Исток меж звезд

      Есть враг, старый, как само время, безжалостно выбирающий свои цели. Каждая победа над этим врагом лишь временно отодвигает миг его неуклонного возвращения. Ее всегда поражали редкие смельчаки, пытающиеся сражаться с ним. Ее личная борьба заключалась в обильном и бессмысленном блуждании по экстранету.       И имя этому врагу — скука.       Поистине пугающему врагу, подумала Седия. Ее дипломатическая «миссия» бесплодно длилась уже шестой месяц — ровно столько времени назад человечество отступило за свой ретранслятор. К настоящему времени на «Айлуре» остался только костяк команды, из-за чего у таких бедняжек, как она, стало еще меньше возможностей избавиться от абсолютной, отупляющей, душераздирающей скуки.       — Есть ли вообще смысл еще ждать? — лениво спросила Седия, отрывая взгляд от статьи про новые продукты по уходу за головным гребнем и глядя на показания сенсора.       — Кто знает? — без особого энтузиазма ответила ее коллега-связистка Рильс, даже не прекращая рисовать закорючки на уни-инструменте. — Может, они решили, что их обида на батарианцев того не стоит, и ради общего блага заблокировали ретранслятор. А, может, они скоро появятся. Хоть сейчас…       Запрокинув голову, Рильс посмотрела на голографические экраны за Седией, ничего особенно не ожидая, но все равно надеясь, что хоть что-то появится.       Седия тоже повернулась к своей консоли. Будь все как в крупных космических драмах, то вселенная оправдала бы надежды ее коллеги и изрыгнула из ретранслятора флот из такого числа кораблей, что они бы могли разнести все звезды вокруг. Тогда «Айлура» пала бы первой жертвой эпической войны, охватившей всю галактику. Их бы или уничтожили неизвестным сверх-оружием противников, или взяли бы в плен. В плену бы их превратили в подопытных, на которых пришельцы стали бы изучать их строение, чтобы побеждать в битве. А потом, когда все секреты тела азари были бы раскрыты, Седию ждала лишь одна судьба — стать питомцем новых господ. Ее бы показывали на вечеринках, как трофей, заставляли ужинать лучшими деликатесами на покоренных планетах, а по ночам мускулистое тело того мужчины-человека прижимало бы ее к кровати, постепенно превращая ее слабые попытки сопротивляться в стоны нас…       В ее голову врезалась кружка, брошенная связисткой.       — Выкинь эти пошлости у себя из головы, тут уже воняет, как в логове ворча.       Хныкнув, Седия укоризненно глянула на коллегу, потирая место, в которое попал самодельный снаряд.       — Неужто уже и помечтать нельзя?       — Пока ты держишь руки над талией — да, можно.       Вскоре законное негодование Седии, вызванное обстрелом посудой, постепенно превратилось в неловкую улыбку под пристальным взглядом, направленным на нее. Ее отпустило только тогда, когда Рильс тяжко вздохнула и вернулась к рисованию. Седия, с другой стороны, решила повернуться к консоли, поставив на крайне медлительную загрузку следующий эпизод ситкома. Ей казалось, будто она застряла на Тучанке рядом с одной ржавой трубой, из которой каждый день выпадало несколько капель питьевой воды.       Если бы капитан Талия не ослабила правила, она бы уже спровоцировала мятеж!       Может быть.       Вероятно?       Вот бы им прислали кого-нибудь на замену. Она не понимала, почему начальство до сих пор так усиленно скрывает информацию по этому человечеству. Да, у них был прям огроооомный и страшный корабль, но они явно не сделали ничего такого, что оправдывало столько предосторожностей.       Да, возможно, они уничтожили несколько судов, летевших по границе цивилизованного пространства, но в этих местах это было привычным делом. А если припомнить, каким шикарным был Первый Контакт с батарианцами, то один лишь факт, что «Айлуру» не расстреляли в порошок, уже был хорошим знаком.       Сама Седия была обеими руками за интеграцию человечества в галактическое сообщество. В частности — в сообщество, в котором были бы разрешены межвидовые отношения с этой расой.       *Бип*       Не успела она как следует погрузиться в мечты об этих самых отношениях, как консоль вновь привлекла ее внимание.       — Уже? Что, сейчас никто экстранетом не пользуется?       Посмотрев на экран, она заметила, что полоска загрузки едва ли проползла дальше одного процента. Что важнее — сенсор сообщал ей о новом контакте. Если точнее — о новом корабле. Который только что появился из ретранслятора.       После недолгого недоумения Седия так сильно ударила по кнопке оповещения, что та едва не сломалась. По всему кораблю заверещала сирена, оповещая каждого члена экипажа о том, что им следует срочно вернуться на свои места. Демонстрируя превосходную дисциплину, персонал мостика полностью собрался менее чем за две минуты, затаил дыхание и начал выжидать, какой следующий шаг сделает цель их миссии.

