3.
25 апреля 2017 г., 20:18
Когда я проснулся, свет был уже выключен, и утро уже наступило. Девушка спала, а её рука так и осталась книга. Тарелка на подносе была пуста, и не трудно было догадаться, что съела всё она. Но я не был против. Я не чувствовал ни голода, ни жажды, ни аппетита. Стены высосали всё, что было у меня. Всё, чем я увлекался, всё, о чём я мечтал. О жизни в том, другом мире, где всегда ночь лишь в одной комнате, мысли не боятся бегать по потолку и по стенам, можно быть самим собой и не стыдиться разговаривать вслух. Где не разбираешь дней — да это и не надо! Ведь жизнь и без дней полна красок. Мой взгляд снова упал на книгу в руке у девушки. У меня внутри всё сжалось. Я вспомнил, как я обошёлся с Ренно. И что я никогда больше не смогу вновь тронуть хрустящие кончики книги, погрузиться в её мир, её реальность, прожить хоть несчастливую, но хоть какую жизнь вместе с Коуни. Больше этого не будет.
Я ощутил, что завидую девушке, у которой есть книга. Которая может окунуться в другую реальность, забыться от этой нагнетающей окружающей атмосферы, уйти в себя — в самые дальние корешки своего сознания….
Я почувствовал чей-то взгляд и обернулся. Проснувшаяся девушка смотрела на меня. Я снова попытался с ней заговорить, но она быстро отвернулась и стала смотреть куда-то вдаль. И так минут десять.
В конце концов мне это надоело, я вытащил из заранее принесённого вчера в эту палату моего портфеля дневник и ещё некоторое время строчил туда. Затем принесли завтрак, и я снова удивился тому, что он только на одного.
Еда показалась мне странной и противной, а чай был мутным и очень горьким. Не подмешали ли мне мой же цианистый калий?
Если бы я только мог перелезть через эти железные прутья, что на окне! Они не только закрывают меня от всего этого мира, они не дают мне дышать, зажимают и не дают свободы.
Иногда я вижу светлое лицо Виолетты. Она появляется ниоткуда и идёт мне навстречу, а потом теряется где-то среди белых стен и удушливого запаха сумасшествия. Да и ей здесь не место. Она, такая ясная и чувственная, здесь совсем не была кстати. Я счастлив, что я здесь и что её здесь нет. Что она не видит меня сейчас, не чувствует то, что я чувствую и ощущаю.
Здесь нельзя курить. Здесь нельзя умереть, потому что все средства для этого заранее убираются. Даже подушки здесь прикованы к кровати. Чтобы никого нельзя было задушить.
