The Keeper

Луи нравилась башня. А Гарри со временем понял, что он полюбил йоркширский чай, играть на улице, облака и цветы. Также он понял, что Луи, похоже, по-настоящему флиртовал с ним. Гарри не знал, замечал ли Луи это за собой. Возможно, он был таким сам по себе. На него всегда странно действовало то, как Луи касался своим телом его, когда они стояли рядом, то, как он смотрел на него, то, как он наклонял голову или дразнил его. Гарри был рад иметь друга в башне. Он чувствовал себя счастливым, когда рядом был Луи. Он был рад покинуть башню и повидаться с сёстрами и мамой Луи. Его мама делала чай так же, как его делал Луи, рассказывала Гарри смешные истории о нем. Луи же был не очень доволен тем, что Энн поведала Гарри о том, как, когда он был маленьким, Луи сказал маме, что его попка "слишком идеальная, чтобы по ней шлепали, поэтому не трогай меня". Его сестры тоже стали близки с Гарри, а тот не привык находиться в окружении семьи, но эта ему нравилась. Луи помогал Энн держать семью на плаву, что делала и старшая из сестёр. Когда он не работал для семьи или не помогал по дому, он был на маяке. Гарри привык к его компании. Он привык засыпать на кровати прямо во время игры в карты или приходить чуть позже и заставать Луи сопящим на простынях. Ему нравилось играть с ним на улице, гулять по морскому берегу рядом с маяком, кидать камушки в волны или гоняться за ним по траве. Луи просыпался рядом с ним, чтобы потом пойти вместе в комнату, где находился фонарь. Он садился на балконе, любовался медленным, величественным и в то же время скромным закатом. Гарри приносил изнутри с собой одеяло, прежде чем присоединиться к Луи на балконе. Он заметил, что Луи становился хмурым в холодную погоду, и, когда наступила зима, в самые холодные дни Гарри изо всех сил старался держать Луи в тепле. 
Он накрывал плечи одеялом и садился с Луи на деревянный пол; дул свежий утренний ветерок, небо было красочным, отражаясь в морской воде. — Ты когда-нибудь видел крушение корабля? — спросил Луи умиротворяющим голосом. — Да, — кивнул Гарри. — А кто-нибудь выжил? — В большинстве случаев, да. Я видел немного, но в последний раз — нет. Никто не вернулся, — Луи насупился. — Почему? — Гарри понял бровь, глубоко вздыхая. — Ночь была дурная. У меня было предчувствие, что она такой и будет. Я не спал, смотрел на воду в ожидании, что что-то случится. Обычно, если замечаю их сразу, я иду в порт, чтобы сказать об этом мужчинам. Они отправляют лодку, чтобы подобрать кого-то из воды, тех, кто пытается удержаться на плаву, — он пожал плечами. — Тогда был сильный шторм. Ветрено. Моряков слишком сильно разбросало, и в любом случае было невозможно собрать их всех из-за ветра... Этой ночью было сильное волнение, идущее с севера, волны были слишком сильными. Я попытался помигать фонарем, чтобы предупредить их, чтобы они не плыли сюда, но это никак не помогло. Луи удивленно поднял бровь. — Прости, — пробормотал он.
 — Все нормально. Я люблю море, — хмыкнул Гарри. Луи сидел тихо, наблюдая за Гарри, звуки океана заполняли паузы тишины. — Как? После того, как ты видел его убивающим людей? 
 Гарри на секунду задумался, изгибая бровь и кивая. — Да... Ну, море нельзя винить. Вещи иногда просто случаются, я думаю. Я не обвиняю океан; если в этом и есть чья-то вина, то моряков, подвергающих себя испытанию. Но... их я тоже не виню, они просто те, кто они есть. Как волны этой ночью. Иногда хорошие вещи влекут за собой плохие, и в этом нет ничьей вины. Возможно. Во всяком случае, я так не думаю, — Луи мягко улыбнулся, ложась на его плечо, заставляя того покрыться румянцем. - Солнце поднималось над горизонтом, когда Гарри проснулся один и отключил фонарь, помыв стекло. Так он делал постоянно до того, как появился Луи и отвлёк его от этой рутины. Он работал в течение нескольких спокойных моментов, пока не услышал голос, зовущий его издалека. — Гарри! — крикнул Луи, отчего голова Гарри поднялась в замешательстве. Он вышел на балкон, перегибаясь через перила и буквально роняя челюсть. У подножия маяка Луи махал руками, смеясь. — Луи? — он звал Гарри к себе. — Спускайся, Рапунцель! — Гарри рассмеялся, разворачиваясь, быстро закрывая за собой двери и накрывая фонарь, и спустился вниз, чтобы увидеть Луи. - Звук шагов разносился по башне вместе со скрипом половых досок. Они ускорялись и замедлялись, топая по лестнице, забегая в кухню с Гарри, бежавшим на смеющимся мальчиком, что схватился за столешницу, не в силах убежать далеко в башне. Его смех превратился в пронзительный визг, когда Гарри бесстыдно схватил его на руки и потащил наверх к себе в комнату. Луи смеялся, похлопывая Гарри по плечам. — Отстань! — он хихикал, лягаясь ногами и извиваясь. Гарри упал на кровать, ложась и держа борющегося Луи рядом с собой. Он смеялся, когда солнце, заглянув в окно, осветило кожу Луи, его рука немного нерешительно надавливала на грудь. 
