Война Ситха

Арден Лин оправила черный жакет, разглядывая себя в зеркале. — Предлагаешь прямо сейчас созвать Темный Совет? Буквально через пару часов после его закрытия? Ухмыляюсь, раздавив в ладони старое членское удостоворение КОСНОП. Единственное, что еще связывало меня с прошлым Империи Палпатина нашлось среди бумаг. Остатки плексигласа осыпались между пальцев на пол. — Действительно. Я думаю ты сможешь показать им… всю мощь Богана. Лин пожала плечами. — Ты уверен, что действительно — так? Я подхожу к ней, кладя ладони на ее плечи. — Вполне. Мы это уже обсуждали. Дать иллюзию фальшивой свободы, как Каан, но соединить все силой религии — как Пиус Деа древних канцлеров. Лин тонко улыбается: — Каких древних? А я тогда кто? — А ты трухлявый пень. — Хмыкаю в ответ, отступая на шаг, ожидая вспышки ярости. Боган на мгновение качнулся ощущением призыва, но волна быстро схлынула. Лин все же умеет различать шутки. — Но эти торговцы… — Она искривила губы. Я вздыхаю, закрывая глаза, чтобы подавить всплеск собственного раздражения. — Арден. Ставка на старую аристократию бессмысленна. Палпатин неплохо погорел на этом. Они… выродились. А вот торговая элита — это другое дело. Когда они станут джен’ари и будут уравновешивать фанатиков из того, что мы сейчас лепим своими руками… Наша власть станет безгранична как сам Боган! Арден оглядывается на меня, тут же вновь отведя взгляд. — Ты слишком похож на Ксендора. Прости… Я не должна была это говорить. Злоба скручивает меня узлом, заставляя снова выдохнуть. — Ты любишь меня — как его суррогат — или действительно меня? Лицо женщины застыло каменной маской. Мощь Богана мгновенно закрутилась вокруг нее, делая ее гораздо могущественнее чем та плоть, что я вижу сейчас. — Не задавай такие вопросы. И да, когда ты любил Пасик — ты делал это с ней ради меня? Поднимаю руки. — Да. И… Прости. — Вызывай Совет… — Она выдерживает паузу, отпуская призванную Тьму. — Идиот. Молча касаюсь кончиком пальца экрана коммуникатора, созывая срочное собрание. — Играем? По лицу Арден пробегает тень улыбки, она уже действительно успокаивается. — Как всегда, дорогой Нейтан, как всегда… *** Члены Совета сидели как вкопанные. Но в Силе — это был поднявшийся шторм, едва не срывающий меня с места, наполняющий их живительным ужасом, трепетом и… нитями фанатизма, который нужно только правильно раздуть. Заставить их верить так, чтобы вера была сильнее естественного желания каждого носителя Богана свергнуть своих хозяев. Нас. — Воля Тьмы свершилась. — Я поднял руки, пародируя жест старого хрыча. — Вторая Луна говорила со мной — и с Арден Лин, свершив истинный знак, вернув ее к жизни! Настоящей, полноценной. Боган дает такую власть, что позволяет создавать и поддерживать жизнь, даруя неественные силы, которые и не снятся не то что простым смертным, но даже и поклонникам фальшивой Ашлы! Лин тонко улыбается, дернув головой. Обеими руками она опирается на стол, почти нежно, поглаживая материал кончиками пальцев. Она явно наслаждается плотью и существованием. Однако внутри нее кипит буря. Изменения тела Пасик в ее облик практически завершилось. И теперь это была настоящая Арден. Только вместо клешни у нее была собственная кисть, а волосы были светлее и длиннее чем до смерти. — Братья в Богане. — Ее голос низок и угрожающ, вибрируя от накопленной мощи. — Вы узрели главное явление Тьмы. Создание жизни. Плоть Лану дала тело мне. Мы. Дарт Нейтан. И я. Истинные Пророки и Провозвестники Второй Луны, отмеченные ее мощью! Преклоните же колени или отдайте свои никчемные жизни! Я с удивлением взглянул на женщину, это было… внезапно. Она не двигалась, была спокойна, не сжимала кулаки. Но этот голос и глазаподернувшиеся алым и фиолетовым блестящим и источающим