Особое поручение

- Маум, - требовательно позвал Доходяга из-под скрипучего дивана. За окном еще царила светлая от снега темнота зимнего утра. Часов шесть, прикинул Райан и, откинув одеяло, спустил ноги на пол. - Маум, - оживился котенок, устремляясь к кухне. Полковник наоборот отвернулся к стене и сладко всхрапнул, делая вид, что все еще спит. Ха! Будто это могло кого-то обмануть. - Вставайте, нам пора, - негромко окликнул Скотти и осторожно тряхнул своего начальника-любовника за плечо. - Не хочу, - совершенно не сонным голосом отозвался Жан, упрямо вжимаясь щекой в подушку. - Детский сад какой-то, - проворчал Райан и пошел на кухню, где Доходяга звал «маму». Начинающийся день не сулил ничего хорошего. Может, у кого-то еще была надежда, что профессор справится с гипнотической программой в голове Веньяра, а Скотти не особенно верил в удачу. Он видел, что сеансы психотерапии делали с его юморным и неунывающим командиром. Да Жан после них выглядел хуже, чем с самого лютого бодуна. Ольсен, добренький дядечка с лысинкой и пузиком, весь какой-то мягкий, как плюшевая игрушка, улыбался, собирая морщинки возле глаз, и мучил несчастного командира часы напролет. Сеансы гипноза сменялись какими-то пыточными камерами, потом, без передышки, следовали бесконечные тестирования, вопросы, ответы, вопросы, ответы… А Скотти сидел в коридоре со стаканчиком остывшего кофе в руках и ждал. - Без толку все это, - уже на второй день с убийственной откровенностью заявила Лаура, дочь Ольсена, полноватая блондинка с хриплым голосом. Она курила тонкие сигареты, носила короткую стрижку и не имела привычки ходить вокруг да около. Чем-то эта Лаура напоминала Рену Бойл, с которой Райана на днях познакомил генерал Райт. Та тоже резала правду-матку с порога, не разобравшись. И попадала в точку, блядь. Скотти тряхнул головой и открыл холодильник. Доходяга захлебнулся мяуканьем, выписывая восьмерки вокруг ног хозяина. Скотти достал пакетик с кормом, вывалил содержимое в миску кота и некоторое время наблюдал, как он ест. Доходяга любил пожрать и все никак не мог насытиться. Еду он засасывал в себя, как пылесос, влет. Раздувался шаром, урчал и уходил, покачиваясь на пушистых лапах. Звонок на коммуникатор раздался, когда Райан заправлял кофеварку. За окном так и валил снег, через час их с Жаном ждали в лаборатории психотехнологий, а Скотти страстно мечтал, чтобы что-нибудь случилось. - Пусть что-нибудь произойдет, - как заклинание прошептал он, прежде чем ответить на вызов. - Мы будем через час, - безмятежно сообщил начальник сегодняшней смены «Зеты». - В Ориме все тихо? - Как на кладбище, - отозвался собеседник, которого Райан не смог опознать по голосу. Его тут же кто-то одернул, и Скотти услышал новый ответ, - ой, что-то я не то… все тихо, Забияка, можете отдыхать. Отдыхать, ага! Кофеварка запыхтела. Скотти запихнул в тостер куски хлеба, достал масло, бекон и яйца и крикнул: - Сэр, у нас час на «собраться»! - Жан, - проворчал из-под одеяла полковник. Скотти против воли широко улыбнулся. Любимый начальник все не оставлял попыток перевоспитать его. Тостер поджарил хлебцы. Райан вытащил их на тарелку и вернулся в комнату. - Жааан, - протянул он, упираясь коленом в диван. Диван со скрипом просел. Полковник шумно выдохнул, резко перекатился на спину и сцапал его в объятья. - Ну? – лукаво спросил он, с легкостью зафиксировав его руки и шею. Скотти даже не пытался трепыхаться, слишком разные весовые категории. - За нами приедут через час, - сообщил снайпер, - нет, уже, наверное, минут через сорок. Надо вставать. Жан вздохнул и ослабил захват. - Какой во всем этом толк? Все равно ничего не выходит. У Скотти будто заныли разом все зубы. - Генерал приказал ехать, значит, поедем, - отрезал он. Они оттягивали неизбежное. День за днем врали друг другу, что надежда есть. Делали вид, что ничего такого катастрофического не произошло. Подумаешь, чужеродная программа в подсознании, что такого? - Ну, раз генерал приказал, - протянул полковник. Дан Райт был для Веньяра непререкаемым авторитетом. Командир только однажды поспорил с ним, когда требовал, чтобы он, Скотти, остался в его отделе. А теперь вышло так, что и упираться не стоило – Забияка привязан к нему накрепко, и днем, и ночью, круглые сутки, постоянно. И правда, ну не будет же Дан сам караулить загипнотизированного полковника. И не подселит к нему Ндочи, например. А у Райана появился законный повод жить со своим любовником. Вот такая, блядь, ирония судьбы! Завтракали в молчании. Веньяр то и дело притирался под столом своей волосатой коленкой к колену Скотти, жевал тост и смотрел в окно на падающий в круге фонаря снег. Доходяга немного разбавлял напряжение своим мурчанием. Вот кого в этой жизни вообще не тревожило ничего, кроме наличия еды в миске. Начальником сегодняшней смены оказался неузнанный Забиякой Мэд огненно-рыжий Ричардс, капитан и любитель травить анекдоты. Едва Райан и Жан забрались в салон, микроавтобус «Зеты» лихо развернулся на небольшом дворовом пятачке и рванул к воротам. Веньяр откинулся в кресле и прикрыл глаза. В последнее время, после возвращения с