Доверься мне.

      Пробуждение было не самым лучшим, ведь спала ведьмачка чутко. А то что рыжеволосая тяжело поднялась и уселась на край кровати так, будто сейчас свалится, да ещё и стянула с чужих плеч одеяло, заставило её на пару мгновений открыть глаза. Поморщившись от головной боли Цири хотела было встать, но тут же замерла, оставшись в том же положении.       Голос Раста разнёсся совсем рядом, что несомненно напрягло и заставило волей-неволей подслушать разговор, хотя того совершенно не хотелось. Во-первых, она чувствовала, как рукоять меча, который приходилось обнимать во сне, упёрлась в грудь и сейчас доставляла дискомфорт.       Во-вторых, её совершенно не интересовало то, о чём этот суровый на вид мужчина собирается разговаривать со своей подопечной, потому что это их дело и нос в него девушка совать не собиралась. Своих проблем достаточно, так и нечего лезть в чужие, не имея и малейшего представления. Однако через пару минут её мнение категорически изменилось, ведь речь пошла о ней.       Элой как тяжело поднялась, так и тяжело вздохнула, протерев заспанное лицо ладонями, чтобы более ли менее взбодриться и прийти в себя. Мышцы во всем теле ныли, крича о пощаде и отдыхе куда большем, чем тот, что достался в эту ночь. Голова гудела из-за того, что сон пришёл слишком поздно из-за чего в мыслях тут же появился пунктик поблагодарить новую знакомую, что так яро утверждала, что выспалась, за усталость с самого утра.       Расфокусированный взгляд лучницы прошёлся сначала по помещению, подметив разбросанные вещи рядом с кроватью, затем по наставнику, что выжидающе, но тем не менее терпеливо ожидал её готовности, сложив руки на груди. Из-за лёгкого поворота головы, благодаря которому можно было увидеть небольшую область за плечом, девушка заметила серую копну волос и крепкие плечи, тут же подавив желание накрыть их одеялом. — Боже, Раст, не томи, пожалуйста. То, что ты молчишь, стоя над душой, никак не облегчает мне задачу проснуться, — хриплый спросонья голос вырвался из горла достаточно тихо, потому как считалось, что кое-кто ещё пребывает в стране забвения. — Что ты решила на её счёт? — Она остаётся, — вполне уверенный кивок, хотя уверенность при взгляде на мужчину испарилась из груди. — Ты совсем с ума сошла?! — мимолётная пауза, во время которой Раст качал головой, потирая лоб ладонью, — Два дня. Осталось всего лишь два дня для того, чтобы окончательно подготовиться к Инициации, а когда ты её пройдёшь, и тебя примут в племя, то объясни мне, пожалуйста, что ты будешь делать с этой девушкой? Возьмешь её с собой? — С чего ты вообще взял, что меня возьмут? — Элой. — Нет, Раст, послушай, — девушка неволей повысила голос, но тут же себя одёрнула, кинув мимолётный взгляд за спину, чтобы убедиться, что не разбудила лежащую у стены, — Не загадывай наперёд, прошу тебя. Сам говорил, что это очень опасно и трудно, поэтому давай сосредоточимся сейчас на насущном, а не будем думать о том, до чего еще далеко. — Хорошо, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, а о насущном… Ты умеешь выживать и охотится, но, боюсь, одну вещь я забыл тебе объяснить. Или еще не поздно? — Давай, я всегда готова учиться, — очередной тяжёлый вздох, вызванный нежеланием мозга работать, как следует. — Случилась неприятность. Это шанс преподать тебе новый урок, но он будет опасным. Ты должна подготовиться, иначе погибнешь. Спустись в Объятия и собери детали для огненных стрел, — мужчина сложил руки на груди и внимательно осмотрел свою подопечную, подмечая явные признаки того, что она не выспалась, но, к счастью, ничего не сказал. — Огненные стрелы? А что за неприятность-то случилась? — Добудь детали, а завтра встретимся там, у северных врат в Сердце Матери. — У северных врат? На краю Объятий? — Да, а теперь иди, — тон, который явно говорил, что стоит воздержаться от дальнейших расспросов. — Я соберу всё, что нужно, но по пути повидаю Карста, — кивнув самой себе, Элой поднялась на ноги и начала рыскать в поисках своего снаряжения и нужной одежды, однако старалась делать это так тихо и незаметно, что неспящей уже какое время ведьмачке это казалось смешным, ведь со спины слышалось бормотание себе под нос и такая же ругань, когда что-то не слишком громко, но всё же падало на пол. — Элой, когда он с тобой разговаривает, он нарушает закон, — Раст никогда не одобрял эти связи, поскольку слишком трепетно относился к правилам, установленным матриархами, и не хотел, чтобы его воспитанница переступала запретную черту. — Ну и хорошо, — беспечное хмыканье, — Мне нужен нитемёт, а с Изгоями, кроме него, никто не торгует. — Тогда закупись припасами. Завтра ночью они понадобятся. — Ты меня… Пугаешь. Ладно, до вечера.       Цири прекрасно услышала, как хлопнула входная дверь, пусть и охотница старалась выйти максимально бесшумно, но, видимо, у неё не было должной практики в максимальной незаметности. Между лопаток по коже прошёлся холодок, потому как чужой тяжёлый взгляд, явно настороженный и изучающий, опустился на её спину, поэтому девушка какие-то минуты старалась не двигаться, не смотря на то, что очень хотелось, ведь некоторые конечности затекли и начали требовать срочной смены положения.       