______________________

      Капитан Талия с облегчением отметила, что человечество и во второй раз прислало к «Айлуре» посланников. Как азари, она ценила вежливость во всех ее проявлениях — особенно когда дело касалось дипломатии. Еще одним приятным сюрпризом оказался размер судна. Теперь оно едва превышало параметры «Айлуры», что означало, что пришельцы больше не намерены наставлять на них фигуральные — а, может, и буквальные — пушки диаметром с половину их корабля.       Для переговоров это было, несомненно, удачным ходом. Талия бы порадовалась этому, да только Бенезии с ними больше не было — матриарх не могла тратить время на ожидание и вернулась на Тессию вскоре после предыдущего контакта с человечеством. Да, на борту еще оставалась дипломатическая делегация, но главной по старшинству на корабле теперь была Талия, так что в случае провала все будут спрашивать с нее. Припоминая прошлые переговоры, этого стоило ожидать.       К счастью или несчастью — Талия не могла сказать наверняка — новая раса не заметила ее внутренних переживаний и упорно приближалась к их кораблю. Повторив тот же спектакль с прогулкой по вакууму, представители в сопровождении коммандос азари прошли в тот же конференц-зал, что и в прошлый раз. Там их уже ждали Талия и два члена дипломатической делегации. Этот дуэт состоял из опытной матроны Халиксны Т’эсус, готовящейся стать матриархом, и молодой матроны Стаэты Далиры, специализировавшейся на разрешении последствий Первых Контактов.       Троица азари стояла за широким столом для переговоров и смотрела на дверь, через которую должны были зайти их гости.       После тихого шипения в дверном проеме появилась та же пара ошеломительно похожих на азари инопланетян, что и в прошлый раз. Конечно, если предположить, что представители этой расы отличались друг от друга.       — Приветствую, послы. Приятно, что вы вновь с миром посетили это судно. Меня зовут Халиксна Т’эсус и я имею честь представлять Совет Цитадели.       — Благодарю, что приняли нас. Меня зовут Тосака Рин, а это мой спутник, Арчер, и мы представляем человечество. Мы бы хотели возобновить диалог между нашими расами.       — В таком случае я буду счастлива предложить вам присесть, — сказала мудрая матрона, указывая на пустые сиденья. Женщина-посол кивнула, и они с ее спутником заняли свои места. — Как вижу, со времени прошлых переговоров вы успели изучить наш язык, — заметила Халиксна, когда все расселись по местам. Талия же отметила, что пришельцы по-прежнему были безоружны. В связи с этим у нее вызывало вопросы присутствие мужчины. В тот раз он казался техником, регулирующим их устройство-переводчик. Теперь, когда языковой барьер пал, к чему ему участвовать на переговорах?       — Переводчик был лишь временной необходимостью. С учетом важности обсуждаемых тем, возникшее недоразумение из-за неисправного программного обеспечения только ухудшит положение и оставит неизгладимый след позора, — ответил человек с белой шерстью. Это прозвучало надменно и с упреком, но если тут и был подтекст, то настолько слабый, что было невозможно обидеться. Капитан Талия кивнула в ответ на скрытно брошенный взгляд Халиксны, соглашаясь, что держаться нужно осторожно. Эта раса менее чем за полгода и при контакте всего с парой азари уже освоила стандартизированную форму их языка, причем до такой степени, что могла изъясняться не хуже опытной матроны.       — С учетом того, как мы неудачно разошлись в прошлый раз, я согласна, что уменьшение возможности недопонимания — прекрасная идея. Но, судя по упору на важности обсуждаемых тем, полагаю, без переводчика нам не обойтись?       — Скорее всего, — к легкому недовольству азари ее упоминание о прошлых переговорах попросту проигнорировали. Женщина-человек тем временем продолжила: — Мы хотим наладить официальные отношения — которые еще нужно обсудить — с Советом Цитадели.       — Это же замечательно, — со счастливой улыбкой ответила Халиксна, но спустя пару секунд вопросительно нахмурилась. — Но я бы хотела узнать, что же заставило вас покинуть прошлые переговоры.       В душе азари понимала, что с уничтожением Батарианской Гегемонии и с началом преобразования ее остатков они могли бы символически предложить выживших лоялистов этой новой расе. Разумеется, только после того, как те официально подпишут соглашение о том, что не будут издеваться над пленниками. Она была уверена, что начальство без задней мысли бросит лоялистов хоть варренам, пока СМИ будут преподносить это в положительном свете.       — Это одна из важных тем, которые я хотела бы затронуть. Продолжая высказанное в прошлый раз заявление, человечество хочет официально взять на себя ответственность за нападение на батарианскую планету под названием Кхар’шан.       На этих словах улыбка Халиксны стала полностью натянутой.       «Айлура» постоянно наблюдала за ретранслятором. Человеческий флот или даже один корабль, который мог бы представлять угрозу целой планете, попросту не прошел бы мимо них. Следовательно, взлом систем через ретранслятор был наиболее возможным предположением. Весьма пугающим, если учесть, что поблизости с ретранслятором находятся лишь «Айлура» и «Теневой наблюдатель», оборудованные самыми лучшими аппаратными и программными средствами. Если их системы смогли незаметно взломать, значит, назревала опасность кибервойны.       — И поскольку мы помним, что рассказала нам в прошлый раз леди Бенезия о военной поддержке ассоциированных членов Совета, мы хотели бы урегулировать этот вопрос как можно более мирно, — сказала посол человечества.       — Мы очень рады это слышать. Услышав ваше прошлое заявление, мы боялись, что встретили расу, любящую разжигать войны, но, похоже, у нас просто сложилось плохое впечатление друг о друге, — ответила Халиксна. — Мы рады в любое время поговорить о мире. К огромному сожалению, я буду вынуждена попросить вас подождать, пока сюда не прибудет матриарх Бенезия, поскольку я не уполномочена официально принимать или отвергать какие-либо соглашения, — азари старалась принять наиболее виноватый вид. Если она оттянет время, Бенезия прибудет полностью готовой и лучше разрешит эту непростую ситуацию. — Прошу простить за это, но в то же время я буду более чем рада обменяться с вами простыми сведениями о наших расах, если вы не возражаете.       Не успел ее оппонент ничего ответить, как она уже начала прославленный рекламный ролик о Совете Цитадели и его преимуществах. Поскольку ее не прервали, как матриарха Бенезию, Халиксна решила, что у нее появился шанс представить Цитадель в наиболее благоприятном свете, пока Совету и матриарху передаются все новые сведения.       Ей нужно было лишь не прекращать говорить, но не сообщать ничего действительно важного. К счастью, для нее, как для опытного дипломата, это не было чем-то сложным.

