Когда мне станет всё равно...

Утро, опять-таки, не заставило себя ждать. И хоть за тяжёлыми портьерами не виден был новый день, Пак проснулся и понял, что ночь закончилась. Он потянулся в кровати. А потом вспомнил, что не один. Лицо Марка казалось одухотворённым и сладким. Совсем рядом. Можно губами дотянуться. Милые, растворённые в пасмурном дне, черты. Острые скулы…подбородок, который походил на неприступный выступ скалы. Очень аккуратный и белый, как снег. Джинён подышал на тёмные ресницы парня. Заметил, как они затрепетали и улыбнулся. Марк не проснулся. Он только заворочался и вздохнул, тяжело и звучно. Самое совершенное существо в этом мире. Пак не видел никого красивее. И почему это сейчас не кажется порочным? А губы… Они походили на мягкие лепестки Страшилки… Нежные…трепетные. Так и хочется прикоснуться к ним…прямо сейчас. Джинён потянулся. Ласково припал к тёплому рту. Туан проснулся, но не открыл глаза. Принял поцелуй. Скользнул языком по нёбу, пробуя на вкус плоть любимого. Пак сразу забуксовал, потянулся руками и ногами, обхватил тонкий стан, прижался. Сердце сразу откликнулось, заколотилось во всём теле. — Марк…мой самозванец… — непроизвольно прошептал Джинён, отрываясь от поцелуя. — Не будь собственником, — расслаблено сказал Туан, открывая глаза, — Никто никому не принадлежит. — Спорно. — прямо в ухо проговорил Пак. Марк от щекотки дёрнулся, отодвинулся. Джинён вцепился в него, не отпустил. Лишь крепче припал ртом к прозрачной коже. Прошёлся мягкими, скользящими движениями по всей длине шеи. Забурился губами в ложбинку между ключицами. Туан выдохнул воздух, прикрыл веки, расслабляясь под нежным натиском. Пак сразу стал смелее. Взобрался сверху. Начал ласкать плечи парня, его руки. Прикасаясь губами там, где только что пробежался пальцами. Туан вытянулся на кровати, подставляя всего себя целиком. Задышал рвано. Наслаждаясь ощущениями. Джинён слушался своих чувств, продвигаясь по телу парня. Возбуждаясь лишь от вида Туана, от его тихих стонов. Крышу совсем сорвало. Страсть накатила волной. Смыла всё, что оставалось голосом разума. Растворила в себе стыд, страх, неумение. Губы и руки стали тяжёлыми и медленными. Паку казалось, что жар разрывает его изнутри. Так хотелось почувствовать Марка. Нестерпимо. До вздрагивающих, влажных ресниц, до покрасневших от страсти глаз. Джинён задыхался, замечая, как мечется под ним красивое тело, сверкая мраморными плечами. Умопомрачительно длинные кисти Туана нежно гладили его талию, ощупывали каждый позвонок… Пальцы обжигали. Страсть накатывала всё сильнее и сильнее… И этот, выпавший из другого измерения, голос…что заполнил спальню. Джинён вздрогнул, приходя в себя от мелодии смартфона. Не своего. — Крис Браун? — низким голосом смог выговорить он. Марк кивнул, сразу откликнулся, потянулся руками, пытаясь выпутаться из нежного захвата. Пак упал на спину, тяжело дыша. Волны затопили его. Душа сладко качалась внутри, оголяя чувства и нервы. — Это отец… — сообщил Марк и прижал телефон к уху. Он комично согнулся пополам, пряча свою нижнюю часть тела. Сразу застеснявшись своей физиологии. Джинён усмехнулся и закрыл глаза, напяливая на себя одеяло. — Да, пап, я слушаю… — протрезвевшим голосом, с нотками чувственности; почти с запредельными, низкими частотами. — Сможешь приехать сейчас ко мне? — отец говорил как-то скомкано, торопливо. — Но, у меня работа. — вспомнил Марк. — Мне уже известно… Актёром подвизался? — усмехнулся родитель. — Если знаешь, чего спрашиваешь? — ощетинился Туан. Он оглянулся на Джинёна, но тот не подавал признаков жизни. Лишь его слишком спокойный вид, говорил о том, что он подслушивает. — Хорошо. Когда вы заканчиваете? Ты получил вчера сообщение с адресом? — сдался отец. — Я приеду сразу, как освобожусь. — Туан встал с пола и подошёл к кровати. Потянулся свободной рукой к Паку, погладил его непроизвольно, словно кота. Сам себе удивился и убрал руку. — Сообщи нашему общему знакомцу, чтобы тоже был, — серьёзным