Ей не хотелось без присутствия новой знакомой в доме общаться с её учителем, потому как он явно её не жаловал и, возможно, был готов прямо сейчас выставить её за порог, а потом сказать Элой, что та сама ушла и даже не попрощалась. Да, причины такого отношения вполне себе объяснимы, но всё же что-то внутри негодовало, потому как Раст её толком не знает, а уже записал во враги и поставил на первое место в этом списке.       Осознание того, что Элой увидеть удастся ещё очень не скоро, заставило сдержать в груди угрюмый вздох и задуматься над дальнейшими действиями. Прокрутив в голове разговор Изгоев, она поняла, что из-за того, что та ей помогла, внутри зародилось странное чувство, схожее с обязанностью отплатить той же монетой — помочь. Причина сих эмоций и желаний, Цирилла прекрасно понимала, но вот принимать их и разбираться с этим пока не собиралась, да и не хотела, поэтому решила разобраться с насущной проблемой, которая находилась за спиной и чем-то шуршала.       Ведьмачка поняла, что стоит собраться и перестать вести себя, как ребёнок, который притворяется спящим, чтобы его не отчитали за какой-то проступок, потому пришлось закрыть все пробудившиеся эмоции и недовольства под замок и, наконец, поднять корпус, отняв от груди верный клинок. Мышцы тут же задрожали, как только девушка потянулась, чтобы избавиться от вялости. Приблизившись к краю кровати, она опустила ноги на пол, а взгляд тут же встретился с чужим, несколько заинтересованным. — Ты проснулась, — не вопрос, констатация. Может, Раст и догадался, что незнакомка не спала всё то время, потому выглядела не так, как должно выглядеть человеку, который только-только избавился от оков сна. — Ага. — Чудно. Раз ты теперь с нами, то пусть от тебя будет хоть какая-нибудь польза, — в голосе отчётливо распознавалась усталость. — Я хотел дать это задание Элой, но решил не забивать ей голову всякой ерундой, пока у неё есть дела намного важнее. Поэтому этой самой ерундой займешься ты. У Чудной Граты кончается еда. Набей для неё мяса на неделю. Учти, Грата — не то что мы — следует закону, поэтому не будет с тобой говорить. Но не воспринимай её молчание как оскорбление.       Тяжёлый вздох и медленный кивок говорили о том, что пепельноволосая выполнит своё задание. Не то чтобы у неё был выбор, но всё же Цири хотела дать понять, что всё поняла и приняла к сведению. Раст собирался пойти на выход, но в самом проходе застыл, словно скала, из чего девушка сделала вывод, что это у этой парочки общее, и даже бесшумно хмыкнула, понимая, что это и в правду так, но следующие слова со стороны заставили её в одно мгновение стать серьёзной.       Внутри поднялось необузданное раздражение, которое в любой момент могло вырваться наружу в виде ругательств, но девушка упорно глушила в себе это чувство, понимая, что спорить и ссориться с тем, кто принял тебя у себя дома, пусть и сделав это с нежеланием, не есть хорошо по отношению к Элой. — Я не знаю, кто ты и зачем тебя сюда притащили, но будь добра, не мешай Элой исполнять её предназначение и держись от неё подальше. Она должна пройти Инициацию, ведь готовилась к этому чуть ли не всю жизнь, а твоё появление странно на неё повлияло, и я боюсь худшего. Она рассеяна, витает где-то в облаках, пока мы с ней разговариваем, так что перестань на неё так влиять и не морочь ей голову! — Ну уж нет. Не смей ни слова говорить про предназначение. Во-первых, то, что она готовилась, совершенно не значит, что всё будет именно так, как ты себе вообразил. Во-вторых, я понятия не имею о том, что ты упорно мне пытаешься донести, но в любом случае я не собиралась никак «морочить ей голову». Ей нужен друг, но не в виде меня, — пока слова сами собой слетали с губ, Фалька надевала сапоги и, перекинув ремень, прикреплённый к ножнам её меча, через плечо, затягивала его так, чтобы оружие было зафиксировано. — Ты не выглядишь старше Элой, но что-то в тебе… Не так, — теперь мужчина развернулся, пытаясь отыскать ответы на свой вопрос, но вместо этого увидел лишь мрачный грустный взгляд. — Во мне много чего не так, но единственное, что я тебе скажу: Элой нужны ответы, а не положение в племени, которое она, скорее всего, ненавидит. — Ты общаешься с ней всего день, а уже говоришь то, о чём и малейшего понятия не имеешь. — Ага. Не имею, но я не слепая, Раст. К тому же… Я видела слишком многое и научилась видеть то, что не видят или отказываются видеть остальные. — Ты не понимаешь, о чём говоришь, девочка. Элой нуждается не только в ответах, но и семье, а для неё нужно племя! — О, боже, какие же вы мужчины все одинаковые и упорно отказываетесь видеть то, что лежит на поверхности. Иди уже, куда шёл, а я пойду набивать мясо для этой вашей Граты, чёрт бы меня побрал.       Охотник явно собирался сказать что-то ещё, и Цирилла, прекрасно это видевшая по его напряжённым плечами и нахмуренному лицу, предотвратила дальнейшие разногласия тем, что с завидной скоростью покинула лачугу, намеренно хлопнув дверью, ставя своеобразную точку в их разговоре. Мужчина молча проводил её взглядом.       