Золотого Берега, общительный и даже, чего греха таить, болтливый командир замкнулся в себе и если выжимал из себя пару фраз, Скотти видел, с какой неохотой он это делает. К счастью, ни «Зета», ни «Виктория», за исключением майора Кейтера, ни остальные в управлении не знали о том, что стряслось с полковником. Дан сделал все, чтобы информация о случившемся не вышла за пределы узкого круга посвященных. Наверное, он чувствовал себя виноватым, Скотти старался об этом не думать. Он вообще не хотел представлять, какая сила и воля ежедневно требуются этому человеку, чтобы тащить на своих плечах всю шаткую систему безопасности Оримы и союзных миров. За окном неохотно отступали сумерки. Райан таращился на сонные улицы, пока стекла микроавтобуса не запотели. - Бухали вчера? – спросил он двоих «Зет». Принюхался. – Ну точно, перегар. - Не перегар, а дух свободы, - поправил Ричардс, вступаясь за подчиненных. Веньяр поморщился, не открывая глаз. Скотти вздохнул и полез в коммуникатор посмотреть новости. Пролистал сводки Генштаба, заглянул в сеть — и правда, как в могиле. Вот дерьмо. Да еще микроавтобус в трех кварталах от института встал в пробке. Намертво так встал. - Что за черт? - проворчал Веньяр, не открывая глаз. - Почему стоим? - Авария? - предположил Скотти, рукавом оттирая мутное стекло. - Ничего не видно, - виновато вздохнул водитель. И тут на поясе Ричардса ожила рация: - Третий, ты на перекрестке Второй Легионной и Речной? - Да, сопровождаем полковника Веньяра. - Отправь кого-нибудь посмотреть, что случилось. Какой-то шутник сообщил, что возле разбитой машины лежит что-то, похожее на взрывчатку. Заинтересованный Скотти подобрался, закрутил головой, стараясь высмотреть что-нибудь в затемненные тонировкой бронированные окна. - Не могу. У меня приказ - не останавливаться, - напомнил дежурному Ричардс, - Крис мне шею свернет. - А вы быстренько, все равно с места не сдвинетесь, пока тачку не уберут. Может, это детишки балуются, а может, пора саперов вызывать. - Ладно, сейчас кого-нибудь отправлю. Скотти положил руку на кобуру. Вот он, шанс, которого он ждал. Мучительно хотелось делать что-то понятное и стоящее, обезвреживать террористов, спасать людей и четко знать, что делаешь все правильно, по инструкции. Но по инструкции они не имели права останавливать машину полковника Веньяра, выходить, вступать в контакт с мирным населением и, тем более, подозрительным контингентом. Скотти обернулся на Жана. Тот так и сидел с закрытыми глазами, но, судя по закаменевшей челюсти, не спал и с трудом сохранял спокойствие. - Дай сюда рацию, - Райан протянул руку начальнику смены. Мэд Ричардс выше его по званию, но к ним, «особенным», в РУ и отношение было особое. Однажды Забияка видел, как Ндочи орал на какого-то подполковника разведки, а тот засунул язык в жопу и только кивал в ответ. Капитан Ричардс тоже не рискнул спорить со старшим сержантом и послушно передал ему рацию. - Вы там охренели, что ли? - хрипло рявкнул Скотти в передатчик. - Идите в жопу со своими трупами, у нас высший уровень безопасности! Дежурный в ответ булькнул и заткнулся. Потом раздался другой голос, старше и строже – видимо, командира этих долбоебов: - Простите, парни. Сейчас все исправим. - Две минуты вам, - нагло ответил Скотти, - мы и так выбились из графика. - Сможете объехать? Скотти вопросительно посмотрел на Ричардса. Тот, очком предчувствуя неприятности, пихнул водителя в бок и указал на аккуратный газончик с невысокой решеткой. Бронированный микроавтобус газанул, с ревом снес хрупкую решетку и рванул по газону, объезжая перекресток. Вот то-то же! Охрана называется, блядь, совсем думать не умеют! Мэд Ричардс больше не травил анекдотов. Водила всю оставшуюся дорогу мчался, превышая скорость, чтобы нагнать график. Когда они прибыли в институт психотехнологий, и надежные ворота сомкнулись за спиной, Жан открыл глаза. Скулы у него все еще бугрились от недовольства, но он не сказал ни слова. Озадаченный Забияка уже не пытался догадаться, что у него на уме. Ничего хорошего, явно. Наверняка сам собирался выйти из машины и проверить, кто перегородил перекресток. Охрана действовала шустро, как на учениях: встретили, проводили, подстраховали – красота. Пожалуй, Скотти не станет писать на них рапорт. Он же не стукач какой-нибудь. - Я думал, ты захочешь выйти, - проронил Веньяр, когда они с Райаном шли по полутемному коридору института к кабинету профессора. - С чего бы? - Ты задергался, руку на пистолет положил… Как он это увидел? У него же глаза были закрыты все время. - Вы что, экстрасенс? - А ты не знал? – усмехнулся Жан. – У меня бабушка… - Нет, правда? – перебил его Скотти. - Я всегда думал, это шутка такая, про бабушку и вообще… а вы на самом деле?... Полковник только пожал плечами с ехидной ухмылочкой на губах. - Так ты собирался выйти? - Всего долю секунды, - признался Райан, - инстинкт сработал. Но я помню приказ, моя работа –защищать вас. Я бы не вышел. Жан ничего на это не ответил. Скотти стало не по себе от его молчания. Но тут на глазах у охраны и сотрудников полковник вдруг взял его за руку и осторожно сжал пальцы.