голосом продолжил мужчина, — С его мамой я уже встретился пару часов назад. К сожалению, я не могу отменить съёмки и она тоже будет занята…пока займусь другими делами. — кашлянув, сообщил отец. И отсоединился. Туан отбросил смартфон и сделал попытку пробраться под одеяло к любимому существу, пощекотал его выдающуюся задницу. Улыбнулся, когда услышал приглушённый рёв и получил ногой по ребру. — Ах так?! — вскричал Марк и откинул одеяло, наблюдая, как Пак растерянно прикрывает руками грудь. Потом живот и снова грудь. Его лицо при этом было плутовато-испуганным. Живая мимика актёра рассмешила Туана. Он упал прямо на голый торс парня и сжал его в своих объятиях, тормоша за напрягшиеся мускулы. Такие стальные, что сразу захотелось их погладить, ощутить под пальцами теплоту и мощь. В дверь раздался стук. Словно кто-то настырный и торопливый немедленно хочет прорваться в комнату. — Чего тебе, Кукс? — выкрикнул Пак, уворачиваясь от рук Туана. Марк тут же схватил одеяло, и, накрыв себя и Джинёна, настороженно уставился на дверь. В проёме показалась голова стаффа и он несмело прокричал: — Завтрак готов! Всё, как вы любите…каша — овсянка с морепродуктами. — Каша овсянка? — испуганно посмотрел Туан на своего парня, — Серьёзно? — Я слышал ваши голоса, подумал, что вы уже встали, — тихо заговорил Кукс, — Простите. — Я всегда утром ем кашу. — ворчливым голосом попытался оправдаться Джинён, обнимая плечи Марка. Кукс убрал голову и прикрыл дверь. — Мой маленький котёнок предпочитает кашку? — усмехнулся Туан, — А молочко ты любишь? — он поцеловал надутые губы и откинул одеяло, намереваясь облобызать всё, что видит. — Не то, что некоторые, что сидят на рамёне, — вернул пас Пак, — Кому лень даже для себя что-то сделать. Марк шутя накинулся на Пака, подмял его под себя. Принялся щекотать упругий живот и ягодицы. Джинён взвыл. Опрокинул парня навзничь, уселся сверху и победно засмеялся. Они кричали и дурели, зажимая друг друга в крепких руках. Туан рычал, как рассвирепевшая рысь, отпинываясь ногами. Пак скалился и делал зверское выражение лица, заставляя Туана терять силы от смеха. Стук в дверь снова прорвался внезапно. Парни стремглав кинулись в постель, прикрываясь одеялом. Но, Кукс не стал заходить. Он только крикнул: — Если не поторопитесь, завтрак остынет совсем! И вообще…мне скучно…хочу к вам. — Тутс, почему бы тебе не пойти на занятия? — отозвался Марк, притягивая кудлатую голову Джинёна к своей груди. — У меня выходной, — вздохнул Кукс, — Так что, можно войти? — Нет! — в два голоса заорали парни. — Тогда идите быстрее есть. — совсем тихо добавил стафф и пошёл от двери, краснея ушами и потирая нос. Он всегда не вовремя чесался. — Я — первый в душ! — вскочил Туан и ринулся в ванную. Пак проворно схватил его за талию и прижал к себе. Марк попытался вывернуться из цепких пальцев, но Джинён оказался на редкость сильным. Он обхватил его плотным кольцом и посмотрел в глаза. Не надо было этого делать. У Туана внутри зажгло. Стало катастрофически не хватать воздуха. Пак и стал этим воздухом. Он осторожно и плавно притронулся к губам. Разжал податливые створки и приник всем ртом. Ласково поглаживая голую спину парня. Марк снова потерял реальность. Из головы выветрило все мысли. Только эти жаркие и необычайно нежные поцелуи… Которые остались увиденными только колючим Страшилкой, что пялился своим увядшим цветком. Одинокий и некрасивый. — Вы вчера сказали, что вам с утра на съёмки надо. Я подготовился. Кашу сварил… — наезжал Кукс. — Ты молодец, всё правильно сделал. — похвалил парня Марк, обжигаясь вкусно пахнущим блюдом. Пак, совершенно обалдевший от счастья, сидел, забывая есть. Его глаза светились загадочным блеском. Словно его одарили подарками с ног до головы, выписали билет в рай и усадили в первых рядах разноцветного мира. — Об Джинёна-щи можно обжечься, — съязвил Кукс, разглядывая парня, — Марк-хён, ты словно Прометей, даруешь тепло… Зажигаешь внутренним светом. — Тутс, не