Акацуки: Свежая Кровь

Они сидели за столом и праздно ужинали, один без умолку что-то рассказывая с набитым ртом, а другой слушая с улыбкой на лице. – Па, а что с Йосе? – вдруг поменял тему Хидан, после того как он закончил свое повествование приключений за день. – С чего это ты вдруг спросил? – разрезая кусок мяса на своей тарелке повседневным тоном спросил мужчина. – Ну, просто ведет он себя странно с тех пор как вернулся. – И ты это только сейчас заметил? – приподнял бровь тот, поднеся вилку с мясом ко рту. – Он всегда был таким. – А вот и нет, – возразил Хидан. – Поначалу я думал, что это просто из-за смены обстановки. Но ведь уже почти полгода прошло с тех пор. – Тебе просто кажется. – Да нет же! – ударив вилкой по столу возразил парень, тем самым заставив мужчину посмотреть на себя. Затем оглянулся и склонившись ближе к отцу продолжил в полтона: – Скажи мне, что с ним происходит. Я знаю, что ты в курсе. Думаешь, я не вижу? Вы с его сенсеем постоянно о чем-то шушукаетесь когда пересекаетесь. – Просто мальчик хочет полностью посвятить себя учебе. В отличие от разгильдяев, как некоторые. – Ха-ха, это ты сейчас на меня намекаешь? – рассмеялся паренек и провел пальцем вдоль глаза, словно вытирая слезинку. – Какого плохого, оказывается, ты обо мне мнения. Но вообще-то все не настолько ужасно. Я ведь хорош, признай это. – А разве я с этим спорил? – ласково улыбнулся мужчина. – Ты – самое дорогое, что у меня есть, сынок. Конечно же ты всегда будешь хорош в моих глазах. – А что насчет Йосе? От этого вопроса выражение лица мужчины резко изменилось на более серьезное и лишь после небольшой паузы он наконец ответил: – Он тоже. – Что-то не очень убедительно прозвучало. Да и относишься ты к нему по-другому. Не так, ммм...заботливо, чтоли. Слишком строго. – И хорошо. Иначе вырос бы такой же шалопут, как ты, – тихо посмеялся мужчина. – Все, иди помой свою тарелку и займись делом. Ты уже давно доел. – Ну па-а-а, ты так и не ответил на мой вопрос, – с ноткой расстроенности протянул Хидан. – Пошел марш, нито сейчас найду тебе занятие, да потяжелее. – Ну нет уж! – сразу же выпалил парниша, спрыгнул со стула помыть посуду за собой, и удрал наверх подальше. Проходя мимо комнаты брата, он вдруг остановился и посмотрел на дверь. Грусть охватила его сердце от всех внезапно нахлынувших мыслей и он решил постучать. С тех пор, как тот вернулся, им так и не выдалось нормально поговорить. И судя по всему нарочно. Поначалу Хидан стучался в его дверь по три раза в день, когда замечал, что его брат наконец у себя, а то и чаще. Затем это сократилось до одного раза. А после, спустя какое-то время молчания, альбинос вообще в ярости стукнул ногой и начал неистово тарабанить, в надежде, что ему наконец откроют. Только этого так и не случилось, потому что как раз в тот момент никого внутри и не оказалось, что он выяснил после того, как взобрался к открытому окну снаружи и заглянул внутрь. И все же их пути периодически пересекались. Но когда это происходило, младший всегда куда-то убегал в спешке с извинениями, слишком очевидно избегая своего брата, причем настолько шустро, что было не поймать и не догнать. Со временем это стало немного раздражать, однако альбинос решил не сдаваться, потому что он все еще хотел кое-что обсудить, что продолжало не давать ему покоя. Простояв у двери уже довольно долго, Хидан собрался было уходить, мысленно кидая маты, как вдруг белая дверь перед ним приоткрылась и голубой глаз выглянул через щель. Воспользовавшись моментом, прежде чем дверь бы снова закрылась, альбинос со всей силой толкнул преграду и наконец оказался внутри. – Нии-сан, – шокированно и одновременно испуганно произнес Йосемите, глядя на злое лицо брата. – Тихо, – прошипел тот и закрыл за собой дверь на все