Когда мне станет всё равно...

— Так что, Марк Туан, каким будет ваше решение? — ещё раз спросил режиссёр. За окном видно было голубое небо. Зелёные листья на фоне такой сини казались малахитовыми, они бесшумно бились на ветру, успокаивая, давая какую-то небывалую надежду на лучшее. Хотелось не думать о плохом. Устала душа защищаться. Марк вздохнул. Перед глазами ещё маячил образ актёра. Его обиженные глаза. Даже, не обиженные, а какие-то расстроенные, опустошённые. — Нет! — это слово само слетело с губ, — У меня есть встречное предложение… — Какое же? — Те Мин всё также сидела в кресле, не спуская с Туана глаз. — Я согласен сыграть второстепенную роль…друга главного героя… Я же совсем новичок в этом…мне будет проще научиться, следуя за кем-то. — Ты больше подходишь для главной роли, — спокойно перебила его актриса, — И по характеру и по энергетике. И дело тут не в какой-то неприязни к Паку Джинёну. Дело в тебе. Боишься ответственности? — Конечно, боюсь…я даже не совсем понимаю, о чём речь? — Джун Хёк, — обратилась Те Мин к режиссёру, — Может, мы всё же пойдём зачитаем сценарий? Я хочу, чтобы Туан вошёл в курс дела… Он сам поймёт, что главная роль — написана будто специально для него. — Я-то не возражаю, Пак Джинён справится с любой ролью, а вот про Марка Туана я лишь наслышан. — Хорошо, пусть отрабатывают обе роли. А вы сравните. Не знаю, правда, захочет ли проходить пробы Пак Джинён? Рискну с ним договориться, — спокойно сказала актриса и посмотрела на Марка. Туан снова вздохнул. Мыслей в голове не было. Попробовать себя хотелось. Но не за счёт Пака же! — Делаем так. Все собравшиеся актёры читают сценарий, а этих двоих, я хочу прослушать здесь. Вы согласны, Те Мин? Могу я сам выбрать из них? Актриса усмехнулась. — Не доверяете мне? Разве я когда-нибудь ошибалась? — Доверяю, доверяю, — режиссёр подёргал себя за ухо, — Просто хочу убедиться. — Хорошо. Убедись. Я даже мешать не буду, займусь сценарием, — Те Мин грациозно выбралась из кресла и, посмотрев на Марка, вышла. — А меня никто не будет спрашивать? — удивился Туан. — Не волнуйтесь так. Сбежать вы всегда успеете, — улыбнулся Ким Чжун Хёк. Дверь открылась и появился Пак. Он глянул на Марка блестящими глазами, но ничего не сказал. Опустился в кресло, где только что сидела актриса. И посмотрел на режиссёра. Тот протянул ему сценарий. Марк сел возле окна. Подальше от пронзительных глаз. Режиссёр и ему выдал сценарий. — Намечается battle? — усмехнулся Джинён. — Простое прослушивание, — режиссёр устроился со всеми удобствами. Сел нога на ногу. Погладил свои усики, — Зачитываем небольшую сценку. Второе действие. С самого начала. Джинён-щи, вы с какой роли предпочитаете начинать? — Со второстепенной, — с улыбкой сказал Пак и даже на Марка не посмотрел. — Я ведь сценария не знаю. Разве смогу почувствовать своего героя? — растерялся Туан. — Вот и посмотрим, на что вы способны, Марк-щи, — режиссёр откашлялся, — Приступим? — Так быстро? — испугался Пак, — Разве не должен он хотя бы просмотреть текст? — Настоящий самородок, коим назвала Марка Туана Те Мин, делает всё сразу и без раскачки. — Хорошо, я согласен, — вдруг решился Туан. Сейчас они послушают его и сами поймут, что ему не место в главных героях, а то и вообще не место в актёрском составе. И тогда он просто уйдёт. А Джинёну останется главная роль. Как и должно быть. — Приступаем, — скомандовал режиссёр, — Первая реплика главного героя, начали. Марк глубоко вздохнул и попытался внутренне собраться. Нужно было почувствовать волну, как тогда, когда он занимался сёрфингом. — Чего сидишь тут один, в темноте? Почему ты не хочешь изменить хоть что-то? Самое простое, это пожалеть себя и сдохнуть в этом кресле! — А зачем? — Джинён вступил сразу, его тёплый голос казался отрешённым, — Разве есть в этом мире хоть что-то, что требует моих усилий? — А про меня ты забыл? Невыносимо смотреть на твоё застывшее лицо! Кто сказал, что ты не сможешь снова подняться? Кто? Твои врачи? Они что, Боги? — Марк сумел наконец почувствовать своего героя. Явно тут происходит что-то неприятное. Его друг в инвалидном кресле?! — Думаешь, мне хочется?! Лучше бы я сдох… — Пак сказал