Да здравствует король!

Вряд ли Локи когда-либо еще переживал такой душевный кошмар. В его голове только и вертелось ужасное известие, окончательно разъевшее его и так измученное сердце. Смерть человека, единственного существа, которое он смог полюбить всей душой, человека, нет, его ангела, воплощение нежности. Сердца уже не было, остался лишь прах. Королеву похоронили на следующий же день со всеми почестями. И даже пропитанные насквозь фальшью дворяне и их надменные жены не могли не выронить слезы. Нет смысла описывать всю церемонию: она отличается от современных лишь масштабом. Гораздо более интересные события последовали далее. Началось следствие по делу о двойном убийстве. Да-да, двойном, потому что Анна, как ни как, была беременна. По всему дворцу были расставленны военные с внушительными мечами наперевес, а юркие королевские шпионы рыскали тут и там, дабы только собрать важные сведения обо всем и обо всех. Каждый разговор подслушивался, каждый шкаф проверялся, каждый повар допрашивался. Но, быстро смекнув, что от поваров да кухарок толку мало, и не только потому что они были слишком простодушны, а и из-за банальности кандидатуры. Нет, за всем этим, и за смертью беременной королевы, и за гибелью лорда Вейстоуна стоял некто выше, некто неглупый, и даже можно сказать продуманый. Угроза исходила не от слуг и мелких дворян, и даже не от приближённых короля, опасность была инородной, в этом сомнений не было ни у одного обитателя замка. Тем временем, Локи никого не принимал, делая исключение лишь для следователей и шпионов, от которых, к сожалению, толку было мало. Они все кичились тем, что мол отгадали, что это отравление, но толку от этого? Одна лишь боль и ничего более. Ворота дворца были строго-настрого закрыты для выезда, а потому все, вне зависимости от обстоятельств, не имели права покидать королевскую обитель. На Асгардских же гостей внимания вообще не обращали, да и не чего было с них взять: ни подозрений не падало, ни пользы никакой от них не было. Так было до поры, до времени. До тех пор, пока в душе Локи не заныли былые раны, притупившиеся было временем, но не исцеленные. Единственное лекарство, способное было облегчить эту боль, уже навеки покинуло этот свет. "Немецких гостей заточить в башню Тристана Манчестерского, всех до единого, не разговаривать и обходиться без жестокости и высокомерия" – таков был указ Ричарда III шефу дворцовой охраны. Все было исполнего с точностью и без пристрастия, как и было повелено. Локи все эти дни только и делал, что прокручивал в своей памяти трагический сюжет своей жизни. И еще один фантом былого был ему абсолютно ни к чему. Месть. Желание, как Феникс, возродившееся из пепла, вновь заняло все его мысли. Сложно забыть все унижения, все то, что приходилось переживать и терпеть, у Локи для этого была слишком хорошая память. На этой почве, пропитанной переживаниями и руинами былых мечт, у короля в голове родилась идея, способная перевёрнуты все с ног до головы. Это будет победа, и он не проронит ни единой слезы, когда все зайдет слишком далеко. Локи тут же отдал приказ слуге позвать шефа королевской охраны в свои покои. Когда запыхавшийся мужчина, низкого роста и, видимо, очень большого мнения о себе появился в дверях, без всяческих приветствий и церемоний Локи начал свою судьбоносную речь, полную хитрости и таланта психолога чуть ли не Фрейдовских высот. Он знал как стоит начинать беседы такого рода, чтобы эффект оказался разрушительным. – Вы, стало быть, догадываетесь в связи с чем я вызвал вас? - ледяным тоном повелителя начал он. – Так точно, Ваша Светлость, - дрожащим тоном ответил лорд Трэверс. Он уже представил во всех красках каков будет масштаб королевского гнева за безрезультатность его работы. – Ваши догадки неверны, в таком случае. Я сам уже, с помощью Господней, начинаю кое-что понимать, – выдержала небольшую паузу, Локи взглянул на лицо собеседника, на котором читался страх, смешанный с любопытством, – Так вот, вы, конечно же, знаете, чего стоит ожидать от черноволосых и темноглазых женщин? – Ничего хорошего, Ваше Величество. – В мою израненную горем душу закрадываются сомнения… Нет ли в нашем дворце дам, подходящих под такое описание? – продолжал свою блистательную игру Локи – Мне кажется, я припоминаю. Да, да, точно! Та неизвестная, что проводила много времени с королевой, царство ей небесное, в саду, она, кажется была именно такова. Но только… – У вас есть еще какие-то "только"? – бросил на шефа охраны испепелявший взгляд король. – Прошу прощения, - опустил голову лорд. – Скажите мне, лорд Треверс, истинна ли ваша любовь к католической вере? – величественно вопросил Локи, начав самую главную часть своего представления. – Te Deum laudamus, te Dominum confitemur. Te aeternum…* – упал на колени шеф охраны, но был прерван резким жестом короля. – Так слушай меня, бравый лорд Треверс, во имя величия Англии и священного престола Римского, арестуй ведьму! – Во имя короля и всей славной династии Английской, смерть ведьме и черному колдовству ее! – подхватил лорд, раскланявшись на ходу и выбежав из зала. "Теперь настало время моего суда", – холодно проговорил Локи, подойдя к окну. Скоро, не долго осталось до того момента, когда перед этим же самым окном, взовьется смертоносное пламя костра инквизиции. * (лат.) Первые строки главной католической молитвы Te Deum. Возможно, эта глав не блещет размером и эмоциями, но я сейчас не в России, и поэтому, скорость выхода главы полностью зависит от Wi-Fi. И да, я тут имя поменяла (ну вот везет мне на пассии) , так что не пугайтесь. Всем хороших каникул!