сияние маревом. Она явно узнала много нового о Силе во время своего «иного» существования. Некоторая подмена понятий также меня… напрягла. Но сейчас надо поддержать. Обвожу взглядом членов Совета и вижу как они один за другим отставляют свои кресла, распластываясь на полу. Быстрее всех оказался Слосин, причем от его ощущения в Богане просто расплывался колющий наркотическим эффектом, вспышкой, религиозный экстаз. Тьма расплескивается вокруг, и я на мгновение потерял равновесие, испытывая непередаваемое восприятие покорности и искренней жажды служить — от носителей той Луны, которая не приемлет никакого подчинения в собственной основе, только лишь манипуляцию и жажду. Как же хочется чтобы это восприятие тянулось вечно… Двери распахиваются. Появляется один из служителей. — Зафиксированы массовые выходы из гиперпространства в системе! Оцепенение спадает. Я перехватываю контроль над ситуацией, взмахивая рукой. — Все идет по плану. Поднимитесь и готовьтесь. Сам же бросаю взгляд на Лин, которая смотрит на меня в упор. Короткий обмен мыслями: «И что это?» «Угроза. Не знаю что это. Но я ощущала — и сплотила ряды». «Хорошо» — вспышка подавленного гнева с моей стороны. Я тоже научился играть в эти игры. «КТО это?» «Слуга Сидиуса. Зекр Нист. Один из…» «Элита Темной Стороны». Я кивнул, сверля взглядом Темный Совет. — Нам противостоит слуга фальшивого Императора — Зекр Нист, с флотом лицемеров, никогда не видевших суть Богана, служащих ему. Разгромить их — наша задача. Притом так, чтобы до Сидиуса не дошла правда. Мы пока еще не набрали сил, чтобы явить нас Галактике. «И где Траун, когда он так нужен…». Кажется я подумал слишком «громко», потому что ощутил мгновенный насмешливый взгляд Арден на себе. А вот с этим нужно что-то делать. После своего пребывания за гранью жизни она обрела слишком высокую чувствительность и мои привычные ментальные щиты не могут остановить ее от сканирования, пользуясь какими-то косвенными путями, явно затрагивая и используя опосредованно нашу связь как любовников. Необходимо покопаться в течениях Тьмы и обезопаситься, создав новые щиты, специально от нее. Да еще и такие, чтобы она не заметила их наличия, потому что вид доверия — критически важен для любой пары джен’ари, иначе начинаются подозрения. Подозрения же ведут к открытому соперничеству и расколу. Сложная задача, но я справлюсь. Отпустив эти легкие и поверхностные мысли, а потому абсолютно скрытые от нее, ведь я не вкладывал в них эмоций, только пропустил логический ряд сквозь себя — носитель же Богана чует лишь то, что связано с эмоциями как таковыми — я поднял руку. — Каждый из вас нужен нам здесь. Отдайте команды своим слугам занять боевые посты и подготовьте их — а затем возвращайтесь. Боевая медитация должна помочь нам сделать все чисто. У вас — полчаса. Вперед! Вложив немного понукающей Тьмы в последнее слово и добавив в него толчок в их разумы, чтобы они не рефлексировали, но быстрее занялись своим делом, я повернулся к Арден, лишь краем сознания фиксируя вспышки повиновения в сознаниях людей. Когда последний из них покинул зал, я вздохнул: — Как мы можем не допустить изменения будущего? — Мои щупы начали аккуратно прощупывать постоянно теперь скручивающееся поле Богана вокруг Лин, в попытке найти открытые настоящие эмоции и возмущения. Она усмехнулась, тряхнув головой. Волосы рассыпались по ее плечам. — То есть вопрос — как победить целый флот Палпатина во главе с существом, искусно владеющим Боганом — для тебя даже не стоит? Я едва кивнул. — Здесь будет возможно даже без Трауна. Высадка ими десанта, Порождения Тьмы, пожирающие тела и души, а затем — удары наших адептов. Орбитальная же защита благодаря чиссу идеальна. Но необходимо заглушить передачу с флота — к