Не зная местных дорог, ведьмачка решила, что лучше будет двигаться по тому маршруту, коим вчера со своей «спасительницей» шла к ней домой. Ещё вчера расфокусированный взгляд сейчас сосредоточенно и плавно переходил с одного объекта на другой, временами задерживаясь то на дереве, на котором подмечалось расположение мха. То на дороге, что была покрыта мелкими камнями и непонятными следами, которые не давали распознать того, кто их оставил.       Когда была достигнута развилка, предоставляющая выбор, куда далее пойти, Ласточка поняла одну простую вещь, из-за которой захотела себя ударить. Из-за желания поскорее избавиться от общества Раста, она не спросила, где находится та женщина. Как до неё дойти и какое мясо лучше будет набить. Поэтому Цири тяжело вздохнула и, подтянув ремень на груди, остановилась, тут же морщась, ведь яркий солнечный свет, вышедший из-за облаков, заставил на мгновения застыть.       Как только глаза перестали реагировать на бьющие солнечные лучи приступами головной боли, кричащей о неполном восстановлении организма после рывка сквозь время и пространство, и привыкли к тому, что солнце более не скрыто. Ведьмачка двинулась налево, настороженно осматриваясь, ведь она не знала, каких животных тут используют в качестве пищи, какие вообще звери тут существуют, где расположены ареалы их обитания и на что следует обратить внимание. Ведь не зря Элой настоятельно рекомендовала быть как можно более внимательной и почаще осматриваться.       Вспомнив о своей «спасительнице», Ласточка неожиданно для себя вздохнула, чувствуя, как внутри поднимается что-то давно забытое и выкинутое из головы. Что-то такое, от чего хотелось вскочить на верного скакуна и пустить его в своеобразный пляс по лёгкому грунту, вытянув руки в стороны, прикрыв глаза и подставив лицу морозному ветру, чтобы насладиться лёгкостью и мнимой свободой.       Новая знакомая имела странную схожесть с той, кого Цири предпочла забыть, чтобы не ощущать в груди то давящее чувство потери. Элой, как и Мистле — та самая особа, что одинокими ночами приходила во снах, была склонна к эпатажу, но в то же время скромной и… по-детски любопытной. Её озорной взгляд, пробуждал внутри ненужные сейчас воспоминания о беззаботности, заставляя сердце подать молящий сигнал. Наверное, эта была главная, но скрытая от самой себя причина, по которой девушка не ушла посреди ночи.       Всего одно мгновение, а пальцы неволей потянулись к поясу и коснулись серебряного медальона, представляющего голову кота с широким оскалом. Брови её стремительно поползли вверх, а на лице застыло отсутствующее выражение, говорящее о том, что мозг начал работать не так, как нужно, выдавая ту или иную информацию за качественный бред, название которого девушка решила не произносить даже в мыслях. Ранение, полученное при перемещении, напомнило о себе тупой болью, вынуждая жмуриться, а дыхание — срываться.       Неожиданный шуршащий звук со стороны и резкие движения в кустах, на краю дороги, заставили напрячься до такой степени, что натянутые мышцы левого бедра, на которое был перенесён весь вес тела, задрожали. Вся задумчивость мигом улетучилась, оставив после себя постепенно заполняющуюся адреналином пустоту в голове и груди. Ладонь, несколько влажная от волнения, легла на рукоять меча, колени чуть согнулись, позволив дочери Старшей Крови занять выгодное положение для молниеносного решения.       Через пару мгновений из зарослей выпрыгнуло небольших размеров создание, определить которое Цири не смогла ввиду странного внешнего вида, металлического блеска и скрипящих звуков. Нацелив свои конечности прямо на ничего не понимающую девушку, существо вытянуло и без того длинную шею. Ласточку от захвата и вероятных ранений спасла нужная способность не «зависать» в патовых и неопределённых ситуациях, ведь она плавным движением ушла от атакующего, через считанные секунды разворачивая корпус и ответно нанося удар в подобие горла данного механизма, тут же заклинившего и позволившего нанести последний, смертельный удар эфесом меча в светящуюся красным огнём сферу, которая напоминала глаз.       Странный объект тут же упал на бок, а из разбитого «лица» посыпались искры, словно магические разряды, говорящие о том, что эта неизвестная хрень больше не встанет и не попробует убить Повелительницу времени и пространства, что только сейчас позволила себе совершить выдох и возобновить дыхание. Облегчения Цири не почувствовала, потому как между лопаток всё ещё бегал неприятный холодок, но она вытерла рукавом рубашки со лба испарину, появившуюся не из-за сложности боя, а из-за некой паники. — Где ты этому научилась? — голос говорящего был пропитан удивлением и неким восхищением, однако над этим никто не задумался.       От дублирующейся за минуту неожиданности Цирилла поначалу вздрогнула, а затем слишком резко обернулась, выставив свой верный клинок в сторону нарушевшего её уединение. Остриё меча благодаря точной координации владелицы оружия упёрлось ровно под подбородок визави, а ведьмачка тут же подняла брови, ведь перед ней стояла та, что буквально несколько минут назад посетила её мысли. — Элой? — Хэй.       