______________________

      — Сегодня мы отмечаем пятый месяц с момента трагических событий на родине батарианцев — Кхар’шане, более известных как Кхар’шанская трагедия. Согласно самым надежным реконструкциям событий, высказанных Советом Цитадели, на планете случилось восстание, которое пыталось свергнуть старый режим, и против него было использовано новейшее биологическое оружие. Непроверенное оружие оказалось опасным даже для его создателей: последствия его использования распространились по всей планете, как лесной пожар, уничтожив большую часть населения еще до того, как турианские миротворцы успели прибыть на место.       Из соображений безопасности подробная информация о биологическом агенте, использованном на Кхар’шане, не раскрывается. По приказу Совета Цитадели турианский флот, дислоцированный вокруг Кхар’шана, поместит в карантин всю систему до тех пор, пока не будет завершено исследование патогена и не будет разработана контрмера.       Из позитивных новостей можно отметить беспрецедентный темп восстановления общественного порядка на бывших территориях Батарианской Гегемонии, вызванный широкой материальной и дипломатической поддержкой Республик азари и Саларианского союза. Ожидается, что создание единого правительства для многих миров произойдет еще до конца года. По предварительным предположениям, существует высокая вероятность возникновения федеративной системы, в которой у каждого мира будет возможность влиять на свое собственное законодательство. Эксперты говорят, что это повлечет за собой снижение притеснений, которым подвергались жители при предыдущем режиме.       Еще одним последствием Кхар’шанской трагедии стало то, что Сарена Артериуса, Спасителя Кхар’шана, назначили Спектром за эвакуацию единственных выживших с ныне бесплодной планеты. Его команда величайшим актом бесстрашия выдержала все опасности загрязненной природы и спасла группу гражданских, состоящую из представителей нескольких рас, которые прятались в подземном убежище. Запись церемонии инаугурации будет показана в конце этого репортажа.        Галактическая сеть продолжит следить за ситуацией, касающейся Кхар’шанской трагедии, и донесет свежую информацию до наших зрителей по всей галактике. Меня зовут Илана Берена, и это были новости Галактической сети, увидимся в следующий раз.       — Пф! — фыркнул недовольный кроган в выцветших красных доспехах, одним глотком осушив стакан Ринкола. — Миротворцы? Самоуничтожение? Да я скорее поверю, что молотильщик высрет слиток золота, — проворчал Рекс. — Больше похоже на то, что четырехглазые все-таки достали турианцев, или саларианцы что-то изобрели и захотели как можно быстрее протестировать…       Наполнив до краев опустошенный стакан, немолодой кроган беспристрастно посмотрел на турианца, стоящего перед членами Совета во время торжественной церемонии.       — Ставлю на то, что здесь кроется больше, чем они рассказывают. И даже не стоит сомневаться, что все, что выйдет из пепла Гегемонии, станет их ручной псиной.       Меланхолично покачивая стакан, Рекс размышлял о ярости, которая бурлила в нем последнюю тысячу лет. Только уведомление о появлении новой цели на его уни-инструменте вывело его из оцепенения и разогнало кровь. Схватив свой верный дробовик и хищно улыбнувшись, массивный кроган двинулся к двери бара. Пора драться.