их Мастеру. Потому что Сидиус не должен воспринимать нас как угрозу. Поражение его людей должно быть досадным недоразумением. Они просто пропали в гиперпространстве. Всё. А с учетом отчаянного сопротивления новореспубликанцев — он более не обратит на нас внимания в своей слепой вере в себя. Удивительно почему он вообще решил отправить хоть кого-то сюда, очевидно против нас… Женщина пожала плечами, подойдя ко мне вплотную. Запах ее волос и кожи коснулся меня, заставив усилием воли отбросить мысли о похоти. — Все просто. Эманации в Богане пульсируют вокруг каждого нашего действия, создавая вокруг Дантуина свою атмосферу. А выплеск подобный сегодняшнему — от моего возрождения — идет по всей Тьме, как в будущее, так и в прошлое. Он чуял это. И по этой — еще только готовившейся в реальности, но осуществлявшейся в потенции эманации и нашел нас, чтобы прислать своего представителя, вспомнил о нас… Давлю короткую вспышку ярости. — То есть ты все знала, но даже не предупредила, что произойдет? Она внезапно схватила меня за плечо, наклонившись к моему лицу. — Ты хочешь сказать, что не стал бы возвращать мне плоть, зная что это принесет гипотетическую угрозу ТВОИМ планам? — Боган вокруг нее вскричал от торжества, напоенный ее искренней злобой и ненавистью. Короткий прилив ненависти заполнил мой разум, выпустив нити контроля. Вскинув ладонь я отбросил ее на несколько шагов шквалом грубой темной Силы. — Ты — сумасшедшая эгоистичная сволочь! — Подняв вторую руку всаживаю в нее еще один толчок, как пощечину, заставив Арден покачнуться и наклонить голову. — Естественно сделал бы! Или тебе мало того что я делаю ради тебя? Внезапно она рассмеялась и Боган отступил. — Нет. Так что вернемся к нашим планам. Я не буду участвовать в сражении — я перекрою каналы связи. Из-за помех флот Сидиуса не сможет связаться со своим Владыкой. — Тогда я возглавлю оборону. — Едва заметно кивнул я, абсолютно удовлетворенный. Лин сделает именно то, что недоступно выстроенной мною системе. — И… потом научишь меня этим приемам. — Несомненно, дорогой Нейтан, несомненно. — Она потеряла ко мне всякий интерес, уйдя в себя. — Мне надо сосредоточиться и продумать скольжение по путям Силы… Думаю, когда они вернутся — ты сможешь организовать достойную резню. *** Штурмовики перегруппировывались у горящих остовов десантных ботов и под прикрытием нескольких уцелевших ходунов пытались начать вновь постепенно продвинуться вперед в направлении аванпоста нашей базы. С их стороны возникало ощущение волн эманаций решимости и ужаса. Они не могли бежать, потому что тогда их будет ждать кара темного джидаи. Но и нападать — вызывало у большинства живых зашкаливающую панику. Порождения Тьмы и мои воины, разрывающие их тела, заставляли мораль противника колебаться. Я оглянулся — джен’ари и ученики занимали свои позиции, выжидая. Дисциплина соблюдалась — никто не бежал, никто не поддался боевой ярости и не бросил своих постов. Отлично. В небе пылали огненные цветы и стреловидные полосы дыма рассекали горизонт многими линиями — бой на орбите продолжался. Орбитальные «Голаны-3», купленные и украденные через нашу корпорацию и выстроенные в идеальном защитном узоре Трауном сдерживали и связывали мощь вражеского флота. Из-за этого орбитальная бомбардировка наших позиций была просто невозможна на данный момент. Критический момент плана. Надо обезглавить вражескую армию. И захватить контроль над ней. Тем более пока у Арден есть силы блокировать связь… В моем разуме билось ощущение тяжести. Каждое мгновение работы иссушало ее, приближая вновь к грани физической смерти. Вдохнув это понимание, позволив ему взыграть чувству моей эгоистичной и собственнической жажды обладания этой джен’ари — наполнил себя мощью и