Проект "Знаки Зодиака"

В комнате, где находились Томас и Брайтон, уже около получаса стояла гробовая тишина. Говорить было не о чем, но чувство того, что это все-таки надо сделать, не покидало ни одного из них. Сидя на кровати, Джейсон перевёл взгляд на учёного, осмотрев его с ног до головы. Как он мог? Почему не сказал мне? Он вообще понимает, что сделал? Капитана распирала агрессия, которая вожделела вырваться из него, оставив за собой перевёрнутый стол, разбитые стулья и полуоглохшего друга, но осознание того, что «ездить по той же самой пластинке» нет смысла, сдерживало Тома. Рик уже все объяснил ему, пусть капитан и готов рвать волосы на голове и кричать о том, как учёный только мог сделать это, Джейсон понимал, что это было бы бессмысленной тратой времени. Они должны были решить, что делать дальше. Услышав оповещение о том, что на его смарт-часы пришло сообщение, военный поднял голограмму телефона наверх, указав на иконку конверта пальцем. Написанное там спровоцировало лишь тяжёлый вздох Тома, который явно ожидал получить что-то другое, нежели «Остановите его» от членов верховного совета. Будто этого он и сам не знал. Спустя ещё пару минут тишины, капитан, наконец-то, заговорил, немного остудив свой пыл:  — Рик… Ты хоть понимаешь, в какое дерьмо ты вляпался? Томас прокашлялся и почесал затылок, думая о том, сколько жизней унесла слабость его товарища. Как он мог поддаться на уговоры, создавая истинное чудовище, не знающее пощады? Орфей, или супер-солдат, обладал качествами сразу всего отряда, которым руководил капитан уже около четырёх лет. И если столь грандиозный эксперимент удался, то Брайтону следовало бы сказать хотя бы об избежании летального исходя пациента, ведь Мюллер был его подчинённым. В конце концов, он отвечал за его жизнь! — Прости меня, — учёный опустил глаза, чувствуя вину перед другом. Извинения — это явно не то, что хотел сейчас услышать капитан, но, как на зло, в голову Брайтона больше ничего не шло. Громкий беспокойный стук в дверь отвлёк мужчин от разговора, который ещё не успел завязаться. За порогом комнаты стояли агенты, а на их лицах читалось явное недовольство происходящим. — Надо поговорить, — начал Кап, проходя в обитель Томаса и Рика. Темноволосый раздраженно прошёл в глубь комнаты, присаживаясь на стул, переводя взгляд то на капитана, то на доктора. Остальные участники проекта «Зодиак» последовали за негласным лидером этой операции, надеясь получить хоть какой-то вменяемый ответ от руководства. — Почему вы ещё не спите? — спросил Брайтон, пытаясь скрыть небольшой внутренний испуг. В отличие от Тома, который проводил с ними большую часть своего времени, периодически выслушивая психи и срывы каждого своего подопечного, Рик работал с ними под присмотром охраны, соблюдая чёткую субординацию. Если бы доктора спросили, что он знает о каждом члене отряда, проработав с ними такой долгий срок, то он бы не смог назвать ничего, кроме их особенностей, после введённой сыворотки. Брайтон не шёл на контакт с ними по собственному желанию, решив, что они — просто эксперимент для него, который не требует никакого морального вмешательства. Никаких сокращений имён, только полные позывные. Никаких шуток и никакого юмора во время работы, только чёткие указания, обязательные к выполнению. Никаких проявлений заботы, только медицинская помощь. А вот о Джейсоне того же сказать нельзя… — Уснёшь тут… — протянула самая тихая участница проекта, скрещивая руки на груди. Аква никак не могла избавиться от чувства потерянности и утраты после того, как она увидела разрушенную лабораторию. Эти недомолвки между капитаном и отрядом, сорванная операция, увенчавшаяся провалом миссии, небольшая ссора между коллегами и травмы, полученные в первом бою с новым противником, оставили