______________________

      Их реакция — или, скорее, избыток реакции — немного озадачил Рин.       После того, как они с Арчером взошли на борт корабля инопланетян и обменялись любезностями с парочкой синекожих, которых был бы не прочь полапать один конкретный капитан звездного флота, эта Халиксна начала объяснять, что такое Совет Цитадели.       Экономика, войска, бла-бла-бла…       Честно говоря, ей было насрать на этот пересказ уродливого дитя туристического путеводителя и статьи из энциклопедии. Что хуже — она уже все это знала. Господи Боже, она даже кое-что перечитывала меньше трех часов назад…       А вот Арчер слушал рассказ с повышенным вниманием. Хотя его интерес, скорее всего, имел практический характер, она с радостью позже припомнит ему это. Надо же как-то отомстить за то, что ей пришлось слушать этот гундеж.       Но до этого надо было что-то сделать с избытком реакции их оппонентов. Та синекожая, Бенезия, в этот раз на переговорах не участвовала. Вместо этого главные шишки высказали желание, чтобы человеческая делегация лично встретилась с ними. На Цитадели.       Они с ума сошли?       Если бы кто-то из ее подчиненных предложил такую чушь, она бы так швырнула в него Гандром, что маленький шарик проклятья намертво бы прилип к морщинистому ореху в его пустой черепушке. Приглашать кого-то почти что неизвестного, вот только что заявившего, что напал на вас, прямо в центр вашего самого важного узла политики и финансов? Им недостает инстинктов самосохранения? Даже нынешняя синекожая, похоже, была не против этого, судя по тому, как ее темно-синее лицо стало более голубоватым.       В любом случае, сейчас они с Арчером проходили ретранслятор за ретранслятором и приближались на чужом корабле к космической станции, называемой Цитаделью. Команде корабля Рин такое не очень-то понравилось — как-никак, она была весьма важной фигурой и направлялась в самую глубь потенциально враждебной территории — но они изменили свою точку зрения, когда она взяла с собой Мерзость.       Арчер вопросительно глядел на врученный ему чемоданчик, покрытый печатями и тяжелыми цепями, но она просто игнорировала это. Если все пройдет хорошо, они больше никогда не извлекут Это на свет божий. Она этого не допустит.