Скромно и несколько напугано улыбнувшись, лучница убрала приготовленную стрелу в колчан достаточно медленным и аккуратным движением, а лук вернула на своё законное место. Чувствуя, как острый конец неизвестного ей оружия болезненно давит на кожу, Элой признала, что ошиблась на счет свой новой знакомой, чьё прерывистое, но достаточно быстро приходящее в норму дыхание сейчас позволяло расслабиться, ведь выскочивший из ниоткуда рыскарь, заставил её струхнуть.       Взгляд растерянно прошёлся по лицу напротив, будто пытаясь найти ответы на вопросы, которые спонтанно возникли в голове, а пальцы с максимальной осторожностью коснулись лезвия и чуть надавили так, чтобы не пораниться и чтобы отвести опасность подальше от своего горла. И только после того, как пепельноволосая задумчиво извинилась за это и убрала меч за спину, Элой спокойно выдохнула, потирая подбородок в попытке избавиться от неприятного колющего ощущения. — Я рада, что ты цела. Честно, думала, тебе конец, — тон был неуверенным, словно до сих пор целостности её горла угрожали, из-за чего и было несколько страшно произносить слова. — И поэтому ты просто стояла с натянутой тетивой? — Цири не стала придавать значение тому, что её вроде как бросили на произвол судьбы, и спокойно подтрунивала, стараясь держать тон ровным, — Занимательно.       Элой не была уверена в том, что чувствует в данный момент, а потому лишь потупила взгляд, направив его куда-то в сторону, а после и на «тушу» маленькой, но всё же опасной машины. Она прекрасно знала и помнила, что в одиночку такие особи не ходят, а уж тем более не нападают, именно поэтому пришлось осмотреть не только особу напротив, но и округу, подмечая спокойствие природы.       Лишь резкий порыв ветра, остудивший пылающие щёки и позволивший более ли менее соображать, создавал какой-то звук, напоминающий Цири надрывное завывание одинокого волка, который только-только начал свою песнь, посвящённую такой же одинокой на небе луне. Шелест движимых знакомой силой листьев навевал на душу некую весеннюю — как оказалось, сейчас наступает оттепель, а следовательно, в этом краю и мире нынче в права вступает весна — тоску.       Лучница не знала, как объясниться перед новой знакомой и оправдаться в её глазах от поступившего обвинения, потому как понимала, что виновата. Она заметила Цири ещё добрых пять минут назад, когда вылезала из очередных развалин, в которые так яро и упорно ей запрещал ходить Раст, и даже без задней мысли хотела подойти, однако неожиданное появление миниатюрной машины заставило её положить стрелу на полочку и просто… наблюдать?       Пришлось признаться самой себе, что рыжеволосая просто потерялась из-за всех произведённых со стороны другой девушки резвых, молниеносных движений, а потому она и не сразу поняла, что всё закончилось. Солнце, отразившись в гладкой металлической пластине ударило по глазам, когда того, что можно было назвать телом рыскаря, коснулся носок кожаного сапога, словно удостоверяясь в полноценной смерти. — Ладно, проехали, — заметив, что собеседница явно не поняла шутки и лишь потеряно глядела в любую сторону, лишь бы не на неё, Цири покачала головой и кивком указала на неизвестный объект, — Что это такое? — Рыскарь, — словно само собой разумеющееся фыркнула Изгой и приблизилась к тому, о чём сейчас рассказывала, придав голосу максимально поучительный, явно позаимствованный у Раста тон, — Самая маленькая машина, но даже она способна убить, так что будь в следующий раз осторожна. Когда ходишь по открытой местности, рискуешь нарваться на целую стаю таких созданий, а это хуже, чем встретить стадо бегунов или жвачников, — заметив очередной вопрос в глазах напротив, она вздохнула, решая сменить тему, — Коли зашла речь… Что ты тут делаешь и тем более одна, будучи не в самом лучшем состоянии? — Во-первых, перестань каждый божий раз упоминать про моё состояние; я в порядке, ясно? Если для тебя это, действительно, так важно, то Раст дал мне задание: набить мяса для Грота, — мимолётная пауза, вызванная попытками вспомнить чужое имя, — Граты. И вот я тут, осматриваюсь и пытаюсь найти хоть какие-то следы животных, ибо этот достопочтенный господин не удосужился ничего объяснить и показать.       Теперь пришла очередь Элой стоять и в недоумении смотреть на свою новую знакомую, потому как некоторые слова были неизвестны, а вследствие их значения непонятны. Спрашивать смысла не было. И девушка это понимала, а потому спокойно приняла своё неведение и, кивнув самой себе, словно соглашаясь со своими мыслями, она нахмурилась и дала знак идти за собой.       Мимолётный порыв лёгкого, несколько тёплого ветерка ударил в лицо обеим, словно повелевая отвлечься от всех своих дум и спокойно прогуляться под солнцем и звуком колыхаемых потоками воздуха листьев деревьев и травы, что так же шуршала под ногами при каждом шаге. Погода радовала жителей Объятий не только приятными условиями, но и относительным спокойствием машин, а потому охотница была весела.       