спрыгнул на землю с остова одного из АТ-СТ, уничтоженных при первом штурме на наших позициях. …И отправился в одиночку к вражеским порядкам… Вся накопленная мощь разворачивается вокруг меня пологом, заставляя яростно отрицать одну возможность собственной смерти. Потрескивающая молниевая защита разливаются по телу. Лихорадочно бьющиеся бластерные заряды не причиняют мне вреда, только вызывают чувство легкого жжения. И постепенного исчезновения резервов. Но момент вызова — должен быть обставлен соответствующе. А энергии я накопил достаточно для создания шоу. Еще сотня шагов, несколько отброшенных всплесками Силы гранат — и я уже среди них. Передовые отделения штурмовиков медленно отступают от меня, поливая безостановочными разрядами, моя защита иссякает. И в этот момент я оборачиваюсь к остову одного из еще тлеющих десантных ботов, обрушивая на него всю ту оставшуюся во мне Тьму, что еще не уходит на поддержание полога из молний. Вспышка огня, резкий скрежет, куски искореженного металла градом обрушиваются вокруг, солдаты в белых доспехах с криками разбегаются или падают наземь — их мораль окончательно рухнула. Как и моя защита. Обессиленный, я скрываю себя из видения линий вероятностей и поиска уязвимых точек в ней — да, способ Мейса Винду ужасающе прекрасен, если находится в руках джен’ари. Напоследок увидев главное — перспектива моего столкновения с Зекром Нистом высока как никогда. Вероятно, он примет вызов, беспомощно глядя с орбиты как его войско в ужасе разбегается от контратаки одинокого носителя Богана. Устало улыбнувшись, сажусь на ближайший камень, выступающий из степной глины, и поджигаю самокрутку, затягиваясь. Даже если Зекр Нист не придет — в преследование за бегущими устремляются мои фанатики и наземное сражение будет окончательно выиграно. Останется только вывести имеющиеся у нас Разрушители для штурма вражеского флагмана и все же обезглавить их флот. Но он придет. Во главе дроидов-теней и темных штурмовиков — носители Богана так предсказуемы, желая показать свою силу… Впрочем, это не значит что бой будет выиграть легко. Вторая самокрутка отправилась вслед за первой на пожелтевшую траву. Ну где там этот предводитель карателей Палпатина? Я устало закрываю глаза. Произошедшее было совсем не моим. Как и владение световым мечом — а здесь я солидарен с Сидиусом, что это каменный век — грубое применение мощи Темной Стороны слишком тяжело и нерационально. Прошедшие годы я тренировался, да, но в более тонких методах. Однако выманить иначе одного из слуг возрожденного Императора было бы невозможно. Не знаю какое время я провел в извращенном подобии медитации, накапливая мощь и отсутствующе глядя на тлеющую в пальцах самокрутку, но, наконец, небо разверзлось и наземь опустился черный челнок класса «тета». Хмыкнув, поднимаюсь на ноги, глядя на медленно отворяющийся шаттл, по трапу которого спускается высокая фигура, укутанная в черное — и во Тьму. Он силен, но у него есть одна маленькая проблема. Он слуга — а я нет. И да, за его спиной методично спускается отряд дроидов-теней. Это лишнее на нашей сцене. Взмахиваю рукой, высвобождаю страждущую активности мощь. Простой, грубый, неэлегантный удар Силой, почти что обычный толчок, только сотканный из Богана. Дроиды срываются, беспорядочно падая изломанными куклами на землю. Нист не пострадал, презрительно закрывшись мощным щитом. Впрочем, другого я и не ждал. — Что слуга Сидиуса хочет от Лорда? — Вопрошаю, активируя клинок. Тихое шипение сейбера успокаивает. — Он боится сам прийти, не рассчитывает что справится с другим Лордом? Нист не удостаивает меня ответом, бросаясь в атаку, собираясь пронзить своим клинком. Впрочем, это он зря. Мог бы попробовать прощупать Силу — собираюсь ли я вовсе