защелки, которых оказалось намного больше, чем он ожидал. Затем парень подошел к окну и выглянул из него краем глаза. Убедившись, что отец ушел после ужина на свою обычную вечернюю прогулку, альбинос наконец развернулся к брату, который все еще сидел на полу от толчка, не осмеливаясь подняться. – Ну теперь-то ты не уйдешь. – Вообще-то мне... – Закройся! – резко прервал его Хидан и схватил мальчишку за шиворот. – Ты уже достал. Как долго это еще будет продолжаться? Что вообще происходит? – Я просто был занят, – тихо произнес Йосемите практически себе под нос, пытаясь убрать руки брата от себя, однако те были сжаты уж слишком крепко. – Врешь! Ты даже не пытался со мной заговорить с тех пор как вернулся, кроме того единственного раза. – Но ведь ты был так зол тогда... – Да не был я зол, не был! Ну, может немного, конечно, но в действительности я просто хотел, чтобы ты снова прилип ко мне как раньше, несмотря ни на что, потому что ты мой младший брат. И тогда бы я сдался и мы бы снова веселились вместе. Но нет же, ты просто взял и удрал в лес, где в итоге подрался с какой-то шпаной. Услышав это, душа Йосемите ушла в пятки, что сразу же отобразилось на его лице. – Ты...видел? – пораженно спросил мальчик глядя на брата большими глазами. – Не все. Я нашел тебя лишь под конец благодаря крикам того мудака. Но не успел я отойти от шока, как ты снова удрал. И только я думал, что наконец нагнал тебя и мы сможем поговорить, ты взял и дал деру как ошпаренный только я тебя позвал! Что то вообще было? – Хидан, я... – Вот только не надо сейчас выдумывать всякую ересь, – в который раз перебил его альбинос. – Каждый раз, когда ты произносишь мое имя, это означает, что ты обдумываешь, что бы соврать. Из тебя ужасный лжец, знаешь ли. Так что просто скажи, как есть, я все приму. – Тоесть то, что ты тогда видел, это по-твоему нормально просто взять и принять? – Ну, если они этого заслужили, то кто ж им виноват. – Насилие это не нормально! – вдруг выкрикнул Йосемите и наконец оттолкнул Хидана, заставив того отпустить хватку на своей футболке. Вдруг у него откуда-то появилось столько силы, что каждая клеточка тела возликовала от столь приятного ощущения, и зародилось сильное желание выпустить все это наружу. – Я не хотел этого, но сделал, и до сих пор жалею об этом. Но знаешь, что меня больше всего тогда напугало? Мне это понравилось. Я хотел завершить начатое и добить третьего. И если бы я вовремя не опомнился, то так бы и сделал, – с появившейся отдышкой закончил мальчик глядя куда-то в пол. Затем он перевел глаза на брата, один из которых уже был черным. – Я не желаю, чтобы ты пострадал, поэтому прошу, оставь меня, пока еще не поздно. Потому что ты вызываешь во мне самые бурные чувства, с которыми я не могу совладать, когда нахожусь рядом. Хидану еще никогда не доводилось видеть своего брата таким эмоциональным, поэтому на долю секунды он потерял дар речи, особенно из-за резкой смены цвета одного из его глаз. Однако затем он улыбнулся своей обычной улыбкой и довольно сложил руки на груди. – Если ты так пытаешься меня напугать, то у тебя это плохо получается. Знаешь, это называется переходный возраст. Ведь ты, все-таки, уже больше не ребенок, а подросток. Но я такой же, поэтому тебе не стоит от меня прятаться. Давай решим это вместе, как раньше. – Ты, видимо, меня не совсем понял. Братец, – на выдохе произнес Йосемите и прикрыл глаза, чтобы перевести дыхание. – Я...Ты мне...