Цири плавно двигалась на шаг-два позади своей провожатой, предпочтя думам о благословлениях местных богов осмотр местных красот. Пейзаж в этом месте отдалённо напоминал ей те картины, что представали перед её глазами во время тренировок в Каэр Морхене, когда она была ещё совсем ребёнком. Окружённая неприступными горами котловина со всевозможными травами, цветами, деревьями и небольшими полянами.       Заснеженные вершины, кажущиеся издали такими маленькими и нереальными. Крутые подъёмы, пологие склоны, и всю эту красоту пронизывало некоторое количество лазурных жил, что сеточками и полосами расходились в разные стороны, превращаясь в ручьи или быстротечные реки и в итоге собираясь в каком-нибудь озере, недалеко от которого можно было разглядеть небольшие поселения.       Да, в этом было что-то загадочное и родное. Что-то, что заставляло сердце ускорять темп, а душу изнывать из-за тоски по дому. Покачав головой, Цири тяжело вздохнула и перевела взгляд на копну рыжих волос, что маячила уже с добрых пять минут. Наверное, ей стоило сказать, что она сама виновата в своих блужданиях и что именно она не спросила о расположении места проживания не только неизвестной женщины, но и животных.       Взгляд подмечал любую деталь, не вписывающуюся во всё это привычное окружение, а потому, как только в поле зрения попало около трёх, быть может, четырёх машин, похожих на оленей, ведьмачка нарушила сложившуюся тишину. — Откуда эти, — она не знала, как назвать то, что видела, а потому решила воспользоваться термином, который назвала её спутница, — машины? — Если честно, то я и сама не знаю, откуда они взялись, как и те руины, в которых я тебя нашла, — рыжеволосая особа пожала плечами и тут же замедлилась, чтобы поравняться с собеседницей, — Просто знаю, что они здесь были всю мою жизнь, а так же и до моего рождения. Но надеюсь, что когда-нибудь смогу узнать, как и для чего они появились. — Например, после Инициации?       Ничего не ответив, Элой лишь покачала головой, давая неопределённый ответ, и осторожно приподняла обвисшую ветку какого-то дерева над головой, чтобы спокойно пройти в пролесок и не лишиться глаз из-за своей невнимательности. Естественно, она придержала растительность, позволив следующей за ней девушке не наткнуться на хвою и не оцарапать лицо, которому, судя по шраму на левой щеке, и без того досталось.       Беглый, но всё же внимательный осмотр местности с помощью визора дал понять, что никаких машин здесь нет, а значит, относительно безопасно, поэтому более лучница не оглядывалась. Несомненно, ведьмачка заинтересовалась, ведь голубоватое свечение, что исходило из металлического предмета, расположенного около виска новой знакомой, вызывало уйму вопросов. Может, вчера и было объяснено что это и зачем, но особого понимания это объяснение не принесло. — Ну-с… Раст не показал тебе место, где водятся кабаны, — охотница хмыкнула, ничуть не удивляясь данному факту, — Так что это сделаю я, чтобы ты не потерялась в Объятиях. Только, пожалуйста, будь осторожна. Сейчас здесь никого нет, но я не могу обещать тебе, что сюда не придёт никакая машина, хорошо? А то найти твоё разорванное или расстрелянное тело мне бы не хотелось. — Я никогда не теряюсь, — это было единственным, что Цири смогла произнести ровным голосом прежде, чем атмосфера разговора приобрела несколько мрачный тон, — Спасибо, конечно, что взяла на себя роль моего проводника, но вот беспокоиться за меня не нужно — это уже лишнее. Я сумею о себе позаботиться. Уже не ребёнок, и видела кое-что пострашнее этих твоих машин. — И что же например? — нахмурившись и остановившись, Изгой приподняла брови и медленно повернулась лицом к лицу. — Людскую жестокость.       В воздухе пронеслась странная, будто бы тяжёлая эмоция, которая оставила непонятный след и заставила Элой внимательно осмотреть ту, которую она вытащила из развалин и привела к себе домой. Ту, которая сейчас старательно избегала взгляда, отвернув лицо в сторону и сложив руки на груди, словно защитившись от чего-то. Она понимала, что задела своими словами что-то запретное, всколыхнула то, что трогать никогда и никому не нужно было, но спрашивать, а уж тем более требовать объяснений прав не было.       Именно поэтому, переборов своё любопытство и проглотив желание извиниться, лучница отвела взгляд от собеседницы на тропу, что петляла меж деревьев, раскинувших свои ветви, покрытые густым слоем зелёных листьев. Сквозь этот покров пробивался солнечный свет, мерцавший в глазах и менявший свой вид то на тусклый светло-зелёный, то на яркий, почти что белый свет. Это заставляло изредка морщиться от болезненного ощущения в затылке.       Спустя несколько минут размеренной ходьбы, дорожка, протоптанная нередкими визитёрами здешних угодий, вывела Элой и её новоиспечённого напарника на освещённую зенитным солнцем обширную опушку. На прилежащих к лесу участках здесь росла голубоватая ягода, а на большей части располагались жёлто-оранжевые заросли высокой травы, качавшей верхушками на лёгком ветерке. — Вот, — рыжеволосая провела ладонью по воздуху, указывая на всю раскинувшуюся перед ними территорию, — Тут их излюбленное пастбище. Правда, я видела, что некоторые не прочь перекусить и мелкими грызунами… Не столь важно. Сейчас они все попрятались. Из-за машин всякая живность предпочитает выходить на свет лишь при наличии мёртвой тишины, поэтому тебе нужно затаиться и какое-то время подождать, чтобы они подумали, что тут никого нет.       