Проект "Знаки Зодиака"

Лёгкий летний ветерок колыхал волосы блондина, стоящего возле разрушенной лаборатории и наблюдающего деяние рук своих. Гул полицейских машин, звучащий на фоне, нисколько не мешал ему наслаждаться своей работой, однако полного удовлетворения Дирк так и не получил. — Сэр, — голос одного из спасателей, работающих с НанБио, вывел Мюллера из собственной нирваны. Видимо, мужчина, выносивший людей из горящего обрушенного здания, заметил человека, стоящего в опасной зоне, и решил предупредить его, чтобы тот смог избежать травм. — Вам необходимо… Спасатель не успел договорить фразу до того, как Орфей повернул на него своё лицо. Сначала мужчина запнулся и даже потерялся на долю секунды, рассматривая чёрные глаза и белую кожу с кучей выступающих сосудов, но буквально через минуту он где-то внутри рассмеялся сам над собой, подумав, что у парня перед ним отличный грим, а может, он и вовсе спешил на какую-нибудь конвенцию, куда часто мотается его пятнадцатилетний сын, надев на себя костюм супергероя, пока взрыв не привлёк его внимание. — Вам необходимо отойти на безопасное расстояние, — договорил спасатель, ожидая от Мюллера реакции. «Вот же делать мужику нечего…» — подумал он, предполагая, что блондину около тридцати лет. — Да-да, сейчас, — Орфей сделал несколько шагов назад, удаляясь от места взрыва. Одна из его задач была выполнена — от НанБио остались только пепел и руины. Высокий худощавый мужчина, лет сорока на вид, быстрыми шагами приблизился к Дирку, оглядываясь по сторонам. — Брайтон жив, — тихо сказал он. Сэмуэль Доунтан, или тот самый худощавый мужчина, — бывший контрактник, служивший около шести лет на страже своей родины. — Да уж… За два года совместной работы ты ни разу не подвёл меня. — Блондин улыбнулся. — Знаешь, Сэм, наблюдая за тем, как горит место, где я, кажется, заново родился, я вспоминаю то, как мы познакомились. А ты помнишь это, Сэмми? Тот взрыв на Браунинг стрит, когда я уже собирался уходить, а ты крикнул мне… — Эта сука убегает, — произнесли мужчины в унисон и на лицах обоих появилась улыбка. — Да… — протянул Орфей. — Если бы Карла тогда убежала, я бы не стал ничего выяснять по этому поводу, а ее муж и ребёнок погибли бы напрасно, — блондин рассмеялся. — Какая же «удача» ее постигла?! Встретить на одной улице сразу двух знакомых с работы. На последнем году службы Доутану предложили работу с Доктором Брайтоном, как утверждало начальство, чтобы помочь в развитии науки и спасти сотни жизней, будучи вне поля боя. Однако, на деле, Сэм оказался лишь поставщиком биоматериала, который, подписав договор с кучей неоговоренных деталей, не мог покидать НанБио или отказаться от роли донора. Честно сказать, случай Сэмюэля Доутана был далеко не первым и, уж тем более, не последним на совести лаборатории. Мужчина смог выбраться из-под наблюдений и камер, только когда проект «Знаки Зодиака» начинал приобретать все большие обороты: Рик Брайтон сделал свой упор на инъекции для новых супер-солдат, Томас Джейсон — на их тренировки. Сэм смог покинуть НанБио, потеряв работу и дом, преданный его женой, решившей, что муж, которому запрещалось иметь хоть какие-то контакты с внешнем миром, пропал без вести или погиб. Желание мести переполняли мужчину, однако эта мысль лишь пассивно сидела в нем, пока он не встретил Дирка. А вот у Мюллера, в добавок к возможностям, были поистине грандиозные замашки на будущее лаборатории. — И не говори… А что теперь? Ты знаешь, где может быть Брайтон? Какая следующая цель? — Мужнина стрельнул глубокими карими глазами в сторону машины, испытывая сильное желание убраться отсюда поскорее. Наверное, самым приятным ответом на этот вопрос для Сэма был бы ответ "никакая". Доутан, если говорить откровенно, больше всего на свете хотел, чтобы они наконец отплатили Рику за все, что он с ними делал, а после никогда в жизни больше не иметь дела с Мюллером. Несмотря на то, что Дирк всегда был добр с ним и никогда не применял к своему напарнику насилия, заставляя участвовать в своих планах, Сэмюэль чувствовал дискомфорт, находясь рядом с ним. Его пугало в Орфей многое, начиная от внешности, заканчивая частыми переходами на немецкий язык, в котором Доутан не понимал ни слова. — Понятия не имею, — ответил блондин. Увидев волнение друга, он направился к машине. К слову, сам Дирк тоже понял необходимость покинуть это место, ведь полиция вот-вот найдёт записи с камер наблюдения, где лицо Мюллера, которое он совершенно не прикрывал, появляется в каждом кадре. — Но одно я знаю точно: в НацПром находятся ещё сотни таких же людей, заключённых в подвалы, «на благо родине». Брайтон знает, что я приду туда. А Томас и эти несчастные сами приведут туда своего мучителя, — присаживаясь на заднее сидение, сказал Орфей.

