Hold me down

Весь следующий день мы с мамой пробыли в магазине. Ей дали выходной, поэтому она планировала успеть как можно больше. К сожалению, ни Арсения, ни Кирилла я не встретил. Хотел зайти к ним, чтобы поздороваться, но просто не нашел свободного времени. Серьезно. Машины с цветами всё прибывали и прибывали, им просто не было конца. Я даже не думал, что в этом маленьком с виду магазинчике может поместиться столько цветов! И времени на перекур совсем не было. Родители хотели открыться как можно скорее. — Ты уверен, что сможешь работать здесь? — невзначай спрашивает мама, когда мы расставляем уже собранные букеты по вазам в холодильнике. — Ну в смысле, мам! — корчу обиженную рожицу, а она улыбается. — Просто это не так просто: собирать красивые букеты собственноручно. Она занималась расстановкой, говорила куда лучше поставить лилии, а куда орхидеи. Я же послушно подчинялся, снуя туда-сюда по небольшой морозной территории. — Это я понимаю, но мы же договорились с какой-то девушкой, что она придет и научит меня основам… — Договорились, — кивает женщина, одновременно с этим передавая мне охапку белых роз. — Но мы могли бы позволить себе нанять кого-то. — Нет, если вам так хочется платить кому-нибудь — лишние деньги мне не помешают, — улыбаюсь, понимая, что и правда хочу поработать. Атмосфера, что ли, здесь приятная… Или люди… — Хорошо, посмотрим. *** Проходит еще один день, близится конец августа. Начинается шумиха, из-за приближающейся школы, а я всё так же торчу в магазине. Я уже собирал свой рюкзак, чтобы тихонько свалить, потому что хотел немного погулять, когда дверца приоткрылась. В проём влезла голова Арсения, смеявшегося с чего-то. Он стоял в забавной позе, будто прятался за стеклянной дверью, что само по себе выглядело абсурдно. — Привет, Антоха! — Ох, привет! — здороваюсь, перекидывая полупустой рюкзак через плечо, и выхожу на улицу к Арсу. — Я хотел спросить, когда у вас открытие… Удивлённо смотрю на своего собеседника. — Ну, мне просто букет нужен будет завтра, — поясняет Арсений. — Не хотелось далеко идти, раз теперь есть цветочный прям под боком. Он улыбается такой доброй улыбкой, а я непроизвольно ловлю себя на мысли, что открыл бы ему магазин хоть сейчас, если было бы очень нужно. — Думаю, мы ещё не готовы, чтобы открыться завтра… Но тебе можно сделать исключение, — я улыбаюсь, смотря на то, как заиграли искорки в его глазах. — Спасибо! Я заскочу часам к десяти… Ты же уже будешь тут? — он улыбается, провожая меня до угла дома, в котором находились наши магазинчики. — Тебе что, заняться нечем в такую рань? — недовольно восклицаю, хотя всё равно же завтра припрусь специально к десяти, чтобы обслужить нашего первого покупателя. И хоть бы не последнего. — Я приду. Говорю, не давая ему ответить на предыдущее. Мне давно уже нужно идти на остановку, ведь меня ждут, но мы продолжаем стоять в тишине некоторое время. — Спасибо, — первым подает голос Арсений. — Ты уже насовсем уходишь? — Не знаю, у меня остались незаконченные дела, но они не такие важные… — он задумчиво смотрит вдаль, пока я говорю. — Хорошо, если всё же вернешься — обязательно заглядывай на чай. Кирюха уже соскучился, — он последний раз улыбается мне и уходит, помахав на прощанье. Вот тебе на. Мне на самом деле приятно общаться с ним. Знаете, когда человек с первых минут заинтересовывает тебя так сильно, что хочется подружится с ним, стать намного ближе, чем просто знакомые… Знаете же, точно знаете. Вот и сейчас у меня такое. Хочется узнать его ближе, разгадать. Есть в нём нечто не от мира сего, особенно когда он молчит. В тишине его глаза наполняются чем-то необычным, загадкой, смешанной с задором. Бывают люди, с которыми ты хочешь стать хорошими друзьями после первого знакомства. Даже если вы и не говорили толком. И Арсений один из них. Размышляя о всяком, я чуть не проехал нужную мне останову. В спешке выбегаю из автобуса и в кого-то врезаюсь. Слёзно