это таким тоном, что по спине Туана мурашки побежали. — Ну иди тогда и сдохни! Что тебе мешает?! Иди!.. Если тебе всё равно, то и мне тоже… — усталый голос Марка звенел в тишине. Словно ему больно, очень больно видеть своего друга таким слабым. — Вот и оставь меня в покое… «Иди!» Будто я могу теперь ходить… — голос Джинёна стал совсем тусклым…бесцветным. — Ты остался жив… Это уже счастье. Знаешь, как тебе повезло?! — вскричал Марк и посмотрел поверх листа на Пака, тот сидел, облокотившись на спинку, прикрыв глаза. Видимо, текст он знал наизусть. — Заткнись. Что ты можешь знать? Ты никогда меня не поймёшь… Это ты иди! Тебе же надо готовиться к свадьбе. Можешь больше вообще не приходить, мне гораздо спокойнее, когда тебя нет. От тебя слишком много шума… — безжизненный голос Пака убивал в Марке всё живое…и царапал, царапал… — Не будет свадьбы… Мы расстались, — Марк сказал это так, как почувствовал, словно это уже прошлое и давно пережитое. — Достаточно! — остановил их режиссёр, — Ну, Джинён-щи, что скажете? — Я что-то должен сказать? — удивился Пак, — Это же вы фильм снимать будете. — Те Мин, как всегда, права…мне и сказать нечего, — Чжун Хёк посмотрел на Пака, — Будем делать ещё одну читку, из другого места? Попробуете поменяться? — Нет. — Джинён заявил это категорично. Словно клинком отрезал. — Почему? — Туан сразу посмотрел на парня. — Смысла нет, ты — находка для этой кинокартины. Те Мин права, — Пак встал из кресла и пошёл к выходу. Задержался на мгновение возле Туана, посмотрел ему в глаза, — Ты не самозванец, Просто Марк…ты — уникум. После ухода Джинёна, в кабинете стало тихо. Режиссёр наблюдал за Марком. Тот хотел уйти, но было же как-то неудобно просто встать и скрыться…молча. Чжун Хёк поднялся, прошёлся по периметру, разминая затёкшие плечи. — Лучше тебя никто не сыграет. Ты схватываешь всё на лету. Одного мгновения тебе было достаточно, чтобы понять героя. И это ещё не всё. Твоя внешность тоже подходит. Правда не знаю, как ты двигаешься. Бывает, что даже шизофреники очень хорошо чувствуют. Но, они плохи в действии. У них лишь мозг хорошо работает, а тела будто неродные. Как у тебя с этим? Проверим? Туан с подозрением уставился на режиссёра. — Что вы имеете в виду, говоря о шизофрениках? Они не способны быть актёрами? — Не способны, — категорично сказал мужчина, — Так что, попробуем вас в действии? — Попробуйте, — тут же ответил парень, — Мне нужно сплясать или спеть? А может, то и другое вместе? — Нет, просто пройдитесь, а потом возьмите со стола что-нибудь и швырните в стену. Со всей силы. Будто вы очень сильно разозлились. — Что за чушь? — улыбнулся Марк, — А если это будет что-нибудь ценное? Мало ли, какие вещи разбросаны по вашему столу? — Это неважно. Важно только то, как вы это сделаете. Туан не стал дожидаться конца фразы. Он подошёл к столу. Задумчиво остановился, словно взвешивая в себе что-то, посмотрел в лицо режиссёру. Почему-то усмехнулся и одним движением смёл со стола всё, что там было. Шум был оглушительным. Какой-то шарик весело покатился, терзая слух. Что-то разбилось вдребезги и листы от сценария закружились, и мягко упали, притягивая к себе взгляды. Марк молча повернулся и пошёл к двери. — Марки-щи… — услышал и остановился, — Вы разозлились на себя. Но, это тоже было интересно. Вы с Паком Джинёном очень похожи. Но, это не суть…вы же друзья в жизни? Так хорошо чувствуете друг друга. — Мы не друзья, — повернулся Туан. — Это неправда, я ещё никогда не ошибался, — улыбнулся режиссёр, — Я прожжённый человек и у меня совершенно нет времени на сантименты. Поэтому, предлагаю вам подписать контракт. Вы взяты на главную роль. Думаю, что с вами будут огромные проблемы, но оно того стоит. — Могу я подумать? — испугался Марк. — Можете. Пяти минут вам хватит? — режиссёр посмотрел на часы и засёк время. *** Марк подписал контракт. Осознание пришло неожиданно. Даже, если придётся в конце разбиться острыми осколками, он хочет быть рядом с Джинёном. Просто смотреть на него, слушать или сидеть рядом и молчать. Появилось кое-что ещё вместо страха. Какая-то отчаянность. Его растопчут? Ну и пусть! Когда вышел из кабинета режиссёра, все, сидевшие