Повседневная жизнь кролика

— Неееет, — я со всей силы ударяюсь головой об парту, после чего начинаю тихо шипеть себе под нос и потирать ушибленный лоб, — на каникулах было так хорошо… Именно. Каникулы — это то, что создал сам Боженька для таких замученных учеников, вроде меня. Спи столько, сколько твоей душеньке угодно. Никакой домашки, школьной суеты, контрольных. А наши учителя — самые настоящие изверги, а не люди. Засыпают нас всякими тестами сразу же, как только начинается новая четверть. Они точно приспешники дьявола, что были посланы на Землю для того, чтобы отправлять души школьников в ад… — Эй, Мидзуна, — мой равнодушный фейс медленно поворачивается в сторону, после чего начинает офигевать от того, что, мать его, У Бин делает в школе?! — я хотел бы с тобой поговорить… — На счёт чего? Я не против пообщаться, только вот… — мой взгляд падает на Чонгука, что сейчас агрессивно ломает в своих руках печеньки и прожигает во мне дыру. Я уже вижу, как вокруг него летает тёмная аура, а его пукан знатно пригорает… — посмотри на того огнедышащего дракона. Да, на Чона. Он против того, чтобы я куда-нибудь с тобой шла. — Тогда я скажу тебе всё здесь. Я пришёл сюда не для того, чтобы отбивать тебя у него… Просто хотел извиниться за то, как повёл себя тем вечером… Как вспомню, что хотел поцеловать тебя, наплевав на твои чувства, что аж от самого себя воротить начинает. Прости меня… Я полнейший дурак, который включает мозг тогда, когда уже успел наломать дров. Прости… — Не стоит извиняться. Я же всё понимаю… У него такой печальный взгляд, словно он сейчас заплачет. Хотя… Я бы тоже расплакалась, если бы узнала, что Хоби, которого я любила так сильно, не испытывает ко мне тех же чувств… Я не до конца понимаю всё то, что он сейчас чувствует, что ему приходится переживать, ведь со мной подобного ещё не случалось… Но так хочется обнять его… У Бин напоминает мне маленького котёнка, который всю жизнь был лишён любви и ласки, а когда, наконец-то, смог кого-то полюбить всем сердцем, то получил отказ… — Бинни, не расстраивайся так по этому поводу. Ты ещё сможешь найти девушку, что будет в разы лучше меня, — я лишь лучезарно улыбаюсь, тихо шепча, — я бы тебя обняла, но тут полно ваших фанов, что потом натянут мне глаза на пупок… — Ничего страшного. Я понимаю, что фанатки сейчас стали слишком безбашенными. Даже на улицу боюсь выходить… Вдруг изнасилуют… — И не говори. Мне самой страшно покидать дом, ведь сейчас полно извращенцев и придурков, вроде Чонгука. — Эй, — рядом со мной возникает Чони, что сейчас бы уже давно вмазал мне за такие слова, если бы я не была девушкой, — я не придурок. — А то, что я назвала тебя извращугой… Тебе по боку, да? И подслушивать плохо, Кукки… — Что же… — прервал нас У Бин, — я очень рад, что смог с тобой пообщаться. Даже на душе стало как-то легче, — парень мимолётно улыбается, после чего поворачивается ко мне с Чоном спиной, — удачи тебе с ним… *** Почему именно сегодня у нас физ-ра? Кто заставляет детей бегать 2 км в первый же день учёбы? Точно демоны… — Мидзу, а ты знакома с У Бином и Чонгуком так близко? — интересуется девушка, Мия, вроде бы. — Да, а что с того? — я лишь продолжаю натягивать на себя коротенькие красные шорты, что кое-как будут прикрывать мой попец, — могу тебя заверить в том, что я не кручу с ними романы. Просто общаюсь. Они же хорошие парни, да и собеседники что надо. — Понятненько, — она заметно повеселела после моих слов. Сто процентов, что она по ним фанатеет… — не познакомишь меня как-нибудь с У Бином? Он такой милашка, словно плюшевый медвежонок! — Ничего обещать не могу, но я поговорю с ним по этому поводу. *** Красные короткие шорты, белоснежная футболка в обтяжку, белые кроссовки и распущенные волосы… Можно подумать, что какая-то альфачка вышла на охоту, но нет! Просто Мидзуна купила себе новый спортивный шмот и решила повыпендриваться! Я сразу же приковываю большинство взглядом парней из нашего класса, и Чон тоже в их числе. Так он ещё и засвистел, когда я прошла мимо него… — Ах, семпай, прекрати! Я же так смущаюсь! Моё сердечко не выдержит такого внимания с твоей стороны! Потому что… Я люблю тебя! Женись на мне, Чони! — хотела бы я так сказать, но мы же заключили пари… Поэтому нужно засунуть свои желания в глубокую дыру, что кличется Задницей, и молчать, пока нервы не сдадут, — вроде бы айдол, а ведёшь себя как быдло… — Да ладно тебе, малышка, — Чонгук кладёт руки на мои плечи, тихо шепча на ушко, — я же просто выразил своё восхищение… Он. Слишком. БЛИЗКО. После того, что произошло вчера… Я начинаю краснеть сразу же, как только замечаю его на горизонте. А тут… Он ещё и дышит так эротишно… Слишком возбуждающе… Ах, и я так завожусь после того, что он мне вчера ляпнул? Растоптал мои чувства… Словно козявку по стенку размазал… Да ещё и до слёз довёл… А я всё продолжаю его любить. Не дура ли я?  — Бежим два километра. На старт. Внимание. Марш! — стадион на заднем дворе школы не самых малых размеров… И солнце светит во всю… Нет, ну это уже издевательство! Ладно ещё я, что может пробежать такую дистанцию за пару минут, но другие девушки. Они же не выдержат! — Хэй, Мидзу, какая-то ты сегодня медленная, — рядом со мной пробегает Кихён, показывая язык и злобно смеясь, — неужели ты уступишь мне? Ха, вот к чему приводит чрезмерное поедание сладостей! Попец стал слишком тяжёл, да?! Ах ты… Сволочь… Да я сейчас как ускорюсь! Да от тебя и мокрого места не останется, холоп! Рванув так, что пятки сверкать стали, я уже давно успела обогнать этого бездаря, с лёгкостью пробежав один круг, только вот… — Чёрт, голова кружится… И ноги подкашиваются… Не понимаю… Что со мной происходит? — полнейший бред… Да быть того не может, чтобы у меня закончилась энергия! Я же специально выпила бутыль энергетика утром, чтобы ничего подобного не случилось. А обнимашки с Чонгуком? Всё это было зря? Я не могу понять, почему мне сейчас так плохо… Нужно вернуться домой, пока я ещё могу… Могу… — ну почему… Взор застилает чёрная пелена, ноги окончательно отказываются меня слушаться, и я начинаю медленно падать, постепенно теряя сознание. *** Вокруг ни единой души. Лишь кромешная тьма, тишина и одиночество, что давит на разум сильнее с каждой секундой. Я просто выключилась, а создаётся ощущение, что умерла и попала в ад. Хотя… Лучше общаться в аду с демонами, чем провести вечность одной… В пустоте… Так смешно… Раньше избегала людей, предпочитала одиночную жизнь, не заводила знакомств и не влюблялась, ведь боялась, что навлеку на кого-нибудь беду… А сейчас эгоистично наплюю на окружающих и молюсь, что здесь появится хотя бы одна душа, что сможет меня повеселить… Но я всё-равно ничего не вспомню, как очнусь… Дурёха… — Блин, — я медленно открываю глаза и потираю щёку, которую, видимо, успела стесать, когда упала в обморок. А голова так и не перестала болеть… Хотя, я же ей со всей дури об асфальт треснулась… Чего теперь уж жаловаться… — что за чёрт?! Энергия же должна была закончиться через неделю, но не сейчас… За окном уже давно стемнело, от чего на улице зажглись фонари. Школа опустела, ведь все ученики разошлись по домам. Тут осталась лишь пару учителей с охранниками… Ну и я… — Ах, сколько же я тут провалялась? Спасибо тем людям, что оставили мои вещи на прикроватной тумбочке. Не придётся в таком виде бежать по школе и переодеваться в раздевалке без света… Но здесь так воняет медикаментами, что голова начинает болеть ещё сильнее… До тошноты противно… — Блин… Переодеться я смогла, а вот дополнительные задания из нашего класса так и не взяла… Нужно бы туда заглянуть. *** Вокруг такая мрачная атмосфера, словно меня запихнули в фильм ужасов, где вся школа переполнена призраками, убийцами и маньяками… Ещё и эти мигающие лампочки… Ух, жуть полнейшая… Табун мурашек пробегает каждый раз, как я слышу скрип пола. Вздрагиваю от каждого шороха или лёгкого дуновения ветерка. — Странно. Почему в нашем классе свет так и не выключили? Подойдя ближе, я прислоняюсь к двери, сосредотачиваясь на том, чтобы лучше слышать всё то, что там происходит. — Ах, быстрее, — лучше бы я это не слышала… Они же там… — ускорься, папочка… — Подожди, малышка, — голос… Слишком знакомый голос… Подождите… Только не… — я не хочу, чтобы ты так быстро кончила. Я с силой распахиваю дверь, да так, что гул разноситься по всей школе. Парень не обратил на меня должного внимания, продолжая вколачиваться в девушку. А вот Сюзи… Заметила меня и так ехидно улыбается, продолжая царапать спину Чона. Продажная сучка… — Теперь он мой, Мидзуна, — в её голосе читаются нотки надменности, а то, как она стонет его имя… — ах, Чонгук… Мой портфель падает на пол, а всё его содержимое разлетается в разные стороны кабинета. Слёзы уже давно стекают по щекам, оставляя после себя влажную дорожку и падая небольшими капельками вниз, разбиваясь на миллиарды частичек об пол. В горле стоит ком, который образовался от всех тех эмоций, что меня сейчас переполняли. Гнев? Ненависть? Безответная любовь и чувство измены… Не могу оторвать от них взгляд, но от того, что продолжаю смотреть на это всё… Становится лишь больнее… Такое ощущение, что сердце вырвали из груди, а всё то, что я чувствовала, растоптали и размазали по стенке. В душе царит пустота, а в голове — каша. А слёзы так и не перестают литься из глаз, потому что сразу же всплывают воспоминания о вчерашней ночи… — Как… Как ты мог… — голос дрожит, а каждое слово я произношу с трудом. Дышать тяжело… Меня душит всё то, что я к нему испытываю… — ты же говорил, что изменился! — М… Мидзу? — только теперь Чонгук замечает меня, когда я так раскричалась на весь кабинет. Его взгляд пропитан страхом, а сам он находится в растерянности. Видимо, пытается подобрать подходящий аргумент ко всей этой ситуации, — М… Мидзу, я всё могу объяснить! — Мне не нужны твои объяснения. Ты лишь ещё раз заставил меня убедиться в том, что никогда не стоит доверять людям. Поверила тебе, как последняя дурочка… Понадеялась на то, что ты не лгал мне… Верила в том, что ты вправду изменился! А ты так и остался последней сволочью… Ты… Ты победил, Чонгук. Завтра я подам заявление о переводе в другую школу, чтобы наши судьбы никогда не пересеклись. Я любила тебя… Хотела когда-нибудь сказать «Я люблю тебя». Но теперь я скажу только одно слово… Прощай…