фантазируй! — усмехнулся Туан, облизывая ложку, — Ты прирождённый виртуоз во всём, к чему твои ручки прикасаются. Кто бы подумал, что это обыкновенная овсянка? Никогда не ел ничего вкуснее. — Спасибо, хён. Я старался. У меня ведь теперь есть стимул… тебя нужно откармливать. — Даже так? — Марк посмотрел на Джинёна. Но тот сидел задумчивый и тихий. Чёлочка свешивалась на лоб и лицо казалось совсем детским и радостным, будто Пак сладостей перебрал, — Нён, мы не опоздаем? — вывел его из состояния анабиоза Туан. Режиссёр внимательно следил за игрой Марка. Ему нравилось, что парень всё время вносил в диалог что-то новое. Ни одни рамки его не держали. Это было неправильно и любой автор стал бы права качать. Нельзя отступать от сценария. Это всем известная истина. Но, Туану никто об этом не сказал, и он совершенствовал и совершенствовал диалоги, виртуозно чувствуя каждый подводный камень, любую несостыковку в разговоре и действиях героев. Режиссёр дал полную волю талантливому актёру и потихоньку переделывал сценарий под него. Это было редкостью, но стоило согласиться. Сцены фильма только выигрывали от этого. Из Туана бы с таким же успехом, мог получиться талантливый режиссёр. Стоит только желание приложить. Пак тоже радовал. Эти два дружка чувствовали друг друга на расстоянии. Моментально понимали, о чём каждый думает и давали полное наслаждение своей игрой. — Снято! — крикнул Ким Чжун Хёк и улыбнулся, теребя усы, — Вы прекрасны, мои мальчики! Готовимся к следующей сцене… Те Мин подошла, ласково потрепала Джинёна по волосам. Тот дёрнул головой, толкнул Туана в бок. — Нам теперь незачем чураться друг друга, — произнесла актриса, — Все уже в курсе. — Лично я — нет. — торопливо прошептал Джинён на английском, — Для меня ничего не изменилось. Марк осторожно сжал руку парня, успокаивая. Взял женщину под руку и отвёл на пару шагов в сторону. — Те Мин, — заговорил тоже на своём родном языке, — Он всё знает про своего отца. Я ему рассказал. Хочешь ты этого или нет, тайна открылась. — Пусть будет так, — спокойно отреагировала Ли Те Мин, — Я знала, что ты не сможешь молчать… У вас всё хорошо? Я чувствую непередаваемую нежность вашу друг к другу. Не ошибаюсь? — Не ошибаешься, — Марк посмотрел серьёзными глазами, — Что слышно от настоящего отца? Он проявился как-нибудь? — Пока нет, — вздохнула актриса, — Твой папа поговорить с тобой хочет, ты в курсе? — И не только со мной, с Джинёном тоже… Надеюсь, он не заставит меня исчезнуть? На этот раз я не сдамся. — Я говорила с ним. У него совсем другие планы. — Те Мин оглянулась на сына и улыбнулась ему глазами. Тот демонстративно отвернулся. — Это какие же? — испугался Туан, — Уж не собирается ли он спрятать Нёна? — Собирается. Марки, ты же знаешь, выхода нет. — торопливо заговорила женщина, — Ведь, самое главное — его безопасность. — А фильм как же? — разнервничался Туан, — Съёмки накроются медным тазом? — Выбирать не приходится. Слишком опасно его здесь оставлять. — с нажимом сказала Те Мин. Марк посмотрел на Джинёна. Тот стоял боком и делал вид, что занят сценарием. Бровки нахмурены, палец задумчиво покусывает. Ни дать, ни взять — ребёнок. — Я знаю, где его спрятать. Я сам займусь его безопасностью. — решился Туан. — А что ты можешь? Один против мафии? — всплеснула руками актриса, а Пак сразу посмотрел в их сторону, собираясь подойти. Туан вздохнул и быстро ответил: — Если не можешь справиться физически — всегда есть разумный выход договориться. — Марк, ты с ума сошёл?! — воскликнула Те Мин, — Договориться с мафией? Погода немного направилась. Вечер опустился безветренный и тёплый. Высокие облака подсвечивались заходящим солнцем, разбавляя синь неба золотисто-алыми красками. Шум города не затихал ни на минуту. Вздыхал и разговаривал шелестом проезжающих автомобилей, звуками песен уставших за день птиц, мимолётными выкриками человечьих голосов. Ласковый ветер вдруг принёс нежную мелодию, доносившуюся из окон проезжающей машины. Пак уселся в пассажирское