Беги-спасайся

Чайная чашка выскользнула из рук Мериды и упала на стол. Фарфор подпрыгнул и, перевернувшись, фонтаном выплеснул напиток. Красный чай разлился по всей поверхности рабочего стола и, как алая река, стремительным потоком побежал в направлении Мериды. Ошарашенная девушка не могла отвести от него глаз. - Простите, простите, пожалуйста, Мерида! Мне очень жаль! Секретарша извинилась за свою неуклюжесть и кинулась убирать со стола каталоги и папки, пытаясь спасти их. Затем она подняла чашку и побежала в приемную за тряпкой. Потрясенная до глубины души начальница ей никак не помогала. Мерида не могла пошевелиться. Замерев от ужаса, огромными глазами она смотрела на растекающуюся красную лужу, как на что-то дикое и отвратительное. Она едва дышала - на секунду ей действительно показалось, что это был не чай, а кровь. Алая, живая и такая горячая!.. - Мисс Данброх, осторожнее. Позвольте, я вытру... - как сквозь вату в ушах, услышала она. Мерида отстраненно позволила помощнице отодвинуть её в сторону и вытереть стол. Только когда поверхность стола вновь заблестела чистотой, рыжеволосая смогла немного прийти в себя. - Спасибо… - прошептала она. Голос все еще плохо ее слушался. - Я сделаю вам ещё один чай, - предложила секретарша, и Данброх в прострации кивнула. Помощница вышла за дверь, и Мерида медленно опустилась в мягкое кресло. Она с отстраненным видом провела ладонью по сухому столу. На самом деле секретарша не была виновата в этом несчастном случае. Вина лежала на самой Данброх. Когда помощница передавала ей чай, Мерида вдруг почувствовала такую сильную боль в груди, что рука предательски дрогнула и выронила чашку. Она не сразу сообразила, что произошло, но готова была поклясться, что на какое-то мгновение действительно увидела на столе кровь, хотя разумом понимала, что это невозможно. Это отвратительное ощущение словно тянулось к ней своими липкими грязными щупальцами, пытаясь опутать, и Мериде пришлось сделать колоссальное усилие, чтобы сбросить с себя наваждение. Руки Мериды, которые она небрежно положила на подлокотники, немного подрагивали. Через пять минут в кабинет вновь вошла секретарша со свежезаваренным чаем с гибискусом. Мерида к этому времени успокоилась и уже твёрдой рукой приняла напиток: - Спасибо, - с вполне естественной улыбкой кивнула она. Она уже решила, что все ей померещилось. Ну откуда крови взяться в ее чайной чашке? Какая глупость. Секретарша вежливо улыбнулась в ответ, но её взгляд скользнул по костюму Мериды и вдруг стал обеспокоенным. Она открыла рот, но тут же захлопнула его. Данброх напряглась: - Что такое, Эмбер? - Мисс Данброх, ваша одежда… - немного побледнев, проронила та. Ничего не понимающая Мерида поставила чай в сторону, встала из-за стола и подошла к большому настенному зеркалу, чтобы лучше себя оглядеть. Действительно, её новенький белоснежный костюм был по всей области груди и живота окроплен ярко-красными пятнами. Мерида ошеломленно провела ладонью по мягкой ткани на груди. Капли успели впитаться и напоминали россыпь красного горошка на белой скатерти. - Пятна ещё не успели въесться, - поспешно проговорила секретарша. - Если мы сейчас же отдадим костюм в химчистку, его ещё можно будет спасти. Мерида медленно придвинулась к зеркалу. Вблизи она выглядела еще более хмурой и напуганной, чем издали. И напрягающее ощущение, что по ее груди разбрызганы капли крови, - не обязательно ее, может, кого-то еще, - только усилилось. *** Флинн пулей подлетел к дежурной медсестре и громко забарабанил по столешнице. - Эй, медсестра! Медсестра! - заорал он. Дежурной не было на месте. В холле было абсолютно пусто и глухо. Флинн порывисто огляделся и снова закричал: - Медсестра-а! Тучная немолодая женщина неторопливо, поскольку ей не позволяла масса ее тела, выскользнула из служебного туалета в конце коридора и, на ходу вытирая мокрые руки о бока, двинулась к рабочему месту. Она была грозной, как танк, и глядела на Флинна в упор. - Молодой человек, хватит кричать. Уже почти полночь. И это больница! - возмущенно шипела она, переставляя свои слоновьи ноги. - Ведите себя тише. Разрываясь от бешеного сердцебиения, Флинн