______________________

      Пьедестал в огромном помещении обычно освещали роскошные янтарные огни, но сегодня свет был приглушен, а зал заседаний высочайшего триумвирата Цитадели был надежно очищен ото всех нежелательных лиц. Совет собрался в далеко не урочное время, а их гостей привели сюда под покровом строжайшей секретности, перенаправив из дока прямиком в зал, чтобы избежать контакта с обитателями гигантской космической станции.       Эта встреча должна была пройти как можно более тайно. Должна.       Не считая особых агентов, которых, как и положено, не было не видно и не слышно, в огромном помещении находилось лишь пять разумных существ. Трое наблюдали за двумя с высокого пьедестала; за их спинами виднелись искрящиеся просторы космоса. Обе стороны оценивали друг друга. Напряженную тишину решила нарушить Тевос:       — Мы рады приветствовать вас на Цитадели, послы человечества Тосака Рин и Арчер. Мы — триумвират, управляющий высшим органом в галактике, Советом Цитадели. Слева от меня вы видите Киил, советника, представляющего Саларианский союз, а справа — советника Батиуса, представляющего Турианскую Иерархию. Мое имя Тевос, и я — советник от Республик азари, — помолчав, азари продолжила: — В обычных обстоятельствах мы бы оказали вам все почести, но сделанные вами заявления вынудили нас повысить секретность этой встречи.       Хотя Рин было очевидно, что синяя инопланетянка, назвавшаяся Тевос, хочет продолжить, она воспользовалась паузой и встряла в ее монолог.       — Тогда позвольте мне повторить мои заявления. Человечество решило, что хотело бы вступить в мирные отношения с расами, управляемыми Советом Цитадели, и потому мы хотим возобновить дипломатические переговоры. В качестве первого шага к установлению мира мы хотим взять на себя ответственность за совершенное нами нападение на планету, называемую Кхар’шан, которым мы ответили за их вторжение на нашу родину. Уточню: это не извинение, а жест доброй воли и предложение помочь с урегулированием непредвиденных побочных эффектов.       Тевос и Киил была поражены ее прямотой. Батиус же едва смог сдержать вспышку гнева, хоть и понимал и жажду мести, и бессердечность, с которой они напали на его, условно говоря, союзника. Сжав мандибулы, он первый собрал мысли в кучу и сформулировал ответ.       — Хотя мы ценим ваше желание начать диалог между нашими расами, у нас есть серьезные сомнения касательно подлинности вашего второго заявления. Мы понимаем, что с его помощью вы хотите создать себе устрашающий образ, но мы не можем ни подтвердить его нашими исследованиями, ни представить вас таким образом галактике, омраченной крупнейшей трагедией последних лет.       — Мы понимаем, что нападение, совершенное батарианскими пиратами много лет назад, оставило огромный шрам на вашей молодой расе, и выражаем глубочайшие соболезнования за ваши потери. Но это заявление в дальнейшем может лишь сильнее навредить человечеству, — добавила Тевос, показывая себя наиболее сострадательной из троицы.       Рин же еще сильнее взбесилась. Такой снисходительный и утешающий тон немало злил ее, но она понимала, что рукоприкладством и криками ситуации не поможет. А у нее пока что еще был шанс их переубедить.       — В таком случае мы больше не будем затрагивать эту тему.       — За что мы будем крайне благодарны, — радостно ответила Тевос. — Лучше не усложнять такое большое событие, как знакомство с новой расой, верно?       — Возможно. Но, несмотря на мое прошлое заявление, позвольте дать вам последний совет. Если вы хотите вернуть эту планету, то делайте это быстро и решительно, пока она полностью не проснулась.       Мрачное предостережение нарушило ход разговора. Киил не удержалась и спросила:       — Это связано с упомянутым вами побочным эффектом?       — Верно. Но объяснения потребуют от меня забыть об обещании не поднимать эту тему. А мне бы не хотелось с самого начала оставлять такой дурной след на наших отношениях.       Только благодаря упорным тренировкам Рин сдержала ухмылку. Но ее аура так и источала самодовольство. Как на это отреагируют оппоненты — уже другой вопрос. Похоже, лягушкоподобного все устраивало — или ему было просто плевать — и он попросил рассказать об эффекте поподробнее. А она только этого и ждала.       — Позвольте мне свести информацию к необходимому минимуму. Устройства, использованные нами на Кхар’шане, должны были работать на силе планеты. Вышеупомянутый непредвиденный побочный эффект состоит в том, что резонанс, возникший между нашими устройствами, вывел планету из полумертвого состояния. В сочетании с принесенными жертвами это незамедлительно заставило природу на планете уничтожить любые признаки цивилизации. И, если ничего быстро не предпринять, планета начнет вырабатывать защитные сущности — антитела, если можно так выразиться. Если этот момент упустить, поселиться на планете можно будет только в одном случае: если сжечь на ней все дотла.       — Вы говорите о Кхар’шане, как о личности, — заметил Батиус, пораженный этой идеей. — Вы считаете, что мы поверим, будто у скалы, плывущей в космосе, есть разум? И что она может намеренно порождать существ, которых нам так просто не уничтожить?       — О, да, советник Турианской Иерархии, я считаю, что вы поверите мне. Как-никак, вы должны были заметить первые признаки этого процесса. Разве ваши разведотряды не пострадали, встретившись с природой этой планеты?       — Как вы…       Сжав мандибулы, немолодой турианец не стал требовать ответа. Записи случившегося на Кхар’шане проходили по самым засекреченным каналам. Его гостья же открыто признавала, что совершила — или совершает — кибер-атаку на их сеть.       — То, что там сейчас ползает, — ничто перед тем, что появится дальше. Истинные воплощения этого «разума», как вы выразились, будут созданы с одной целью — убивать. И будут постоянно выжидать любые войска, которые вы туда пошлете. Конечно, это в том случае, если вы решите мне поверить. Я не тороплю, обдумывайте, решайте. Если согласитесь верить нам, предложение о помощи остается в силе, вам надо будет лишь попросить.       Рин нежно улыбнулась и взмахнула рукой. Бесить других, оставаясь при этом чистенькой и хорошенькой… Поистине, лишь это и придавало ей живости в таком преклонном возрасте. Это было слишком уж весело, особенно когда оппоненты так и напрашивались. Но делу — время, а потехе — час, так что ей стоит перейти к более насущным вопросам.       — Но, пока я не углубилась в тему, которую вам не хочется обсуждать, давайте вернемся к тому, с чего начали: дипломатическим переговорам.