за столом актёры, подняли на него головы. Туан почувствовал себя маленьким зверьком в клетке. Те Мин встала и подошла. Она приобняла Марка за плечо. — Я хочу вам представить нового актёра. Теперь у нас полный состав. Он ещё совсем молод, но, думаю, с ролью справится, — она провела Туана куда-то вглубь комнаты и посадила на стул возле себя, — Продолжаем работать. Восьмая часть. Марк огляделся. Люди больше не обращали на него внимания. Они занялись делом. Только чей-то настороженный взгляд прожигал в нём дыру. Туану не нужно было искать, кто так старается. Это было и так понятно. Перед ним на стол положили листы со сценарием и Марк лихорадочно начал перебирать шелестящие страницы. Читка закончилась лишь вечером. Туан чувствовал себя странно. Он очень устал, но, в то же время, был на эмоциональном пике от восторга и эйфории. Особенно ему понравились сцены, где присутствовал Джинён. Слушать его голос было непозволительной роскошью. Марк наслаждался. Его с Паком диалоги были остры и интересны. Парень заметил, что слушают их зачарованно и ждут, когда это снова повторится. Те Мин ласково кивала головой, когда за сценарий брался Марк. Было заметно, как она вслушивается в каждое слово и тихо улыбается, будто подтверждает сказанное. Когда всех отпустили, Марк пошёл на выход. Но Те Мин остановила его: — Марк, подожди, я тебя отвезу, — сдержанно сказала она на английском. Пак странно посмотрел на Туана и в его глазах вспыхнули молнии. Марк уже знал это его состояние крайней ярости. Хотелось подойти и сказать ему что-то тёплое, нежное, но вместо этого Туан криво усмехнулся и отвернулся. Когда, уже на стоянке, Марк пошёл вместе с Те Мин к её машине, вдруг откуда-то рядом оказался Кукс. Он подлетел к Туану маленьким, отчаянным щенком и запыхавшись, заговорил быстро, словно боясь, что его не захотят выслушать: — Марк-хён, откуда ты здесь? Я очень соскучился! Знаешь, что я пережил из-за тебя… — оглянулся на Те Мин и кивнул ей головой. Она презрительно сощурила глаза и села в автомобиль. Туан растерялся. Он тоже не ожидал, что увидит Тутса. Все слова выдуло из головы. Снова оттолкнуть его у Марка не получится. Тогда он просто проигнорировал мальчишку и захлопнул дверцу перед самым его носом. Те Мин сорвала машину с места. Туан успел заметить лишь ошеломлённое лицо парнишки. Сердце сжалось. — Он даже не посмотрел на меня! Как будто я грязь под его ногами! — громко выкрикивал Кукс, а Джинён лишь укоризненно смотрел в набухающие влагой глаза, — Чего вы молчите?! Он и на вас не посмотрел! Будто мы враги ему! — Не ори! В моих ушах такой звон, что впору голове лопнуть, — беззлобно бросил Пак и спокойно выехал с парковки, — Кукс, твою машину всё ещё не починили? — спросил, пока не забыл. — Почему, я её уже давно забрал из ремонта, — сказал растерянно. — Почему, тогда я тебя вожу, а не ты меня? — задал логичный вопрос Джинён. — Мама машину забрала, — парень огорчённо вздохнул и посмотрел в лицо водителя, — Вы сердитесь? — Нет, чего мне сердиться? Будто от этого что-то зависит? — усмехнулся Пак, наращивая скорость. Ему захотелось вдруг ощутить этот прохладный ветер на своих висках. Мысли сбивались, рассыпались и снова приходили в голову. Он никак не мог понять, что может их связывать? Этого талантливого самозванца и его идеальную мамочку? Романтичные отношения? Не похоже как-то. Глаза у обоих холодные. Тогда, что? Сотрудничество? На каких условиях? Что значит для неё Марк Туан? Куча вопросов и ни одного ответа! — Вы просто ещё не соскучились, а я уже не могу больше без хёна, — удручённо сказал Кукс. — В следующий раз, ты поведёшь машину. А то, совсем страх потерял?! Я плачу тебе за то, что катаю тебя же по городу! — рассердился Пак. — Ну и зачем вам это надо? — удивлённо спросил парень. — Ты про что? — глянул на него быстро Джинён и снова уставился на дорогу. — Про то, что вы сердитесь на него, а на мне злость срываете. — Поверь, всё это только для тебя одного! Море злости! Завтра отправишься к родственникам! — притворно грубо сказал Пак. — К каким ещё родственникам? К вашим или моим? — Кукс даже задумался, — У меня ведь никого нет, кроме мамы. — Вот к ней и отправишься, — подчёркнуто