The Keeper

Луи целовал Гарри, дыша ему в губы, прижимаясь ближе к нему. Гарри был напряжен, он полностью потерял контроль над своим телом, ютясь в простынях. Гарри лежал на своей стороне, прекрасные руки Луи касались его члена, пока он мягко целовал того в губы. Отстранившись, он наблюдал за тем, как Луи, оказавшись между его ног, надавливал своими пальцами на его дырочку. Его бровь поднялась, он с придыханием, сжимая губы, проталкивал пальцы глубже. То, что видел Луи, было невероятным зрелищем: яркие, дрожащие, полузакрытые глаза, напряженные мышцы гладкого живота, тихие звуки, слетающие с губ. Гарри податливо подчинился, когда Луи схватил его за запястья и потянул между его бёдер, перемещая собственную руку и открывая глаза, чтобы присматривать за ним. Гарри опустился на локти, руки никак не могли найти себе место. Ловкие пальцы Луи обхватили его запястье, пока тот мягко надавливал на дырочку. Каждое ощущение порождало новый томный стон. Всё новые чувства рвались из груди, и уже ни одно из них не казалось чужим. Луи, выдохнув, уткнулся головой в подушку, красивая грудь вздымалась с каждым новым вздохом. Он медленно двигал пальцами, пока они не проникли внутрь до костяшек, доставляя удовольствие самыми кончиками. — Ещё один, — прошептал Луи охрипшим голосом, бросая взгляд на член Гарри. Желание сделать Луи минет росло с каждой минутой в одурманенной кудрявой голове. Он наклонил голову и прижался губами к его груди, отчего Луи вскинул голову в удивлении. Гарри мягко и томно водил языком вокруг его соска. — Ох, — громко вдохнул Луи, зарываясь руками в кудри Гарри, пока тот целовал его, оставляя тепло от своих пальцев и дыхания по всему телу. По его животу пробежались мурашки – реакция на стоны Луи и на то, как он тянул его за кудри. Луи медленно вытянул свои пальцы из него и поднялся, нежно укладывая Гарри на спину и усаживаясь на его бёдра. Тот послушно лёг, с румянцем на щеках, пока Луи мягко гладил его широкую грудь, и смотрел в его глаза цвета океана за окном. Его рот раскрылся в блаженстве, когда Луи обернул свою ладонь вокруг его члена. Он полностью управлял, владел этим парнем. Мягкий дневной солнечный свет коснулся смуглой кожи, проскальзывая в комнату через окно. Мысли Гарри были лишь о мальчике, что склонился над ним. Он закрыл глаза и крепко зажмурился из-за прилива новых чувств, но затем открыл их, встречаясь взглядом с Луи. Глаза Луи лучились вниманием, заботой о том, достаточно ли мягко он касается Гарри, достаточно ли аккуратно двигается. Луи опустился на всю длину, глубоко дыша, пытаясь принять удобную позу. Он наклонился вперёд, а Гарри лишь наблюдал, изучая каждое движение. Его руки всё ещё были неподвижны, в слабо сжатых кулаках ничего не было. Луи нежно поцеловал его; мышцы на лице Гарри расслабились, и той боли словно и не было. Он не ожидал, что в его груди станет тепло после того, как он упрется руками в грудь Луи. Он чувствовал каждый вздох и ловил их губами, пока мягко целовал Луи. Он никогда в жизни не чувствовал столько тепла в своём сердце, мыслях, теле и во всем остальном, что делает человека человеком. Он не ожидал, что воздух в комнате или сам Луи будут такими мягкими и реальными. Еще когда они только начинали снимать друг с друга одежду, его глаза уже светились чистейшим счастьем и облегчением. Луи, чуть приподнявшись, опустился обратно вниз, отчего из груди шокированного Гарри вылетел весь воздух. Он никогда бы не подумал, что занятие любовью и любые другие нежности