеева, тщетно пытавшегося разговорить сидящую рядом даму. - Ну, конечно, нет! – закатила глаза Анна, - Мне снова являлся дух госпожи Николаевой, и она показала мне. Её убила женщина. - Она показала тебе убийцу? - Нет, только женскую руку в перчатке, держащую канделябр. - А горничная? - О ней ничего не могу сказать. Сама она говорит, что была в спальне госпожи Николаевой, меняла постельное бельё, но эта комната находится в самом дальнем углу дома, так что ее, конечно, никто не видел. - Я договорился с Шатуновым, нас пропустят на место преступления. - Как тебе это удалось? – в глазах Анны было неподдельное изумление и восхищение. - Как оказалось, в этом нет ничего сложного, я лишь рассказал ему о некоторых подробностях его будущего, - улыбнулся Яков, припомнив разгневанное лицо Шатунова. Тело госпожи Николаевой уже унесли, но пятно крови, уродливо расплывшееся по ковру, всё ещё напоминало о событиях, происходивших в этой комнате совсем недавно. Анне пришлось приподнять подол платья, чтобы не запачкать его кровью. Яков отметил этот невольный жест. Он прошёл по комнате, его взгляд скользил по предметам и остановился на полках. Штольман подошёл ближе и приподнялся на цыпочки, чтобы рассмотреть поверхность самой верхней полки. Справа было много свободного места, и на пыльной поверхности чётко вырисовывались следы от канделябра. - Интересно, - пробормотал Яков и взглянул на жену, что-то в уме прикидывая. Анна почувствовала дуновение и обернулась на него. Полупрозрачная фигура госпожи Николаевой стояла прямо перед ней, лицо её было очень испугано. - Она заберёт её! Теперь она заберёт её! – прошептала госпожа Николаева. - Так помогите же нам найти преступника! – взволнованно произнесла Анна. Госпожа Николаева ничего не ответила, она взглянула зачем-то на Штольмана, потом на Анну и исчезла. Под столом на пол упала маленькая зелёная книжка в твёрдом переплёте….