Ты мне нравишься, – наконец выдавил из себя он и посмотрел на брата в ожидании его реакции. – Ты мне тоже! Иначе бы я с тобой не водился, – весело воскликнул Хидан и вскинул руки в стороны. В этот же момент, не в силах больше сдерживаться, Йосемите резко сдвинулся с места и в два быстрых шага оказался возле брата. Хидан решил, что тот кинулся к нему в объятия, однако когда он осознал, что на самом деле произошло, его охватил ступор. Губы Йосемите нежно коснулись алых губ альбиноса. Так как мальчишки были теперь практически одного роста, дотянуться вовсе не составило труда, поэтому младший с легкостью достал до цели лишь слегка привстав на носочки. Его руки вцепились в футболку брата чтобы сохранить баланс, но почувствовав тепло того сквозь тонкую материю, Йосемите прислонился полностью к телу, крепко обняв альбиноса за пояс. Одновременно с этим, не почувствовав никакого сопротивления, он слегка углубил поцелуй, проникнув язычком через податливый барьер. Хидан же был в полном замешательстве от происходящего. Только что его брат кричал, как ненавидит насилие, а затем неожиданно признался ему? Но ведь они же оба парни, причем братья. И это никак не укладывалось в голове у альбиноса. Наконец придя в себя, Хидан оттолкнул Йосемите и окинул того взглядом, что выражал его полное потрясение. – Что ты, козел, творишь? – кое-как вытянул из себя альбинос впервые выругнувшись на брата, все еще чувствуя послевкусие своего первого поцелуя на губах. Он был без сомнения приятным, настолько же, как и не правильным. – А ты как думаешь? Показываю причину, по которой я тебя избегал все это время. – С каких...пор? – С тех самых, как я тебя увидел впервые после разлуки, – спокойно ответил Йосемите. – Я думал, что мне показалось и это всего лишь была секундная слабость после долгой дороги. Но после драки с теми парнями я понял, что то, что я испытывал в тот момент, капитально отличалось от того, что я испытывал будучи рядом с тобой. К ним я хотел прикоснуться, чтобы забрать их энергию. К тебе же я хочу прикоснуться, как к самому драгоценному человеку в этом мире и никогда не отпускать. Но тогда ты умрешь. – И почему это я умру? – все еще никак не веря в то, что он слышит, спросил Хидан. – Потому что кайф от чакры, который я получаю при соприкосновении, намного приятнее чего-либо в миллионы раз. И я понял, что недостаточно силен, чтобы этому противостоять. – Я тебе не верю, Йосе, – вдруг выпалил Хидан и нервно рассмеялся. – Ты все еще пытаешься меня запугать и просто играешь на том, что я не люблю мужеложцев. Думал забрал мой первый поцелуй и я убегу испугавшись? Я тебе не какая-то девчонка. – А тебе ей и не надо быть. Эту роль сыграю я, – ответил Йосемите и быстро сложив руками печать исчез в дыму, а затем оказался позади альбиноса и ударил того ногой под колени. Хидан упал на пол и в тот же момент был схвачен рукой за шею, что крепко сжала его. Только он собрался скинуть с себя мальчишку, его руки отказались слушаться, а тело резко ослабло, словно из него выкачали половину жизни. – Йо... – начал было он, но его рот неожиданно был закрыт очередным поцелуем, от которого ему теперь было никак не отбиться. На этот раз язык его брата проник намного глубже в рот и коснулся его собственного. Альбинос прикусил его, что было чуть ли не единственным, на что ему хватило силы, однако даже укус оказался слишком слабым, чтобы остановить наглеца. Тот словно даже наоборот, лишь возбудился еще больше и вдобавок залез руками под футболку брату, где начал водить руками по упругой коже. Еще никто и никогда так не прикасался к Хидану, даже те девчонки, которые ему нравились. Было слишком приятно, чтобы отказаться, однако мысль того, что это все абсолютно неправильно, просто не желала покидать его голову. Помимо этого, он не прекращал чувствовать, как его тело продолжают покидать силы. Йосемите тоже это заметил, когда уже был губами у ключицы парня, и резко отстранился. Его руки, что были на светлой груди брата, слегка задрожали и он быстро их убрал. – Нии-сан, я... – Больше никогда...