ощущаются именно так. И он также не ожидал, что Луи, лежащий на его груди, начнёт медленно двигаться. Руки Гарри были зажаты между их телами, из груди вырвался хриплый стон. Луи двигался ритмично, равномерно. Он хотел быть ближе к Гарри, подкладывая под его голову свою ладонь. Открытый рот, приподнятая бровь – он задыхался с каждым стоном. Гарри не мог отвести он него взгляда, он отрывисто дышал, ублажал себя и гулко стонал. Конечно, он слышал стоны и раньше. Они разносились из глубин гавани, когда он ходил в таверны. Но Луи звучал так по-особенному, так прекрасно, что руки Гарри дрожали и каждый миллиметр кожи покрывался мурашками. Местами высокий и низкий, ломающийся и прерывистый. Его голос. Голос, который мог рождаться лишь в его теле, который принадлежал лишь одному ему во всем мире. Гарри приподнял голову с подушки, соединяя их губы вместе. Луи, чуть остановившись, полностью отдался поцелую, отвечая на него, задыхаясь от родного запаха. Гарри обернул руки вокруг него, когда Луи восстановил прежний темп. Он чувствовал ладони Луи, пальцы, что нежно царапали его живот с каждым новым толчком. Он соединил их руки, полностью обхватывая своей большой ладонью ладонь Луи. Сжав пальцы в кулак, Луи взял контроль над этими чувствами. — Гарри, — задыхался Луи, опуская "г". Он хаотично двигал бедрами, ноги скользили по простыни. И Гарри наконец заметил разницу. Если до этого он занимался любовью, не думая ни о чем, то сейчас каждое движение доставляло ему невероятное удовольствие, он изгибался, выпуская с каждым разом всё более громкий стон. Гарри притянул Луи за шею, как бы прося вернуться к нему. Запыхавшийся Луи опустил взгляд на него, наблюдая, и затем наклонился и, ложась на грудь Гарри, лениво коснулся его губ. Поцелуй медленно превращался в жадное, голодное движение губ, Луи тяжело дышал, чувствуя, как распадается на мельчайшие песчинки. Гарри почувствовал тёплую сперму Луи на своём животе и ладони. — Гарри, — Луи нежно оттянул кудри Гарри, когда кончил, и Гарри, почувствовав невероятное напряжение, испытал оргазм вслед за ним. Луи медленно опустился рядом с ним, тяжело дыша ему в губы. Гарри спокойно лежал с полузакрытыми глазами, глядя в глаза напротив. Он аккуратно положил голову на часто вздымающуюся грудь Луи. Его мышцы, кажется, слишком устали, чтобы вообще двигаться, ноги были обёрнуты вокруг бёдер Луи, и ему всё же пришлось пересилить эту приятную боль, чтобы улечься поудобнее. Руки Гарри нежно и невесомо касались груди Луи, он чувствовал взгляд глаз, что наблюдали за ним сверху. Гарри на пару секунд отстранился, потянувшись за одеялом. Он бережно накрыл их, прижимаясь ближе к телу Луи. Тот чуть напрягся, устраиваясь поудобнее, и лёг обратно под бок Гарри, прислоняясь к его груди. Он осознал, что засыпает прямо на сердце Гарри. Луи провалился в сон, благодаря солнцу, что было в зените, ведь он мог проспать так, рядом с Гарри, несколько часов до того, как тому нужно будет зажечь лампу маяка. Через несколько часов, когда пришло время, Гарри тихо ускользнул из кровати. Луи что-то бурчал во сне, когда Гарри вылез из-под него и сел на постели. Комната была пропитана мраком ночи, когда Гарри поцеловал Луи в макушку, поглаживая мягкие волосы. Через час Гарри управился с лампой маяка и вернулся к Луи, который тут же потянулся к нему. Гарри вернулся в его объятия, укутываясь в одеяло. Луи прижался ближе к нему, прогоняя прохладу и заменяя ее на тепло, чтобы защитить их обоих от холода, что блуждал по маяку.