стремительно обогнул столешницу и яростно хлопнул по ней: - Если это больница, то какого хрена вас нет на рабочем месте?! - разозленно выплюнул он. Затем он часто и глубоко задышал, пытаясь себя успокоить и начать себя контролировать. - Сегодня вечером на выезде из города была авария! - обратился он, наконец, к медсестре. Страх колол кончики его пальцев, а в висках пульсировала кровь. - Водителем был семнадцатилетний парень. Его привезли сюда. В какую палату положили? Медсестра со скептическим выражением лица оглядела его и, недовольно поджимая пухлые розовые губы, неспешно раскрыла журнал регистрации: - Не знаю, сейчас посмотрю, - с очевидным нежеланием вникать в его положение проговорила она. Флинн глядел на женщину в упор и едва сдерживался, чтобы не ударить ее. Зря, ой, как зря она себя сейчас с ним так ведет! В таком возбужденном лихорадочном состоянии Райдеру ведь ничего не стоит вырвать этот грёбаный журнал из рук медсестры и треснуть им ее по шее за то, что она так нагло испытывает его терпение. - Быстрее, - поторопил он женщину. Райдер был на пределе. Когда он узнал о страшной трагедии Фроста, он беспечно сидел у кровати матери в палате и наслаждался тем, что она потихоньку начала приходить в себя. Флинн даже успел обнять ее и получить от нее ласковую, ни с чем не сравнимую, теплую улыбку. Потом она, правда, сразу же заснула, потому что ей вкололи снотворное, но счастью шатена все равно не было предела! Тем больше его затем потрясли вечерние новости по телевизору о том, что на трассе при выезде из города произошла страшная авария, и Флинн узнал в разбитой вдребезги белой машине, валяющейся в кювете, тачку лучшего друга. Да Флинн чуть копыта не откинул в тот момент! Медсестра реально не торопилась. Шатен раздраженно зарычал, вознося взгляд вверх: - Вы не можете сразу посмотреть на последней странице?! Запись должна быть под сегодняшним числом! - агрессивно спросил он у дежурной, которая, словно специально, медленно переворачивала страницу за страницей. Журнал был увесистым и толстым, Флинн не мог столько ждать. - Дайте сюда! Медсестра ахнула и начала активно отстаивать свои права на документ. - Верните! Вы не имеете права! - повысила она голос, но Флинну было плевать. Никого не спрашивая, он распахнул журнал на последних записях и посмотрел, где можно найти Фроста. Время доставки блондина в больницу на скорой было 21:30. Он был без сознания, и его сразу увезли в операционную. Чуть правее в отдельных колонках таблицы были указаны номер скорой, которая выезжала на место аварии, и имена работников, принявших пациента. Больше никакой информации в журнале не было. Флинн отшвырнул журнал на стол и рванул вверх по выключенному эскалатору, не обращая внимания на возмущенное гарканье дежурной вслед, которая сама шумела не хуже, чем шатен минуту назад. Райдер мчался по коридору, чувствуя, что сердце вот-вот вырвется из груди. Какого хрена вообще происходит в его жизни? Не провести ни одного спокойного дня! Каждому человеку, находящемуся близко к нему, аукается сполна. Наверное, Флинн, как магнит, притягивает к себе людей с тяжелой судьбой. Это даже могло бы быть смешно, если б не звучало так тошнотворно правдиво. Домчавшись до конца коридора на втором этаже, Флинн увидел, как стройная дамочка в стерильно белом халате с планшетом в руках и строгим пучком волос на голове вышла из операционной, и парень ускорился. Не для того он мчался сюда из больницы с другого конца города, чтобы теперь уйти с пустыми руками и так и ничего не узнать про Джека. Он подлетел к врачу и обогнул ее, преграждая путь. Женщина поправила очки на носу. - Да, юноша? - спросила она, быстро придя в себя после внезапного появления шатена. У нее был напряженный вид. - Что с вами? Вы бледный. Как вы себя чувствуете? Может, хотите прилечь? Флинн разозленно замахал руками, прерывая поток сыплющихся вопросов: - Джек Фрост! Парень, который сегодня попал в аварию! Он мой друг! Как он?! Женщина сразу поняла, о ком он говорит, и посерьезнела еще больше. Ее брови сместились к центру лба, и она посмотрела на свой планшет. На нем были закреплены результаты какого-то анализа, и, судя по ее виду, они