— Хазза, — захихикал Луи, сдаваясь. — Хазза? — спросил он Луи, касающегося ладонью его длинных кудрей. — Дай я встану, ты, гигант, — проворчал он, пихая его руку. Гарри отпустил его, ложась на спину. 
Луи лежал тихо, глаза были яркими и спокойными, он медленно игрался с кудрями Гарри. 
— Твои глаза такие зеленые, — между делом прошептал Луи, надеясь, что он не покраснел. — А твои голубые, — Луи закатил глаза, накручивая на палец прядку. 
Он был красивым, его кожа была более загорелой, чем у Гарри, и тёплой там, где её освещали лучи солнца. - Гарри проснулся после ночи с ним в пустой постели. Свободное место рядом нагоняло плохое настроение, когда он поднимался с кровати, чтобы отключить фонарь. В комнате, где находился фонарь, мягкое приятное чувство накрыло его, когда он заметил Луи на балконе. Гарри быстро сделал всю работу, задернув штору на фонаре, расслабляясь в спокойной тишине рассвета. Присоединившись к Луи, он сел рядом, оставляя немножко места между ними. — Почему ты так рано проснулся? — прошептал Гарри. — Ты же любишь поспать. — Я хотел узнать, каково это для тебя: приходить сюда одному по утрам, как сейчас, — он спокойно бормотал, голос был мягкий в сравнении со звуками зари. Было тихо. Обычно казалось, что океан манил, звал к себе, превращаясь в гул, что разносился по ветру. Птицы ещё не пели. 
Гарри смотрел на лицо Луи, его сердце успокаивалось. Он никогда не видел утро красивее этого. Мягкий, тусклый свет восхода только начинал окрашивать его кожу, медленно, но достаточно, чтобы затемнить его истомленные, живые глаза. Гарри только начал заглядываться на Луи, как тот встретился с его взглядом. Он спокойно смотрел, ловя его взгляд, отчего кожа Гарри покрылась мурашками. Он не был уверен, почему. Он не привык как-либо реагировать на людей. Он не привык чувствовать что-то из-за другого человека. Луи подвинулся так, что его тело прижималось к боку Гарри. Он наблюдал за ним: тёмные голубые глаза бегали по нему, словно они уже осматривали его много раз до этого. Луи наклонил подбородок, и Гарри почувствовал жар в его животе, ощущая какой-то иной взгляд Луи на себе. Его дыхание прервалось, когда Луи наклонился ближе, поднимая руку и касаясь холодными пальцами шеи Гарри. Он не отводил от Луи взгляд, чувствуя, как его грудь сжимается, захлёстывается чем-то странным, но в то же время нежным. Пальцы Луи неподвижно лежали на тёплой шее, легко касаясь ключиц. — Я собираюсь поцеловать тебя, — прошептал он, голос буквально коснулся его ушной раковины, губы изменяли этот звук. Тело Гарри чувствовалось уязвимым и спокойным одновременно. 
 Его губы были холодными и мягкими, нежными. Гарри вспоминает, как дышать, через мгновение, отвечая на поцелуй. Он никогда не думал, что это ощущается именно так: его губы были тёплыми и кроткими, а мысли спокойны и чисты. Его сердце чувствовало нежность. Губы Луи были раслабленными, отклоняясь на дюйм. — Хорошо? — тихо прошептал он. Гарри чувствовал неожиданность от накрывших его эмоций. Он не чувствовал возбуждение от них. Но, как только он увидел выражение лица Луи, увидел свет, эффект, что он произвёл на него, заметил нежность — отражение его собственной. Он чувствовал слабость и боль, словно собирался заплакать. — Да, — он кивнул, улыбаясь и тихо смеясь. Луи улыбался вместе с ним, снова наклоняясь и соединяя их губы. Он украл у него поцелуй, поворачивая голову для нового. Гарри поднял руку, оборачивая её вокруг руки Луи, держа их у своего тела, согревая маленькую ладонь своей большой.