кресло салона автомобиля и обеспокоенно посмотрел на Марка. Сначала, он не хотел никуда ехать. Потом, поняв, что Туан не отстанет, всё же дал согласие выслушать «разумного взрослого человека». Тем более, они всё равно приехали на одной машине и возвращаться им нужно вместе. Поднимаясь на скоростном лифте, парни держались за руки. Джинён чувствовал, что Марк волнуется. Дверь распахнулась, выпуская их на ковровую дорожку. Всё же это был очень крутой отель. — Кто твой отец? — не переставал удивляться Пак, — Тоже какой-нибудь мафиози? — Нет, он бизнесмен, хотя, в чём-то ты и прав. — насупился парень. — Не волнуйся, я буду рядом. — сжал мягкую ладошку Джинён. Отец их ждал. Дверь тут же открылась, стоило Туану прикоснуться кончиками пальцев к кнопке звонка. — Проходите. — серьёзный мужчина с глазами, как у Марка, сделал приглашающий жест рукой. Пак склонился в поклоне. Заметил, что от отца Туана очень приятно пахнет, а уж как он одет… Лучше и не смотреть. Словно сошёл с полотен французского журнала. — Пап, это — Джинён. Пак Джинён. — заикаясь произнёс Марк, когда они прошли в просторную комнату. Всё здесь было выдержано в классическом стиле, под стать господину Туану. Джинён снова поклонился, потом поднял голову, заглядывая в пронзительные глаза. Красивые. И на лице почти нет морщинок. Реймонд Туан протянул руку. — Очень рад познакомиться. Хотя, знал тебя ещё совсем маленьким. Джинён степенно пожал крепкую кисть с длинными, как у Марка, пальцами. — Пак. Джинён. — Присаживайтесь, ребята, кто где желает. — немного неофициально сказал отец. Марк потянул Джинёна к твёрдому кожаному диванчику. Они уместились на нём лишь вдвоём. Осмотрелся. Ничего так номер. Впечатляет. Выдержанный в розово-серых тонах. Классика — она и есть классика. Господин Туан поправил узел на галстуке и прошёл в глубь комнаты. Взял со стола планшет и расположился рядом, в кресле. — Опустим прелюдии…время на это может не быть, — сказал откашлявшись, — Сын, с тобой мы ещё поговорим…потом…а сейчас, Джинёна, ты в курсе, что я старый друг твоей мамы? — Марк мне сообщил. — тихим, низким голосом отозвался Пак и посмотрел на Туана, ища в нём поддержки. Тот молчал. Только торопливо нашёл кисть любимого и сжал в своей руке. Этот жест не остался незамеченным. Отец вздохнул, но не стал акцентировать на этом внимание. — Я много рассуждал в дороге…есть несколько вариантов тебя защитить. К сожалению, ни один из них не стопроцентный. Я даже не знаю, какой лучше выбрать? Что же, скажи спасибо своему «верному дружку», — Реймонд кивнул в сторону Марка, а Пак демонстративно погладил руку соседа большим пальцем. Отец хмыкнул, но сдержался. Не это сейчас было главным. — Пап, мы сами справимся. — утомлённо начал Марк. — Не справитесь, — заткнул его старший Туан, — Ты просто не можешь себе представить всю серьёзность ситуации. Тебе бы всё в игрушки играть! Джинён вздрогнул. Этот красивый голос зазвучал слишком резко. Старший Туан опустил голову к планшету и принялся там с кем-то общаться в сети. — Господин Туан, — по-английски заговорил Пак, — Мы правда сами сможем решить эту проблему. Не надо убегать. — Вы ещё совсем глупые пацаны. Возомнили себя взрослыми? Понимаете ли вы, что даже такому, как я, справиться почти невозможно?! С моими-то связями… Что же сделаете вы, младенцы, без опыта и силы? Парни притихли. Марк обиженно засопел, но Пак снова погладил его кисть пальцами. — Тебе нужно уехать из страны…это первое… — отец Марка оторвался от переписки, — Я договорился. Англия, я думаю, подойдёт. Укрыться в большом мире будет проще… Второй вариант -это Япония или Россия. Россия лучше подойдёт. Туда твой отец точно не сунется… — задумчиво перечислял варианты старший Туан. Даже ни грамма сомнений не было у него в душе, что его не послушают, проигнорируют, — Я лично отвезу тебя туда, куда сам захочешь… Но, оставаться тебе точно здесь нельзя. Это не обсуждается. — Почему это? — не выдержал Пак, — Он смело посмотрел в пронзительные