были не утешительными. - Простите, как вас зовут? - вдруг спросила врач у шатена, вскидывая голову. - Флинн… Женщина медленно двинулась по коридору, и, бросив тревожный взгляд на стеклянные двери операционной, Райдер бросился за ней. Нагнал он её в два счёта. - Флинн, как друг, вы наверняка знаете семью мистера Фроста. Вы не могли бы помочь нам связаться с ними? - спросила она. - Думаю, что его состояние лучше обсудить с родственниками. У него есть родители? Флинн чувствовал, что мысли резвятся в его голове, как выброшенный на борт судна большой косяк рыб, они метались по всей палубе его мыслительного пространства, мешая конкретно анализировать. - Эм… Мамы у Джека нет, она умерла давно, а отец сейчас заграницей. У Джека здесь только мачеха… - Тогда свяжитесь с ней, пожалуйста, и передайте мою просьбу. Пусть приезжает в больницу, как только появится возможность. И отцу то же самое. - Чёрт! - Флинн с досадой ударил рукой воздух и обеими ладонями уперся в стену. Врач проницательно на него смотрела. Флинн понятия не имел, где конкретно в Испании находится мистер Фрост, - проще было отыскать Хэддока в одном из пятидесяти штатов США, куда тот поехал вместе со своей невестой, чем вечно занятого на работе отца Фроста. А звонить Стелле Флинн не имел ни малейшего желания. Если она примчится сюда вместе со своей больной, сумасшедшей одержимостью Джеком, состояние блондина станет только поганее. Позволить мачехе находиться в одной палате с беззащитным Фростом - это еще хуже, чем бросить лучшего друга на произвол судьбы. Стелла его изнасилует, и глазом не моргнув. Психопатка. - Ясно, - решительно выдохнул Райдер, уверенно глядя на женщину. - Только можете мне сначала сказать, в каком Джек состоянии? - Как нам сообщили врачи скорой помощи при его поступлении, он был не пристегнут и ехал на большой скорости, поэтому при ударе вылетел в лобовое стекло. Помимо многочисленных ушибов, у вашего друга тяжелое ранение головы. Полиция установила, что во время ДТП переднее колесо машины отлетело и ударило его в затылок. Мы провели серьезную операцию и перевели его в реанимацию. Но пока сложно что-либо точно сказать. Он в очень тяжелом состоянии, поэтому мы не можем вас к нему пустить, Флинн, прошу прощения. Райдер не мог поверить в услышанное. Что же случилось с Джеком, если он так гнал по трассе ночью? Угнал, можно сказать, свою собственную тачку, хотя уже месяцев шесть как на ней не ездил. Зачем ему это вообще понадобилось? Слишком спонтанное решение. - Стелла… - вдруг осенило шатена. Вот он - корень всех бед. Он спешно пожал руку врачу и развернулся на пятках. - Я вас понял, - сказал он и, попрощавшись, помчался обратно вниз. На ходу он вытаскивал телефон и набирал номер Макса. Тот ответил не сразу - прошло минуты три, пока трубку сняли. - Алло, Макс? - вылетая из больницы и на бегу снимая сигнализацию с машины, говорил Флинн в трубку. - Знаю, что твой рабочий день давно закончился, но это срочно! Найди мне способ связаться с директором компании “Frost Industries”... Да я знаю, что он не в городе! Мне нужно немедленно! Я скоро к тебе приеду! *** Мама подошла к Рапунцель неожиданно и разбудила мягким поцелуем в лоб: - Дорогая, - она убрала запутавшиеся золотистые пряди с лица дочери и не сдержала улыбку, когда та поморщилась во сне и смачно причмокнула губами. - Милая, ты снова уснула на диване. Вставай, иди спать к себе в комнату, - ласково проговорила она. - Да-да, мамуль, сейчас… - Рапунцель широко зевнула и, приняв сидячую позу, сонно потянулась, а затем вообще развалилась на спинке дивана, раскинув руки в стороны. Было так приятно проснуться под звуки маминого голоса. Это было одним из лучших пробуждений. Рап попыталась вытянуть ноги и только тогда заметила - оказывается, она обнимала диванную подушку, стиснув ее между ног, поэтому девушка вытащила ее и положила на себя, выпрямляя ноги. Затем она огляделась, пытаясь безуспешно рассмотреть прищуренными глазами настенные часы. - Сколько времени? - наконец, сдавшись, спросила она. Мама с улыбкой ответила: - Уже час двадцать. Девушка понимающе закивала: - Ясно. Мама выключила телевизор, который Рапунцель включила еще