Решив, что смысла что-либо комментировать и спрашивать, как такового, не было, Цири вздохнула и начала выискивать взглядом место для укрытия, которое представлялось только в двух случаях: если спрятаться среди широких стволов деревьев, либо если засесть в высокой шуршащей траве, которая поможет скрыть не только своё местоположение, но и запах.       На верхушках каждой травинки, если приглядеться, можно было заметить красные или оранжевые цветы, что источали приятный, но достаточно резкий аромат, из-за которого слезились глаза, если слишком долго пробыть поблизости с этим запахом. Осознание того, что оба варианта засады никоим образом не привлекали, заставило ведьмачку разочаровано хмыкнуть себе под нос.       Ещё при жизни Крыс, что стали для Цири не только друзьями, но и семьёй, девушке нередко доставалась обязанность ходить на охоту за всевозможной дичью, а потому что-то она в этом да смыслила. И сейчас прекрасно понимала, что, если она скроется за многочисленными деревьями, шанс того, что животное подойдёт к ней на расстояние вытянутой руки и позволит нанести точный удар, равнялся нулю. Следовательно, этот вариант не подходил и сразу отсекался.       Засада в траве была иным случаем. Тут вероятность настигнуть свою жертву повышалась, однако и риск тут был иным. Если запах, идущий от цветков, в коих придётся сидеть, начнёт слишком сильно раздражать нос и лёгкие, то чиха будет не избежать. А если самоконтроль и реакция не помогут, то вся живность разбежится в разные стороны, оставив незадавшегося охотника с носом. Размышления были прерваны вежливым покашливанием, заставившим Цири вздрогнуть. — Я не вижу у тебя лука. Думаю, я могла бы собрать его из того, что сейчас под рукой, если ты захочешь. Это будет, конечно, не самое мощное и красивое оружие, но зато быстро и эффективно. Да и к тому же, — заметив поднятую вверх ладонь, призванную остановиться, Изгой замолчала, приподняв брови в немом удивлении. — Не надо, — в чужом голосе отчётливо слышалась досада, но вот чем она была вызвана, было не совсем понятно, — Мне с мечом работать куда привычнее. — Ты за кабаном гоняться полдня будешь, и то не факт, что догонишь, — тут же фыркнув в ответ на такое заявление и заметив, что новая знакомая скрылась в зарослях, Элой тяжело вздохнула и поспешила удалиться, чтобы не портить нервы ни себе, ни пепельноволосой.       На самом деле ведьмачка просто не хотела признаваться в том, что не умеет стрелять из лука. Да, её многому обучили, начиная с элементарного владения мечом для самозащиты и заканчивая убийством врага. Однако ни разу за всё время, что она провела в ведьмачьей крепости, ей не показывали, как правильно пользоваться оружием дальнего боя. Исключения составлял арбалет, и то девушка его в руках держала дважды.       Именно поэтому где-то внутри при взгляде на лук новой знакомой и при возможности заиметь похожий зародилось сомнение, которое впоследствии превратилось в раздражение, заставившее несколько сгрубить. И только после того, как Элой скрылась из виду, стало несколько полегче, а вниманием завладело пространство перед лицом.       Неизвестно, сколько прошло времени. Может, пять минут, может, пятнадцать, но сложившуюся тишину нарушило тихое, будто проверяющее хрюканье, которое тут же услышала девушка. Она просто не могла этого не услышать. В Каэр Морхене тренировке подвергались не только рефлексы, движения и способности тела, но и слух, зрение и концентрация внимания.       Аккуратно приподнявшись с колен на корточки, чтобы хоть что-то увидеть из травы, Цири уловила движение где-то в двадцати-тридцати метрах от себя, а затем и увидела несколько бурых спин с черными полосами вдоль всей длины. Их хозяева в это время были увлечены поеданием мелких растений и веточек, явно не подозревая о наличии здесь посторонних. Потому все опасения об обнаружении ушли прочь.       Сначала Ласточка хотела подкрасться и нанести решающий удар, однако тут же поняла, что это будет очень сложно. Кабаны пугливы, но могут в качестве самозащиты перейти в стадное нападение. Именно поэтому было решено чуть-чуть подождать, закрыв рот и нос ладошкой, чтобы при приближении животное не услышало её дыхания. Как только зверь подошёл на достаточно близкое расстояние, девушка сделала молниеносный выпад, немного просчитавшись с траекторией удара, из-за чего лишь остриё её клинка прошлось по шее жертвы, задевая крупную артерию.       Кабан тут же завизжал и помчался прочь, мгновенно скрываясь из виду, заставив Цири грязно выругаться, ведь она не думала, что промажет по какой-то свинье, которая по размеру, больше, чем она сама. Но заметив кровавую дорожку, тянущуюся следом за убежавшим животным, она тут же бросилась следом в надежде, что её добыча не ушла далеко.

