Акацуки: Свежая Кровь

Он стоял у зеркала и смотрел на свое отражение. Хрупкое детское тело слабо поблескивало на утреннем солнце, что наполняло светом маленькую, но столь родную и уютную комнатку. За прошедшую неделю практически ничего не изменилось, кроме того, что вот уже некоторое время теперь на белоснежной груди в районе сердца красовалась черная метка в виде трехконечной звезды с точкой в центре. Мальчик мягко прикоснулся к печати и слегка поводил по ней пальцем, тем самым смахнув пару капель воды, что еще не успели высохнуть после душа. Затем потер чуть сильнее, словно пытаясь стереть это черное пятно как грязь. И тем не менее печать никуда не собиралась исчезать. Наоборот, как тату, которое болезненно набили на кожу, она теперь стала частью него. Смахнув оставшиеся капли воды, мальчик оделся и вышел из комнаты. Он весело сбежал вниз по лестнице и забежал на кухню, где открыл холодильник и начал разглядывать чего бы вкусненького поесть. В итоге он достал молоко, которое сразу же поднес к губам и сделал несколько глотков. – Йосе, налей в кружку и выпей нормально, – вдруг послышался мужской голос за спиной. Мальчик вздрогнул от неожиданности и чуть не подавился. – Но ведь там было всего ничего, – невинно произнес ребенок. – Я просто хотел допить. – Ты не понял, что я сказал? Не важно, мало там осталось или много. Надо налить в кружку и выпить нормально, как делают это все приличные люди. – Простите, отец, – поджал губы Йосемите и обнял картонную коробку с-под молока. – Больше такого не повторится. Ничего не ответив, мужчина положил руку мальчику на голову, но только на мгновение, после чего быстро убрал ее. – Позавтракай и собирайся в школу. На обратном пути зайди в магазин. Вот список. – Хорошо, будет сделано! – весело ответил Йосемите и улыбнулся во все зубы, однако перед ним уже была спина. От этого его сердце слегка защемило и мальчишка непроизвольно вздохнул, понимая, что на него все еще сердятся. Ведь именно поэтому теперь у него на груди и красовалась та метка. После инциндента, когда Хидан впервые неожиданно потерял сознание, мальчику было велено следить за своими действиями и не распускать руки. Он не понимал к чему все это, ведь никто толком ничего так и не обьяснил, посему позднее инциндент повторился, причем при еще более скудных обстоятельствах, включающих себя свидетелей, и на этот раз ему это просто так с рук не сошло. Отец был в ярости и без серьезной беседы не обошлось, которая продлилась до тех пор, пока не пришел один высокий седовласый господин с длинной бородой и в белоснежных одеждах. После того, как те перекинулись парой слов, мужчина в белом взял Йосемите за руку и куда-то повел, сохраняя молчание на протяжении всего пути. Лишь только когда они вошли в старый дом, мужчина наконец завел разговор с мальчиком. – Ты понимаешь, что происходит? – спросил он. – Я сделал очень плохо, – с опущенной головой ответил Йосемите, смотря на свои руки. – Но я не хотел этого, честно! – вдруг вскочил он с места и посмотрел на старшего мужчину большими и невинными голубыми глазами. – Твой брат тебе очень дорог, не так ли. – Да, очень. Я сильно его люблю. Но теперь я боюсь... – Не стоит бояться. Есть способ тебе помочь. – Правда? – глаза мальчика вдруг загорелись и он возбужденно сжал руки в кулаки. – Какой? – Не совсем безопасный. Но этого желает твой отец. – Небезопасный... – повторил Йосемите, задумавшись. – Брат просил меня не делать ничего важного, не обсудив этого с ним. Так что я... – Это замечательно, что между вами такие отношения, – ласково улыбнулся мужчина перебив мальца, однако почти сразу же его лицо резко приняло серьезный вид. – Только в данном случае выбора тебе не дано. И после этого наступила темнота. Темнота и неистовая боль вплоть до каждой