Исток меж звезд

      — И это самая продолжительная серия атак на пространство Цитадели за последние сто тридцать лет, которая и не думает утихать. Соседние системы были предупреждены об опасности, и путешествия к этим звездным кластерам будут сведены к минимуму или осуществлены с достаточным военным сопровождением. Галактическая сеть продолжит следить за ситуацией, чтобы держать вас в курсе этого растущего кризиса. Меня зовут Илана Берена, и это были новости Галактической сети, увидимся в следующий раз.       Голограмма азари, стоящей перед картой галактики, щедро отмеченной красными точками, исчезла, как только в помещении стало светлее. Три фигуры, сидящие там, решительно отказывались демонстрировать хоть какие-либо эмоции.       — И ты хочешь сказать, Тевос, что это был лучший выход? — спросил советник турианцев, яростно шевеля мандибулами. — Подвергнуть наших граждан опасности и заставить их бояться за свои жизни? Если все станет еще хуже, то будет больше смертей, чем могло погибнуть солдат в войне против этих «людей», с которыми пытались договориться твои «лучшие из лучших». Я все еще думаю, что нам следовало с самого начала предпринять военные действия и умиротворить их. Провал дипломатии с твоей стороны только подтверждает это.       Тевос была вынуждена мысленно признать, что все пошло не так, как она надеялась, но, благодаря большому опыту, не дала обвинениям смутить ее. Хотя она была удивлена, что Батиус не разошелся сильнее. Она ожидала, что он как минимум перевернет стол. Возможно, будь он любезнее, то просто бы держал над головой табличку с надписью «А я же говорил» во время всего заседания. Тем не менее, она стала матриархом не за красивые глаза. В дипломатии провалы случались куда чаще, чем кажется, и порой приходилось искать способы, как избежать последствий. В основном — больше не иметь ничего общего с проблемой, как только все слетает с катушек.       — Батиус, мы уже это обсуждали, и я не один раз все объясняла. Смертей можно избежать, когда это возможно, и после первых нескольких «набегов» на слабо защищенные колонии мы наняли миротворцев и дали понять, что мы тоже на что-то способны. Ничего реально ценного не будет потеряно; потери будут либо восприняты разумно, либо мы их бесплатно тайно «купим», либо наши доблестные войска найдут базы, принадлежащие этим захватчикам, и отобьют их. У нас есть соглашение с де-факто правителем большой части систем Термина, и любой негодяй, не действующий по его приказу, пострадает хуже, чем от любого закона Цитадели. И к настоящему времени худшая часть всего уже подошла к концу, так что можешь так сильно не волноваться. Все, что нужно сейчас, — это разослать наш флот по горячим точкам и быстро разобраться с местными проблемами. Ситуация, подобная этой, — это почти то же, что и военная помощь ассоциативным членам. И только не говори, что правда хочешь помочь батарам выбраться из ямы, которую они сами себе выкопали.       Она прекратила двигать руками, дав возможность Батиусу сформулировать свои мысли.       — Я до сих пор не могу заставить себя радоваться, как вы обе, тому, что на наших граждан нападают, — выпалил турианец.       — Это лучший вариант действий, если отчеты разведгруппы верны. Сила этой новой расы неизвестна и по подсчетам весьма значительна, — впервые с конца выпуска новостей сказала советник саларианцев.       — А, ты о том «гигантском» дредноуте, — недоверчиво протянул Батиус. — Анализ данных показал, что он едва ли настолько огромен, чтобы называться дредноутом. Тевос, ты уверена, что эти твои коммандос не переволновались от встречи и слегка приврали о корабле?       Его резкий ответ побудил Киил опять встрять:       — Были обнаружены слабые следы изменения информации, хотя восстановление возможных исходных данных ничего не дало.       — И ты хочешь, чтобы я поверил, будто бы эти розовые двойники азари смогли получить доступ к засекреченным системам военного корабля? За каких-то пять минут? — рявкнул он.       Безмолвные и слегка встревоженные взгляды его коллег-советников заставили Батиуса почувствовать себя немного неуютно, но он не отбросил логику и здравый смысл из-за страха неизвестного. Он был гордым солдатом — хотя и ушедшим в отставку в том плане, в котором все турианцы могут уйти в отставку — и он будет стараться изо всех сил следовать доверенным ему обязанностям.       Батарианцы не особенно жалели, что вызвали подобную реакцию, и делали вид, что это с самого начала было лишь вопросом времени. Сам он думал, что Совет Цитадели примет другую сторону в этом конфликте. К тому же, в весь этот беспорядок оказались втянуты мирные жители, и то, что замешаны в нем были две его коллеги, он так просто принять не мог. Он бы не стал соглашаться ни с одной из них, если бы они не накопали немного дискредитирующей информации об ошибках его ранней юности. Из-за этого его бы не убрали с поста, но подобное вызвало бы резкий общественный резонанс. А он не мог рисковать таким, когда на носу танцуют возможные враги. Без сильного турианца в Совете война, несомненно, унесет с собой еще больше жизней. Доверить свое место кому-то другому он не мог. У его заместителя уйдут недели или месяцы, чтобы к его голосу начали прислушиваться.       Сколько времени на войне терять недопустимо.       Поэтому он неохотно и решив уйти в отставку после окончания этого фарса, чтобы у общественности не возникло вопросов к Иерархии, Батиус согласился на их безумный план.       — Мы не можем просто отбросить эти свидетельства, если у нас есть основания полагать, что показания сенсоров были изменены. И ты должен согласиться, что, если наш противник так хорош в информационной войне, то его стоит опасаться даже в том случае, если его легко разбить на поле битвы. Мы не хотим наживать себе врагов, если игра не будет стоить свеч.       Турианец мог лишь сердито сжать мандибулы и пообещать себе, что все секретные записи их собраний станут публичными, если дело примет худший оборот. Иерархия не будет нести ответственность за это.