вечером, перед тем, как сесть рисовать. Блондинка всегда любила рисовать в тишине, но в последнее время ее все чаще и чаще начали накрывать приступы необъяснимого беспокойства, поэтому она включала музыкальные каналы, чтобы был хоть какой-то звук на заднем фоне. В пустом доме, тихом, потому что мама допоздна задерживалась на работе, в последнее время становилось просто невыносимо. Потому что Рап в глубине души чувствовала, что все не так, как раньше. За последний месяц что-то в их доме изменилось, хоть она и не понимала, что именно. Чувство одиночества становилось очень острым. А может, это изменилась она сама. - Ты только что вернулась с работы? - спросила Рап у мамы, с сонной улыбкой захлопнув альбом и отложив его на журнальный столик. Мама устало опустилась в кресло рядом с диваном и взяла в руки альбом. - М-м… да, - отстраненно ответила она. Рапунцель смотрела на маму и каждый раз поражалась - какая же у нее все-таки потрясающая мама! Умница, красавица, да еще и трудолюбивая. Как можно такой женщиной не восхищаться? Но ее все равно кое-что тревожило. - Но ведь уже за полночь, мам. Ты весь последний месяц приходишь поздно. Уверена, что тебя устраивает такая работа? Можно ведь попробовать устроиться на другую, хоть с меньшей зарплатой, но зато у тебя будет время на себя. Не надо так себя изнурять, - Рапунцель придвинулась к матери и накрыла ее руки, листавшие альбом. - Мамуль, я ведь тоже могу работать. На подработке. Я ведь говорила тебе. Женщина весело рассмеялась и потрепала Рап по щеке: - Я помню, милая. Я видела журнал, и мои коллеги тоже. Они все, как один, говорят, что у тебя потрясающе получается, - глаза мамы сияли. - Я очень тобой горжусь, дочка. Ты у меня настоящее сокровище. - Я вся в тебя, - довольно заулыбалась Рапунцель, обнимая маму. С ней она могла быть хоть какой - смешливой, серьезной, могла дурачиться, потому что знала, что мама никогда не посмотрит на нее иначе из-за ее проделок, чем сейчас, - с любовью и искренней заботой. - Мам, как же я рада, что ты у меня есть, - Рапунцель вдруг вспомнила, что мама Райдера - мисс Фитцерберт - хоть и отошла от комы, но все еще лежит в холодной палате больницы, и ее пробрала дрожь, и она еще крепче прижалась к боку своей собственной матери. - Ну, Рапунцель, что за нежности? - женщина рассмеялась еще громче и подарила ей второй ласковый поцелуй в лоб. Та просто улыбнулась, но ничего больше не сказала. Мама продолжала смотреть альбом. - Дорогая, это все ты нарисовала? - спросила она. - Ни разу раньше не видела, чтобы ты рисовала украшения, - вдруг выдала она. Рапунцель отстранилась и села на ковер возле кресла, в котором сидела мама. - Да, я недавно только начала, - кивнула она, немного посерьезнев. Она тоже заглянула в альбом - на бумаге было нарисовано кольцо с тонким золотым ободком и великолепным розовым цветком с коротким стебельком. Бутон был закрашен розовым масляным карандашом, а стебель и крошечный листок - ярко-зеленым. Рапунцель очень долго возилась с ним. Если так трудно нарисовать путное украшение на бумаге, как же, должно быть, тяжело приходится ювелирам! Не зря говорят, что это очень тонкое искусство. - Похоже на эскизы, молодец, - мимолетом похвалила мама. Она продолжала смотреть картинки. Рапунцель следила за меняющимися рисунками - ее очень вдохновили украшения, спроектированные миссис Данброх, которые она демонстрировала на фотосессии, и некоторые особо удачные чертежи, вставленные в красивые рамки и развешенные у нее на стенах в кабинете. Вся эта точность и красота настолько воодушевили блондинку, что она не удержалась, чтобы не попробовать самой. Сначала все начиналось, как баловство, но теперь Рап рисовала украшения все время. Чертежи выходили все лучше и увереннее, и иногда у самой Сандроп уже проскальзывала в голове мысль - у нее реально круто получается. Рап задумалась и слишком поздно вспомнила, что в альбоме были рисунки не только камней. - Кто это, дорогая? - вдруг спросила мама, раскрывая альбом пошире на одном рисунке и демонстрируя его дочери. Там был Флинн. Рап срисовала его недавно, когда тот задремал на физике, подложив под подбородок руку. Рисунок