***

— Что ты тут делаешь?       Голос Раста прозвучал довольно близко и резко, но Ласточка даже не вздрогнула, ведь слышала, как тот двигался к ней, поэтому она была готова к диалогу и даже к спору, ведь мужчина смотрел на неё не самым довольным взглядом, на что она закатила глаза, не отрываясь от своего дела, за которым далее стали внимательно следить.       Нож с идеально острым лезвием легко проник под шкуру, отделяя её от туши, начиная с задних суставов. Поскольку удар клинка пришёлся в область сонной артерии, крови в уже мёртвом животном, практически, не было, а её небольшие остатки стекали на каменистый берег, на котором Цири нашла свою добычу и впоследствии осталась для разделки.       Она была предельно внимательна и старалась не повредить ни шкуру, ни мясо, в конце концов ей дали задание, значит, стоит максимально ответственно подойти к его выполнению. Особую осторожность девушка проявила, когда вырезала печень, ведь на личном опыте убедилась в том, что, если задеть её, желчь выльется на мясо, которое после готовки впоследствии будет горчить.       Кожаные перчатки на руках предохраняли её пальцы и ладони от порезов, а в двух шагах протекающий ручей давал возможность время от времени подходить и ополаскивать руки и нож. Мужчина, стоявший над душой и несколько мешающий первые минуты, выглядел несколько удивлённым, когда идеально освежёванную шкуру кинули ему под ноги. — Как долго будешь на меня смотреть? — только сейчас решив подать голос, Цири качнула головой, убирая выбившуюся прядь волос с глаз, чтобы не мешалась. — Я не… — Раст озадаченно почесал затылок, а после тяжело вздохнул, — Насчёт того, что произошло утром. — Не надо, Раст. Я понимаю, что ты волнуешься за… дочь? — Заметив неопределённый кивок, девушка мягко улыбнулась, — Поэтому твои претензии и опасения вполне обоснованы. — Я был груб. — Я тоже. Так что давай забудем, — дождавшись немого согласия, Цири повела плечом в сторону туши кабана, — Ты сказал мне набить мяса для вашей этой Чудной Граты, что я сделала. Но поскольку я не знаю, где она проживает, попрошу тебя самому отнести это чудище ей. — Я совсем забыл, что Элой говорила, будто ты не отсюда, — хмыкнув, словно только сейчас это вспомнив, мужчина покачал головой и осмотрел достаточно крупную тушу кабана, замечая, что ни один участочек не был повреждён, — Ты уверена, что этого хватит? — Посмотри на это создание. В нём мяса не только на неделю хватит, но и на месяц. Если, конечно, ваша Грата не способна засунуть в себя полсотни кило за раз. — Нет, конечно, нет, но. — Слушай, я не хочу с тобой спорить, поэтому просто сделай свою часть — тяжёлый вздох сорвался с обветренных губ, а после голос стал несколько мягче, — Если бы не Элой, я бы вообще сейчас где-нибудь потерялась, а может, столкнулась бы с какой-нибудь машиной, которая в итоге убила бы меня. Ну, в любом случае это моя вина. Надо было спросить, а не убегать. — Ты встречалась с Элой? — Волей случая пересеклись. Ну, это была не слишком продуктивная встреча, так что мы с ней поговорили о ваших машинах, рыскарях, а потом она просто по доброте своей душевной показала мне место, где водятся кабаны. — Не отвлекай её, пожалуйста. Она должна пройти Инициацию. — Я не отвлекаю, Раст. Не собиралась и не собираюсь, мне оно не нужно. Я уже говорила, что ей нужен друг, а я по некоторым причинам им стать не могу, так что расслабься. Пудрить ей мозги — это задача парней, а не моя. — Каких парней? — Обычных. Когда она пройдёт инициацию и вступит в племя, у неё не будет отбоя от ухажёров, — секундное осознание ударило девушке в голову, из-за чего она тут же хихикнула, заметив на щеках сурового воина лёгкий румянец, — Ты об этом не подумал, верно? — Нет. И думать не собираюсь.        Из-за неожиданного смущения Раста, ведьмачка лишь покачала головой и, чтобы не вызывать никаких комментариев по поводу и без, ополоснула верный кинжал в ручье, после чего вернула его в ножны на поясе и кивнула на тушу кабана, давая своеобразное разрешение. Взгляд изумрудных глаз внимательно проследил за тем, как мужчина с видимым усилием закинул дичь на плечо и молча двинулся по тропе в горы.       Ей не хотелось идти следом точно так же, как и не хотелось возвращаться в пустующую лачугу Изгоев, а потому было решено пройтись и осмотреть окрестности куда более подробно, чем до этого. Усталый выдох сорвался с губ бесконтрольно, спонтанно, заставив Рианнон мгновенно оглянуться, чтобы убедиться, что её никто не слышал и не видел, ведь объясняться с кем-то желания не было никакого.       К её счастью никого, кроме рыжей лисицы, ловко юркнувшей за камни, не было, и осознание полного и привычного одиночества позволило расслабиться. Плечи девушки опустились, глаза на пару мгновений прикрылись, а пальцы приподнятой руки коснулись затылка. Легко, почти что осторожно. Тупая боль мгновенно дала о себе знать, а потому следом раздалось недовольное шипение, схожее со змеиным.       Недовольно цокнув языком, Цирилла поняла одну простую вещь: как бы не хотелось то признавать, но Элой была ей нужна. Точно так же как и помощь. Ненавязчивая, возможно, косвенная, но всё же помощь, ведь ей больно и достаточно тяжело держать себя так, словно никакого внезапного прыжка сквозь время и пространство не было, словно она не выпала из портала на камни и не ударилась головой об один из них.       Но вот самой лучнице ведьмачка об этом никогда не скажет. Даже если от этого будет что-то зависеть. Даже если ей приставят к горлу клинок и потребуют признаться в этом. Ни за что. Кивнув самой себе, будто окончательно убеждаясь в своём решении, девушка прищурилась и, выбрав относительно свободную ото всех машин и жителей местных простор дорогу, двинулась вниз по видимой тропе.