клеточке тела, которая постепенно сжималась к центру корпуса, становясь все более интенсивной. Очнулся Йосемите уже дома на своей кровати, с громким выкриком, как после кошмарного сна. – Йосе! Все в порядке? – почти сразу же распахнулась дверь и в комнату влетел Хидан. – Где болит? Его глаза были распахнуты безумно широко, выражая великое беспокойство на лице. – Н-ничего не болит, все хорошо, нии-сан, – поспешил заверить брата Йосемите, улыбнувшись, и на удивление спокойно поднялся с кровати. Единственное, что его беспокоило на данный момент, это был странный зуд на груди, и он не сопротивляясь почесался. – Фьюх, напугал ведь. Хорошо! А то меня отец к тебе все никак не пускал. Сказал, что ты заболел и тебе нужен покой. Точно все в порядке? – Я бы тебе сказал, если б не было! С этими словами мальчик кинулся с объятиями к своему старшему брату и они оба повалились на пол весело хохоча. Дальше их день шел как обычно, полон веселья и забав. Однако на протяжении всего дня Йосемите все никак не покидал странный зуд на груди, который он начал почесывать все чаще, пока Хидан наконец не схватил его за руку, когда тот собирался почесаться в очередной раз. – Хватит. В чем дело? – Да ничего. Просто чешется, – пожал плечами голубоглазый мальчик. – Снимай футболку, – приказал Хидан и задрал футболку брата вверх, закрыв лицо того и оголив светлый корпус, посреди которого в районе сердца красовалась черная метка с воспаленной кожей от расчесов покругу. – Что это такое? – пораженно спросил альбинос, не в силах оторвать взгляда. – Что? Что ты увидел? Снова прикалываешься? – непонимающе поинтересовался Йосемите и опустил майку пониже, открыв обзор на свою грудь. Увидев незнакомую черную метку теперь и у него округлились глаза от удивления. – Ты когда набил тату? И мне не сказал! – заорал Хидан и схватив брата за плечи начал его трясти как грушу. – Как ты до этого додумался? Кто вообще согласился? Не, ну выглядит круто, че, ха-ха. Реакция Хидана всегда заставляла Йосемите смеяться от души, однако не в этот раз. Ведь он вовсе не набивал никакого тату на себя и вообще не понимал откуда у него эта штука. Тем не менее, он решил посмеяться, дабы не беспокоить брата. А затем сменил тему и странная нотка забылась. С тех пор прошла неделя. Метка уже не зудела так сильно, однако недавно Йосемите периодически начал ощущать резкие пульсации внутри своего тела. Как и сейчас. Толчок оказался слегка сильнее чем предыдущие, поэтому он поспешил упереться рукой обо что-то, чтобы сохранить баланс. Только вот вместо ожидаемой крепкой опоры, рука уперлась на продукты прилавка, заставив их рассыпаться прямо на мальчика. – Ты смотри, что творит, бесстыдник! – тут же отругала его торговка, заставив паренька залиться насыщенной красной краской. Позади послышался смех. – Снова этот странный овощ, – выкрикнул мальчуганский голос, как оказалось принадлежавший одному из одноклассников. Рядом с ним были еще трое и все они залились смехом, вогнав Йосемите в еще большую краску от стыда. – Простите, – поспешно извинился мальчик перед торговкой, сложил все выпавшие продукты обратно на место и убежал, скрывшись за поворотом. И все бы ничего, да вот только после того случая, те самые одноклассники начали его подкалывать все чаще вплоть до каждой встрече. Йосемите пытался их игнорировать с надеждой, что им это надоест, однако те продолжали до него докапываться, с каждый разом пытаясь задеть все сильнее. – Да просто отдубась их и все, – пожал плечами Хидан за ужином и сунул очередную ложку пюре в рот. – Хидан, – возмутился отец, что было заметно лишь на его лице. Голос же оставался спокойным. – Не стоит тебе вообще с ними связываться, Йосемите. Просто продолжай игнорировать. Скоро должны перестать. – Угу, – лишь ответил