извиняюсь и бегу дальше. Вот вроде ноги у меня длиннющие, значит и ходить должен быстро… Но это мне совсем не помогает, так что опаздываю я всегда. — Ты знаешь, в следующий раз я просто уйду, — первые слова моего лучшего друга и одноклассника, Димы Позова. — Я вот здесь ровно двадцать минут простоял. А мог, между прочим, в это время делать что-то более важное. Может показаться, что он слишком зануда, но это не так. Далеко не так. Это скорее юмор у него такой, в котором он походит на старичка… — Прости-прости, — я улыбаюсь, понимая, что он и не обижается толком. — Задержался в магазине… Задержали, прошу заметить. — Ах, да… Ты же у нас теперь работяга, — ухмыляется парень. — Ладно, ну тебе если помощь понадобится — ты зови, помогу чем смогу. — Спасибо, — я похлопываю его по плечу, выражая так свою благодарность. — Какие у нас планы на вечер? *** Стоя на остановке, я думаю: должен ли я ехать домой или всё же навестить ребят из тату салона? Арсений же предлагал мне заскочить к ним. Стрелки на часах показывают восемь вечера. Это не так поздно, чтобы они закрылись или решили уйти пораньше, так что дело оставалось за малым. Я же не навяжусь, если приду? Господи, ну конечно же нет. Меня звали. Подхватив эту уверенность, я захожу в нужный мне автобус. Была не была. Трогаемся и мне становится немного стыдно. Во время прогулки мы с Димой встретили пару наших одноклассников и решили затусить вместе. Даже выпили по баночке пива, ведь одному из них уже было восемнадцать. Но уходил я так рано под предлогом того, что вымотался за день и всё о чем мечтаю — это завалиться на мягкую постель. А в итоге еду в противоположную сторону от дома… Телефон завибрировал, оповещая, что пришло сообщение. Лениво достаю его из кармана и смотрю на экран: От кого: Мамчик. «Антош, как будешь уходить из магазина — обязательно побрызгай фикусы. И проверь, во всех ли вазах есть вода.» А вот и повод, по которому я возвращался туда, откуда так рвался пару часов назад. *** Сделав всё, о чём просила мама, я подхожу к тату салону. Дёргаю дверь на себя и прохожу внутрь. В помещении стоит лёгкий гул из-за работающей машинки и негромкого разговора в дальней комнате, мастерской Арсения. Я прохожу дальше, заглядывая в эту самую мастерскую. Назвать её таковой сложно: в небольшой комнате стоит длинный стол, на котором разложены различные насадки, краски, машинки и прочая ерунда, посередине стоит специальное кресло, таким ещё пользуются зубные, и на стенах висят постеры каких-то малоизвестных групп. Некоторые, правда, с автографами. Видимо их участники заходили сюда, чтобы набить татуировку и оставляли на память этакую рекламу. На том самом кресле, который можно чуть ли не складывать и раскладывать, расположился Кирилл. Он был без майки, а Арсений, в специальных перчатках и с машинкой в руках, набивал ему что-то на груди. — Привет, — немного неуверенно говорю я, понимая, что это не самый удобный момент. — Привет, Антоша, — лыбится Кирилл. Это у него такая особенность, имена в уменьшительно ласкательном употреблять? — Ты пришёл! Рад тебя видеть, — говорит Арс, а я ухмыляюсь. Он даже не взглянул на меня, как он может быть рад? — Да, но я, видимо, не вовремя? — Всё нормально, ещё пара штрихов и мы сделаем перерыв, — говорит Арсений и только через несколько минут заканчивает вбивать в молодое тело краску. Всё это время я стою в проходе и наблюдаю за ними. Кирилл иногда немного морщится от неприятных ощущений, но совсем не жалуется. Видимо, привык, ведь это далеко не первая его татуировка. — Может завтра продолжим? Арсений хоть и спрашивает у Кирилла, но не дожидается ответа, откладывая машинку и отходя. Теперь я могу увидеть, над чем он так усердно работал: то самое перо на шее парня медленно, но верно переходило в птицу. Орла, если быть совсем точным. — Красиво, — только и говорю я. — Ещё бы, он мне это уже второй час вырисовывает, — парень улыбается, натягивая на себя футболку. — На