получился, прямо как живой. - Это мальчик, который тебе нравится? Он очень красивый. Блондинка густо покраснела. Ей было приятно, что Флинн понравился маме. Но как бы сильно ей ни нравился Райдер, она никогда не говорила ей о нем. Всегда эта тема почему-то проскальзывала мимо них, не цепляясь за разговор и не находя огласки. Может, сама Рапунцель не была к этому готова? - Знаешь, мам, он... На смартфон мамы вдруг пришло сообщение, и та мгновенно схватилась за девайс. Прочитав смс, она неожиданно засияла и счастливо заулыбалась, и тут же принялась строчить ответное письмо. Ее пальцы порхали над экраном, словно окрыленные радостью. Рапунцель изумленно за ней наблюдала, приподняв одну бровь. - Мам, с кем ты переписываешься? - спросила она, не выдержав. Это было необычно для ее матери. - С одним очень приятным мужчиной. Я познакомилась с ним недавно. Надеюсь, ты не против? - спросила она. Рап ошеломленно покачала головой. - Я… э… ну… - слов не было. Новость поразила ее до глубины души. Блондинка продолжала во все глаза смотреть на маму. Раздался веселый рингтон, и женщина с воодушевленным видом поднялась с дивана: - Извини, дорогая, я отвечу на звонок, хорошо? А ты иди спать, уже поздно, - она подарила дочери чмок в макушку и пошла в свою комнату. - Алло?.. - ...Что это было? Рап озабоченно смотрела на дверь, за которой скрылась витающая в облаках родительница, и это продолжалось не меньше пяти минут. Затем она тряхнула головой, развевая белый туман перед глазами, и подняла оставленный мамой в кресле альбом, положила его на стол и встала сама. На столе лежал и ее телефон. Девушка взяла его, чтобы тоже пойти к себе, и внезапно увидела, сколько пропущенных у нее было. Двенадцать! Кто же звонил ей столько раз?! Мерида? Рап подпрыгнула на месте и взволнованно собралась набрать номер подруги, как на телефон позвонила сама Данброх, и блондинка поспешно приняла звонок: - Да? - Рапунцель, это я, - негромко ответили в трубку. Рапунцель ахнула и обеими руками крепче прижала телефон к уху: - Мерида! - облегченно воскликнула она в голос. - Я поставила телефон на беззвучный и не слышала. Где ты? Что случилось? Почему ты столько раз звонила? - Я не могу долго говорить, - спешно перебила ее Мерида, хотя Рап ещё долго могла бы сыпать вопросами. - Мама посылает меня в Милан на неделю моды. - Когда? - изумилась Рапунцель. Вот так новость! Данброх ни разу не упоминала об этом. - Прямо сейчас! Я уже в самолете, скоро взлетаем, - последовал ответ. У блондинки прямо-таки отвисла челюсть. Поэтому Мерида ей столько раз набирала? Но почему она так резко приняла это решение? - Ты же говорила, что собираешься получить аттестат, прежде чем куда-либо уезжать, - ошарашенно проговорила Рапунцель, подобрав челюсть с пола. - Знаю, - с досадой ответила Мерида. - Это идея мамы. На следующей неделе начнется новый сезон, я поеду в качестве официального представителя нашей компании. Но я никак не могу дозвониться до Джека! Скажи ему, объясни за меня, пожалуйста. Мне очень нужно быть на этом показе, если я сейчас не докажу маме, что заслуживаю ее доверия, у меня вряд ли в будущем будет ещё одна возможность это сделать. Постарайся все объяснить Джеку, я знаю, он все поймет… Всё, не могу больше говорить, самолёт взлетает, - заторопилась она, - мне нужно отключаться, Рап. Пока. - Мерида, подожди!.. - но в трубке уже пошли короткие гудки. - Ну пока… - растерянно попрощалась блондинка и оторвала телефон от уха. - Ну и дела… - произнесла она изумленно, затем опомнилась и резко подняла мобильник к лицу, заново набирая номер Данброх. Однако абонент был уже вне зоны доступа. - Вот же! - Рапунцель раздосадованно опустилась на диван. Телефон вновь встрепенулся в ее руках. - Мерида! - приняв звонок, завопила она обрадованно на всю гостиную, даже не взглянув на имя звонившего. - Хорошо, что ты снова позвонила! Как я по-твоему должна Джеку это объяснить? Как ты себе вообще это представляешь? Он ведь!.. Раздалась пауза на несколько секунд, и Рапунцель с плохим предчувствием, медленно повторила: - Мерида?.. Почему ты молчишь? - ...Это не Мерида, это Флинн, - глухо раздалось в трубке. - Рап... Джек попал в аварию.