______________________

      Прямоугольный корабль, лишенный какого-либо изящества в своих формах или виде, медленно состыковался с одним из множества доков станции Омега. Безвкусная металлически-серая поверхность отражала множество пульсирующих огней, исходящих из оживленного пристанища, которое вполне можно было бы назвать сердцем систем Термина. Когда корабль, наконец, замер, на посадочной площадке уже собралась приветственная делегация. Разношерстная компания неплохо экипированных турианцев, саларианцев, азари и батарианцев охраняла маленькую, на такую же разношерстную группу невооруженных пришельцев.       С глухим звуком на борту корабля распахнулся большой люк, и к посадочной площадке спустился трап. Вскоре по нему спустилось несколько фигур в плащах, которые направились к батарианцу, стоящему впереди всей толпы. Как только они оказались в паре шагов от него, батарианец сказал:       — Я — Гарка. Товар прямо за мной. Можете начинать грузить их, но Ария хочет поговорить с вашим лидером, — сказал он, указывая на них.       Агенты «Цербера» обменялись взглядами, и один из них подошел к Гарке. Ее рост слегка превышал рост пришельца, и контраст мерцающих красных визоров с бледно-серой боевой броней создавал о ней пугающее впечатление. Но Гарка, один из ближайших помощников Арии, повидал на своем веков немало страшилищ. И он их не осуждал, какими бы они ни были, пока они не нарушали сделок и не вытаскивали оружия.       — Я — Ио, ведите, — грубо ответила фигура. Не говоря ни слова, Гарка развернулся и пошел к «Загробной жизни», дав сигнал коллегам помочь покупателям погрузить товар.       Пара молча шла по шумным улицам Омеги. Где бы они ни оказались, толпа спешно расступалась, демонстрируя, как крепко Ария держала всех под каблуком. Гарка и его спутница прошли мимо вышибалы-элкора, обменявшись с ним одним лишь взглядом, и вошли в большой портал под голографическими буквами, обозначавшими крупнейшее подобие органа власти в системах Термина.       Бодрящая музыка, стимулирующие вещества и гипнотические огни резко контрастировали с грязными улицами. А в своей ВИП-ложе, возвышающейся над всем танцполом, как трон, на самых удобных кушетках, которые можно купить за кредиты, сидела Ария, держа в руке бокал с изысканным алкоголем с Тессии. Она развела руки, приветствуя гостя слабой улыбкой. Как только она кивнула, Гарка вернулся на свое обычное место за углом, откуда он не мешал разговору, но мог в любой момент расстрелять неблагодарных посетителей. Да, Ария могла и сама размазать их по стенке, но тугодумам такая демонстрация силы помогала лучше разобраться в ситуации.       — Добро пожаловать в мою скромную обитель, член «Цербера». Садись, — приказала азари тоном, не допускающим неповиновения. Ио послушалась, не став принимать участие в символическом поединке взглядов, который несколько ожидала Ария. — Надеюсь, мой товар оправдал ваши ожидания ровно на сто процентов, — скорее заявила, чем спросила матриарх.       Ее гостья поначалу замерла, словно что-то проверяя, а потом кивнула.       — Все в соответствии с оговоренными условиями. Мы удовлетворены, — бесстрастным тоном ответила агент.       — Приятно слышать. Было бы обидно проделать такой долгий и сложный путь попусту, а, человек? — к концу фразы фальшивая улыбка Арии стала полностью искренней.       Медленным и осторожным движением гостья подняла руки к капюшону и запустила механизм на шлеме, который скрывался за ним. Металлические пластины неспешно расступились, убирая красные визоры, и опустились к шее.       — Поздравляю, что вы выяснили это так скоро, — темнокожая агент «Цербера» похлопала азари. — По нашим предположениям у вас должно было уйти на это чуть-чуть больше времени.       Ария небрежно махнула свободной рукой.       — Нет ничего, что не решили бы немного исследований, пара догадок и готовность блефовать. Вы прибыли на незнакомом корабле, выискивая бойцов, причем как раз в тот момент, когда прекратились исчезновения вокруг ретранслятора 299. Вызывает подозрения, — она отпила из бокала и немного выпрямилась. — Даже не буду спрашивать, как вас не засекли на пути сюда. Но ответь, с чего новичку на галактической сцене показывать зубы приветственной делегации Совета и тут же лететь к плохим парням?       — Понятия добра и зла ужасно субъективны. Мы бы назвали вас «незаконными» парнями, — ответила Ио. — А законы, как и запутанная дипломатия с причудливыми моральными устоями, порой усложняют простую деловую сделку.       Ария расплылась в искренней улыбке.       — Похоже, мы хорошо поладим, — стоило ей хлопнуть ладонями, как официант-саларианец принес изысканную на вид бутылку алкоголя и два бокала. — За несложные, плодотворные и беззаконные отношения, — сказала Ария. Отличный алкоголь с Сур'кеша никогда еще не подводил ее в подобных ситуациях. Она найдет способ выведать немного сочной информации от этой женщины. В конце концов, знание — это сила.       Которое, к слову, очень хорошо продается.