тот, ковыряясь в своей тарелке ложкой. – Ешь быстрее. Ты не должен опаздывать на занятия. – Угу. – Такой занято-о-ой, – протянул Хидан с набитым ртом. – Даже вечером занятия, жесть. – Прожуй сначала, а потом говори, – сделал замечание отец мальчиков альбиносу. – Иначе и тебе такие же устрою. – Да пожалуйста, – посмеялся Хидан, тем самым расплевав остатки еды, что еще были у него во рту. И все же в итоге его вечера остались свободными на другие шалости. В отличие от Йосемите. Вечерние занятия с новым сенсеем стали такой же частью его повседневной жизни как почистить зубы. В основном эти визиты заключались в продолжительных медитациях и изучении различных лечебных техник. Изначально Йосемите не понимал, почему ему нужно изучать именно лечебное дело, ведь в его школе этим в основном всегда занимались девочки, однако со временем он настолько пристрастился к этой части занятий, что позже начал просить сенсея научить его большему. В итоге он подал еще одну причину для издевок сверстникам благодаря своим продвинутым умениям в области лечения. – Ха, смотрите, наша красавица явилась, – пропел блондин, как только Йосемите зашел в класс. – Медсестричка, полечи у меня вот сдеся, а то очень бо-бо, – продолжал дразниться парниша, показав на свой зад. И секунды не прошло как весь класс разразился смехом, в очередной раз заставив лицо Йосемите залиться краской. Каждый раз, когда он думал, что уже привык к ихним шуточкам и сможет сохранить спокойное лицо, они продолжали неприятно удивлять его. – Они снова тебя достают? – придвинувшись ближе к своему брату ненавязчиво спросил Хидан тем же вечером, когда они играли в новую игру лежа на полу. – Давай я их поколочу? – Не надо, нии-сан. Нито мне потом всех придется лечить, – слегка улыбнулся тот и пихнул брата плечом. – На то ведь и учишься, ха-ха. И все же, – вдруг лицо альбиноса стало серьезным. – Вот уже второй год ты ходишь на эти занятия каждый вечер. Неужели кроме медицинского дела тот чудак тебя ничему не учит? Ну там каким-то атакующим техникам или что-то в этом роде. Тебе ведь нужно научиться постоять за себя. А то я же не всегда рядом, чтобы их заткнуть. – Я спрашивал у него...Но он сказал, что это лишь навредит. Я должен полностью сосредоточиться на успокоении своей души и разума, чтобы в совершенстве научиться контролировать потоки чакры. – Ну и бред, – рассмеялся Хидан и вдруг поднялся на ноги. – Давай порепетируем. А ну иди сюда, медсестричка. – Что, прости? – ошарашено спросил Йосемите, выпучив на брата глаза. – Это я пытаюсь тебя разозлить. А ты должен меня атаковать. – Но я не умею и не хочу. Это ведь ты, – воспротивился младший. – Поэтому я и хочу, чтобы ты потренировался на мне, чтобы я смог тебе подсказать, как лучше поступить в той или иной ситуации. Давай, не дрейфь. Поднимайся, нюня. – Отцу это не понравится, если он вдруг зайдет. Альбинос хмыкнул. Затем подошел к двери и закрыл ее на защелку. – Так лучше? Теперь начинай. На следующий день, когда одноклассники снова начали подкалывать Йосемите в классе, тот уже не стал стоять в стороне. – Достали! – вдруг неожиданно для всех со всей силы выкрикнул он. – Сколько можно? Хватит уже! – Вы только посмотрите, кто подал голос, – рассмеялся брюнет, чьи волосы были уложены колючками. – У кого-то яйца появились, – состроив морду полную уважения, покачал головой блондин. На заднем фоне послышалось “ко-ко-ко” и прочее кудахтанье. – Это из-за того, что я младше вас всех на пару лет? – сжав руки в кулаки сердито спросил Йосемите. – Нет, что ты, – ответил тот же блондин. – Просто из-за того, что ты уж слишком смахиваешь на девчонку. Вон даже длина волос это доказывает. Да и личико у тебя уж слишком смазливое. – Хочешь, мы его тебе подправим? Сразу на пацана станешь похож, – добавил рыжий, у