неприятный осадок внутри, который, подобно жажде, требовал чего-то, что сможет успокоить и заглушить послевкусие пережитого. — Я тебя слушаю, Кап. О чем ты хотел поговорить? — Если речь шла о военном и учёном, то они могли единогласно ответить, что переговоры с зодиаками всегда будут вестись от лица капитана. Томас, часто проводивший ночи в ныне разрушенной НанБио, уделял нерабочее время своим солдатам. В первый год совместной работы ему было сложно переступить эту черту, которая сдерживала его, напоминая, что они просто эксперимент. Но мысль о том, что он работает с бывшими преступниками, осуждёнными за не лучшие совершения в жизни, постепенно отходила на второй план, со временем уступая осознанию того, что, не помня всего этого, члены отряда были обычными людьми, лишенными многого… После года совместной службы Джейсон уже не напоминал им о взрывчатке, вшитой им в черепную коробку, и не использовал телесных наказаний за непослушание, на которых настаивал Брайтон, а старался найти подход к ним, что, мягко сказать, у него вышло великолепно. Он имел весьма доверительные отношения со всеми агентами, иногда относясь к ним, как к детям, прощая мелкие проступки, свойственные людям. Скорее всего, в Томасе Джейсоне была какая-то черта, которая автоматчики превращала его в компанейского человека, позволяя заводить дружеские отношения с коллегами по работе. Как ни странно, но на его деятельности это сказывалось положительно. — Кто этот Мюллер? — Таур включился быстрее, чем владелец знака козерога. Обладающий самыми высокими показателями физической силы член отряда не обладал таким же хорошим терпением. К тому же, тема этого разговора была очевидна. — Последний участник проекта «Орфей», — довольно сухо ответил капитан, видя небольшое волнение на лице Брайтона. — Но, сэр, — шатен, носивший на ключице знак царя зверей, немного насторожился, — проект был закрыт, так? — Да, — констатировал Том, произнеся это слово «железным» тоном. По большей части, это было для Рика, которому было некомфортно находиться в комнате с существами, наделёнными сверхсилой, не имея под рукой никакого средства контроля. — Если эксперимент удался, то почему его закрыли? — Лео переглянулся с остальными товарищами. Сейчас он не понимал, как можно было прекратить совершенствование солдата, если введение сыворотки перенесло положительный результат. Почему они отступили, решив взяться за новый проект? — Эксперимент не удался. Сыворотка не проявила себя. Единственным последствием было избежание летального исхода, — Джейсон вздохнул, выждав пару секунд, и продолжил: — До Дирка Мюллера пациенты, принимающие участие в проекте, погибали, а когда сыворотка смогла «прижиться», то она не принесла совершенно никаких результатов. Итог: бессмысленные жертвы. Проект свернут. — Мне кажется, или с ним что-то да произошло? — саркастично протянул Садж, скрестив руки и недовольно напрягая губы так, что его лицо чётко выражало слова «да ладно!». — Не знаю там… Отсутствие белков, бледная кожа, монстры, которыми он управляет… — Сыворотка подействовала спустя годы. Мюллер находился под контролем властей США, но через определённый период он был отпущен. Его больше не видели. До этих дней, — закончил Том. Ариес повела бровью, придвигаясь ближе к блондину. Голубоглазая не видела лжи в словах Джейсона, но что-то настораживало ее, наталкивая на подобные мысли. — И что ему нужно? Власть и внимание? Потому что, будь у меня такой видон, я бы тоже требовал внимания, — Саджитариус приобнял девушку, которая никак не могла избавиться от подозрений, но обосновать их у неё не получалось. Том им не врал. — Да, именно это, — ответил военный. — Если его первой целью была лаборатория, то следующая — зал заседаний верховного совета, я полагаю. В 22 