***

— Пис, может, ты перестанешь вертеться перед зеркалом? У меня уже кружится голова, — усмехнулась Либра, которой не давала покоя рыжая, распустившая «приевшиеся» к ее образу косички. — Ты мешаешь мне работать. — Как думаешь, мне так лучше или, может, хвост сделать? — голубоглазая собрала копну волос в пучок, придерживая двумя руками. Писсез уже полчаса торчала перед зеркалом, не зная, что же сделать с причёской. — Кажется, кто-то тут говорил, что от мужчин одни проблемы. И теперь, когда из-за одного из них я не могу сосредоточиться, я ещё больше согласна с этими словами, — красноволосая, пытавшаяся найти хоть какую-то информацию о Дирке Мюллере, тонко намекнула напарнице на то, что ей следовало бы получше прятать свои чувства от посторонних глаз. — Что? Нет, Либ, ты меня не правильно поняла. Или… Это ревность? Ты ревнуешь меня? — рыжеволосая подошла к креслу, где сидела Либра, и обняла девушку со спины. — Ну, мы же больше года не общались, к тому же, ты сама говорила, что это все не серьёзно… — Да уж… не общались. Спасибо, Лео, — процедила красноволосая, вызывая недоумение у своей коллеги.

***

*Полтора года назад* — Как она? Очнулась? — Либра, простоявшая возле палаты, в которой лежала Писсез, уже два часа, накинулась с вопросами на шатена, только что вышедшего оттуда. Рик сказал, что, по его подсчетам, девушка должна была выйти из комы именно сегодня, поэтому красноволосая уже дежурила рядом. — Нет, скорее всего, это произойдёт вечером, — ответил парень, снимая белый халат с плеч. — Послушай, Либ, — голубоглазый взял девушку за руку, уводя дальше от белых дверей, — надо поговорить. — Лео, что происходит? — взволновано спросила Либра, следуя за парнем. Они присели на лавочку, находившуюся в паре метров от палаты, но этого было достаточно, чтобы изолировать свой разговор от ушей медсестёр, кружившихся рядом с Писсез. — Послушай, — начал владелец знака царя зверей. — Я поговорил с Джейсоном, и он сказал, что они смогут отпустить Пис. Ведь в последнее время Томас чаще всего использует меня, Капа, Тауруса и Кансер, значит, — шатен тяжело вздохнул, — значит, мы — точно нет. — А остальные? — взяв парня за руку, заинтересованно спросила Либра. Ей хотелось скорее увидеть Писсез, чьё лицо наконец полностью восстановились после взрыва и приобрело прежние милые черты. — И остальные тоже нет, — Лео опустил голову. — Видишь ли, Брайтон сказал, что мозг Пис блокирует все ее воспоминания о нас из-за шока. — Она не будет нас помнить? — взволнованно спросила красноволосая, которой не нравился такой расклад событий. — Да, до первого упоминания. Если увидит — вспомнит, — продолжил шатен. — Она вспомнит свою работу вне отряда и будет жить обычной жизнью, пока НанБио не потребуются все двенадцать человек. Тогда ее отследят и вернут к нам. Что скажешь? Все остальные согласны. — Я не знаю… Лео, я не думаю, что это хорошая идея. — Мысль о том, что кровать, на которой спала Писсез, будет пуста, а банальное «привет» в ее адрес, в ответ на которое обязательно последует воздушный поцелуй, будет невозможным, заставляла девушку сомневаться в правильности командного решения. — Либ… — шатен прикоснулся к плечу рыжеволосой. — Разве ты этого не хотела? Можешь не отвечать, я знаю ответ. Как и я… Как и каждый из нас. Если Пис повезло, то дай ей эту возможность. — Ничего ты не хотел! — девушка резко встала, дёрнув рукой. — Не надо врать, глядя мне в глаза! Будто я не знаю, на чем заканчивается твоя жажда свободы! Разбей камеру в душе и большего тебе не надо. Мы оба знаем, что хотим одного, вернее, двух. И даже знаем, кого именно, — зажав губы, красноволосая направилась в палату к своей напарнице, оставляя Лео позади. Белый цвет. Все вокруг белое, и лишь маленький рыжий лучик солнца лежит в постели с закрытыми глазами. Либра села рядом с кроватью девушки и легонько улыбнулась, оглядев ее с ног до головы. Владелица знака весов взяла распущенные локоны девушки, собирая их в косички, к которым она так привыкла. Когда ее работа была закончена, пусть и не так туго, как это делала сама рыжая, Либ наклонилась к спящей девушке, соприкасаясь губами. Красноволосая закрыла глаза, на секунду отдавшись ощущениям от поцелуя с любимой, чей вкус губ она так давно не чувствовала, но не могла забыть. Она прощалась с ней, отпуская, хоть и не навсегда. Это было трудным шагом, ведь… Кроме постоянных убийств, тренировок и работы в жизни каждого из агентов не было ни капли тепла. Им постоянно приходилось охотиться на убийц, воров, хакеров, которые были изобретательнее, чем рядовые солдаты. Происходящее уже сидело у каждого из них огромным комком в горле, который невозможно, но необходимо проглотить. — Ненавижу! — ответит абсолютно любой из агентов, если его спросить о том, что он думает о любом преступнике и его деятельности. Кроме того, не задумываясь об этом, они не знали своих родителей, своих братьев и сестёр, не имели друзей. Формально, у них были знакомые там, где каждый из них проводил время, свободное от заданий и службы, но общение с посторонними строго отслеживалось, не позволяя никому из отряда сблизиться с посторонними людьми. Либра сжала руку девушки на прощание и вышла из палаты, не оборачиваясь назад. — Лео! — она догнала шатена, который, не дождавшись ее, направился к выходу. — Ты прав… У неё есть шанс. Я согласна, — произнесла девушка, чувствуя тяжесть в груди.