не называй меня так, выродок, – еле вытянул из себя альбинос из-за недостатка сил даже разговаривать, не то чтобы уж двигаться. – Теперь ты понял, – с грустью утвердительно произнес младший. – Я помогу тебе дойти до своей комнаты. Что он и сделал. Уложив Хидана на футон, Йосемите сел рядом на полу в позу сэйдза и склонил голову. – Уходи, – даже не взглянув на брата произнес альбинос. – Пошел нафиг. Не осмелившись перечить, младший молча встал и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Только когда он оказался в своей комнате совершенно один, слезы хлынули чуть ли не ручьем, в то время как Йосемите закрыл себе рот рукой, чтобы не издать ни звука. Он не хотел творить ничего подобного с братом, и теперь его ужасно мучает совесть, даже еще больше, чем когда он перебил тех подонков. Но что самое ужасное, он никогда еще не слышал, чтобы тот матерился вслух прямо при нем. Теперь это действительно означало конец. Зная неприязнь альбиноса к мужеложцам, Йосемите жестоко воспользовался этим в своих целях, и больше Хидан не должен подойти к нему даже на пушечный выстрел как бы сильно того ни желал. А если все равно подойдет...Лучше бы больше не решался. С тех пор прошло около года. Хидан больше не пытался сблизиться с братом, а их повседневные разговоры при встречах перешли в нарочные колкости в сторону друг друга, что со временем стало уже привычным делом. Вдобавок ко всему, альбинос больше даже не желал надолго оставаться в одной комнате с младшим, что он показывал всем своим видом, а не только матами, которые уже стали частью его нормальной речи. Поначалу ему влетало за них от отца, однако со временем и он уже перестал обращать внимание на испорченную речь сына, поняв, что бесполезно того даже пытаться переучивать. С Йосемите же отец мальчиков вообще практически не виделся, так как парень все чаще начал куда-то уходить рано утром, а возвращался поздно вечером, причем не всегда в тот же день. И это не было проблемой, пока в один день они случайно не пересеклись, когда мужчина спустился посреди ночи на кухню попить воды. – Йосемите, почему ты в таком виде? – не скрывая своего удивления поинтересовался мужчина, увидев, как его сын явился домой в порванной в нескольких местах одежде и покрытый кровью. – Ничего особенного, – после небольшой паузы безразлично ответил тот, вовсе не ожидав увидеть кого-то в такое время ночи. – Просто миссия оказалась немного сложнее, чем я предполагал. Но все путем. – Путем, говоришь? Тоесть, по-твоему, это нормальный исход миссии? – Нормальный для того, кто ее дал. – Только не говори мне, что ты берешь миссии от... – Я и не скажу, от кого я их принимаю, потому, что это конфиденциальная информация, которую я не могу разглашать, – прервал отца Йосемите холодным тоном и направился к себе в комнату по лестнице. – Йосемите...Ты все же ступил на путь, от которого я так усердно старался тебя уберечь, – произнес ему вслед мужчина, что заставило парня остановиться на одной из ступеней. – Старался уберечь? – вдруг развернулся тот и посмотрел на отца, вскинув бровь. – А как по мне наоборот, толкнул изо всех сил. Но знаешь, мне это даже нравится, – ухмыльнулся парень, после чего его левый глаз потемнел, а когда он поднял руку и сложил какую-то печать другой, в его ладони загорелось голубое пламя. – Я многому научился с тех пор, как сенсей прекратил наши бесполезные уроки. Так что, пожалуй, я должен сказать тебе спасибо. Увидев это, мужчина потерял дар речи и оперся рукой на стол. – Да ты не в себе...Йосемите, остановись. Я обещал твоей матери, что ты не станешь таким, ведь именно это и погубило весь ее клан. – Ммм, правда? Ну тогда, получается, ты не сдержал своего обещания. Плохо старался, старик. – Ладно, иди в свою комнату. Поговорим потом, когда отдохнешь и будешь в здравом уме, – потерев лоб рукой уставше произнес мужчина. – В более здравом чем сейчас? Вряд ли. Меня больше ничто не сковывает, кроме этого душного помещения, – улыбнулся парень, а затем с его губ слетела фраза, которой мужчина никак не ожидал в данный момент, причем настолько искренне. – Но знаешь...