веке, несмотря на наличие президента, все управление страной осуществлялось с помощью комитетов, позволяющих избранному народом лицу озвучивать решения, принятое экспертами в той или иной области. Верховный совет, о котором говорил Джейсон, являлся главным источником военных указов и реформ, проводимых в США. — Сэр, — вставил своё слово молчавший до этого момента виновник торжества. — Мне кажется, что следующей его целью будет НацПром, а не члены совета, — произнёс Брайтон. Том вопросительно посмотрел на него, ожидая ответа от учёного, на каком основании он сделал такой вывод. — Мюллер хочет убить меня и уничтожить мои разработки, которые могли бы остановить его. Все, что было в НанБио, уже уничтожено, но там они ещё остались. Томас кивнул, понимая, что теперь он знает следующую цель. — А кем был этот Дирк до участия в проекте? — спросил Гемини. Это вопрос почему-то никому не пришёл в голову, но когда он сорвался с губ компьютерного гения, интерес остальных к нему проснулся. — Солдат. Он работал со мной, — ответил Джейсон, не понимая, к чему они клонят. — Солдат? Ставший безжалостным убийцей, похоронивший не только виновников, изменивших его судьбу, но и невинных людей и даже детей? Забыв про честь, хуже любого поганого вора? — произнёс Скорпио. Парню казалось, что человек, готовый отдать свою жизнь за защиту государства и его жителей, находящийся на службе уже долгое время, не может быть склонен к такому. Хотя кто знает… Это всего лишь догадки, пришедшие в голову владельца ядовитого знака. — Влияние сыворотки. И к тому же… Профессия не может полностью изменить мировоззрение человека. Если это сидит где-то внутри, то оно обязательно вылезет каким-нибудь дерьмом наружу, — ответил Томас. — Сейчас отправляйтесь по постелям. Дирка уже ищут спецслужбы. Как появится информация, вас поднимут. — Да, сэр… — как-то в разнобой ответили члены отряда, медленно выходя из комнаты один за другим. Пока ситуация стала не на много яснее, но даже такой разговор был настоящим бальзамом для души. Какой-то гарантией, что Джейсон доверят им.

***

*Спустя четыре часа* Беспилотник приземлился около здания, в котором, судя по информации, пришедшей капитану от разведки, находился Орфей. Быстро покинув корабль, отряд направился внутрь, чтобы предотвратить ещё один теракт, который мог быть устроен блондином. Джейсон знал, что, не разработав стратегию, у них мало шансов остановить созданное Брайтоном сверхсущество, но у отряда гораздо больше шансов выжить, чем в людей, работающих тут. Их главной задачей на нынешний момент было сокращение числа жертв. Остановившись перед входом, Томас обратился к Либре с целью проверить наличие взрывчатки внутри. Но внимание отряда отвлекла женщина, которая бесцеремонно «влетела» в кучу стоящих солдат. Мелани Эренс, которой было чуть больше сорока, была обладательницей светлых волос и голубых глаз, под которыми были мелкие морщинки. Женщина упала, хватаясь руками за плечи агента, усыпанного веснушками, и начала рыдать, не в силах сдерживать слезы. Джейсона передернуло от происходящего, а сам Скорпио, как и остальные члены отряда, находился в полном ступоре, не понимая, что здесь происходит. — Боже мой... Ник, родной, мне… Мне сказали, что ты погиб… Что тебя убили, — рыдала Мелани, обнимая парня. — Я знала, что ты жив. Я знала, что мой мальчик жив, — безутешная мать не могла остановиться. — Вы… Вы обознались, мем, — громко сглотнув, Скор отодвинул женщину от себя. От этих слов руки блондинки опустились, а ноги, кажется, перестали держать ее вес. — Здесь опасно, Вам лучше уйти отсюда, — тихо сказала ей Вирго, следуя за Джейсоном, который направился внутрь. Заходя в здание, Скорпио обернулся на женщину, которая так и стояла на том месте, провожая его взглядом, полным отчаяния.