пользоваться им. Взмах меча в его сторону, но не для защитной стойки. Сотни скопившихся рядом Порождений Тьмы с воем проявляются, бросаясь на него. Зекр замедляется, ненадолго, отбивая клинком и толчками Богана призрачные фигуры, пока я, наконец, отбрасываю свой клинок в сторону и обрушиваю на него поток слепящих голубых молний. Это тоже ерунда для такого обученного адепта, но это заставляет его отвлечься. А большего мне и не требуется. В тот момент, когда искаженная ненавистью фигура уже не бежит, но идет ко мне, преодолевая молнии и атаки Порождений, я использую свой шанс. Колдовской удар, подлый и неприятный как само искусство ситхской алхимии — ментальный щуп вырывается из меня, взрезая его ослабевшие ментальные блоки и впивается в грудь Зекра, оглушая ревущим потоком жизненной силы. Его жизненной силы, которая начала хлестать по дрожащему от напряжения каналу — перетекая в меня. Он на мгновение замирает, и я призываю свой клинок, бросая в спину врага. С тихим всхлипом, Нист разворачивается, перерубая мой клинок надвое и возвратным движением нанося удар по мне, но я бегу, отступая, продолжая откачивать из него энергию. С громким воплем, он останавливается, наконец, удостоив меня словами: — Паразит. Думаешь, эти игры помогут тебе? Я киваю. — Конечно, ты уже слабеешь, а пока ты доберешься до меня… Взмах ладони — и еще сотни Порождений Тьмы налетают на слабеющего раба Сидиуса, заставляя сражаться с ними, преодолевать взмахами клинка и ударами разума их давление, не давая бежать или прыгать, но только медленным шагом идти ко мне, пока его мощь уходит в меня. Как непафосно и даже очень мелко — вместо эпической схватки устраивать сеанс энергетического вампиризма. Но я должен победить его один на один, доказав в очередной раз и своим сторонникам — и Богану — что я могу уничтожать врагов и по праву владею мощью Темной Стороны. Наконец, Зекр преодолевает и эту орду искаженных созданий Второй Луны, но за ней следует третья и четвертая. Из его груди раздается вопль столь яростный, что вампирический канал рушится, а орды призраков исчезают. Со всей своей злобой Зекр взлетает в прыжке, целя в мою грудь — и ответный удар из его же перекачанной Силы подхватывает его, с ускорением снося в шаттл. Удар, который убил бы обычного человека, но не слугу Палпатина. Мой следующий удар — это всё что мне удалось накопить. Не молнии, а захват. Только не горла — такой отобьет любой, даже простой джедай. Захват в удавку его сердца. Пульсирующее, живое, сдавливаемое моей собственной Тьмой. Закусив губу от напряжения, подхожу к выгнувшемуся, у слегка покосившегося от ударов Силы шаттла, адепту, с трудом выдыхая: — Действительно, совсем не пафосно… И недостойно войти в легенды. Увы… Окончательно визуализировав перед своим внутренним взором его сердце и охватившую дрожащий орган удавку — резким движением представляющихся рук перерезаю пульсирующий насос, умываясь кровью. Зекр выгибается в пароксизме агонии, оседая на землю, а я, подойдя, сажусь рядом, касаясь комлинка на руке. — Эвакуационная команда — ко мне. Я уничтожил Зекра Ниста. Требую отчета по событиям на орбите. Тихий шелест голоса Слосина радует как никогда до того: — Скоро прибудем, повелитель. Мы ощутили всплеск от смерти этого пса… И его воины тоже. Они пытаются бежать. — Выведи канал связи с флагманом. — Собственные слова раздаются как будто издалека, пока мое сознание бурлит, пытаясь успокоить Тьму и восстановить равновесие. — Я объясню им, что произошло. И кому они должны служить. Лишний флот — никогда не помешает. — Слушаюсь, повелитель. — Голос Слосина звучит так, будто он был бы готов пойти со мной в постель, возникни такое желание у его обожаемого повелителя. Впрочем, именно такой фанатизм мне и нужен.