Спасибо. Однако на следующий день им так и не выдалось поговорить, как и в последующие несколько недель, потому что к тому времени парень вновь исчез и на этот раз надольше, чем обычно, из-за чего даже Хидан начал волноваться. Все-таки как-никак они все равно еще братья, поэтому он просто не мог забить на то, что рассказал ему отец о той ночи. Будучи в угрюмом настроении, Хидан направился к тайному убежищу в лесу, которое являлось полуразрушенным нежилым деревянным домом, где они с Йосемите часто играли детьми. Он давно уже его не посещал, так как не было надобности, но почему-то именно сегодня ему захотелось туда сходить. Было уже довольно темно на улице и лишь тусклый свет ламп озарял их, а когда альбинос зашел в лес, то там и вовсе была темень непроглядная. Однако простор и свежий воздух в это время со всеми звуками леса были просто изумительны. Это заставило альбиноса закрыть глаза чтобы насладиться мгновением. Вдруг посреди всех звуков появился новый, похожий на пение, и доносился он как раз с той стороны, куда направлялся Хидан. Сердце парня сразу же ускорилось в темпе, застучав даже в ушах, и он сглотнув пошел на него. Пение становилось все более отчетливым и когда альбинос подошел к деревянному дому, через окно он увидел темную фигуру, что сидела внутри в тени у стены обняв свои ноги. Увидев ее, стучавшее в бешенном темпе сердце сразу же замерло, словно боясь потревожить эту спокойную картину. Только было уже поздно, потому что судя по резко оборвавшемуся напеванию, фигура его уже заметила. Поднявшись на ноги, человек какое-то время постоял на месте, а затем развернулся и зашел за угол в другую комнату. Прекрасно зная дом как свои пять пальцев, Хидан быстро кинулся в нужную сторону и встретился со вторженцем лицом к лицу как раз в тот момент, когда тот собирался выйти через запасной выход. Толкнув его обратно в дом, Хидан с треском захлопнул дверь позади, ни на секунду не отрывая взгляда от брата. Однако тот словно вовсе не желая с ним говорить, также не сводя глаз с альбиноса, молча отошел спиной назад и снова скрылся за углом. Будучи не в восторге от этой игры, альбинос с рыком бросился за парнем, только чтобы увидеть, как тот снова, словно в танце, завернул за угол лишь сверкнув красными волосами. И тем не менее Хидан погнался за ним. А из-за того, что дом был довольно большим и темным, эта погоня слегка затянулась, пока альбинос не срезал путь и неожиданно появившись с другой стороны наконец прижал парня в углу. – Домогаешься меня теперь? – тихо произнес Йосемите развернувшись лицом к брату, который стоял к нему чуть ли не впритык. – Только в твоих мечтах, псих, – прошипел альбинос и отстранился, сделав шаг назад, что дало ему возможность осмотреть брата с ног до головы. Парень был одет во все темное, что идеально скрывало его в тени, а на шее красовалась спущенная матерчатая маска, которая так и кричала о более сложных и опасных миссиях, что требовали абсолютной скрытности во тьме. – И давно ты снова начал сюда захаживать? – Уж давненько, по-сравнению с тобой. Все-таки люблю я это место. Несмотря на то, что в помещении не было ни капли света, Хидан все же умудрился заметить мимолетный блеск стали, что в следующий момент полетел в него. Вовремя увернувшись от куная, альбинос замахнулся кулаком и попал прямо в стену, где еще только секунду назад находилась голова парня. – Так сильно любишь, что готов понаделать в нем новых дыр, – потрусив рукой от боли из-за удара кулаком по дереву ухмыльнулся Хидан. – Не это ли истинная любовь, – послышался голос парня уже совсем с другой стороны и альбиносу вновь пришлось уворачиваться от куная, что пролетел возле его уха с легким свистом. – Специфическая любовь у тебя, однако. – Уж какая есть. Поняв в какой стороне находился Йосемите теперь, альбинос ловко поймал его за руку и завернув ее за спину впечатал лицом в стену. – Ах, – от неожиданности вырвалось из груди парня. – Ты стал намного сильнее. А какая поза...