которого по всему лицу были веснушки, а нос картошкой, и потянул к нему свои руки. В ответ же Йосемите лишь закричал что есть силы и толкнул стол перед собой, который попал как раз тому рыжему прямо в пах. Парень взвыл от боли и другие сразу же кинулись за него заступиться. Увидев, что на него несутся двое, Йосемите схватил учительскую палку и зарядил ей как только они к нему приблизились. Один получил в ухо и потерял равновесие, а второй вовремя успел увернуться и ударил мальчика в грудь, от чего голубые глаза того резко расширились, а сам он замер, глядя куда-то перед собой. Затем Йосемите наконец перевел глаза на парня, что только что нанес удар. Его странный взгляд вдруг внушил страх блондину, однако тот решил не подавать виду и остался на месте, готовый к атаке. Резким движением руки Йосемите сложил два пальца вместе и ударил парня перед собой в одну из акупунктурных точек, которую накануне ему показал брат. Не ожидав подобного, блондин не сумел отразить удар и у него сразу же перехватило дыхание. Парень упал на колени, что есть сил пытаясь сделать вдох, однако все было безуспешно.Уже через пару секунд его лицо начало менять свой цвет. Девчонки в классе визжали что есть мочи. На этот визг спустя пару минут заявился учитель и получил шок от увиденного. Не теряя времени, он оказал первую помощь пострадавшим. А затем занялся голубоглазым мальчиком, который трясущимися руками состригал свои отросшие уже до пояса красные волосы. После этого Йосемите больше в местной школе не появлялся и его обучением всерьез занялся один единственный человек, который до этого лишь учил мальчика по вечерам. – Я все же не понимаю, почему это произошло? – нервно допытывал седовласого сенсея отец мальчиков, когда тот в очередной раз пришел забрать Йосемите на занятия, но заявился как раз именно тогда, когда тот принимал душ, и был вынужден подождать. – Вы же говорили, что все шло хорошо, его поток чакры был нормализирован и под контролем. – Так и было, – спокойно ответил старший мужчина. – Однако, как я Вам уже говорил ранее, когда я обследовал его после инцидента, душевное равновесие мальчика было нарушено. Причина может быть любой. Поэтому остается лишь усилить контроль, дабы исключить всевозможные негативно влияющие факторы. – По правде говоря, мне это очень не нравится, ведь мы практически садим его в клетку. Не это я обещал ей. – Но Вы ведь хотите защитить своего сына? – спросил седовласый и не дожидаясь ответа продолжил: – А о мальчике позвольте позаботиться мне. Йосемите прикусил руку, чтобы не издать звука. Его глаза вдруг защипало и он крепко зажмурился сильнее вжавшись в стену, возле которой он присел несколько минут назад не желая прерывать разговор мужчин, но и не сумев уйти, услышав, что разговор идет о нем. И все же лучше бы он этого не слышал. С тех пор Йосемите решил, что больше не будет втягивать Хидана в проблемы, иначе гнев отца падет и на него. Однако не все оказалось так просто, ведь за те несколько лет, что они уже знакомы, братья стали словно не разлей вода и делились между собой всем, хорошим и плохим. Было даже сложно представить реакцию альбиноса, если вдруг что-то в их отношениях изменится. Но тут даже и представлять не пришлось. – Йосе, нам нужно поговорить, – серьезно произнес Хидан, словив своего брата, в спешке выходящего из своей комнаты. – Меня беспокоит то, как ты себя ведешь в последнее время. – А как я себя веду? – как ни в чем не бывало улыбнулся голубоглазый мальчик поправляя сумку на плече. – Все в порядке. Мне пора. – Стой, – рассердился альбинос и резко схватил за руку брата. – Ты не уйдешь, пока не объяснишь мне, что происходит. В последнее время ты ужасно отдалился от меня и мы видимся все реже и реже. А если и видимся, то ты вечно куда-то бежишь, чем-то