______________________

      — А ты чего притих? Нечего сказать, Батиус? — спросила Тевос. Общение с послами человечества вывело ее из зоны спокойствия, чего уже давно не случалось. Батиус же, воздерживающийся от дискуссии и молча пьющий алкоголь, вынуждал азари общаться с одной лишь саларианкой, чья холодная логика совсем выбивала у Тевос почву из-под ног.       Турианец лишь взгляд поднял. Посмотрев на азари, он вернулся к своему напитку и начал формулировать ответ.       — А что говорить? Пока что эта новая раса — загадка. Либо они действительно были способны напасть на Кхар’шан, даже не пользуясь ретрансляторами массы, либо кибер-атаки раскрыли им все наши секреты. Так что я уверенно заявляю, что они представляют из себя какую-никакую опасность.       — Считаешь, они могут стать угрозой Совету Цитадели? — спросила Тевос, удивившись такому робкому ответу.       — Не знаю, — ответил Батиус. — И это меня беспокоит.       — Недостаток знаний с нашей стороны действительно немного тревожит. Но если они были способны совершить кибер-атаку, пока мы наблюдали за их ретранслятором, их достижения могли бы принести нам огромную пользу, — возразила Киил.       — А еще они смогли подкрасться к Кхар’шану прямо у нас под носом, — сказала Тевос. — Но я должна согласиться с Батиусом — у них пока что слишком много карт на руках. Мы почти ничего о них не знаем. Из всего их вида мы видели только двух послов. Их родной мир находится где-то за ретранслятором 299. Они дышат тем же воздухом, что и мы. Вот, собственно, и все. Эти послы, к слову, слишком спокойны и собраны. Она как будто уже знали о Цитадели и о нас. Во всех деталях. Наш противник словно видит все наши карты и не показывает, сколько их у него в руке.       — А разыгранные ими карты даже не помогают ничего о них выяснить, — добавил Батиус. — Они собирают информацию, похищая корабли, но к себе никого не пускают, закрывая ретранслятор после Первого Контакта. Сразу за этим начинает гореть Кхар’шан. А теперь они приходят и берут на себя ответственность за это, самолично очерняя себя в глазах публики. И при этом они хотят мирных отношений. Я не понимаю, чего они добиваются.       Советник саларианцев спокойно обратилась к коллегам:       — Вам обоим нужно отбросить страхи. Если предположить, что они могли и напасть на Кхар’шан, и влезть в наши информационные сети, то возникает вопрос — почему они не нанесли такие же удары сразу по нашим мирам? Значит, они либо не могут, либо не хотят. Если не могут, значит, они в чем-то ограничены. В таком случае нам нужно узнать о них как можно больше, разработать защитную стратегию и пройти через их ретранслятор. Если не хотят, то попасть к их родному миру даже важнее, чтобы мы могли пожинать плоды их интеграции в Цитадель.       — Подумать только — саларианка предлагает принять опасную новую расу в Цитадель! — саркастично заметил Батиус. — Но, думаю, я должен согласиться с тобой, Киил. Иногда лучше держать врагов поближе. По крайней мере, это лучше, чем игнорировать их и надеяться на лучшее.       — Хоть один из вас осознает, какие политические последствия это повлечет? — вмешалась Тевос. — Если они напали на Кхар’шан или просто всей расой так считают, наше нынешнее объяснение ситуации плохо повлияет на отношения с ними. Возможно, это даже заставит их развязать войну.       — Тевос, ты же сама сказала — это лишь молодая раса, испуганная нападением батарианцев, которое случилось многие десятилетия назад. Если мы так их и представим, никто не удивится их желанию взять на себя ответственность и создать себе устрашающий образ. И вряд ли кто-то поверит, что им по силам почти что за ночь незаметно подкрасться к планете и уничтожить на ней все живое, — ответила Киил. — Если мы не будем раскрывать, что сейчас творится на планете, то проблем особо и не возникнет.       — Хоть я с тобой и согласен, надеюсь, будущие поколения не обвинят нас в этом, — сказал Батиус, допив, наконец, свой алкоголь. — Ладно, давайте играть с открытыми картами, пока не вынудим их открыть свои.

______________________

      Оно не знало, где находится или почему приковано к столу. Когда-то воины синего цвета, на которых оно не должно было нападать, ворвались в его логово, избили его и связали так, что оно не могло пошевелиться. Потом оно оказалось в большой металлической комнате вместе со своими собратьями. Закованные в броню фигуры забирали их одного за другим и больше не возвращали. И теперь пришел его черед.       Но оно вернется! Оно будет драться! Но оковы не давали ему и дернуться, как бы оно не вырывалось.       С шипением распахнулась боковая дверь, и через нее вошло что-то невиданное. В зеленой одежде и белых перчатках. Со странными нитями на голове, закрытыми зеленой шляпой.       Сверху зажегся ослепительный свет, и невиданное стало издавать звуки, которые оно прежде не слышало.       — Операцией руководит ученый Линвуд Провенс. Исследуемый объект K-012, тест на восприимчивость к ментальному вторжению. Начинается тестирование.       Внезапно его голова заболела так, как никогда не болела прежде. Оно принялось с удвоенной силой вырываться из оков, но ничего не изменилось. Внезапно все поглотила тьма.