Не смущает? – А ты стал извращенцем, знаешь? – хмыкнув ответил Хидан. – На работе и не такому научишься, – ухмыльнулся парень, кинув многозначительный взгляд на брата через плечо. – Это что же за работа у тебя такая? Неужели телом своим торгуешь? – сильнее затянув руку за спиной и плотнее вжав парня в стену со злостью спросил альбинос, в ответ на что получил тихий сдержанный стон. – Точнее своими навыками, как и любой хорошо обученный шиноби. – Где же твой протектор тогда, шиноби? Вдруг что-то упало на пол и Хидан не удержался от взгляда в ту сторону, где и увидел протектор со знаком Деревни Скрытого Листа, места в котором Йосемите прошел последние этапы обучения, сдал экзамен, и даже какое-то время работал в команде выполняя различные миссии ранга D. Однако судя по тому, что ему рассказал отец, и что увидел сам Хидан, парень явно уже выполнял миссии ранга B, если не выше. Пока альбинос был отвлечен, Йосемите воспользовался моментом и вывернулся из хватки брата, одновременно ударив того ногой в живот. Хидан упал на пол от удара, а Йосемите, схватив свой протектор, кинулся в сторону другой комнаты. Однако не успел он сделать и нескольких шагов, как тоже полетел вперед на пол из-за того, что его схватили за щиколотку. – Не боишься, что я с легкостью сожру твою чакру от такого? – посмотрев на брата поинтересовался младший. – Без прямого контакта тебе это не под силу, – ухмыльнулся альбинос уже давно разгадав этот трюк и притянул парня к себе за ногу, после чего тот попытался ударить брата в одну из болевых точек, но был пойман за руку. – А вот и прямой контакт, – ухмыльнулся Йосемите и вытянул часть чакры из альбиноса, но только совсем малую, так как почти сразу же получил по лбу. Преувеличив полученный удар, парень рухнул на спину айкнув от вымышленной боли, а затем рассмеялся. – Кончай с этим, засранец. Я не подраться пришел. – Но в итоге ты оказался не против этого, хех. – Зачем ты все это делаешь? – вдруг увалившись рядом с Йосемите поинтересовался Хидан. Младший не ожидал подобного, но тем не менее не стал поворачивать голову в его сторону, и продолжил смотреть в потолок. – Такая уж работа. – Я не про это. Но даже если так, зачем тебе тогда такая работа? – Ммм... – задумался Йосемите, а затем наконец глянул на брата и их взгляды встретились. – Потому, что мне это нравится. А это так здорово, делать то, что тебе нравится. – Правда? А ведь еще год назад ты кричал как сильно ненавидишь насилие, – нахмурив брови произнес альбинос и снова дал брату по лбу, только на этот раз щелчком пальцев, от чего тот пощурился. – А теперь посмотри на себя. – Я пересмотрел свои взгляды. А ты? – А я все также терпеть не могу мужеложцев. – Вот как. Хорошо. – Так и знал. Скажи, ведь ты же тогда это специально сделал? – подперев голову рукой поинтересовался Хидан. – Все признаки указывают на это. – Возможно. А может и нет. С чего вдруг спрашиваешь? Причем только сейчас. Хотя...Ты ведь так долго не желал со мной разговаривать после того, каждый раз чуть ли не захлебываясь отвращением при встрече. – Я и раньше об этом задумывался, вообще-то. Просто не знал смогу ли смириться с правдой, окажись она...