***

— А при чём тут он? — недоумевая, спросила рыжая, глядя на коллегу. — Да ни при чём, забудь. Я тут кое-что нашла об этом самом Дирке, хотя я действительно не понимаю, почему бы просто не распростись Томаса об этом, — Либра вскинула бровь. Если Джейсон и Брайтон знали этого парня, почему они сразу не рассказали отряду о нем все, что им необходимо. Кажется, Орфей — общий враг, угрожающий жизни Рика, так почему капитан держит что-то в секрете? — По-моему, они с доком не выходили из комнаты. И я слышала крики на улице, — Писсез нахмурилась. Девушку не радовала мысль о том, что между ними открытые недомолвки. — Ладно, — красноволосая вздохнула. — Позови остальных, мне нужно показать им видео. Рыжеволосая направилась к выходу, но Либра окрикнула ее около двери:  — И, Пис… Косички тебе больше идут. Голубоглазая кивнула, закусив губу, и побежала звать других агентов.

***

— То есть… эта хуйня ещё и взрывается? — протянул Кап, разглядывая видео, на котором крысоподобное чудовище, забежав под стол, взорвалось, разнося добрую часть лаборатории. — Не охота это признавать, но нам ещё повезло, — Скорпио почесал затылок. — Если бы это произошло, когда эта фигня пыталась меня сожрать, то сейчас вы бы говорили с моей фотографией с чёрной ленточкой в уголке. Кстати, а почему это не произошло? — Кажется, он даже говорил нам уходить, перед тем как пустил этих уродов, — сказал Гемини, вспоминая происходящее в НанБио. Сейчас все это выглядело действительно странно. — И нам с Саджем никто не помешал выносить раненых и даже вернуться за экипировкой, — добавила Ариес, которая вовсе не видела этих существ. — Он не убил Тауруса, когда мог… Я думаю, что балка, торчащая из стены — это случайность… — нахмурила брови Вирго, обмениваясь взглядами со своими товарищами. — Этот Дирк что-то говорил мне. Что я такой же, как он… Что-то вроде этого, — вспоминая слова, слетевшие с губ блондина, рассказал Таур. В тот момент владелец знака тельца даже не обратил внимания на это. — Так! Так! Не забывайте главного, — Саджитариус прервал коллег в их поиске зацепок. — Не забывайте, что у нас двадцать три гребенных взрыва, херова туча жертв, и это все на руках этого Дирка. — Ариес положила голову на плечо возникающему парню, который не находил себе места от того, что они… ищут оправдания его действиям? Ну, по крайней мере, для Саджитариуса это выглядело именно так. — Тихо… Тихо, Садж, — начала Вирго. Она всегда прекрасно справлялась со своей работой, но когда дело касалось блондина, Ариес злилась, что русоволосая лезет к нему, хоть и понимала, что это необходимо. К слову, Гемини это тоже злило… — Мы просто пытаемся понять, чего он хочет, и просчитать его следующие ходы. — Так, мне плевать, что эти двое заперлись в комнате. Хотят они этого или нет, но Джейсон и Брайтон расскажут мне, что здесь происходит. — Каприкорн, которому надоели пустые разговоры, направился в комнату капитана.