занят. Почему ты меня избегаешь? – Ничего подобного, – вывернувшись из хватки брата мило проговорил мальчик. – Просто мы стали старше и появилось больше дел. А теперь мне действительно пора, нито придется снова делать триста отжиманий за опоздание. Мне одного раза, знаешь ли, хватило. – Йосемите! – больше не в силах сдерживать свою злость выкрикнул Хидан. Когда он называл того полным именем, это означало, что альбинос был действительно зол. – Единственный, у кого стало больше дел, это ты! Ты даже поговорить со мной толком не хочешь. Я уже и забыл, когда мы в последний раз с тобой нормально общались. – А все потому, что кто-то целыми днями дурью мается. Лучше бы сосредоточился на своих занятиях в академии, а не баклуши бил, – холодным тоном произнес Йосемите, глядя брату прямо в глаза ни разу даже не моргнув. Затем он развернулся и наконец ушел, оставив ошарашенного альбиноса одного. Когда Йосемите вышел из дома и прошел вперед несколько метров, после чего свернул за угол, он наконец позволил себе выпустить эмоции, и из глаз потекли ручьи слез. Чтобы никто этого не заметил, он шустро завернул в один из переулков и спрятался за мусорным контейнером, где и просидел какое-то время хныча в колени и карая себя за то, как ужасно поступил со своим братом, единственным человеком, кто был на его стороне с тех пор, как он вошел в эту семью. Ведь на самом деле сегодня никаких занятий, причем столь поздно, и не должно было быть так как его сенсей уехал на несколько дней по делам. Мальчику просто надо было найти правдоподобный предлог, чтобы смыться из дома безо всяких подозрений. Только он собрался подняться с места, как сзади раздался звук раскрывшейся железной двери, а следом и пьяные голоса людей. Йосемите сразу же сел обратно на место с полуприседа и незаметно выглянул из-за мусорного контейнера. Было довольно малоосвещенно в этом переулке, но даже так можно было различить четыре человеческие мужские фигуры, одна из которых была практически на четвереньках. Трое других тянули его вперед, а затем кинули к стене. – Зря ты, однако, раззинул роток на мою бабу, слизняк, – раздался голос молодого парня. Затем он пнул уже и без того на вид полудохлую фигуру на земле. После этого двое других тоже присоединились и все они начали избивать несопротивляющегося человека. – О, я кое-что придумал, – вдруг заявил один из ребят и за шиворот поднял избитого парня на ноги, а затем развернул его и прижал лицом к стене, завернув одну руку за спину практически до хруста. – Давайте-ка дадим ему то, чего он так рьяно добивался от твоей телки. – Чур я первый, – послышался голос третьего. Было ужасно плохо видно, что именно те задумали сотворить со своей жертвой, ведь они все столпились вокруг него вплотную. Однако затем до ушей Йосемите начали доноситься странные стоны. Будучи еще совсем юным, мальчик все никак не мог понять, что там происходит, пока не раздался сердитый выкрик. – Вот же зараза, укусил меня прямо за...Да заткнись ты уже ржать, тварь! – раскричался один из парней и ударил беднягу, пригвоздив того к земле. Больше он не встал. – Ну ты даешь. Взял и вырубил не дав закончить. Баран, – возмутился другой. – Ладно. Хватит с него. Пошли. Лишь только когда взрослые парни ушли обратно через дверь, что вышли, и долгое время не появлялись, Йосемите смог выйти из своего укрытия. Быстро осмотревшись по сторонам, мальчик шустро подбежал к неподвижному телу, а затем осмотрел сцену происшествия. Одежда бедняги была разорвана во многих местах, тело усыпано различными кровоподтеками и ранами, а из носа и рта все еще вытекала кровь. Молодой парень лет двадцати до сих пор находился без сознания, что делало его тело больше похожим на изуродованный труп, нежели на тело живого человека. И все же это не