выделил Джинён и улыбнулся краешками губ. — Вы — самодур. Нельзя людей шантажировать. Мне что, теперь вообще своё мнение не высказывать? — Нет. Достаточно и моего. — Тогда просто можете меня игнорировать…как всегда это делали, — обиделся Кукс, — Остановите где-нибудь. — Домой отправишься? — с надеждой спросил Пак. — Нет. За руль пересяду. Буду свои деньги отрабатывать, — невнятно пробормотал парнишка. — Вот и молодец, — Пак осторожно припарковался к тротуару и вышел, — Чего застыл? Шевелись! — Почему Марк-хён с госпожой Те Мин уехал? — Кукс уселся на водительское сиденье и повернулся к Паку. К нему вдруг вернулось логическое мышление. — Даже не пытайся понять, — строгим голосом заговорил Джинён. — Он влюбился в неё? — забеспокоился парень, — Так вот почему меня выбросили на свалку? — Смотри на дорогу. Ничего, что меня везёшь? Сел за руль — забудь про всё! — заругался Джинён. — Никогда мне Марка-хёна не забыть. Даже и пытаться не буду, — вздохнул Кукс. — Готовься к самому худшему, — зло сказал Пак, — Мы с тобой теперь его каждый день видеть будем. — Почему это? И разве это плохо? — парень оторопело глянул на Джинёна. — Больно. Нестерпимо. *** — Те Мин, зачем ты это сделала? — решился спросить Марк, когда они выехали на шоссе, — Ты подставила меня. — Ты сам пока не понимаешь, как я помогла. Потом благодарить будешь. Получить главную роль — это престижно. И поверь, ты сам это заслужил. Я лишь привезла тебя в нужное место, — засмеялась актриса. Она веселилась и встряхивала волосами, невольно любуясь собой. — Мне очень стыдно перед Паком Джинёном, он эту роль заслуживает больше, — поделился Марк. — Ты сказал, что знаешь его. Откуда? Они выехали на огромный мост и Туан засмотрелся на море огней вдалеке. На одной стороне реки остался город. А впереди тянулась лишь узкая дорога, освещённая рядами фонарей. Казалось, что мир заканчивается именно здесь. На этом мосту. А дальше — неизведанное и манящее будущее. И просто так отказаться сейчас от него, порвать эти ощущения в клочья, невозможно. — Познакомились случайно…я его интервьюировал, — задумчивым голосом ответил Марк. — Он не идёт на контакт ни с кем. Вряд ли тебе бы удалось взять интервью. Его знакомый, Ким ДжинУ, добивался расположения актёра три года. — А мне посчастливилось, — Марк усмехнулся. Те Мин заметила, посмотрела долгим взглядом. — Он тебе нравится? — сказала слишком прямо, Туан не ожидал, убежал глазами. Актриса ответно усмехнулась. — Нравится. Он талантлив и красив, — врать Туану не хотелось. Пусть думает, что хочет. — Осторожнее с ним…он слишком долго был один. Может разбить тебе сердце, — серьёзно сказала Те Мин и свернула на узкую дорогу. Дом Марка находился почти на самом краю Вселенной. — Сейчас приготовлю что-нибудь поесть, — выпалил Марк, когда Те Мин привезла его. — Не надо, — остановил его нежный голос, — Уже поздно, мне пора. — Как хочешь, — не стал настаивать парень. Потом не выдержал и спросил о том, что билось в его груди, — Откуда ты так хорошо его знаешь? — Ты о Джинёне? — актриса заглянула в лицо и глаза её сделались похожими на агатовые камни. Огромные, непроницаемые. Недостаток света положил тени на её веки. Колдовские омуты…как у Пака. — Да… — заикаясь проговорил Туан. — Мы очень давно знакомы. Поверь мне, никто не знает его лучше. — Вы были близки? — Марк решился идти до конца, только в груди стучал бесперебойный набат. — Были? Мы и сейчас близки, — улыбнулась Те Мин. Посмотрела внимательно, наблюдая за Туаном, как кошка за мышонком. Увидела на дне туановских глаз что-то такое пронзительно-яростное, отметила про себя, — Марк, тебе выдали твоё расписание? — вдруг переменила тему. Туан посмотрел непонимающе. — А-а? Да… — вспомнил, что у него теперь ещё одна работа и ему придётся каждый день проводить на съёмках. Рядом с Джинёном. — Тогда, до завтра, — актриса захлопнула дверцу и умчалась. Марк долго смотрел вдаль, пока бесконечное ночное небо не поглотило его. Звёзды были слишком близко. Они подмигивали ему разноцветными глазками. Манили к себе и отталкивали своей холодностью. Как глаза актёра. — Сгиньте! — крикнул им Марк, — Вас же нет давно! Чего тогда уставились?