______________________________________________________

      С шипящим звуком, который можно было услышать только с герметично закрываемой стороне корпуса, круглый объект до упора ввинтился в подшипники. Два металлических выступа с щелчком обхватили цилиндр, и голоса по радио сообщили об обстановке.       — Основной болт 16 закреплен, соединительный рычаг 4 успешно присоединен.       — Ожидание зеленого сигнала для башни 4… Сигнал зеленый.       — Все соединительные рычаги успешно прикреплены. «Надгробия» идут с технической стороны, хорошая работа.       Самый большой на сегодняшний день корабль человечества стоял на высокой стартовой платформе и освещался первыми лучами солнца, пока завершались приготовления к его следующей миссии. Четыре структуры, нацеленные на место предстоящей операции, были перекрещены буквой X. По сравнению с кораблем они казались крошечными, но на самом деле достигали несколько сотен метров в длину. Поблескивая в утреннем свете, обслуживающие башни выглядели как нелепые крупногабаритные ракетные пусковые установки старых лет, хотя их полезная нагрузка могла послужить и другой цели, а не простому разрушению.       — Послание командующему операцией: «Надгробия» готовы к посадке, скоро будет завершена погрузка оружия и наполненных энергией драгоценных камней. После этого инженерно-логистический корпус официально вернет управление «Аргонавтом». В добрый путь.

______________________________________________________

      На миссию прибывали добровольцы со всех уголков планеты. Долг, слава, месть и многие другие мотивы побуждали доблестных солдат отвечать на призыв, который практически гарантировал, что они падут на чужой земле, но это лишь сильнее подхлестнуло одних и не отвадило других.       Солдаты регулярной армии, ордена рыцарей, боевики, палачи и многие другие мужчины и женщины обучались и снаряжались для борьбы с внутри- и внесолнечными угрозами. Они не знали, что может ждать их по ту сторону ретранслятора, но это не уменьшало их решимости даже под угрозой смерти.       Назначение персонала из множества преимущественно независимых организаций было бы кошмаром для практически любой миссии — но не этой. Единственным, о чем нужно было заботиться адмиралтейству Военных Сил Гайи, — не ставить рядом тех, кто может перегрызть друг другу глотки. В конце концов, это привело к довольно четкому разделению сил на двадцать четыре «Надгробия», которые должны были спутать врагов и не допустить разгореться ссорам в своих рядах.       Но, как предположил адмирал Кирицугу Эмия, скоро станет ясно, было это правильным решением или нет. Он мог лишь привезти их на место, просто открыть перед ними двери и как можно дольше выступать в качестве защитника. За свою победу и выживание им придется бороться самостоятельно.

______________________________________________________

      Беспокойная болтовня на мостике «Аргонавта» давала понять, что все готово к отправке. Проверки систем выдавали лишь подсвеченные зеленым результаты, а операторы получали сообщения о завершении посадки; капитан же сидел на месте, обсуждая с военным верховным командованием окончательный план операции.       Отправленный ими ранее космический зонд обозначил точки, с которых им нужно было окружить планету, а также подсчитал силы противника на орбите и его планетарную оборону. К счастью, батарианцам, похоже, не доложили, что им стоит готовиться к нападению — или они просто не думали, что кто-то посмеет нанести удар им в самое сердце. Вокруг Кхар’шана — их цели, судя по «позаимствованным» звездным картам — находилось совсем немного кораблей, в основном пребывающих где-то между планетой и ретранслятором, что делало захват орбиты значительно проще.       С другой стороны, обнаружить защитные сооружения на самой планете оказалось сложнее. Даже отметая в сторону обычно скрытое под землей оружие, они так и не узнали, чем защищаются батарианцы.       Отважные солдаты должны были выяснить это самостоятельно. Но на «Аргонавте» было достаточно пушек, чтобы обезвредить любое оружие, как только оно покажет нос из-под земли.

______________________________________________________

      Когда они получили последний отчет о готовности, передали данные с зонда на системы управления огнем и погрузили всех солдат, задняя часть серого левиафана зажглась синим свечением, медленно достигшим крупной плоской вершины, которая едва вмещала «Аргонавта» на его операционной платформе.       Огромный космический корабль просто внезапно исчез, без какого-либо экстравагантного светового шоу или столба света, оставив после себя лишь пустое пространство. Месть, готовящаяся столетие, покинула порт.