***

      Лучи предзакатного солнца уже не били в глаза с такой силой, чтобы вызвать головную боль и целый поток ругательств по этому поводу, но всё ещё пригревали плечи, позволяя насладиться последними нотками теплоты прежде, чем она уступит место ночному морозцу. Лёгкий ветер обдувал лицо и забирался под одежду, заставлял вздрагивать из-за контраста температур, но всё же не мешал наслаждаться атмосферой.       Тени скал, валунов, деревьев и местных построек удлинялись с каждой минутой, что было заметно даже самому невнимательному. Живность скрывалась из виду, возвращаясь в свои убежища: норы, пещеры или гнёзда. Песни птиц постепенно утихали, оставляя вместо себя далёкий шум падающей или движущейся воды, а насекомые, схожие с цикадами или сверчками, не спешили показываться до наступления полной темноты.       Цири знала, что ей намного раньше стоило вернуться туда, откуда дерзко и самонадеянно пришлось уйти утром, но желания на то у неё не было даже несмотря на недовольство урчащего желудка, который получил лишь ягоды на обед. Ей тяжело далась такая прогулка длиною в целый день. Мышцы ног из-за давних неустанных тренировок не ныли от безостановочной ходьбы, прерываемой максимум на двадцать минут лишь для того, чтобы посидеть в тени и охладится.       Но вот спина и плечи уже не могли держаться прямо и ровно, а потому девушка двигалась легко и бесшумно, но чуть ссутулившись. Хотя это её особо и не заботило. Здесь не было никого, перед кем можно было бы разыграть целый спектакль или кто бы мог отругать её за несоблюдение осанки, как делала её дорогая бабушка, желавшая, чтобы из внучки вышла достопочтенная княжна, а в будущем и княгиня.       Неволей усмехнувшись воспоминаниям из детства, Рианнон лишь грустно вздохнула, ведь сейчас она далеко не княжна, не невеста какого-нибудь шаловливого принца или императора. А потому ей было интересно, как бы дорогая Калантэ отнеслась к тому, что её кровинушка вынуждена шататься даже не по родному миру, спать в грязи и питаться святым духом, а про трусики из шёлка и вовсе забыла. Наверное, Львицу хватил бы удар.       «Но она мертва» — услужливо подсказало сознание, из-за чего ведьмачка поморщилась. Где-то в груди болезненно кольнуло точно так же, как и в затылке, но даже это не помешало услышать скорые и несколько тяжёлые шаги, словно кто-то за спиной бежал. Резко остановившись, она потянулась к рукояти меча, но осознав, что весовая категория приближающегося слишком мала даже для того самого рыскаря, которого удалось убить часами раннее, девушка опустила ладонь и развернулась на носках.       Взгляд тут же прошёлся по округе и замер на тропинке, а точнее на копне рыжих волос, что стремительно приближалась с нехарактерным металлическим лязгом, заставляя щуриться от того, как неприятно этот звук проходится по ушам и уставшей и ноющей голове. Тёмная бровь тут же приподнялась, а сама Цири сложила руки на груди, дожидаясь, пока к ней не подбегут вплотную, что произошло через четыре секунды. Да, она посчитала.       Ни одна из них не произнесла ни слова. Но это и не требовалось. Обмен приветственными полуулыбками, лёгкий кивок с каждой стороны, и девушки уже двигались дальше рядом с друг другом, но не нарушая ничью зону комфорта. Как ведьмачка успела заметить, в сумке на плече у её новой спутницы, действительно, оказались металлические осколки, которые и издавали неприятный звук, ударяясь друг о друга.       Из-за поворота показался перекрёсток, одна из дорог которого вела в сторону жилища Изгоев, когда солнце, практически, целиком скрылось за горной цепью. На темнеющем небе стали появляться звёзды и диск идущей на убыль луны, что временами скрывалась за небольшими облаками самых причудливых форм. Рианнон могла даже поклясться, что видела тело лошади в виде огромной белой массы, однако никто с ней не мог согласиться, ведь здесь о таких животных даже не знают.       Когда впереди возникла хижина Изгоев, Цири захотела развернуться и уйти. Внутри появилось странное чувство, будто её здесь не должно быть вовсе. Противоречивые чувства разрывали грудь, заставляя то замедлить шаг, то наоборот его ускорить. Ей хотелось, чтобы все её беды в одночасье исчезли, а проблемы решились. — Где вы были? Мне кажется, ты должна была прийти сюда гораздо раньше. — Голос мужчины был мягким, интересующимся, а обращаясь, он направил свой указательный палец на того, кто по сути своей потерялся на весь день. — Раст, может, мы, — рыжеволосая хотела было сделать шаг вперёд, чтобы отвести внимание наставника на себя, отчитаться в том, что все его поручения выполнила и готова к продолжению задания, однако её перебили, но достаточно тактично. — Я потерялась. Ну, мне в любом случае нужно было прогуляться. Грата осталась довольна? — Цири весело пожала плечами, подмечая, что мужчина расслабился, а Элой опешила от их неожиданно комфортного общения. — Да, ты молодец. — Ага, обращайся. — Какого?.. — Рыжеволосая нахмурилась, пытаясь понять, что происходит, то Раст лишь пожал плечами. — Ты собрала все детали, о которых я тебя просил? — Да. Дай только пару минут, чтобы я успела сделать огненные стрелы. — Не торопись. У тебя есть ещё целая ночь и даже день. Вы проголодались?       Воин самодовольно ухмыльнулся, когда обе девушки часто закивали, выдавая своё нетерпение, а после пропустил их в дом, закрывая дверь.