глаза, — Вы не в курсе, что я уже совершеннолетний? И уже давно. Привык, знаете ли, сам распоряжаться своей судьбой. С детства. — низким голосом проговорил парень. Его взгляд сверкнул притушенными угольками, в которых явственно проскользнул недобрый огонёк. Марк тоже поднял глаза и кивнул в знак согласия. — Джинён, мальчик мой, ты просто не понимаешь, что это опасно. И для тебя и для мамы…и даже для тех, кто будет просто рядом… — попробовал отец достучаться до разума парня. — Спасибо вам, я понимаю… Просто…он же мой отец. — Ты что, думаешь договориться с ним? После всего, что он сделал с твоей мамой? — разозлился мистер Туан. — Знаете…меня ещё тогда и на свете не было, а потом, когда появился, был ещё слишком несмышлёным… Зато детство и юность провёл в приятной компании…мультяшек, комиксов и книжных героев… Придуманные друзья, придуманные родители…думаете, меня способен напугать мой отец? И ещё…я слишком хорошо знаю Те Мин. Думаю, любви матери всегда достаточно, для маленького ребёнка…даже если никого больше нет. А меня любили лишь они…придуманные друзья…что же может быть хуже или страшнее? — Ты заблуждаешься, малыш, — тихо проговорил отец Марка, — Мама тебя всегда любила и она защищала тебя, как могла. — Неправда. И не разговаривайте со мной, как с младенцем. Я вполне взрослый мужчина. Создавший себя сам. И никому не позволю всё это разрушить. Извините. — Пак поднялся и отвесил низкий поклон. Марк встал вслед за ним, — До свидания. Спасибо за хлопоты, но, мне правда ничего не нужно…спасайте Те Мин. Пак Джинён пошёл к выходу. Туан подался за ним. Он молчал. Никто и никогда так не разговаривал с его отцом. Даже Ральф немного заискивал перед ним. Марк проникся уважением к своему любимому. Он был горд за него. Его парень — самый настоящий мужчина. Способный сам позаботиться о себе. — Сын, — остановил парня старший Туан, — А ты останься для небольшого разговора. Марк взял Пака за руку. — Пап, у меня нет от него секретов, ты можешь сказать мне всё, что ты обо мне думаешь. Но, если честно, я и сам знаю. Я виноват во всём. И я полный идиот, что попросил твоей помощи, не посоветовавшись с Джинёном… Я тогда очень испугался… Прости меня за то, что по привычке кидаюсь к тебе, как маленький, за подмогой. Я теперь понимаю, что мы и сами справимся. — Хорошо, — вспылил отец, — Посмотрим, как вы справитесь. Я пока останусь здесь. Если понадоблюсь, ты знаешь где меня найти. — Спасибо, пап. — Марк повернулся, чтобы уйти, кисть Джинёна по-прежнему лежала в его руке. — Постойте, — остановил их папа Туан, — У меня лишь один вопрос. — Задавайте. — спокойно сказал Пак. — Вы что, не просто друзья? — решился отец на откровенность. — Нет, — ответил Джинён, — Мы любим друг друга. *** Дверь лифта захлопнулась. Захлопнулась вместе с ней и навязчивая идея, что можно положиться на ум и расчётливость отца. Пак не захотел. Его любимый не привык принимать помощь из незнакомых рук. И Марк сам виноват в том, что приходится защищать Джинёна своими силами. А если он не сможет? Не справится? Мысли скакали вольными белками. Прыгали по-кругу, заставляя думать и просчитывать каждый шаг. А его милому монстру и горя мало! Идёт спокойно, выпрямив плечи и даже улыбается кривобоко, словно усмехается над ним, Марком. — Ты не сердись, я очень благодарен, что ты попытался мне помочь, — заговорил Пак, когда они вышли на стоянку, — Но, я справлюсь. — Мы справимся. — поправил его Туан. — Не думаю, что тебе нужно оставаться рядом…это слишком опасно. — пряча глаза сказал Джинён. — Ты же знаешь — я никуда не уйду. — безоговорочно решил Марк, — Мы вместе примем всё и разделим пополам. — Как думаешь, есть ли хоть один шанс на счастливое разрешение ситуации? — Пак остановился возле машины и дождался, когда Туан отомкнёт замок. Потом уселся на переднее сидение. Марк сел рядом и тогда только ответил: — Шанс всегда есть. Только не пытайся сражаться в одиночку. Если не я, то кто же? Ведь я не придуманный. Настоящий. И я люблю тебя.