Такая странная белковая.

Нокаут проскрежетал дентами. Шлаков Старскрим! Почему это именно ему повезло взять эту особь как раз тогда, когда у медкона возникла потребность в подопытной крысе?! Белковые оказались идеальными тестерами для любого препарата, идеальными образцами для расчленения - тем самым биоматериалом, который Нокаут искал столько времени. Но был у них и недостаток. Земляне оказывались такими хрупкими, такими недолговременными. Ткни скальпелем - распорешь, потом уже и нет толку, что зашьёшь. Ударь даже слегка - размажешь по платформе так, что тяжело после отскрести мясо-кровяную массу. Урони - разобьёшь, пшикни кислотой - обожжёшь, стисни чуть сильнее - сломаешь, а восстановить тяжело. Нет, и почему люди такие безобразно хрупкие?! Раз поэкспериментировал - меняй на нового, тот уже не годен. Напрасно ободрял себя медик мыслями, что у Старскрима белковой будет тяжело и неуютно. На поверку всё оказалось совсем не так. Белковая не ныла и не жаловалась, а, напротив, выглядела очень счастливой рядом с командором ВВС. Настолько счастливой, что Нокаут непроизвольно сравнил её с молоденькой, наивной фемкой, по самые аудиорецепторы влюблённой. Сходство оказалось просто поразительным. Самого медкона белковая не замечала. Явно зная поговорку о волшебном игноре, она воплощала её в жизнь и воплощала весьма удачно. Но и Нокаут не собирается сдаваться! В конце концов, он же гений! Величайший учёный, сверхинтеллект, почти что Праймас в изобретении коварных планов (например, как свалить на гонки или отжать у товарища энергон, не получив за это тяжких десептиконских люлей). Многие собратья по фракции часто шутили, что Нокаут ревнует белковую к Старскриму, дескать, она же выбрала не его, такого красавчика, гения и вообще обалденного меха, а почти ничем не выделяющегося сикера. Это дало Нокауту повод размышлять о меркантильности и жажде власти белковых, а после и о банальном "да, просто он - сикер. Фемочки так падки на летунов, чтоб их всех Юникрон забил!" В конце концов, какое право эта тупая белковая имела отвергать предложение пожить у идеального меха, такого, как Нокаут. Хотя, не как, ибо Нокаут уникален. Теперь вопрос получения мягкотелой особи стал для медкона почти что делом чести. Главной проблемой являлось: как бы заманить белковую в лабораторию? Нокаут не обладал даром перемещаться за секунду на большие расстояния, следовательно план "Чё тут думать, сцапал и побежал" отпадал сам собой. Слух у Старскрима очень острый, бегает он вдвое быстрее и, как уже многим десептиконам стало понятно, белковую сикер не отдаст никому и ни за что, зато даст за неё нехиленьких люлей, если попробовать забрать. А ведь дело вовсе не в том, что она дорога командору. Просто гиперактивный сикер-собственник очень ревниво относится ко всему, что попало в его загребущие костлявые ручонки. А белковая не просто попала, а сама сдалась ему "на добровольное хранение и принадлежность до последней капли крови". Тем не менее в голове Нокаута возникла кое-какая идея. Оставалось только дождаться удобного момента, когда крылатое исчадие ада отлучится на пролётку или ещё куда-нибудь без белковой. Случай подвернулся довольно быстро. Старскрима выслали на миссию, а вечно хмурая фем-панк-эмо (к чему именно белковая больше подходит так и не определили) осталась одна. Нокаут быстро нашёл белковую на Немезисе. Достаточно было идти на звук ритмичного пыхтения, которым фемка сопровождает прослушивание различной музыки на плеере. Очень скоро он наткнулся на подростка, неспешно совершающего проминад по звездолёту. Девушка подняла голову и несколько недовольно смерила взглядом здоровую красную проблему, загородившую ей путь. Проблема улыбалась и махала манипулятором. Это лже-дружелюбие ничуть не помогло: белковая прошла мимо. - Привет, Луна!- крикнул Нокаут, надеясь, что сумел переорать плеер. Девушка слегка приподняла левую бровь, смерила десептикона презрительным взглядом, фыркнула и двинулась дальше. Нокаут понял, что не угадал. - Ну, Лана, солнышко! Ну, Лёля! Ну что за игнор, Леся!- угадать имя белковой оказалось для Нокаута непосильным. Девушка остановилась и вытащила наушник из уха. - Меня зовут Лин, идиот. Эл-и-эн,- произнесла она едва ли не по буквам,- Почти как пришелец на английском. Нокаут усмехнулся и вытащил из сабспейса коробочку с шоколадными конфетами. Где-то он смотрел, что белковые самки любят сладкое и считают это за проявление внимания. Глаза белковой сузились. Если бы Нокаут знал её чуть лучше, то понял бы, что пора писать завещание. - Это что, мне?- спросила она якобы невинным тоном. Нокаут широко улыбнулся и закивал, как китайский болванчик. Буквально через пару секунд его корпус прошила сильная боль от статического разряда. Лин усмехнулась и спрятала шокер обратно в карман, на смеру ему появился гвоздь. Медкон не знал, сколько времени он провалялся без чувств. Но когда он очнулся и решил вернуться к себе в кварту, окружающие смотрели ему вследи и тихо ржали. Это надоело Нокауту, и он подошёл к зеркалу, чтобы посмотреть на себя. Из зеркала на него смотрел исцарапанный слегка корявый парень, на груди которого было нашкрябано несколько странных земных выражений. Половиной из них были отборные русские маты. А на самом видном месте гвоздём на краске было нацарапано: "Обойдёшься, капралишка".