другой. – Ммм... – коварно ухмыльнулся Йосемите и придвинулся к брату ближе. – Так сильно желаешь узнать правду теперь? – Да, иначе бы не спрашивал. Но только попробуй что-нибудь подобное снова выкинуть и я тебе сломаю челюсть. Тем не менее Йосемите одним резким движением вдруг оказался поверх альбиноса. Их губы соприкоснулись и влажный язык младшего ловко прошелся по губам Хидана, продолжив затем свой путь вверх до носа, где лизнул кончик напоследок. Отреагировав на этот раз намного быстрее чем раньше, альбинос сразу же замахнулся в челюсть парню как и обещал. Только вот тот уже ожидал сие движение, поэтому вовремя увернулся, перекатившись в бок, и, оказавшись на коленях, показал язык одновременно потянув пальцем нижнее веко глаза. – Тебе, блин, жить надоело? – рявкнул Хидан и быстро поднялся с пола. – Сам спровоцировал, – улыбнулся младший, а затем резко изменился в лице. Не успел Хидан даже рта раскрыть на этот раз, как ирис левого глаза Йосемите почернел и он сложил обеими руками какую-то печать держа их врозь. В тот же момент голубое пламя покрыло его ладони, одно из которых он запустил в альбиноса мощным потоком. Широко раскрыв глаза от удивления, Хидан все же успел увернуться от огня и посмотрел на быстро прожигающуюся дыру в полу, где он только что стоял. Затем он перевел взгляд на брата. – Твоя чакра...Как ты...Что ты вообще, твою налево, творишь?! – рассерженно выкрикнул альбинос и снова отпрыгнул в сторону от очередной огненной вспышки. – Как что? Пытаюсь убить тебя. Надеюсь, твой инстинкт самосохранения еще не атрофировался, нии-сан? – Прекращай уже ерундой маяться. К чему вообще все это? Я все еще.... – Нет, – прервал его Йосемите. – Это бесполезно. Нии-сан. Тебе не следовало сюда приходить. Не явись ты сюда сегодня, все бы шло как идет. А теперь мне придется сделать то, чего я так сильно хотел избежать. Какое-то время альбинос всматривался в разноцветные глаза перед собой, пока вдруг до него не дошло. – Ты все-таки боишься, – тихо произнес Хидан. – Всегда боялся, что навредишь мне ненароком, поэтому все это время пытался сделать это намеренно, надеясь, что я сам уйду. Да, вот оно. И сейчас ты пытаешься сделать то же самое. – Ммм, какой догадливый. Браво, – похлопал в ладоши младший. – Дошло как до утки на десятые сутки. Молодец. Только слишком поздно. – Нет. На этот раз я тебя так просто не оставлю. – Пошел прочь. Иначе я заставлю тебя, – прошипел Йосемите и швырнул в альбиноса очередным потоком голубого пламени. До этого пламя лишь прожигало определенный участок и дальше не расходилось. Теперь же огонь начал охватывать больший радиус помимо изначально воспламенившегося куска дерева. Хидан, к своему удивлению, не почувствовал никакого жара на своей коже от огня поблизости, и тем не менее инстинктивно уклонился, кинувшись к Йосемите, но тот ловко увернулся и еще в придачу ударил брата ногой по спине в сторону дверного пройома, от чего альбинос полетел куборем вниз по лестнице. Только он собрался вновь подняться наверх, как младший швырнул горящую дверь в том же направлении и тем самым преградил дорогу. – Идиота кусок! – прокричал Хидан и кинулся искать другой путь наверх. Однако огонь уже был везде. – Йосемите! Ты кретин-психопат, какого хрена? – продолжал горланить альбинос, а затем услышал поспешные шаги этажом выше и кинулся в том же направлении. – Йосе! Вдруг перед альбиносом рухнула часть пола, на что он быстро среагировал и отскочил в сторону. Улучив возможность, Хидан в два шага запрыгнул наконец на второй этаж и снова позвал брата, одновременно высматривая его в гуще пламени. Все кругом полыхало столь яро, что уже должна была стоять невыносимая жара, но температура в помещении, казалось, практически не изменилась. Решив все же коснуться огня и проверить на жар, парень протянул к нему руку, а затем выругнувшись моментально убрал ее из-за пронзившей плоть боли. Те участки кожи, что были к огню ближе всего, но еще даже не коснулись его, моментально