______________________

      Согласиться на предложение правительницы Омеги было лучшим решением в его жизни, думал Бубанн Берали. Успешно поднявшись в мире СМИ как независимый журналист, он на самом деле считал, что может изменить мир к лучшему своими расследованиями. Он разнюхивал такие скандалы, какие не попадались еще ни одному саларианцу, и выставлял их на всеобщее обозрение в идеально подготовленных статьях.       Каким же он был дураком. Понятно, почему больше никто не хотел касаться этих скандалов.       Его последняя и самая крупная на сегодняшний день статья обнажала коррупцию уважаемой дэлатрессы, что вызвало значительные последствия для нее и всего ее клана. Он и представить не мог, какое накликал на себя возмездие.       Когда от бомбы, заложенной в его шаттле, его спасла лишь болтливость бармена-ханара, Бубанн решил взять только самое необходимое и покинуть Монновай. Но в безопасности он себя уже не ощущал. Преследуемый оправданной паранойей и чередой горящих квартир, он улетел из цивилизованных областей космоса и стал надеяться на лучшее.       Короче говоря, системы Термина были не самым приятным местом для саларианца, не обученного драться, что-то ремонтировать или взламывать. К тому же, покушения на его жизнь не особенно уменьшились. Различать убийц и пиратов было не в его компетенции.       Поэтому предложение Арии звучало весьма приемлемо. Она обещала, что он сможет оставить прежнюю жизнь и исчезнуть — и это всего за половину его оставшихся средств. Конечно, она не могла гарантировать его безопасность, но это почему-то заставило его лишь сильнее довериться ей.       Для него было весьма иронично, что он считает известную криминальную шишку надежнее уважаемой дэлатрессы одного из основных миров Саларианского союза.       В любом случае, пока что принятое решение казалось ему весьма удачным.       С Омеги его забрали какие-то азари в броне. Несмотря на пугающую внешность, они были достаточно вежливы, показывая ему путь к удобному месту внутри корабля. Наряду с ним, на борт корабля по своей воле поднялось еще несколько пришельцев, но он также видел немало скованных или запертых в клетках фигур, из-за чего не знал, чего ожидать.       Во время полета ему дали заполнить анкету о себе. Набор обычных банальностей. Его имя, раса, возраст, род занятий, навыки и т.д. Почти что как интервью на работу, подумал он.       Бубанн Берали подумал, что подписался на миссию по основанию колонии на какой-нибудь далекой планетке, на которую у Арии или другой крупной шишки были большие виды. С теми навыками, которые он указал, он мог ожидать чего-то вроде непрерывного написания отчетов. Да, это скучно и утомительно, но такому, как он, большего желать и не стоит.       Однако после анкетирования его ждало то, что перевернуло его мир.       В их отсек зашел некто, вставший на небольшой пьедестал и заявивший, что они находятся на корабле, принадлежащем расе, называемой человечество. Многие просто тупо или же с издевкой посмотрели на азари в броне. Но потом некто снял шлем, демонстрируя розовую кожу и золотистый мех на голове. Некто действительно походил на азари, но общее впечатление создавал совсем иное.       Коротко и лаконично человек сообщил, что они летят в мир под названием Эдем, где их попросят помочь с исследованиями. Тип исследований зависел от того, что они указали в анкете. То, что их согласия никто не спрашивал, никого особенно не удивило. Все знали, что летят не на мирный круиз.       Им сообщили, что им будет позволено делать и что от них потребуется. Все сводилось к тому, что надо следовать приказам персонала «Цербера» — так называлась их организация — не выходить за границы допустимых зон и воздерживаться от агрессивного поведения. Несоблюдение любого из этих правил приведет к их переназначению вне зависимости от вида исследования, на которое их назначили. Задав вопрос о том, куда они будут переназначены, турианец в потрепанных синих доспехах получил в ответ лишь широкую улыбку.       — В глубокую анатомию.       Предполагаемая угроза не осталась без внимания. Теперь они в полную меру осознавали, что сбежать у них вряд ли получится. Если эта новая раса везет их к себе подобным, они не смогут просто улететь к системам Термина или пространству Цитадели. Они были полностью во власти своих хозяев.       Но они сами на это подписались.       И, вспоминая об этом на новом рабочем месте, расположенном на пляже под парой растений, называемых пальмами, в одном из отделений «Цербера», Бубанн решил, что мог сделать куда худший выбор. Он глотнул напитка, называемого колой, кофеин и сахар в котором в десять раз улучшали его производительность, и вернулся к обсуждению политики и культуры саларианцев с доктором Таканаши, назначенным исследователем из «Цербера».       Жизнь была хороша.

______________________

      Он не мог забыть этого. Горящее небо, демоны, вылетающие с посадочных платформ, возникший ужас, страх, с которым они медленно исчезали в темноте. Все это полыхало во всех его четырех глазах. Он знал, что они принесут разрушение. Что они уничтожат все на свете.       Но он может помочь их остановить! Он не позволит им победить!       Он сделает все, чтобы цикл продолжился.