напугало мальчика. Без капли страха Йосемите присел рядом, поправил одежду на теле, и приступил к лечению пострадавшего пока никто его не засек. Спустя какое-то время парень очнулся и медленно разлепил глаза, а когда увидел рядом с собой юного мальчика чуть ли не школьного возраста, медленно расплылся в улыбке и схватил того рукой за щеки, тем самым прервав от дела. – Лучше бы ты не подходил, малец, – прохрипел парень и через силу посмеялся, от чего затем скорчился от пронзившей его боли. – Ты слишком добрый. – Но ведь Вам нужна была помощь, иначе бы... – Сколько тебе, шесть? Если сейчас же не уйдешь, то помощь понадобиться не кому иному как тебе. Я предупредил, красавчик. Если что, пеняй на себя. С этими словами парень оттолкнул от себя мальчика и попытался подняться. Когда ему наконец удалось, он обернулся и снова глянул на ребенка. – Все еще тут? Неужто жизнь не дорога? Если тебя тут увидят, то просто так такого смазливого милашку не отпустят. Видел, что сделали со мной? А я ведь не столь то красив на лицо. – Просто хотел убедиться, что Вы сможете встать. И что, мне теперь из-за моей смазливости по улицам не гулять? – нахмурился Йосемите. – Ну почему же, гуляй. Но только если сможешь за себя постоять. А если б ты это мог, то не прятался бы все это время за контейнером. Я не прав? Хах...Что, думал никто не заметит? Они-то может и не увидели, эти падали, а вот у кого чакра более развита, знает, что находится вокруг него. Еще один твой урок на сегодня. А теперь, пошел прочь! – Какой смысл тогда иметь развитую чакру, если не использовать ее себе в пользу, – ответил мальчик и только после этого развернулся уходить. – Уж как ее использовать, каждый решает для себя. Ну а что до меня, я использую ее в свое удовольствие, – кинул парень ему вслед и рассмеялся. – Эт, все же спасибо, малой, – напоследок добавил он и тоже куда-то поплелся прихрамывая. После этого случая, Йосемите, тщательно поразмыслив, стал еще более усердно заниматься, полностью оградившись от окружающего мира, и развлекая сам себя различными занятиями, которые в основном были связаны с обучением и самосовершенствованием. Хидан еще какое-то время периодически пытался снова сблизиться с братом, однако затем оставил эти тщетные попытки. Теперь при каждой ихней встрече они лишь обменивались парой фраз, которые позже и вовсе переросли в колкости. “Ну вот, я добился своего,” подумал про себя Йосемите, выходя из комнаты с сумкой. Он глянул на комнату брата и после раздумий все же решил подойти и постучать в дверь. Ответа так и не последовало, но он бесспорно находился там. – Нии-сан, я уезжаю в Коноху. Просто хотел попрощаться. Я...буду скучать. Только он собрался уходить, как дверь открылась и на пороге появилась фигура альбиноса. – А вот я не буду. – Тогда мог бы и не выходить. Было бы намного приятнее. Через пару минут непрерывного сверления друг друга взглядом мальчики все же не сдержались и кинулись друг к другу в обьятия. Йосемите уткнулся носом в шею своему брату и вдохнул его аромат напоследок, в то время как тот крепко сжал уже отросшие красные волосы в руке, не желая отпускать. – Не сердись на меня, – тихо прошептал младший. – Ни за что, – ответил альбинос и отпустил брата с толчком, как раз за пару секунд до того, как на горизонте появился их отец. – Пора. Сенсей тебя ждет, – спокойно проговорил мужчина и положил руку на голову мальчику, когда тот подошел к нему. – Я рад, что ты выбрал пойти именно туда. – Знаю, – лишь ответил Йосемите и кинул последний взгляд на своего брата. И тут ему в голову закралась мысль. А что, если все это время Хидан все прекрасно знал? Не с самого начала, но где-то по пути, узнал и подыгрывал, дома и на людях. И тут у него в сердце вдруг больно кольнуло, а на глазах навернулись слезы.