покраснели и покрылись ожогами, что сразу же и прорвались. Как раз в этот же момент послышался кроткий крик со звуком очередного обвала пола. Хидан кинулся в то направление, откуда донесся звук, и увидел, как среди обломков и пламени лежал Йосемите, пытаясь подняться на ноги после падения. Еще немного и его поглотит его же собственное пламя. Однако только альбинос собрался броситься в ту сторону, как его откинуло назад, прямо через окно наружу. Последнее, что он увидел, было как его младший брат послал ему воздушный поцелуй указав второй рукой на сердце. А затем верхний этаж полностью обрушился вниз и древесина воспламенилась с новой силой, заполонив голубыми огнями всю площадь дома. Находясь в полном оцепенении, Хидан только и мог смотреть, как остатки дома догорают со скоростью света, и уже через короткое время на месте старого дома стояла большая груда пепла из остатков древесины да камней. Сгорело все абсолютно до тла. И все же альбинос заставил себя наконец сдвинуться с места, а затем подпрыгнул на ноги и кинулся туда, где видел своего брата. Глядя в ту самую точку, Хидан упал на колени, сжал в руках горсти пепла, и закричал что есть мочи, кидая маты наслоенные друг на друга. Он проклинал этого психопата всеми возможными словами, что только мог подобрать. И все равно этого казалось мало. В итоге он просто замолчал и уставился в никуда. Вдруг что-то привлекло его внимание в черно-серой гуще, кинув отблеск от восходящего з-за деревьев солнца. Поначалу альбинос отнесся к этому призыву с небольшим подозрением, а затем все же потянулся. Захватив горсть пепла, он почувствовал в руке что-то твердое. Протерев предмет от пепла, Хидан осмотрел его и открыл. Его глаза в тот же момент защипало и они наполнились слезами. Ведь внутри было то самое фото, которое он попросил отца сделать много лет назад. Фото, на котором были двое парней, один альбинос, а другой помладше с красными волосами. Рука невольно задрожала и альбинос схватил свое запястье другой рукой, тем самым прекратив тряску. Затем он медленно закрыл кулон-ларец, который блеснул алым цветом в синем камне, и крепко сжал в кулаке. Если бы он только мог так же крепко схватить и брата, чтобы защитить с такой же легкостью, как эту обычную безделушку. Но он не смог и не стал, даже когда оказалось, что тот выжил, потому что все то, что произошло, было очередным спектаклем. Лишь теперь, когда Йосемите вновь исчез, альбинос осознал, что упустил свой шанс на искупление, словно жизнь его ничему так и не научила. И вот он достал тот самый кулон из кармана в очередной раз и начал покачивать его на цепи как маятник лежа на траве под открытым звездным небом. Покачивать и размышлять, что же на самом деле произошло на этот раз. – Снова не спишь? – вдруг послышался голос Какудзу. – Тебе следует отдохнуть. – Я отдыхаю. – Ты думаешь, что тебе не свойственно. Причем настолько сильно, что я а вижу, как закипает твой мозг и пар выходит из ушей. – Не смешно, Какудзу, совсем не смешно! – повысил голос Хидан и накрутил кулон на палец. – Все еще думаешь о нем? Просто забей уже. – Не могу. Что-то явно не так. Такое ощущение, что меня снова дурят, а я терпеть этого не могу. – Думаю, все само раскроется, когда придет время. Давай просто сконцентрируемся на наших миссиях, что и делали до этого. Только не надо рубить нашу следующую цель на куски. Он нам нужен целым для полного вознаграждения, – невзначай так перевел тему разговора казначей. – А у тебя как всегда лишь одно на уме, гнусный грешник, – хмыкнул жрец и убрал кулон в карман. – Ну если тебе не нужна зарплата... – Да ну тебя. Все, я сплю! – проворчал Хидан и повернулся на бок, в другую сторону от своего напарника. – Давно пора, – произнес Какудзу и глубоко вздохнул. – Завтра предстоит долгий путь.