самом деле, я даже не знаю, как смогу расплатиться за такое. — Натурой, — пожимает плечами мужчина-теперь-уже-наверное-парень и я смеюсь, когда глаза Кирилла округляются. — А Яне я что скажу? — он возмущается, а я смею предположить, что это его девушка. — А кто ей об этом скажет? — продолжает свою игру Арс, а мне всё так же смешно с такого напрягшегося Кирилла. — Да успокойся ты, ничего мне от тебя не нужно. — И хорошо, — парень кивает и берёт с тумбочки, стоявшей рядом с креслом, специальный крем. Арсений помогает ему намазаться, а после чего обматывает его грудь плёнкой. — Не сильно расстроитесь, если я уйду домой пораньше? Маме обещал помочь. — Нет, иди, — улыбается Арс, и мальчишка выходит из комнаты. — Чай будешь? Я вздрагиваю, когда понимаю, что обращаются-то ко мне. Он тем временем уже включает электрический чайник. — Да ну можно, почему нет… — Ты чего такой потерянный? — спрашивает меня парень, доставая чашки и заварочный чайничек из небольшого комода, который я изначально просто не заметил. — Потерянный? Нет… Всё нормально, — противореча своему ответу, я смотрю в одну точку, которая почему-то стала настолько интересной сейчас, что сложно оторвать взгляд. Он подходит ко мне и щелкает пальцами возле лица из-за чего я вырываюсь из плена некой прострации и уже обычным взглядом смотрю на него. — Ты что, пьяный? — улыбается Арсений, а глаза его расширяются, будто он сейчас спалил преступника. — А лет тебе не мало, дитятко, чтобы пить? — Чё… Нет, я не пьяный и нет, не мало, — я хмыкаю, обходя его и проходя внутрь комнаты, усаживаясь на кресло. — Ну да, да, хорошо… — он делает вид, что верит мне и возвращается к столу. — Черный, зелёный? — Без разницы. Он улыбается и достает железную коробочку с заваркой. Высыпает одну ложку в чайник и заливает кипятком. — Что хоть пил? — заинтересованно спрашивает он меня, усаживаясь на стул, стоящий рядом с креслом. Вид у него, конечно, был такой, будто мы две девочки-подружки и собрались рассказывать друг другу самые сокровенные тайны. — Пиво, — без особого энтузиазма отвечаю я и его лицо меняется с «я очень взолнован» до «ты серьезно? Скука» — Интеллигентно, — только и комментирует Арсений, отворачиваясь к столу. — А ты что думал? Что мы с друзьями решили летним вечерком на лавочке хлебнуть какого-нибудь дорогого винца, настоянного в лучших погребах Франции? Я замечаю лёгкую улыбку на его лице и улыбаюсь сам. — Ты прав, — он даже издает смешок, понимая всю нелепость моего высказывания. Заварив чай, Арсений достал вафельный торт. Разрезал его и позвал меня к импровизированному столу. То есть стол и правда был столом. Только вот не совсем для чаепития… — Во сколько вы закрываетесь? — интересуюсь я, когда мы уже допили чай. — По будням ближе к полуночи, по выходным до двух-трёх. — А есть ещё работники? — Неа, только я и Кирилл, — Арсений потягивается и смотрит время на телефоне. — Вот, еще осталось каких-то два часа. Он улыбается, а я замираю. Мы что, пили чай почти полтора часа? Я конечно понимаю, что выпили мы не одну кружку и чайник заваривали ещё не раз. Но реально? — Мне нужно идти домой… — нехотя произношу я. С ним правда очень интересно разговаривать. — Ой, да, конечно! — он подскакивает со стула. — Может, возьмёшь тортик с собой? Я улыбаюсь такому жесту, но отказываюсь. Ему здесь ещё два часа сидеть, лучше пусть сам доест. — Спасибо, было очень здорово, — я подхожу к выходу. — Да, заглядывай почаще, — он улыбается своей фирменной улыбкой, от которой невозможно не улыбнуться самому. — Обязательно. Он приобнял меня, похлопывая по плечу, а я совсем на секунду улавливаю запах корицы и ванили, так приятно считающихся друг с другом. — Не забудь, завтра в десять. Я киваю и выхожу из помещения, сворачивая в сторону остановки. Вот так вот я оставил Арсения одного… И мне немного неловко, ведь вряд ли сейчас придут какие-нибудь граждане, решившиеся сделать тату, и поэтому он просидит там совсем один.